Good boys go to hell

Чимин особо не удивился, когда получил сообщение от Сунан с требованием удалить её номер и забыть об их встречах. Он сам уже устал от этого. Девушка сначала казалась ему легкомысленной и недалекой. Но с каждым приходом в постель шатенки, ее ум и ход мыслей поражал его. Из-за внешности складывалось впечатление о ней, как о просто красивой студентке. Но это было совсем не так и это пугало и влекло одновременно. Она не говорила слишком много, скорее позволяла понять себя отрывками фраз. Чимин понимал саму суть ее желаний по поводу Чонгука, но подробностей никогда не знал. Чон Сунан все еще училась в университете. После недолгого обучения за границей, решила вернуться на родину и завершить то, что начала ещё в 18 лет. Она старалась забыть все те обиды, что нанес ее сердцу Чонгук, и просто хотела построить с ним крепкую семью. Ее желание не является обычной прихотью, она действительно любит, он ей нравится во всех планах. Но есть один минус - сердца у него совсем нет. И ее попытки убить в себе эти чувства не завершились успехом. И ее особо не удивил тот факт, что Чон не чист в супружеской верности, как и она сама. Но было бы не так обидно, если бы его любовниками были только девушки. Сунан стала наблюдать за мужем, чтобы знать, как получше к нему расположить себя. Ее глаза, слова других людей, фотографии и много прочего только опускали руки. В наблюдении прошло несколько месяцев, за это время все ее конкуренты отсеялись сами, Чонгук не любил задерживаться на одном и том же долго. Но лишь один человек уже как больше года пользуется вниманием мужа целиком и полностью. Ким Тэхен - стройный, высокий блондин модельной внешности, довольно тихий и трудолюбивый сотрудник. Коллеги отзываются о нем как о не очень общительном, скрытном сотруднике, который имеет только лишь одного друга - Чон Хосока. Чон Хосок - шатен ( с недавнего времени рыжий ), слишком общительный, не боится высказывать свое мнение другим, любитель увеселительных заведений. Два слишком разных человека смогли найти общий язык и подружится. После полного изучения расписания Чонгука и его предпочтений, Сунан решила стать к нему ближе. Она приходила к мужу на работу, домой, во время обеда. Он ее не прогонял, но и бесед не вел. Его холодность и равнодушие ещё сильнее убивали отчаянную девушку. Так она повесила в его квартире камеру. Чонгук сначала этого не заметил, но после очередной уборки, горничная вручила ему сей предмет в руки, думая, что он за ней подсматривает. И тут Чон тоже не проявил особых эмоций. Просто выкинул камеру и написал смс жене, где попросил ее не вести себя как подросток. Сунан продолжила копать, но уже не под Чона, а под Кима. Она подозревала, что именно из-за него у нее рушится надежды на семью. Девушка присылала ему смс с угрозами, не часто, так чтобы слегка запугать. Но после того, как она начала слать длинные сообщения, в подробностях расписывая все сексуальные сцены с Чоном, Ким реально испугался. В его голове засела мысль, что за ними кто-то следит и на подозреваемую блондин вышел не сразу. Он стал нервным, психованным, во сне расчесывая руки до покраснений и крови. Она же только этого и добивалась, довольствовалась разбитым выражением безысходности на чужом лице. Но бурно эмоционизировал Ким только около Чонгука, потому что только брюнет мог его успокоить и заверить, что все хорошо, что жена просто блефует и доказательств у нее нет. Их и правда не было, камера ни разу не засняла лицо блондина, только Чонгука, и поэтому она могла лишь описывать ситуацию по полученным фотографиям в словах, без вещественных доказательств. Так продолжалось ещё какое-то время. Сунан, сама того не понимая, сближала этих двоих только сильнее. Она позволила Чонгуку утешать Тэхена самым обычным способом, с проявлением сожаления, сочувствия и жалости. Именно тех качеств, что она хотела отыскать в нем сама, но своими руками заставила его открываться другому. Позволила обычному сексу стать доверительным актом передачи тепла и защиты, нежели удовлетворением потребностей. План про беременность тоже не шел так идеально, как хотелось бы. Тест постоянно показывал одну полоску. Чон позволял ей насладиться его телом только раз в месяц, этого видимо было недостаточно и она пошла на самый отчаянный шаг. У Тэхена был брат, Сунан знала, что у них довольно сложные отношения. Как-то раз она споила Хосока в надежде лечь именно под него, но тот рассказал ей прекрасную историю про ненависть одного из братьев Ким. Тогда она подумала, что могла бы убить двух зайцев сразу. И все вышло как по нотам и если ее план будет и дальше идти по пунктам, то Тэхен сам уйдет из их с Чоном жизней. - Чимин, у тебя появилась девушка? - У тебя с головой все в порядке? С чего я тебе отвечать должен. Парень делает глоток чая, не отрывая внимание от телефона. - Ну, наличие помады с оттенком "Молочный Ирис" в твоих штанах наводит меня на такой вывод. Или я чего-то не знаю? О, да! Тэхен, ты слишком многого не знаешь, но лучше бы ты молчал. - Может и не знаешь. Не твое дело. - Чимин, я же беспокоюсь,- Тэхен протягивает ладонь к брату, хватая его запястье.- Мне правда не все равно. Чимин тяжело вздыхает, старается не взорваться прямо здесь и не разбить телефон. Он поднимает глаза на брата, тот смотрит с беспокойством и заботой, скорее всего, просто что-то подозревает, но скрывает. Рыжий на провокацию старается невестить и потому молчит. Но от внимания не ускользают красные полосы, скрывающиеся под рукавами вязаной кофты. Он резко перехватывает чужую руку, со злостью закатывает рукав. Уродливые гематомы на молочной коже начинаются от запястий и заканчиваются на сгибе локтя. На следы от лезвий не похоже. Чувство, что кожу раздирала когтями кошка. Раны еще свежие, не до конца зажившие, каждая недавняя царапина набухла, некоторые же покрылись корочкой. Они неровные, значит Тэ делал это импульсивно, в порыве эмоций, а не для того, чтобы кому-то что-то доказать сидя в туалете. Сначала блондин застыл в ступоре, ему показалось, что брат его ударит, но тот просто взял в ответ его руку. И пока до Тэхена доходило, для чего его схватили, вырываться было уже поздно. - Так вот значит как. Это из-за него, да? Из-за Чонгука ты уродуешь себя? Или для него? - Что ты несешь? - Что вижу, то и несу! Ты посмотри на это,- Чимин сильнее сжал чужую руку, специально надавливая на раны, в надежде отрезвить брата,- Это он виноват! -Да какое твое дело? Ты не думал, что это ты мог довести меня до этого?! Они стояли, смотря в глаза напротив. У обоих там ярость и обида. Столько вопросов, столько несказанных слов. Два родных человека, находясь каждый день в шаге друг от друга, бессловесно разрушали собственный рассудок. Задавались вопросом: « В чем я виноват?». И обоюдно решили, что вина лежит в голове другого. Но вина лежала в их молчании. Нежелании поговорить, рассказать свою проблему. Они не могли дать друг другу то, чего требовали. Тэхен не смог бы полюбить Чимина так как брат бы хотел, а Чимин не смог бы принять выбор Тэхена. - Скажи мне, почему ты так ненавидишь меня? Почему ненавидишь каждого, кто общается со мной? Ответа нет. Можно было догадаться после того случая с мастурбацией. Но видимо блондин забыл об этом, так как Чимин сбавил свое давление на брата. И было ли это решение ошибкой? - Мой ответ тебе не понравится. - Я жду. Раскрыть ли врата своей души кровному человеку? И тем самым позволить теперь ему ненавидеть себя? Отдать парочку своих демонов, в полную копилку таких же, Тэхену? Эти вопросы в дополнении со жгучим чувством безысходности, слабости и желания переплелись нитями в крепкий канат, подталкивая к неверному решению. Убийственному для душ с любовной проблемой. Чимин смотрит прямо, без страха на отступление, отсчитывает секунды до ментальной смерти. Горячие губы вмиг находят другие, податливые и мягкие, ни разу не отталкивающие. Чимин целуется, кусаясь, словно угрожая, что блондину уже не вырваться. А тот, сам того не замечая, отвечает, берет чужое лицо в руки, сильно жмуря глаза, открывает рот. Они хватаются за каждый миллиметр тела, что оказалось полностью в их власти, взамен расплачиваясь своим согласием на капитуляцию. Негласная борьба между двумя неразумными переходит в спальню Тэхена, который позволяет брату абсолютно все. С его глаз текут слезы, которые Чимин замечает не сразу, а увидев, сцеловывает, бережно касаясь чужого лица пухлыми губами, наслаждаясь вкусом солености на языке, мягко поглаживает бархатистую кожу. - Я не сделаю тебе больно, Тэхен. Но я правда уже не могу. Позволь мне хоть раз. Я не буду больше убегать от разговоров, сделаю все, что ты мне скажешь, все, что … -Тише, - блондин закрывает рот брата ладонью, не в силах слышать в чужих словах подтверждение собственных ненормальных догадок, которые он так тщательно отрицал, что позволил затуманить свою голову, другими, не менее бредовыми, мыслями.- Просто продолжай. Два слова, которые он смог выдавить из себя, стали зеленым светом для одного и красным для другого. Тэхен прикрыл глаза, слухом следя за каждым действием рыжего и собственным бешеным сердцебиением. Он лег на кровать поудобнее, сам снял всю одежду. И если бы Чимин не был так воодушевлен, то заметил бы в каждом действии брата разрушение порядков и законов самой жизни. Тэ делал все медленно, оттягивая момент, старался забыться и представить, что просто лежит на собственной постели с раздвинутыми ногами. Грудь сдавило от прикасания чужих пальцев к звездочке мышц, хотелось пищать, но он давил эти звуки в утробе. Все еще не верил в происходящее. Чимин же наслаждался каждой минутой близости, старался не делать все импульсивно, старался быть осторожным. Он рассматривал тело брата с восхищением, и даже эти царапины не казались уродливыми, казались красивыми, дополняя сочные, зацелованные губы. Рыжий растягивал брата тщательно, чтобы обоим было потом комфортно. От предвкушения член стоял колом, показывая направление в чужое отверстие. Наверно хорошо, что в комнате царил полумрак, собственное отражение в зеркале напротив кровати не увидело бы морально разлагающееся тело хозяина. Тэхен почувствовал медленно входящий в себя член, толчки сначала были редкими, пробующими, а после блондин катался по простыням под чужим телом от силы, скорости и желания брата. Тот вбивался резко, быстро, наслаждаясь ощущениями внутри тела. Помечал шею и грудь, хватался за талию в надежде оставить там синяки. Тэ дышал часто, стараясь не громко хлюпать носом, хотя за шлепками тел и стонами Чимина все равно их было не услышать. В голове он без остановки твердил одно лишь: «Прости меня. Прости меня. Прости меня, Чонгук.» И хоть от этого совершенно ничего бы не поменялось, Чонгук являлся единственным звеном в жизни, который отрезвлял, который не разрешал отвлекаться на чужое желание доставить партнеру снизу немного удовлетворения, не позволял забыть, что за это последует наказание. Чимин кончил внутрь без презерватива. Вынув ствол, он еще секунд 10 смотрел, как собственное семя вытекает из растраханной дырочки. Дышал громко, не мог сдвинуться с исходного положения, держа ноги брата цепкой хваткой, будто тот убежит из своей спальни. После нескольких минут прострации, Чимин заметил, что у брата даже не встал. Тэхен лежал распятым на кровати и смотрел в потолок, дорожки слез давно высохли, а на шее вырисовывались следы этой ночи. - Давай, я помогу… Резкий хлопок, заставил убрать руку от чужого члена и с непониманием посмотреть на брата. - Я в душ,- голос, непонятно из-за чего охрипший, не слушался хозяина,- завтра поговорим. Чимин проводил Тэхена взглядом, рассматривая в каждом движении и физическую и душевную боль. Собственное удовлетворение уже не доставляло такого пика эмоций, как несколько минут назад. Он остался один. Опять. Возможно, душ помог смыть всю ту грязь, которой в своей голове Тэхен облил себя. Возможно, он был воодушевлен предстоящей беседой с братом. Но ему стало легче. Легче настолько, что войдя в свою комнату снова, он не испугался, все еще сидящего на ней, Чимина. - Я подумал, что ты захочешь поговорить сейчас, чтобы не ворочаться ночью в догадках. Тэхен молчит, непонимающе смотрит на брата, но садится рядом. - Я знаю, что у тебя бессонница. Так что спрашивай, что хочешь. А хочет ли Тэхен что-либо спрашивать? Теперь нужно ли это ему? У него были когда-то подозрения насчет своего брата, но позже они исчезли, вернее Тэхен их заблокировал бетонными стенами, настолько это казалось ему нереальным. Даже мысль о том, что брат хочет его убить в своей ненависти, не была столь абсурдной, доводила до белой горячки по ночам, но не являлась чем-то неестественным, ведь поведение Чимина подтверждало это день ото дня. - Я не знаю, что спросить, Чимин. Если хочешь, можешь выговориться. Я не стану судить тебя за то, что ты сделал, за то, как ты думаешь или чего хочешь. Я сам не святой, ты знаешь. - Я … я не знал, как избавиться от этого. До сих пор не знаю. Это похоже на красный флаг каждый раз, когда ты рядом. Я одновременно и хочу тебя любить и хочу закопать, чтобы никто на тебя не смотрел. Эти чувства … я с последнего времени начинаю думать, что это не любовь. Что это надо пережить. Но уже около года прошло, Тэхен. Я старался не думать о тебе, считал это подростковое, заводил столько половых связей, что не отмыться от этого и все равно думал о тебе, о твоем лице и голосе. Но это ненормально. Я даже не чувствую стыд после того, что мы сделали. Ни сейчас, ни тогда. Мое поведение из-за этого было таким резким. Я просто не понимаю, что мне с этим делать, Тэхен. Такое глубокое, одинокое, но не подавляющее молчание. Чимин говорил запинками, медленно донося суть своих мыслей. Но говорил внятно, без оскорблений и сарказма. Открывался для Тэхена, обнажал свою душу, слоями сдирая слой лжи и грязи, кидая все это рядом с братом. И в итоге оказался таким маленьким, таким крохотным без своей брони, таким настоящим в своей правде. Прикоснись и сломается как непочиненная игрушка. И даже сердце хотел кинуть рядом, но рано еще, момент не настал и не наступит никогда. - Я подозревал. Но верить в это не хотел. Я не давал тебе никогда намеков на что-то подобное. Надеюсь, ты понимаешь, что наш случай единичный и это все закончится сейчас. Я не хочу возвращаться в те наши ужасные отношения, я хочу помочь тебе, но не тем способом, каким ты хочешь. Душа Тэхена наоборот закрылась. Он устал быть понимающим. Устал угождать всем, дарить часть себя. Все только вытирали ноги об это и уходили. Чимин же останется рядом, но калечить их отношения он больше не позволит. -Хорошо. - Хорошо. Теперь иди спать. Завтра в школу.