Good boys go to hell

- Тэхен, проводи меня до комнаты, когда приедем. Такси остановилось около небольшого особняка. Богато украшенный фасад, ухоженный сад, оправданно высокие ворота навевали мысли о давно забытом прошлом, что осталось в этом городе за плечами братьев. Их встретил дворецкий в сером костюме, сказал идти в гостевую, пока багаж несут в комнаты. - Ох, мальчики! Так рада вас видеть, не думала, что так внезапно приедете. Женщина по имени Ким Хисон выглядела неестественно молодой для своих лет и из-за пластики такой фальшивой в своей радости. Она обняла каждого из сыновей и села обратно на диван, что-то печатая в телефоне. - Прошел год с нашей последней встречи, мама,- голос Чимина тихий, похожий на шепот. Он стоял позади Тэхена, с опаской выглядывая из-за плеча брата, казался слегка напуганным и взволнованным одновременно. - А где этот… забыл, как его зовут? - Он скоро придет,- Хисон жестом указала братьям сесть. -Ну, как у вас дела? Чимини, как школа? - Все хорошо, мам. Тэхен мне очень помогает, - какая наглая ложь. - Это чудесно, ребятки. А у тебя как дела на работе, Тэхени? -Ну … - Я дома! Громкий хлопок двери не дал блондину договорить, он нахмурился и повернулся на источник шума. Молодой парень, чуть старше самого Тэ, задержался в дверном проеме, осматривая каждого и, кажется, особенно долго смотря на красноволосого. - Рад снова увидеть вас. - Наверно, я отвечу тебе тем же,- Тэхен сидел спиной к парню, но тот вскоре вальяжно прошел через гостиную и сел напротив него, по-хозяйски закидывая руку на плечо улыбающейся матери. Хисон что-то лепетала тому на ухо и совсем забыла о гостях, что сидели у нее под носом и ждали внимания. Женщина так упивалась своим «парнем», хотя видела его каждый день. Они же вместе почти 5 лет, а она все еще ведет себя как влюбленный подросток. Не удивительно, что Чимин был рад съехать отсюда. - Мама, может, расскажешь как твои дела, м? - А? Ах, да. И пока Хисон вела беседу со старшим сыном, младший был благополучно забыт на другом конце дивана. Его сгорбленный силуэт с каждой минутой становился все меньше. Он бы уже давно скрылся за дверьми своей комнаты, но боялся идти один. Парень чувствовал на себе чужой изучающий взгляд, от которого спина обливалась холодным потом, а пальцы слегка подрагивали, пришлось сцепить руки в замок и делать вид , что смотреть на них и правда интересно. Пока Чимин делал все, чтобы отвлечься от чужого внимания, даже не услышал собственное имя из уст матери. - Чимини? - А? Да, мама, я просто задумался. - Я найму тебе учителя на дом, чтобы ты не пропускал учебу. Хорошо? - Как скажешь. - Знаете, я сам могу ему преподавать. Я все-таки веду лекции в университете. - Как тебя не выгнали оттуда из-за мятного оттенка волос? Разве это вообще приемлемо? – Тэ был не единственным, кому не нравилась эта затея, но Чимин молчал, упорно игнорируя присутствие четвертого человека в комнате. - Тэхени, Юнги - отличный преподаватель. Я видела, как он хорошо относится к студентам. - Ладно. Нам с братом нужно отдохнуть. Блондин повел Чимина за собой на второй этаж , довел до комнаты как и обещал. - Все хорошо? -Да. Почему ты спрашиваешь?- красноволосый не смотрел в глаза, судорожно сжимая дверную ручку, желая поскорее скрыться. - Ты был такой тихий, я думал, ты стесняешься маминого ухажера. Но потом вспомнил, что вы ведь жили вместе еще до твоего переезда. - Все хорошо, Тэхен. Я просто устал и … расстроился, что и здесь придется учиться,- смешок получился как плач. - Ну, ты все равно сможешь здесь отдохнуть. Пока не думай ни о чем. Поговорим завтра. Спокойной ночи. Ночь была адской. Каждый шорох, скрип или простой малейший звук заставлял сердце скручивался в жгут. Чимин не мог заснуть. Все детские плохие воспоминания крутились в голове потоком негативных импульсов. После переезда в Сеул, Чимин навещал родной дом несколько раз, но это было год назад и тогда, он ни разу не приезжал с братом. Он запер дверь, закрыл окно и все думал о Юнги. Он его не боялся, скорее не понимал, как к нему относиться, как к нему обращаться, поэтому и вел себя странно. Возможно, он опасался его. Когда Юнги впервые пришел на порог их дома как будущий сожитель, Чимину было 13. До этого мамины мужчины не жили в их доме, не готовили завтраки и не ходили каждый день на учебу. Да, Мин тогда даже университет не закончил. Они сначала почти не разговаривали. Чимин старался не пересекаться с ним, но постепенно они нашли общий язык. Тэхен жил в другом городе, мама часто была в командировках и единственным собеседником стал Юнги. Младший все чаще звал его хёном, обсуждал интересные фильмы и просто наслаждался его компанией. Со временем это переросло в нечто большее, чем дружба. Юнги догадался об этом первый, но виду не подавал, Чимин же совсем не знал, что такое любовь, что такое отношения и поцелуи, но его влекло к сероволосому, он сам не понимал почему. Юнги познакомился с Хисон в кафе. Он работал официантом и женщина оставила ему на салфетке свой номер. Ей просто захотелось разнообразия и милый смазливый мальчик как раз был в ее вкусе. Мин особо не задумывался о том, зачем же позвонил тогда, но все сложилось так, как сложилось. Отличительной чертой парня была его преданность. Даже несмотря на скрытность их отношений, Юнги не позволял себе такую роскошь как флирт с другими девушками. Ким была красива, но любовью там и не пахло, она дарила ему подарки, которые парень не мог себе позволить, эти подарки он потом продавал и отсылал деньги своей семье. Он держался за эти отношения только из-за выгоды, но позже они привыкли друг к другу. Это были чисто партнерские отношения, ведь им было хорошо вместе, хорошо в постели, они знали друг друга как родных. И наверно, Хисон все-таки чувствовала к парню нечто большее, раз предложила переехать. Юнги старался не смущать малолетнего сына Ким и особо с ним не контактировал. Но потом понял, насколько Чимин одинок, ведь у него не было друзей, брат уехал на учебу, мать не следила за ним совсем. Постоянное грустное выражение лица младшего так расстраивали парня, что он захотел с ним сблизиться. Но допустил ошибку. Мин стал единственным человеком, кому тот доверял, кого мог обнять, когда ему было грустно, кто не смотрел на него как на отшельника. Дружба постепенно начала меркнуть в глазах старшего, заменяя ее на нечто более существенное. Как бы он не хотел, но симпатия к Чимину прорастала в его сердце. Он никогда не думал, что станет залипать на эти милые щечки, глаза щелочки, маленькие пальчики. Юнги чувствовал себя как помешанный извращенец и начал больше трахаться с Хисон, при этом специально оставлял дверь открытой, заставляя женщину стонать во весь голос и просить быстрее и глубже. Надеялся, что Чимин сам от него отвернется, не ответит на приветствие, первым разрушит их дружбу, потому что Юнги был слишком слаб для такого. Но Ким не повелся на провокацию, однажды спросил, любит ли Юнги его маму, тот ответил на вопрос своеобразно, потому что врать не хорошо, а говорить правду неудобно Их тянуло друг к другу и больше тянуло все же Юнги. Ведь именно он совершил все те ошибки, из-за которых Чимин уехал к брату в Сеул. - Да,Чонгук? -Какого черта ты не на работе? Что значит работа на дому? –Чон рычал в телефон и Тэ буквально ощущал, как тот топит его в своей злости. - Чонгук, мне нужно немного отдохнуть. - От чего? - От всего. Я правда слишком … устал. Мне нужно немного времени определиться, что делать дальше. Возможно даже подумать об ,- блондин прикусил губу, размышляя над мыслью, что вертится на языке уже какое-то время,- об увольнении. - Тэхен, - парень тяжко вздохнул и, судя по звукам, встал со своего кресла,- что происходит? Ты переживаешь из-за Сунан или из-за своего положения на работе? Скажи и я смогу все уладить. - Нет, Чонгук, не сможешь. Ты не можешь со своими проблемами справиться, с моими тем более. Нам надо прекратить все наши встречи вне работы,- Тэ не собирался говорить это по телефону как последний трус, но либо сейчас, либо никогда,- Я хочу, чтобы у тебя все было хорошо. Подумай над тем, чтобы постараться стать семьей с Сунан. Я верю, что она не плохая, просто ты слишком жесток был по отношению к ней, возможно, ты сделал ее такой. Как приеду в Сеул, скажу свое решение насчет увольнения, а пока не звони мне, пожалуйста. - Стой, Тэхен, ты где? Ты не в Сеуле? -Пока, Чонгук. Даже по телефону это оказалось слишком трудно. Он поступил как последний трус, сбежал, заметая за собой следы, не позволив самому себе нормально объясниться. Сердце сдавило стальными жгутами, Тэ никогда не любил кого-то так сильно. Кажется, что лава течет по венам, принося мученические душевные боли. Блондин встал с пола, на котором сидел несколько минут после разговора, вытер слезы с лица рукавом толстовки и попытался улыбнуться отражению в зеркале. Но количество невыраженных чувств, что таились в этих глазах, количество печали, что сквозила в каждой черте измученного лица, могло бы разбить стекло на мелкие осколки. Он все еще считает, что оборвать все связи с Чоном не самая лучшая идея, но так будет лучше всем, Чимину точно. Если искать первоисточник проблем, то младший всплывает в голове сразу. Но, если не Чимин, то Сунан нашла бы другого кандидата на роль оплодотворителя, и, возможно, Тэхен тогда бы не сбежал, но ощущение собственной никчемности не покинуло бы его все равно. Ким в последнее время, еще до выходки Сунан, начал чувствовать, что пора отступиться, пора идти дальше без Чонгука. Это было бы больно, даже слишком, прям как сейчас, но он бы был свободен от моральных устоев, что рушил каждый раз, когда оказывался в постели начальника. В конце-концов, Тэхен дома, у него есть время подумать наедине с собой, спросить совета у третьего лица, определиться, что делать с Чимином. Оставить ли его у матери? Или вернуться обратно в Сеул? - Тэ, ты куда? Чимин заметил хмурое выражение лица старшего, он был мрачнее тучи, поэтому увязался за ним. -Подышать свежим воздухом,- прозвучало слишком резко. - Ты же утром с Чонгуком разговаривал. Неужели он отшил тебя как мужик? – начинать беседу с неоправданной ревности не очень хорошо, но брат снова заметил набухшие новые полосы на руках. - Чимин! Если ты забыл, то я тут только по твоей милости, чтобы спасти твою задницу от проблем, поэтому- Тэ сжал запястье брата настолько сильно, насколько позволяла ему его эмоциональная неустойчивость,- не дергай меня и не попрекай в грехах, которые и на тебе висят балластом. С этими словами блондин вышел на улицу, оставляя Чимина в доме с Юнги совершено одних. Младший не хотел злить брата, оно само как-то вырвалось. Хотел просто упрекнуть, что это может стать началом серьезной зависимости и лучше сходить к врачу. Но правильный посыл его мыслей застрял где-то между злостью, ревностью и беспокойством. - Твой брат такой нервный. Он хорошо к тебе относится? -Не твое дело, хен. - Хэй, Чимин-а, не хочешь тоже прогуляться? Может, сходим к морю? - Зачем?- парень разворачивается лицом к собеседнику, стараясь держать непринужденное выражение лица. - Я хочу провести с тобой время. - Ты теперь мой учитель. Мы будем видеться каждый день, так что успеешь еще насладиться моей компанией. - Хорошо. Как скажешь. - Хорошо. - Тогда пошли учиться. Как раз расскажешь мне, какие темы вы проходите,- Юнги схватил парня за локоть и повел в сторону лестницы. - Чего? Ты офигел? Хен, отпусти! Ладно, пошли к твоему морю. Можешь там мне признаться в любви, если захочешь. - Ну, конечно,- мятноволосый хмыкнул, но хватку не расслабил. И несмотря на все попытки Чимина убрать чужую ладонь, тот все равно под руку довел его до машины. - Оу! Я вижу мама раскошелилась, чтобы ты гонял на этой тачке? Ну и как она?- младший садится на переднее сидение, рассматривая машину изнутри. - Все также хороша в постели. - Я не про это. Фу, блин! - А я про это. И если будешь язвить, я заткну тебя навигатором или чем-то особенным. Нда, Юнги не Тэхен. Он не станет молчать, ответит в два раза грубее. Но сделает это галантно, как джельтенмен, еще и с поклоном. Не ясно почему, но Чимин на его ответ только дергает уголком губ в улыбке и совсем не думает о чужой грубости. Море все такое же. Не привлекающее ни капли сознание Чимина. Они с Юнги были здесь кучу раз, потому что мятноволосому нравилось просто сидеть на песке и наблюдать за волнами. Это успокаивало и еще, это был повод остаться с младшим наедине. Чимин шел впереди, выбирая максимально безлюдное место, чтобы присесть. throwback * - Хен, ты любишь мою маму?- Чимин сидел в машине на заднем сидении, им пришлось уйти с пляжа, так как стало слишком ветрено. - Такие вопросы неприлично задавать, Чимини. - Но ты же ее не любишь. Ты с ней из-за денег? - У нас с твоей мамой отношения гораздо выше любви. Мы доверяем друг другу,- «и наши чувства не смогут разрушить наш союз, потому что их нет» - остается неозвученным. - Но хен, значит ли это, что ты можешь полюбить кого-то другого? Они сидели очень близко, любуясь закатом, и Чимин пользовался этим, с каждым вопросом подвигаясь все ближе. Рука старшего лежала на чужих плечах, а младший удобно устроился головой на чужом плече. - Твоя мама все равно останется для меня на первом месте,- ни да, ни нет. Чимин ощущал горячее дыхание на своем лице, он уже так максимально близко, смотрит в глаза своему … другу. -Чимин, ты такой красивый, когда молчишь,- младший на это только хихикает. - Правда, красивый? - Невероятно. Их губы соединились, плавно обмениваясь теплом. Юнги управлял поцелуем, так как оказалось, что Чимин совсем не умел в этом деле. Младший просто расслабился, стараясь поспевать за языком старшего, касаться его, повторять те же движения в чужом рте. Тяжелая рука легла на бедро, проводя до самой майки, скользя под нее, ближе к ребрам, холодя пальцами нежную горячую кожу. Чимин простонал первым, первым начал расстегивать пуговицы на рубашке старшего и откуда в нем столько смелости, непонятно. - Юнги, стой,- весь пыл исчез также неожиданно, как и появился.- Я не уверен в этом. Ты мне очень нравишься, но … - Чимин, пожалуйста,- Юнги облизнул ушную раковину, скользя пальцами по чужим бедрам, доходя до паха.- Я буду осторожен. Я так долго терпел, смотря на тебя. Ты такой красивый, такой милый. Я хочу тебя. Мин льстил младшему специально, знал, что тот падок на это, касался его эрогенных зон, подавляя желание сопротивляться. Он напирает на него, знает, что имеет чуточку власти как хен в этой милой головушке. Чимин был не уверен, он умел хорошо манипулировать, но всегда был в безопасности, а сейчас ему и хочется и боязно. Но почему-то отказывать Юнги … неудобно? Но не только поэтому. Юнги правда очаровал Чимина, он первый кто обратил на него внимание, первый кто говорит ему такие слова и так нежно прикасается . Наверно, все вместе послужило положительному кивку. И Юнги было уже не остановить, даже отсутствие смазки и резинок особо не волновало. Рывками он снял одежду с них обоих, уложил Чимина на лопатки, затапливая того красивыми словами. Языком ласкал шею, чмокая понравившиеся места, все делал осторожно. Наслаждался видом юного тела под собой, таким невинным и преданным, таким чутким к каждому действию. Чимин вздрогнул, когда почувствовал чужую ладонь на своей ягодице, что нежно скользила круговыми движениями, а потом резко сжимала. Сердце учащенно забилось в ожидании, лицо краснело от смущения, он прикрыл его ладошками. Мин засунул два пальца в рот младшего, прося открыться и быть хорошим мальчиком и сосать усердно. Ким так и сделал, облизывал, щедро смазывая слюной и смотря в глаза своему партнеру, позволил тому засунуть палец меж округлых половинок. Неприятные ощущения не стихали довольно долго, тело не привыкло к таким экспериментам, но младший терпел, тяжко дышал и скулил, когда уже второй палец полез внутрь. Юнги утешал его поцелуями, проводил по члену, отвлекая от зуда в заднице. На третьем пальце, решил, что достаточно, и вытащил руку. Чимин лежал в ожидании под ним, смотрел мокрыми глазами и хотел все остановить, но боялся разочаровать старшего, боялся, что тот больше не обратит на него внимания, оскорбит его. Напрягся, когда ощутил, как жилистый член проталкивается между его ног, старался расслабиться, но только пыхтел и плакал, не сдерживая чувств. Юнги не обратил на это особого внимания и вошел полностью, остановился, переводя дыхание, толкнулся снова. С губ Кима сорвался вскрик, изнутри будто рубили топором, дробили на мелкие кусочки. Затем еще один и Мин закрыл его рот рукой, но даже это не заглушало страдальческое мычание. - Потерпи еще немного, малыш. Скоро станет легче,- поцеловал в лоб. Но легче не становилось, сероволосый ушел в свои реалии, забывая про партнера, в собственном ритме насаживал на член мальчика, что елозил под ним в агонии. Если бы не чужая рука, Чимин бы уже сорвал глотку. Было больно, адски, долгожданная эйфория не приходила. Младший вцепился руками в чужие плечи, стараясь отстранить, но натыкался на чужую стальную хватку и безнадежно тратил силы, что были на исходе. В какой-то момент Юнги наконец-то кончил, откидывая голову назад и отстраняясь окончательно. Чимин лежал еле дыша , каждый вдох приносил дискомфорт, каждое движение - мучение. Старший после отходняка взял салфетки и вытер остатки спермы и немного капелек крови с чужого тела, помог одеться, делал все под аккомпанемент болезненных выдохов. Они приехали домой, разошлись по комнатам, не говоря ни слова. На следующий день у Чимина поднялась температура, его рвало, матери дома не было, только Юнги, который боялся вызывать скорую и были веские на то причины. Он попытался помочь младшему сам, купил мазь, которой смазал его анальное отверстие. Киму было настолько плохо, что он не понимал даже где находится. А Мин просто молился, чтобы тот поправился до приезда Хисон. Ему было правда страшно, ведь во всем этом только его вина. А Чимин даже не может внятно объяснить, где болит. Два дня в бреду съели Юнги все нервы. Ситуация напрягала и лучшим выходом было уйти. Но на вопрос Хисон: «Почему?», наобум выдал имя Чимина, Чимина, который любил подслушивать чужие разговоры. После этого младший был переслан брату под опеку. Так просто и закончилась история недолюбви-недодружбы. Ким приезжал несколько раз домой, наступая на свою гордость, он шел к Юнги, но того никогда не было дома, потому что тот втайне всегда сбегал, когда узнавал, что младший снова окажется с ним в одном доме. Чимин был обижен и напуган, но только первое время. Затем, он старался все забыть, проще относиться ко всему как Тэхен. Старался походить на брата, быть ближе к нему, но снова влез в капкан похуже того, что поставил ему Юнги. *** - Я хотел извиниться. - За что?- Чимин стоял боком к парню, смотрел на море, оно сейчас и правда успокаивало,- За то, что оказался козлом? - Да. - Это было почти три года назад. С чего вдруг такие извинения? - Мне нет оправдания. Не жду, что ты простишь меня, на самом деле я хотел… - Успокоить свою совесть. Я понял,- младший повернулся к Юнги, который стоял опасно близко,- Извинения приняты, хотя ты не заслужил. Но спасибо, что ты все еще заботишься о моей ветреной матери. Только из-за этого я все еще с тобой разговариваю. - Ты все еще мне нравишься. - Чего? Охренел? Юнги схватил сопротивляющегося парня за руку. Стоя рядом, упираясь в чужую грудь своей, смотрел глаза в глаза, но видел там лишь пустоту, ту самую, что остается после разбитого сердца, разочарованного миром. - Отпусти, Юнги. Между нами ничего не будет. Ты наглядно это продемонстрировал. Мин на это лишь ухмыльнулся и накрыл своими губами чужие. И получил за это. Он приложил ладонь к горячей щеке, смотря на разозленного, но в тоже самое время испуганного своей выходкой парня. - Я в машину. Это не те губы, не те ощущения. Все неправильно. Все всегда неправильно. Чимин бежал до машины, скрывался, но поняв, что дверь закрыта, сел на асфальт. Если бы Юнги сделал это хотя бы год назад, он бы повел себя по-другому.