Соулмейты как-никак

      В тот день после случившегося на поляне, ничего не произошло. Парни вышли из леса и разошлись в разные стороны: Диппер по делам, а Билл домой. Но уже в тот день Пайнс заметил, что с Сайфером творится что-то странное.       Блондин всё так же ошивался рядом с Диппером, но вот его поведение несколько изменилось. Не в лучшую сторону, по мнению Пайнса. Билл постоянно без причины улыбался, точнее, причина у него, скорее всего, была, но для Диппера, умеющего выращивать растения, а не читать мысли, поведение Сайфера выглядело странно. Помимо этого, Билл стал ещё болтливее, что казалось бы невозможно, при условии, что он и так не затыкается. Но ему удалось. Причём, болтовня его стала навязчивее: если раньше он просто что-то рассказывал и пытался растормошить Пайнса, то сейчас в основном задавал вопросы самому брюнету. Это было что-то банальное, например, «Как дела?», «Как прошёл день?», «Как прошла пара?». Но даже на такие простые вопросы брюнет отвечать отказывался. И невдомёк ему было, что о нём вообще-то беспокоятся и пытаются узнать получше.       Последним, самым незаметным, но самым раздражающим, изменением в поведении Билла было то, что он постоянно дотрагивался до Диппера: случайно задевал его пальцы, клал руку на плечо и так далее. Сосновому Деревцу это не нравилось.       Терпение лопнуло в тот момент, когда Сайфер нашёл Пайнса на улице после пар и предложил проводить до дома. Для Диппера это было чертой. Чертой, зайдя за которую, Билл окончательно нарушил его личное пространство. Ладно, в универе Сайферу заняться нечем, у Пайнса тоже друзей нет, так что потерпеть можно. Но! Заходить в его уже личную жизнь за пределами университета, ввиду ещё и всех предыдущих факторов, нельзя. Та прогулка в лес была, есть и будет единственным исключением, думал Пайнс. — Когда ты уже от меня отстанешь?! — Кричит Диппер. — Отстану? — Находясь в нерешительности и непонимании, спрашивает Билл. — Да, отстанешь! Мне уже надоело твоё постоянное присутствие! — Продолжает кричать Пайнс — Мне казалось, что ты через месяц, другой угомонишься и оставишь меня в покое. Но нет! Ты не только продолжаешь мне надоедать, но теперь ещё и нарушаешь моё личное пространство! Зачем ты вообще всё это делаешь?! — Может, потому что ты мне нравишься?!       Не то, чтобы Билл собирался это говорить, но с другой стороны, не то, чтобы не собирался. На пару секунд Сайферу передалась агрессия Пайнса, а в состоянии гнева люди не думают, что говорят, а говорят то, что думают.       Билл, после этой вспышки, тут же успокаивается и смотрит на замолчавшего, обдумывающего только что услышанные слова, Диппера. — Ч-чего? — Наконец говорит Пайнс.       Возможно, рядом с университетом не лучшее место для такого разговора, но блондин решает, что другого подходящего момента может не быть, так что пора раскрыть все карты. — И, вообще-то, мы с тобой соулмейты. — Что?! — Почти вскрикивает Диппер, но тут же успокаивается — С чего ты это взял?! — Обычно я не телепортируюсь дальше двух метров, но каждый раз находясь рядом с тобой, мне удаётся переместиться на все десять. Это, конечно же, ничего не значит, так как ты, скорее всего даже мне не поверишь. — Тут Билл абсолютно прав. Скажи он это в качестве доказательства, а не как сейчас, просто для справки, Пайнс не поверил ни единому его слову. — Так что можешь попробовать использовать свой талант. Думаю, ты будешь удивлён.       Диппер всё ещё не верит в происходящее и даже не особо соображает, что конкретно происходит. Билл просто стоит напротив и ждёт, предпримет ли Пайнс что-нибудь. Но Диппер всё так же не двигается. — Я лучше пойду. Не хочу наговорить тебе чего-нибудь лишнего. — Сайфер поправляет сумку на плече и медленно бредёт прочь.       Пайнс не знает, должен ли остановить его или что-то сказать. Он смотрит вслед удаляющемуся Биллу и перед тем, как блондин уходит слишком далеко, садится на корточки и использует свою магию над ближайшим кусочком земли. Из него тут же вылезают какие-то растения, выросшие из семян, оставшихся в почве.       Обычно, на выращивание даже самого небольшого цветка уходит больше времени, так как Диппер использует заклинание дважды.

***

      Пайнс сидит на кровати в своей комнате. Он поджал к себе колени и положил на них подбородок. У Диппера всё ещё не выходит из головы странный разговор с Биллом. Было ли это на самом деле или Пайнс только что проснулся, пропустив занятия в университете, а та сцена ему просто приснилась?       Диппер продолжает думать. У него не получается ничего учить, из головы не выходят те слова, поэтому Пайнс не беспокоится об учёбе, а продолжает сидеть и думать.       «Это было наяву» — наконец, смиряется Диппер. «Мне это не приснилось» — добавляет он, чтобы не думать дальше. — Эхххх… — Пайнс убирает подбородок с коленей и упирается в них лбом. «Что теперь делать?» — думает Диппер, сохраняя всё ту же позу, но в добавок закрыв глаза.       Что же беспокоит Пайнса? В первую очередь ему стыдно за своё поведение. Да, он не без причины не воспринимал Билла всерьёз, но зашёл слишком далеко. Диппер уверен на все двести процентов, что Сайферу было очень неприятно его отношение, особенно в свете того, что они, оказывается, соулмейты.       «Я ужасный человек», — думает Пайнс.       Наверное, в этой ситуации Дипперу надо бы подумать о своём отношении к Сайферу, вспомнить, кто такие соулмейты помимо «родственных душ». Но Пайнс не может об этом думать, его съедает совесть и чувство вины.       «Хотя бы извинись, дубина» — проносится в голове брюнета.       Диппер открывает глаза и поднимает голову. Помедлив пару секунд, он встаёт с кровати и идёт к столу, рядом с которым лежит его сумка. Из её внутреннего кармана Пайнс достаёт свой смартфон и садится обратно на край кровати.       Номера телефона Билла у Диппера нет, но он знает, что может найти его страничку в соцсети. Сайфер даже онлайн.       Пайнс медленно начинает набирать сообщение: «Слушай, Билл… Пожалуйста, прости меня за моё поведение»       Диппер думает добавить ещё что-нибудь, так как не совсем понятно, за что он извиняется, но решает, что лучше оставить так. Секунд тридцать Пайнс гипнотизирует сообщение, не решаясь его отправить. Но спустя ещё столько же времени наконец нажимает кнопку отправки и блокирует экран телефона.       Вопреки собственному ожиданию, Диппер понимает, что голос совести не успокоился, а наоборот разошёлся ещё сильнее, как бы говоря: «Ты считаешь, что этого достаточно?!». «А что мне ещё нужно сделать?» — отвечает Диппер на собственную мысль. «Ты должен дать ему шанс».       В следующую секунду Пайнс весь покрывается румянцем. Он вскакивает с кровати и прячет телефон обратно в сумку, лишь бы его не видеть, после чего с головой уходит в зубрёжку конспектов.