Моя любовь

Я мирно посапывала, лежа на своем большом, невероятно удобном диване. Мне снилась Лекса. С тех пор как мы встретились, прошло уже три года, а я так и ни разу не набралась мужества признаться ей в своих чувствах. Какая же я трусиха. И дело было явно не в том, что я боялась разрушить дружбу, тупая отговорка для неуверенных в себе людей, просто об отношениях я знала ровно столько же, сколько о третьем законе Ньютона, то есть ничего. Хотя нет, о законе я знала явно больше. Я свободно предавалась своим фантазиям о Лексе, пока настойчивый стук в дверь не вырвал меня из мира грез. Я приняла сидячее положение и посмотрела на часы 02:00. И какая же сволочь ломится, ко мне в два часа ночи. Я, создавая в голове план убийства ночного визитера, шлепая босыми ногами по ламинату, плетусь к двери. Поворачиваю замок, набирая побольше воздуха, чтобы от души послать человека за дверью, но увидев гостя, точнее гостью, захожусь удушающим кашлем. Она стоит вся озябшая, промокшая до нитки так, что зуб на зуб не попадает и обнимает себя руками, чтобы хоть немного согреться. Зеленые омуты виновато умоляюще смотрят на меня. В моей голове всплывает наша последняя ссора, в пылу которой я велела ей не появляться на пороге моего дома, если эта сука снова, что-нибудь выкинет. Я удивлена? Нет, не удивлена. Николь, нынешняя девушка Лексы, та еще тварь. Однако моя девочка считает, что ей ужасно с ней повезло. И ведь знает, что та редкостная дрянь, но бежит по-первому зову, стоит той сделать приятную мелочь. Я облокачиваюсь на дверной косяк и выжидающе смотрю. — Я з-знаю, ты н-не хочешь меня в-видеть и т-ты была права, а я д-дура, которая не видит д-дальше своего н-носа. Она снова поднимает на меня свои прекрасные глаза и нежно улыбается. Черт, запрещенный прием Лекс. Я сдаюсь без боя, втягиваю ее за лацканы плаща внутрь своей квартиры и захлопываю дверь ногой. Она порывисто обнимает меня, размазывая свои сопли и слезы на моем плече, а я в это время ласково глажу ее по спине, успокаивая. Через полчаса Лекса сидит на барном стуле в растянутой футболке без рукавов и спортивных штанах, подобрав под себя ноги и пряча улыбку в чашке с капучино и ловит на себе мои разъярённые взгляды. — Тебе смешно? Да конечно, давай посмеемся над тем как твоя шлюха-девушка, все это время наставляла тебе рога. Я мысленно влепила себе пощечину, когда улыбка сползла с лица Лексы, и она якобы незаметно, смахнула слезинку с глаза.  — Прости, просто я держалась за нее, наверное, потому что боялась остаться одна. Кларк, пойми я в ужасе от этого. Мне нужен кто-то рядом, кто засыпает, обнимая меня, будит поцелуями с утра. — И это была Николь? — Нет, но она была рядом. Я все думаю, может, я сделала, что-то не так, не удовлетворяла ее физически, как думаешь? Меня начинает колотить от тихой ярости, а она смотрит так словно ей и правда интересно узнать причину их разрыва, хотя наверно так и есть. — Лекса, очнись, вы расстались, потому что Николь тварь и потаскуха. Я срываюсь на крик, что было, несомненно, зря. Она вскакивает со стула, в два шага преодолевая расстояние, и рассержено пыхтит, опаляя горячим дыханием мои губы. Я ловлю каждый ее вдох и теряюсь в ощущениях, ожидая дальнейших действий. Она настолько нелогична, что это порой завораживает. Лекса делает еще один небольшой шажок и скользнув рукой по моей щеке, кладет ее на затылок и целует меня. И все что я делаю, это взяв ее за плечи, легонько отталкиваю. Ой, тупица. Лекса прикладывает пальцы к губам и шумно сглатывает. Я нервно закусываю свою губу, ожидая ее реакции. — Так вот почему ты ни разу не поцеловала меня и не пригласила на свидание, что ж, зато честно, можешь не провожать. Я тупо смотрю, как она одевается и уходит, не забыв напоследок хорошенько хлопнуть дверью. Мне требуется всего секунда, чтобы схватить куртку и рвануть за ней. И я Кларк Гриффин признанная тупица года, в легкой майке на бретельках и коротеньких шортиках, преодолевая лестничные пролеты, мчусь за девушкой которую люблю. Я заворачиваю за угол дома и вижу вдалеке ее сгорбленную фигуру. — Лекса! Она не оборачивается и лишь ускоряет шаг. К счастью я бегаю быстрее, чем она ходит. — Лекса, стой! Ты все не так поняла. Я хватаю ее за руку. — Нет, Кларк, я все так поняла. Я тебя не привлекаю. И если ты хочешь извиниться, то засунь свои извинения себе в зад. Я улыбаюсь. Нет, не так я лыблюсь, как идиотка. Лекса по-прежнему, что-то говорит, но мне уже все равно, потому что в следующую минуту я толкаю ее к стене и, подложив руку под затылок, чтобы она не ударилась, целую ее. Я разрываю поцелуй, а моя девочка тянется, следом пытаясь, поймать мои губы. Я смеюсь, поглаживая ее прекрасные скулы. — Закончила? Кивок. Робкая улыбка. — Больше не будешь убегать, не дослушав? Она утыкается мне в плечо, пряча смущение. — Слушай, Лекс, я немного замерзла… Она испуганно оглядывает меня с ног до головы и отвешивает легкий подзатыльник. — Совсем спятила?! Я не хочу остаться без девушки. Лекса растерянно замолкает и выжидающе смотрит на меня. А я невероятно горда тем, что эта потрясающая девушка считает меня своей. Кажется, пауза затягивается, и я снова прижимаю ее к стене, сплетая пальцы рук. Какой же идиоткой я была, лишая себя возможности, целовать ее губы и держать в руках ее тело.