Серия коротких зарисовок по "Магистру дьявольского культа"

Цзинь Лин спрыгивает с Суй Хва, пробегает мимо горного склона с высеченными на нем правилами Ордена Гусу Лань, и прямиком направляется в Павильон Орхидей. Его сердце бешено колотится, грудь сдавливает, в голове вихрь мыслей. Письмо Вей Усяня было коротким: приходи в Облачные Глубины. Письма Вей Усяня никогда не бывают короткими. Длинные и бессвязные, совершенно лишенные цели или реального содержания, но точно не короткие. Что-то тут было не так. Цзинь Лин все бросил. Буквально швырнул письмо под ноги вскрикнувшему послушнику Ордена Цзинь, который ему его передал. Выбежал на воздух – Суй Хва без промедления выскочил из ножен, будто ощущая нетерпение своего хозяина. В Павильоне Орхидей собрались младшие ученики. Большинство их них – последователи Ордена Лань, но были тут и представители более мелких Орденов, включая Оуян Цзычжэнь. Цзинь Лин проталкивался сквозь толпу вперед, где сидели Лань Сычжуй и Лань Цзиньи с идеальной осанкой, почти идеальной, если говорить о Лань Цзиньи. Лица у них были мрачными, лицо Сычжуя было бледным и хмурилось от беспокойства. Вей Усяня нигде не было видно. -Что происходит, что стряслось? – Требовательно спросил Цзинь Лин. -Понятия не имею, нам просто было велено собраться здесь по срочному делу, - отозвался Лань Цзиньи, хмурясь. – Даже Сычжуй ничего не знает, а учитель Вей ему все рассказывает. Сердце Цзинь Лина падает, словно камень. Вей Усянь болен? Неужели его поразила какая-то неизлечимая болезнь? Неужели он умирает? И почему, размышляет Цзинь Лин, этот идиот не пригласил его дядю? -Ах, вы все здесь? Вей Усянь проносится по павильону, Лань Ванцзы сопровождает его. Он – воплощение здоровья, с широко распахнутыми глазами, румяными щеками и ослепительной улыбкой. Тихий ропот проносится над послушниками, прежде, чем они мгновенно замолкают под пристальным взглядом Лань Ванцзы. -Что за срочность? – Вопрошает Лань Цзиньи. -Я рад, что ты спросил, Цзиньи. – Лицо Вей Усяня становится серьезным, когда он скрещивает руки и выпрямляет спину. – Мы собрались здесь сегодня… Младшие, как один, подаются вперед. -… чтобы найти спутницу для Яблочка. Повисает пауза, следом за которой Цзинь Лин вскакивает на ноги. -А-Лин, - весело восклицает Вей Усянь. – Ты куда собрался? Цзинь Лин резко разворачивается. -Куда угодно, только бы не видеть этот абсурд! -По-моему, это так мило, - вмешивается Оуян Цзычжэнь, а Лань Цзиньи хлопает себя ладонью по лбу. -Молодец, - Вей Усянь поворачивается к Лань Ванцзы, а Лань Сычжуй сжимает пальцами запястье Цзинь Лина и тянет его обратно, сесть. (По лицу Сычжуя растекается легкий румянец.) – Лань Чжань, будь добр. Кивнув, Лань Ванцзы запускает руку под одежды, чтобы извлечь свиток, который движением запястья раскрывается. Спадая вниз, он открывает карту Гусу и окрестных деревень. По всей карте виднеются небольшие крестики, написанные черными чернилами, и большое темное пятно в углу. -Яблочко последние дни выглядит таким одиноким, - начинает Вей Усянь. Цзинь Лин уже успел бы убежать, если бы не крепкая хватка Лань Сычжуя на его запястье. -Он смотрит на кроликов и вздыхает, как будто ему очень хочется, чтобы у него были компаньоны. Партнер, с которым он мог бы проводить время и заботиться о нем до конца своих ослиных дней. Да ведь он был таким раздраженным, что буквально вчера чуть не откусил мне палец! -Он тебя кусает каждый день, - парирует Лань Цзиньи. Вей Усянь указывает на отметки, полностью игнорируя его замечание. -Крестиками отмечены фермы, где, возможно, есть ослы. Я думаю, что самое лучшее, что мы можем сделать, это разделиться и обойти их все: разбиться по двое или трое, чтобы проверить каждую ферму и выяснить, где может быть подходящая для Яблочка ослица. -Или осел, - добавляет Лань Ванцзы. Вей Усянь улыбается Лань Ванцзы, как будто тот достал Луну. Младшие, кроме Оуян Цзычжэня, напряженно заерзали; эта улыбка часто приводит к определенным последствиям, которым лучше бы быть за закрытыми дверями. Через мгновение Лань Сычжуй поднимает руку. -Учитель Вей, Хань Гуандзюн. Цзиньи, Цзинь Лин и я будем в одной команде. -Отлично, - щебечет Вей Усянь, а Цзинь Лин, прищурившись, смотрит на Лань Сычжуя. -Это чертова трата времени, - тихо шипит он. Вокруг него остальные послушники выкрикивают собственные пожелания о командах. – У меня куча дел в ордене в Башне Золотого Карпа. -Расслабься, пожалуйста. – Фыркает Лань Цзиньи. – Когда ты в последний раз выходил из этой башни после того, как они начали обучать тебя на главу Ордена? Разве это не шанс для тебя передохнуть от всего этого «орденского дерьма»? Кроме того, ты можешь свалить всю вину на учителя Вея, и тебе все поверят. Лань Сычжуй снова смотрит на Цзинь Лина, глазами, полными нежности. -Цзиньи прав. Мы не видели тебя целую вечность. Цзинь Лин сглатывает. Он уже давно не дышал свежим воздухом и, тем более, не выходит на ночную охоту со своими друзьями. Старые ханжи из ордена Ланьлин Цзинь заставляли его каждый чертов день читать пыльные свитки по истории ордена. Подписывать кучу бумаг, пока его запястье и пальцы не начинало сводить судорогой, и он не терял всякое понимание того, что он подписывает. Вей Усянь поворачивает голову, их взгляды встречаются. В потом Вей Усянь подмигивает. У Цзинь Лина перехватывает дыхание. Что же он написал Вей Усяню в своем последнем письме? Что ему скучно, и что он умирает и молит о помощи? От этой мысли в груди Цзинь Лина разливается тепло. -Задание для каждой команды, - говорит Лань Ванцзы, его тихий голос перекрывает шум, и тут же воцаряется тишина. – Команда Лань Сычжуя – деревня Янги. Команда Чжигао… -Деревня Янги? – Переспрашивает Лань Цзиньи. – Этот старый фермер злобный и шумный! Цзинь Лин издает смешок, рука Лань Сычжуя все еще греет его запястье. Может, все это не так уж нелепо.