Глупый Маримо

— Глупый, глупый Маримо! — девушка мерила комнату шагами, проходила туда-сюда, вдоль и поперёк, разве что только по потолку не ходила. Она была так зла, что Робин и Нами, находившиеся в этой же каюте, боялись сказать хоть одно слово не так. А то и им бы прилетело нехило. Айко всегда была такой: вспылит, наговорит глупостей, а потом извиняется. И подруги всегда входили в ее положение, потому что знали, что это не со зла. — Как можно быть таким безэмоциональным кабачком?! — Что случилось, Айко-сан? — первой прервать этот марафон « Обойду всю комнату в двести пятьдесят кругов за пять секунд» и поинтересоваться, что же всё-таки так расстроило их накама. Робин никогда не была любопытна к чужим проблемам, но в случае с Айко это не работало. Они слишком хорошо понимали друг друга, несмотря на то, что знакомы девушки не так давно. Казалось бы, что Нами должна была быть ей ближе, но как могли найти общий язык девушки, одна из которых любит деньги, а вторая до беспамятства романтичная натура? Робин хоть и не была помешана на любовных всяких штучках, но много чего могла посоветовать, ведь она была старше, а, следовательно, опытнее. — Кто-то обидел тебя? — Зоро снова задел её, и они поругались, как всегда, — Нами посчитала нужным тоже вмешаться в разговор, только вот зря. Её проигнорировала и Айко, и Робин. Хотя, в принципе, чего она ожидала он молчаливой Нико и разозлённой Ай-тян. Так её называл Санджи, который души в ней не чаял, постоянно крутился рядом и клялся в вечной любви. Девушка сначала не знала, как вести себя с ним, но, понаблюдав за Робин, поняла, что может просто мило улыбаться и всё. — Ладно, вы тут беседуйте, пойду поработаю над Картой Мира. Забей на этого болвана, Айко. Он всегда такой. Нами поспешила оставить подруг наедине, потому что понимала, что в её присутствии Айко не будет такой разговорчивой, какой обычно она бывала в компании Робин. Да и её не особо волновали конфликты между этими вспыльчивыми накама. Больше всего её интересовала мечта, которую постепенно кошка-воровка начала исполнять. Конечно, сложно работать, когда твои друзья — придурки, приходилось много чего переделывать, чертить заново, но разве это может помешать её главной цели? Ни в коем случае! После того, как Нами ушла, Айко села рядом с Робин, опустив голову вниз. Она детально изучала пол в их каюте, будто это было самое интереснейшее занятие, которым могла заняться девушка. Сейчас она была скорее расстроена, чем зла. И Нико Робин прекрасно понимала, что причиной плохого настроения её подруги был зеленоволосый мечник-идиот. — Робин, я не знаю, что мне делать… — Айко решилась заговорить. Голос её был тихим, не таким, как пять минут назад, когда она проклинала «безэмоционального баклажана». Такое состояние у неё было после каждой ссоры с мечником. Сначала она злилась, потом грустила, иногда Робин даже приходилось успокаивать Айко. Эта девушка была сильной, но любому терпению, даже самому огромному, приходит конец. Иногда нужно куда-то выплёскивать свои эмоции. И чаше всего — это слёзы. — Каждый раз, когда я пытаюсь сказать ему о своих чувствах, этот тупой Маримо всё портит… — Может, попробуешь не отвечать на его колкости? Мечник- сан, конечно, острый на язык и любит вот так подтрунивать своих накама, но, если ты перестанешь вестись на его провокации, ему, скорее всего, надоест, — Робин никогда не давала плохих советов, именно поэтому Айко обращалась со своими проблемами именно к ней, а не к Нами. Кошка-воровка сейчас говорила бы ей, что Зорро придурок, идиот, моральный урод и так далее, но помощи от этого совершенно никакой. — Айко, мечник-сан никогда не сталкивался с вопросами любви, поэтому он не понимает, что ты пытаешься сказать что-то важное. В силу характера, до него очень сложно донести что-то подобное. Но ты ведь справишься, правда? — Робин… — Айко подняла взгляд на подругу, та мило улыбалась ей в ответ. Нико очень наблюдательная, она изучила за столь короткий промежуток времени всех членов команды Мугивары. Айко во всём доверяла её опыту и знанию жизни, да и в принципе людей в целом. — Спасибо, Робин. Я очень постараюсь не убить этого кактуса до того, как всё скажу ему.

***

— Ты опять обидел Ай-тян, тупой придурок, — Санджи усмехнулся, глядя на Зорро, который с превеликим удовольствием уплетал, приготовленный им, завтрак. Все уже разошлись, в камбузе остались только кок, мечник и капитан. Ведь Луффи одной порции явно было маловато. Нами забрала завтрак в свою каюту, Робин спустилась перекусить и захватила с собой порцию Айко. Девушка не спустилась сегодня, чтобы покушать с командой. — Заткнись, эро-кок, не беси меня, пока я ем, — мечник не обратил внимание на слова Санджи, но заметил всё же, что Айко не спустилась к ужину. Эта жизнерадостная девушка никогда не упускала возможности провести чуточку времени со своими накама, но сейчас её не было. И почему-то в голову Зорро начала прокрадываться навязчивая мысль, что это из-за него. А ведь осознание чего-то подобного не свойственно мечнику в принципе. — А куда делась эта ведьма? Ведьма? Так он, кажется, начал называть Айко за её прекрасные зелёные глаза. Да-да. Это не Санджи вбил ему, что «глаза Ай-чан восхитительны, я готов тонуть в них вечно», Зорро сам понял, что ему жутко нравится в них смотреть. Он не был романтиком, не имел понятие ни про какие-то там комплименты и нежности, которые так нравятся девушкам. Мечник много раз хотел сказать Айко, какие у неё обворожительные глаза, но в место этого получалось «Ведьма», « Да тебя на костре сжечь пора, пока ты кого не прибила ненароком, ненормальная» и подобная чушь. Глаза… А ведь в ней прекрасны не только глаза, она сама чертовски милая. Зорро отмахнул от себя эту навязчивую мысль, потому что он не должен был думать об этом. Ну, по крайней мере, он так думал. Мечник продолжил поглощать свою пищу, но думать о чем-то, кроме милой девушки, не мог. Длинные рыжие волосы, стройная фигурка, грудь на месте, и размерчик как раз его… Зорро подавился, осознавая, о чём он сейчас думал. Ну, а что? Он не отрицал, что частенько засматривался на эту женщину, он даже иногда подумывал, каково было бы прикоснуться к ней? Зоро не против был бы и сам исследовать все её идеальное тело, но почему-то их близость доходила только до того, что он частенько получал от Айко по голове. Зорро напрягся… — Кок-сан… — из прекрасных грёз мечника вырвала Робин. Девушка была как-то удивительно обеспокоена, это он понял по её голосу. Санджи мгновенно оживился, но Нико не улыбнулась ему, как обычно это делала. — Кок-сан, я хотела попросить… Айко-сан как-то очень расклеилась, не могли бы вы приготовить ей то чудесное пирожное, которым угощали меня вчера? Оно было замечательным и должно порадовать такую сладкоежку, как Ай. — Эй, голова трава, ты что, правда ничего не понимаешь? — Санджи ни на секунду не отвлёкся от готовки, поэтому не увидел выражения лица Зорро, который реально ничего сейчас не понимал. Кок мысленно пнул мечника за его бестактность и тупизм, но сдержался, чтобы не сделать это в реальности. — Ты правда не видишь чувств Айко-сан? — Можешь не говорить загадками, идиот, что я должен понять? — Ты ей нравишься, — Санджи и Зорро уже давным-давно забыли о том, что Луффи сидит здесь и пытается впихнуть в себя все запасы мяса на корабле. Именно поэтому они так удивились голосу, взявшемуся из ниоткуда. А капитан все так же продолжал спокойно кушать. — Зорро, ты чё, дурак? Ты нравишься Айко. Ты правда не заметил? — Ну, раз даже Луффи заметил… — Санджи закончил приготовления вкусностей для Айко, аккуратно разложив все это на подносе. Кок бережно относился к еде, а когда готовил что-то для женщин, то доводил это до идеала. А если этой женщиной была Айко… — то ты точно баклажан… Слушай меня внимательно, я сейчас пойду на палубу, чтобы отнести всё это Айко-сан, а ты…ой, я же не должен был говорить тебе, где она. Забудь, что я тебе сказал. Зорро никогда не понимал Санджи, единственное, что он мог делать в присутствии кока, так это устраивать с ним драку. Они делали так всегда. Не проходило и дня, чтобы они не ругались. Но сейчас Санджи попытался помочь мечнику, и, что более важно, тот понял это…

***

Зорро наблюдал за тем, как восторженно Айко любуется морем. Он знал, что эта женщина обожает делать это, особенно ночами, ведь она плохо спала. Да, мечник многое замечал, что касалось Айко, многое хотел сказать ей, но сейчас, когда это действительно было нужно, он не мог найти слов. Что? Да когда он волновался о подобном? Пусть все будет так, как должно быть. То есть, как обычно… — Эй, ведьма, я не видел тебя сегодня за завтраком, — Зорро стал рядом с Айко, облокотившись о стену. Он и сам не понимал, почему вместо « Извини меня, я идиот» у него изо рта вышли именно эти слова. Вот так всегда: он пытается сказать что-то красивое и милое, а получается как обычно. Мечник мысленно уже просчитывал, через сколько секунд снова получит по голове, но этого не случилось. — Сдохни, глупый Маримо, просто прыгай в воду, я всем скажу, что ты героически пал в бою со своими эгоизмом и бестактностью! — Опять твой острый язычок нарывается на неприятности? Извинись и я сделаю вид, что ничего не слышал. — Не дождёшься, кактус-переросток! — Дура! — Это все, что может выдавить из себя твоя скудная фантазия? Ах, да, думать-то нечем… — Чё ты сказала? — Чё слышал, балван! — Сказала плоскодонка! Вот тут-то Зорро был не прав, и он сам понимал это. Формы у этой женщины были довольно неплохи. Он частенько подумывал о том, чтобы зажать эту надоедливую женщину в какой-нибудь подсобке и проверить их на мягкость. Но любой их разговор заканчивался вот такой подобной потасовкой. — У меня хотя бы эмоциональный диапазон не как у зубочистки! — Ага, у тебя мозгов, как у неё, все верно… — Ах ты, тупой кактус! — Дура! — Голова-трава! — Я люблю тебя! — А я тебя… Молчание… Как долго эти двое смотрели молча друг другу в глаза, они и сами не понимали. Айко была смущена, если бы не лунный свет, Зорро бы не смог увидеть румянец на щеках девушки. В этот момент он подумал, что она и правда очень красива, а не его воображение рисует идеал этой женщины. Внезапно, глядя на Айко, вдруг пришла в голову бешеная идея… Зорро прижал Айко к ближайшей твёрдой вертикальной поверхности и поцеловал. Когда его губы накрыли губы Ай, та покраснела еще сильнее, но на поцелуй ответила, обняв мечника за шею. Этот момент тянулся сладостно долго, но как тягостно было прерывать его. Но воздух сам по себе из ниоткуда не возьмётся. Дышать тоже иногда надо. — Я беру свои слова обратно, ты далеко не плоскодонка, ведьма, — Зорро ухмыльнулся, прежде чем вовлечь Айко в новый, не менее страстный и не менее сладостный, поцелуй. В процессе до девушки начал доходить смысл слов мечника. До этого она не чувствовала, но когда он её сжал…рука Зорро покоилась на её груди, будто так и должно быть. — Зорро, дурак! Айко по привычке зарядила мечнику по голове, но моментально пожалела, что испортила такой прекрасный момент. Сейчас Зорро снова обзовёт её как-нибудь и уйдёт, а она останется здесь, на палубе, одна. Снова будет до утра любоваться на море и думать о том, что этот кактус был прав, и она действительно дура. — Женщина, ты точно ведьма…давно тебя никто не наказывал… — Зорро схватил Айко за руку и повёл её в сторону подсобки, в которой хранились некоторые безделушки Нами. Но, главное, там есть стол…а значит, он сейчас может испробовать всё, что до этого рисовала его фантазия, в реальности на практике. — Раз уж ты теперь моя женщина, я перевоспитаю тебя под себя. А то слишком любишь руки распускать…не туда распускаешь, куда нужно, дура… — Что? Кто сказал, что я твоя? — Айко была не против, но должна же была она посопротивляться ради приличия. Да и так побесить Зорро хотелось, кажется, что это уже вошло в привычку. — Глупый Маримо! — Я сказал… Айко и Зорро скрылись в той самой подсобке даже не подозревая, что за ними наблюдали… Санджи собирался предложить Айко выпить освежающий коктейль, совсем позабыв, что сам же и отправил Зорро к ней. Ох, он застал их в такой пикантный момент, но быстро спрятался, чтобы его не заметили. Дальше кок не знал, что происходило, ведь дверь была закрыта на защёлку, и он даже подсмотреть не мог… Ему оставалось только представить, что происходит за дверью… Или услышать…