Воспитание жены

Все беды жены от непослушания мужа своего... Игорь замечает, что у его жены дурацкая привычка, она не моет посуду сразу, а занимается своими делами, или бежит досматривать фильм, и только потом опоминается, когда приходит момент следующего приема пищи. Ну ладно еще утром или в обед, посуда с горем пополам моется, а вот после ужина это его страшно раздражает. Он два месяца терпит, делает замечания, но сегодня его терпению приходит конец. Игорь входит в гостиную и, щелкнув пультом, выключает очередной мыльный сериал, который смотрит Оля. — Игорек, ну что такоееее, — ноет жена, вскидывая на него свои огромные голубые глаза и обиженно поджимая губы. — Оля, я предупреждал, что посуда моется сразу? — спокойно задает ей уже самому надоевший вопрос. — Ну, да, ну Игорек, я только серию досмотрю и сразу помою, честно-честно, — извечное хлопанье длинными ресницами на этот раз результата не дает. — Оля, я говорил, что накажу, если подобное повторится? — муж пристально смотрит на девушку и указывает на кресла, — скинь спинки на одно из кресел и устраивайся поудобнее раком, не забудь спустить штаны и трусы до колен. — Сам разворачивается и уходит за предметом экзекуции. У него от матери осталась капроновая авоська, вот ее он и берет для воспитания Оли. Вернувшись назад, видит, как жена мнется у кресла. — Игорек, может не надо, я сейчас все помою, — она умоляюще смотрит ему в глаза, но Игорь качает головой. — Оль, я сто раз прощал, мое терпение лопнуло, спускай штаны и ложись поперек кресла, — он бросает две подушки от спинок одну на другую, на одно из кресел, чтобы жена легла на них животом. Девушка, тяжело вздыхая, косится на сетку в его руке и нехотя приспускает джинсы и белье до колен. Опускаясь животом поперек кресла и упираясь в противоположный подлокотник руками, она оставляет попу полностью открытой для экзекуции. Игорь приноравливается сбоку, и первый удар без всякого предупреждения ложится на белую попу жены. Оля взвизгивает, она никак не ожидала, что простая матерчатая сетка может принести столько неприятных ощущений. Второй удар следует тут же, и на попе образовываются уже две красные полосы. — Игорек, любимый, хватит, хватит, я все поняла, — Оля воет и пытается прикрыть попу руками, но муж непоколебим. — Нет, Оль, десять плетей и ты идешь мыть посуду, — третий удар обжигает многострадальную попку девушки. Оля голосит белугой и пытается увернуться от ударов сетки. — Милая, будешь крутиться, будет двадцать плетей, — урезонивает супругу Игорь. И Оля, вцепившись побледневшими пальцами в подлокотник, пытается не вертеть попой, но это так больно, что временами она забывается и все равно старается отклониться от ударов. Поэтому к концу экзекуции, красными полосами украшена не только ее попа, но и бедра. — Теперь можешь пойти и помыть посуду, — муж поднимает жену с кресла и нежно целует ее в губы. Оля покорно кивает головой и, горько всхлипывая и размазывая тушь по лицу, со стоном натягивает трусы и джинсы и идет мыть посуду. Урок запоминается надолго, и теперь посуда в доме всегда вымыта, а не лежит в раковине по несколько часов кряду.