Кто Сверху ?!

Jay Park — 'Me Like Yuh' — Хорошо. Это… Кхм, это не первая странность в моей жизни. И кажется, я тоже не очень нормальный, — сказал Пак и серьезно посмотрел альфе в глаза. — Кажется, я могу заставлять других делать то, чего хочу я. — Вот как..... интересно однако. Не сказать, что я удивлен… — серьезно сказал Гук. — Вот как? Не сказать, что ты удивлен? Нуууу раз так… Ты тоже странный. Поздравляю, — кивает адвокат и поднимает стакан. — Спасибо, — кивнул Чонгук и поднял свой стакан. Оба парня опрокинули в себя горячую жидкость. Наконец-то.       А потом была целая ночь разговоров и много бутылок виски. Она заканчивалась быстрее их истории, но пьянее они становились именно не от алкоголя. А от осознания того, что не один, что уже кто-то сталкивался с подобным. А в их случае эта история была одна на двоих. У каждого были свои частицы пазла, и рассказывая что-то, они тем самым составляли картинки. Их общую картинку. Чонгук даже если и был удивлен историей Чимина о человеке в дождевике и о мужчине, который умеет читать мысли, ничем это не показал. Только налил себе еще и улыбнулся. — Интересная, однако, у нас жизнь, — сказал альфа и поднял стакан. — Ты или достаточно пьян, чтобы все воспринимать спокойно, или слишком странный, — сказал омега и поднял свой стакан. — Хах, а можно всё сразу? — смеясь, спросил Чонгук. — Можно, — улыбнулся блондин и выпил содержимое. Чонгук улыбнулся и повторил за ним. — А тот твой коллега… — Мин Юнги, — подсказал адвокат. — Да, он. Что произошло позже? Хотя подожди. А это не он заходил, когда мы разговаривали в твоем кабинете? — спросил Чон и начал подробнее вспоминать внешность того альфы. «Если это он, то я тогда не ошибся, и ему действительно нравится Чимин. Но почему он тогда его оттолкнул? Не понимаю. Неужели его так сильно это напугало? Ну, я точно не сделаю этой ошибки. Я не просто так бежал за тобой Чимин~и, и во сне, и наяву. Сколько ни беги от меня, все равно раз за разом буду тебя догонять», — задумался альфа и улыбнулся так легко и счастливо. Ведь так хорошо, когда действительно есть за что бороться. — Да, это был он, — горько сказал Пак, которому до сих пор это все было не приятно и не то, что осадок остался, там еще пол стакана точно есть. — Кажется, это его очень напугало. Я его не виню, я бы также испугался, — сказал Пак и поднес стакан к пухлым губам. Чон на секунду залип на этих влажных от слюны и алкоголя губ, на том, как они обхватили стакан… «Черт, я точно отсюда живым не выберусь… Точно не от Пака. Хах, Чонгук, ты определись. Будешь бежать за ним, но умрешь из-за него. Хотя если так подумать, смысл есть. Всю жизнь будешь бегать за ним одним. А потом через него и умрешь. Если так подумать, не плохая смерть», — альфа поднял стакан и улыбнулся. Наконец, он определился со своими чувствами. На это могло уйти и больше времени, благодарим Богам, что альфа оказался не тугодумом и сразу принял свои чувства. НЕ каждый человек может принять самого себя. И сейчас речь идет не только о не идеальной фигуре, каких-то недостатках, а о собственных чувствах. Чаще всего мы отталкиваем их и говорим, что это плохая идея и вообще «НЕТНЕТНЕТ». Не каждый человек сможет довериться своему сердцу… далеко не каждый.       А Чонгук смог. Сначала он сомневался, что именно его так поразило в омеге и почему он хочет его чаще видеть. И все равно, что при каждой такой встречи он терял часть своего имущества. Ему просто было необходимо посмотреть на это лицо и услышать этот нежный голосок со стальными нотками. В начале он себя даже убеждал в том, что чувствует только сексуальное влечение. Но сны и лес показали, что не только. Хотя спорить с тем, что он хочет почувствовать эти губы на вкус и на ощупь, он не будет. Любовь — это когда ты хочешь человека полностью, его руки, ноги, лицо, шикарную задницу, душу..... сердце. Если даже ее волосок принадлежит тебе. И альфа готов на многое, лишь бы вот этот вот, всегда уверенный в себе омега, был целиком и полностью его. — Неправда, — серьезным голосом сказал альфа, несмотря на Пака. — Что неправда? — удивленно поднял брови блондин. — Ты бы даже если и испугался его, не показал бы этого и остался рядом. Ты хороший и верный друг. Ладно, за хорошего не уверен, — улыбнулся Гук, — но за верного я уверен на тысячу процентов, — Гук и дальше не поднимал взгляд, а если бы посмотрел на омегу, то увидел бы, как увлажнились его молочно-шоколадные глаза. — Кхм, ну мы этого уже не узнаем, — откашлявшись, сказал Пак и повернул голову в сторону.       Он чувствовал себя сейчас довольно странно. Как… как обычная омега. Хотелось выскочить Чонгуку на руки и обвить всеми конечностями, как коала, и не отпускать. Омега поморщился, помотал головой и выпил все содержимое бокала. Неужели Чонгук смог пробраться к нему ближе, чем все остальные. Даже брат… Если так, то это пугало и будоражило одновременно. Если что-то пойдет не так, то во всем будет виноват один Пак, потому что он сам допустил так близко. Брату не позволил, а Гуку позволил. Только Чон и Ёнджун имели черные и засаленные ключи от сердца омеги. Имели, но не использовали их. Будто ждали разрешения от Чимина. А он хоть это понимал, не спешил, хотя ключи дал сам. — Ты прав. Но я все равно в этом уверен. А кто этот человек? Тот, что читал мысли, — отложив стакан, спросил Чон. Ему явно было достаточно, а то сделает что-то такое, за что будет стыдно, а даже если нет… Надо некоторое время держать себя в руках и не спугнуть эту прекрасную бабочку. — Да, клиент, — Чимин не понимал, почему альфу это так заинтересовало. — Ты с ним говорил после того случая? — наклонив голову, спросил Чонгук, и пока Чимин задумался, альфа спокойно изучал каждый миллиметр его идеальной кожи. — Хотел, но так и не смог. На следующий день он сразу же уехал за границу. До сих пор не вернулся, — с Чона может и достаточно, а вот с Пака еще нет. Омега наклонился и с нижней полки достал еще одну бутылку, раскручивая ее. — Кхм, может не стоит? — осторожно спросил Чонгук. — Почему нет? Боишься, что в пьяном состоянии я с тобой что-то сделаю? Или наоборот? — глядя прямо в душу, спросил адвокат, глаза полыхали огнём от озорства и вызова. — Возможно, — серьезным тоном сказал директор. Пак кивнул, но все равно налил себе. — Так каким образом ты узнаешь, что он уже в стране? — Как только он пересечет границу, мне сообщат. У меня к нему есть очень много вопросов, — отпив из стакана, сказал Пак. — Ого, вот это у тебя связи, — помотал головой альфа. — Ничего удивительного, просто служили вместе, — пожал плечами блондин. — Как тебе вообще это удалось? — альфа аж приблизился, так ему было интересно. — Все очень просто. Я адвокат. Я подавал жалобы в суды и выигрывал их. Они немного изменили для меня расписание. И все. Они не хотели еще большей шумихи. А я поднял такую ​​немаленькую, — улыбнулся омега, вспоминая далекое прошлое. — А как это восприняли альфы? Наверное, не очень хорошо, — заключил шатен. — Ты прав, сначала было трудно. Они все были плохо настроены против меня. Устраивали «темные», били, кричали, чтобы я возвращался в свой «цветочный магазин», — ностальгия накрыла омегу. — Но ты не сдался, — больше для себя сказал Чонгук. — С детства я запретил себе это слово. Я начал давать сдачу. Пару раз сидел на сухом пайке. Сам стоял на страже. Это еще больше их разозлило. Однажды они захотели сделать что-то другое, кроме избиения. В тот момент во мне проснулась вся ярость. Стало обидно за каждого омегу. К сожалению, мы не выбираем, кем нам рождаться. Я его чуть не убил. С тех пор все меня боялись и тихо уважали. Дальше пошли операции, и они поняли, что омега может все то же, что и альфа. Вот и все, — пожал плечами Пак. — Спасибо, — тихо сказал Чонгук и положил свою руку на руку Пака. — Что? За что? — озадаченно спросил омега. Хотелось забрать руку, то есть этого совсем не хотелось, но он должен был этого хотеть. — Скольким людям ты это рассказывал? — спросил альфа и начал большим пальцем поглаживать нежную кожу на руке омеги.       Пак чувствовал, как муравьи взявшись за руки и начав что-то петь хором, начали обход по всему телу, не оставляя и миллиметра кожи не обойденным. Тепло шло вслед за ними, а эпицентр и источник всего этого была рука. Которая, взяв весь удар на себя, плавилась от тепла, от нежности, от всех эмоций, которые передавал Гук через прикосновение. Еще никто и никогда так не прикасался к Паку. У него было пару связей не обремененных ничем, но о нежности и речи не шло. Да и к его сердцу еще никто не касался так, как Чонгук. Вообще никто не прикасался… — Только тебе, — сказал Пак, и сердце быстро забилось не только у него.       Чонгук только в эту секунду понял, как было трудно Халку, когда его рвало изнутри. Потому что его сердце сейчас делало именно это. Оно пыталось прорваться через грудную клетку на свет Божий. Что ему здесь было нужно, неизвестно, известно только то, что Чонгук без сердца не проживет. А как ему потом любить Пака всем сердцем, если этого сердца не будет? Альфа потряс головой, так как слишком много глупых мыслей было в голове. И пока голову оккупировали дурные мысли, Пак оккупировал сердце Чона. Даже не догадываясь об этом. Ну, в принципе, Гук также сейчас проникал в сердце омеги, без его разрешения. Поэтому 1:1.       Шатен вспомнил, какие давал себе наставления в начале: «Не испугать. Не спешить», — альфа еще раз все хорошо повторил. Пару раз даже кивнул, в мыслях даже похлопал себе и погладил по голове, хваля. Но это в уме, а в жизни с него было достаточно, он слишком долго бежал за тем, кто все это время был рядом. И шатен устал бежать и ждать… устал смотреть на эти губы и не иметь возможности нежно и страстно смять их, провести языком, вцепиться зубами в нижнюю губу и оттянуть, наслаждаясь сладкими стонами Чимина. Чонгук и его дружок устали. А если устаешь, нужно отдохнуть… «Возьми себя в руки. А лучше в ноги. Вставай и иди… спать. Ты выпил и плохо соображаешь. Можешь даже душ не принимать. И даже не обязательно на кровати спать. ПРОСТО СВАЛИ ПО ДАЛЬШЕ, ПОКА НЕ ИЗНАСИЛОВАЛ ЕГО. А ОН ТЕБЯ НЕ УБИЛ. Тебе этого дружок точно не простит», — Чонгук собрал всю свою внутреннюю силу и медленно встал. — Кхм, я уже, наверное, пойду спать. Сладких снов, — медленно забрав свою руку с паковой, при этом поглаживая, сказал Чон и сделал пару шагов от него. — Сладких снов, — тихо сказал Чимин. — Спасибо, но думаю ты это зря делаешь, — закусывая губу, сказал омега и посмотрел с вызовом во взгляде. — Что? Ты о чем? — Чонгук обернулся для удобства и сделал пару шагов назад, становясь рядом с адвокатом. — О том, что ты решил дать мне время и не пугать, — улыбаясь, сказал Пак и облизал губы, — но дело в том, что я не собираюсь бежать, по крайней мере не от тебя. Больше не от тебя. Ты первый, кому я это рассказал. И хотя я не доверяю никому из людей, я доверяю себе. Своему чутью и желанию. И сейчас я хочу тебя, Чон Чонгук, — в эту секунду один маленький Гук умер от радости и шока. Пусть покоится с миром. Потому что взрослый Чон Чонгук увидел зеленый свет и он не намеренный больше ждать. Он нажимает на газ и ему все равно есть еще кто-то на его пути или нет. — Пак Чимин, ты удивительный омега. И я, кажется, влип, — тяжело сглотнул альфа, когда Пак встал и подошел в плотную. — Ты прав, влип. Но ты не один такой, — закусил губу омега и медленно провел ладонями по чоновому животу. — Я надеюсь, что это из-за того, что я тебе нравлюсь, а не из-за алкоголя, — тяжело дыша, сказал Гук и обвил талию адвоката, еще ближе притягивая его к себе. Чимин встал на носочки, поставил руки на плечи Чона и уже в следующую секунду был на уровне с шатеном, обвивая ногами торс Гука. Короткие пальчики залезли в волосы и несильно потянули в сторону, давая омеге пространство для действий. Пак провел кончиком носика по шее, поднимаясь к уху. Кончик языка проник в раковину и начал ее облизывать. Гук просто плавился, и чтоб окончательно не исчезнуть, сильнее сжал сексуальную и упругую задницу омеги, вызывая у него сладкий и тихий стон. — А можно и то, и то? — ухмыляясь, спросил омега. Чонгук улыбнулся и одной рукой схватил Пака за волосы, приближаясь к лицу и, наконец, сминая эти пухлые, сладкие и мокрые от собственной слюны губы. И поверьте, ради этой секунды Чонгук готов бежать по лесу еще не раз, и даже можно голышом. — Можно, — ответил Гук и снова накрыл чужие губы.