Кто Сверху ?!

ONEUS — Crazy & Crazy       Чонгуку действительно мало..... Мало, когда он ставит Чимина в колено-локтевую позу и жестко берет его сзади, выбивая стоны и даже слезы наслаждения… мало… когда он закидывает правую ногу Пака себе на левый бок и входит под новым углом, сразу же попадая по простате. Волосы все мокрые, тело сверкает в свете луны из-за капель пота.       В горле давно Сахара, а тело просто как желе — расслабленное и без единой кости. Мало, когда Гук подхватывает омегу под мышки и встает с постели, насаживая Чимина на собственный член. Тело просто горит огнем, но альфе все мало. За окном уже восходит солнышко, когда альфа снова доводит их обоих к пику.       Еще никто и никогда не видел столько секса и страсти за одну ночь. Ну, для этих двоих это точно было впервые, и точно не последний раз. Потому что не только альфе было мало. Пак Чимин — необычная омега, который уже после первого раза просит остановиться, потому что у него уже все там онемело. Пак наслаждался каждой секундой, каждым движением, каждым сокращением мышц своего альфы. Да после того, что они делали всю ночь, несмотря на душу, тело Чонгука точно принадлежит омеге.       Если бы Пак спросил, то узнал бы, что альфа тоже забил его тело. И душу, вообще-то тоже, он в отличие от омеги не боится того, что увидит. Чимин не хочет показывать свою душу, потому что уверен, что Чонгук сразу же убежит, потому что более черной души, чем у него, нет ни у кого. Так думал сам омега. Если так подумать, у каждого человека внутри есть тьма. Все зависит от людей, которые рядом с нами, одни эту темноту увеличивают, добавляя свою. А другие своим светом изгоняют ее. Возможно, Чонгук так уверен в себе, потому что за спиной у него спасительный свет для Пака. А возможно, Чимину и не нужен свет…       На часах уже 6:30, и это значит, что пора вставать, но что говорить тем, кто еще и не ложился? Пак, тяжело дыша, поворачивается на бок и пытается дотянуться до будильника. Но это ему никак не удается, вдруг он чувствует, как одна рука Чонгука ложится на его талию, а вторая простирается прямо над его и выключает будильник, забирая с собой маленькую, но сильную руку омеги. Секунда и Чимин весь погребен под сильными и жилистыми руками альфы.       Чонгук крепко обнимает и зарывается носом в волосы Пака, вдыхая сладкий запах вишни и кедра. Пак долю секунды вырывается и пытается выпутаться, а затем просто расслабляется в объятиях и, наконец, просто наслаждается. Ведь это так приятно — лежать в крепких и теплых объятиях человека, которому ты можешь доверять. — Какой твой естественный запах? — приглушенно и счастливо спрашивает Чонгук. Еще таким счастливым он себя не чувствовал никогда, и это при том, что у него ничего нет… возможно, кроме одного строптивого омеги. — Я не помню, — нахмурив бровки, отвечает Пак. — Давно я себе не позволял его проявлять… Последний раз, наверняка, был еще в детстве, — задумчиво сказал адвокат. — Ты сейчас серьезно? Но разве это не вредно для тебя? — взволнованно спросил Чонгук, и от удивления аж оторвался от роскошных волос омеги, смотря на него в упор. — Вредно, но я уже привык. В колледже я скрывал, чтобы альфы не почувствовали. Затем была стажировка, а кому нужны омеги-адвокаты? Армия, работа, и вот я здесь. Я уже принимаю подавитель, как воду, не обращая на это никакого внимания, — легонько пожал Чимин плечами. — Это… это звучит грустно, — прошептал Чонгук и нежно поцеловал омегу в губы. У Пака сердце на несколько секунд остановилось. — Я хочу почувствовать твой запах. — Я… я не думаю, что это хорошая идея, — Пак попытался вырваться из объятий. — И почему же это? Думаешь, наброшусь на тебя? — ухмыльнулся альфа и начал расцеловывать ключицу адвоката. Пак успокоился и повернул голову для лучшего доступа, Чонгук на это хмыкнул. Кажется, он нашел подход к омеге. — Ахххх, Охххх. Мггггххх, Черт. Чонгук, прекрати, ааах, мне нужно на работу, — тяжело дыша и постанывая, сказал Пак, пока Чонгук брал у него в рот. Облизывая каждую венку, проводя по ней языком. Оттягивая крайнюю плоть, принимая за щеку. Пак извивался и жестко тянул его за волосы, чем еще больше возбуждал альфу. — Подождут, — отрываясь от члена омеги, сказал Чон. — А твое имение также под… аххх, подождет? — откидывая голову назад и закусывая губу, спросил Чимин. И глядя на эту убийственную картину, Гуку было все равно на все. На семейное имение, на собственную компанию… только бы Чимин стонал и извивался в его руках. — Когда ты в моих руках, такой мокрый и горячий, все подождут, — облизывая губы от собственной слюны и естественной смазки Пака, сказал Гук и перевернул омегу на живот, медленно входя. Чимин задрал голову и чувственно застонал. — Скорее, — простонал Пак, и кто такой Чон Чонгук, чтобы ослушаться его.       Альфа резко вошел и сразу же начал с быстрого темпа. Задница Пака дрожала от быстрых и резких входов. Чонгук нежно провел ладонью по спине омеги и резко надавил, оттопыривая его задницу еще больше. Чимин застонал и в какой раз уже скомкал простынь в своих кулаках. Простынь, кстати, доживает свои последние минуты. В некоторых местах порвана, в некоторых мокрая от естественной смазки, и вся в сперме… Что же, хорошее было бельё.       Смотря на планы Чонгука, можно сделать вывод, что еще не одно постельное белье падёт смертью храбрых. Чонгук продолжил вдалбливаться, попадая по простате раз за разом, и бедного Пака надолго не хватило, он кончил… какой раз (так много считать не умеем) за ночь. Чон сделал еще несколько точных толчков и догнал омегу, снова заваливаясь сбоку. Только для того, чтобы перевести дыхание и взять омегу на руки и унести в душ. — Что ты делаешь? А ну положи меня наз… — монолог адвоката был прерван горячим поцелуем альфы. — Не бузи. Просто наслаждайся, — сказал Чон и чмокнул Пака в носик. Чимин несколько долгих секунд смотрел прямо на альфу и хлопал глазами. — Ты стал таким наглым, — сведя брови, сказал омега. Чон занес их в кабинку и запер ее, включая горячую воду. — А ты хочешь меня наказать? Поставить на место? — напирая на Пака, спросил Чонгук и начал проводить своими руками по идеальному телу адвоката. — Потому что я совсем не против.        Кабинка была довольно просторная и в ней бы легко поместилось три человека, стенки были прозрачные, благодаря горячей воде, поднимался пар, пряча их от всего внешнего мира. Чонгук приблизился еще ближе и начал проводить кончиком языка по шее Пака, а руки в тот самый момент спускались все ниже, а потом резко поднимались вверх. Дразня и доводя до истомы. Дышать становилось тяжело и из-за пара, и из-за желания.        У Пака начали дрожать ноги, и чтобы не упасть, он схватился за руки альфы. Чонгук на это ухмыльнулся, потому что это значило очень многое, это был один маленький шажок к тому, чтобы Чимин начал ему доверять. Альфа подхватил Пака под мышки и поднял, омега сразу обхватил своими ногами его за талию. А это был еще один шажок. — Чонгук, я… Чонгук, мне нужно на работу, — тяжело дыша, сказал Чимин, но шею наклонил для лучшего доступа Чонгука. — Мне остановиться? — спросил Чонгук и провел головкой по дырочке омеги. Пак застонал и еще крепче вцепился в плечи альфы, царапая ее короткими коготками. Если хорошо их рассмотреть, то можно увидеть, что все тело Чимина покрыто засосами, а Чонгука маленькими царапинами. Сразу видно, кто кому принадлежит. — Черт, нет..... не останавливайся, — простонал Чимин, альфа ухмыльнулся и снова проник в омегу, с первого раза тараня простату. Чон хорошо изучил тело СВОЕГО омеги за ночь. Знал, где нужно погладить, чтобы Пак мурчал, где надавить, чтобы он стонал и царапался. Он знает тело омеги лучше своего собственного. На этот раз все было быстро и грубо, но это не значит, что они не сгорали от желания, от страсти. И не значит, что этот оргазм был не таким красочным. Совсем не значит. — Хорошо мне дедушка говорил, что наглым везёт, — ухмыльнулся Чонгук и поцеловал Пака за ушком, а тот едва не замурчал. — Ты чего такой ненасытный вообще? И выносливый? Черт, как мне теперь целый день проработать..... — выпрямляя спину, спросил Чимин, ища полотенце. — Я ненасытный потому, что ты чертовски горячий и сексуальный. Была бы моя воля, мы бы снова вернулись в постель. А работать ты будешь с мыслью обо мне, — ухмыляясь, сказал Чонгук и начал нежно вытирать адвоката полотенцем. Пока Чонгук его вытирал, Пак смотрел в зеркало в свое отражение и не мог поверить, что это происходит с ним. Еще никто и никогда не делал для него то, что для него делает Чонгук. Даже то, как он его сейчас вытирает, медленно, нежно, будто боится навредить. «И чем я это заслужил?» — подумал Пак и нахмурился. — Прекрати, — твердый и злой тон вырвал его из размышлений. — Что? Что прекратить? — потеряно спросил Пак и встретился взглядом с Чонгуком в зеркале. — Прекрати грузить себя глупыми мыслями. Я не знаю точно, о чем ты думал, но могу догадаться, — альфа щелкнул языком и отложил полотенце в сторону, беря другое и обматывая им омегу. — И о чем же я думал? — ухмыльнулся адвокат, ставя руки в стороны. — О том, что ты не заслуживаешь то, что сейчас имеешь, — как только шатен сказал это, с лица омеги исчезла ухмылка. Чонгук обернул его к себе и поднял голову за подбородок. — Ты это все заслуживаешь и даже больше. А сейчас можешь думать все, что хочешь, строить планы о том, как меня оттолкнуть. Но чем больше ты будешь стараться, тем ближе я буду к тебе, — сказал Чонгук и нежно поцеловал в уголок губ. — А теперь тебе действительно нужно на работу, чтобы забрать мой дом и мою компанию, чтобы я смог дать тебе все, — альфа улыбнулся, взял себе еще одно полотенце и вышел из ванны. — Черт, я влип… И почему сердце так быстро бьется? Черт, чувствую себя главным героем в дорамке. Тьфу, — адвокат помотал головой и пошел собираться. Ему со многим нужно разобраться. 1) Кто их похитил? 2) Для чего? 3) Имеет ли отношение «Labrog» с этим? 4) Кто хочет забрать все имущество у Чонгука? 5) Забрать то же имущество и..... — Тот человек. Он явно в этом всём замешан. Черт, а когда-то жил спокойно, — помотал головой омега.       Пак быстро оделся и начал спускаться вниз. Чтобы никого не убить по дороге, ему нужен чай, желательно кипяток. И все равно, если он уже не успевает на встречу, без чая он не пойдет. Чимин подходит к стойке, затем делает несколько шагов назад и смотрит на стол. На котором стоит чашка чего-то горячего, от которого идет пар, и еда, много еды, а еще там лежит белая и аккуратная записочка. Омега медленно подходит и первое, что он делает, это пробует горячую жидкость и оО Слава Ёжику, это чай, горячий чай. — Боже, он вообще реален? Как он узнал, что это мой любимый? Надо потом спросить, — адвокат делает себе заметку на будущее и берет в руки записку. «Приятного аппетита, Чимин~и, Надеюсь твое настроение никто не сможет испортить, а если что, звони мне, я разберусь. Пожелал бы тебе удачи, но она скорее понадобится твоим противникам. Также надеюсь, что ты ни на секунду не забудешь обо мне и о нашей, богатой на оргазмы, ночи. И помни, чем ты плотнее закрываешь душу, тем сильнее я буду вламываться.

Твой Альфа».

Длинную минуту Пак Чимин, жесткий адвокат, стоит в шоке, даже не моргая. Не стоит и говорить, что ему никогда не писали никаких записок, а тут еще и такая. Омега, наверное, бы простоял в оцепенении еще долго, если бы не телефонный звонок. Адвокат посмотрел на экран «Отчим», нажал на отбой и снова вернулся к записке. -........... Мой альфа, мой альфа. И снова о душе, и снова сердце скачет галопом. Чувствую себя омегой, — поморщился Пак, а в следующую секунду улыбнулся, но тут же взял себя в руки и со строгим лицом вышел из квартиры.