Кто Сверху ?!

Make it Right - BTS       Просыпаться с самого утра от нежных, едва ощутимых поглаживаний по руке, от тепла, в которое ты закутан, словно в кокон, от родного запаха рядом. Вот — это счастье. Именно в этот момент, когда Чонгук провел своим носиком ему по спине, когда крепче обнял его, Чимин понял, что отдал свою душу без остатка. Отдал на вечное хранение одному смелому и уверенному в себе альфе.       Омега пытался запечатлеть в памяти каждую деталь. Тепло от родного тела, запах, крепкие объятия и даже собственные мысли. Еще таким счастливым он не был никогда. В этот момент ему хотелось быть омегой под защитой этого сильного альфы. Настоящей омегой, с чувствами, с потребностью в защите и любви. И ему даже не было стыдно за такие мысли.       Человек всю жизнь пытается становиться все сильнее и сильнее, надевая все больше доспехов, после каждого поединка. А по-другому и никак. Жизнь не дает выбора, или сами люди. И вот ты стоишь в кольчуге, которая защищает твое сердце, и видишь человека, который готов снять с тебя этот груз. Который готов освободить тебя, забрать твою ношу или просто разделить. Который готов любить.        Но ты уже столько поединков прошел, и закрадывается коварная мысль: «А вдруг это новый враг? Возможно, у него такая стратегия, чтобы разбить меня?» И человек останавливается. Он вытаскивает меч из ножен и наставляет, как он думает, на врага. Некоторые испугавшись, бегут. Хоть у них и были искренние помыслы. А некоторые остаются и борются с тобой, за тебя же. Чонгук из тех, кто боролся и будет бороться, пока не снимет последний груз с тела Пака. — Я знаю, что ты уже проснулся, — Чимин на секунду дергается от неожиданности. Он только, что был так далеко отсюда. — И откуда же? — собравшись, спрашивает омега, улыбаясь. — У тебя быстрее начало биться сердце, — отвечает альфа и крепче прижимает к себе своего любимого, — а сейчас еще быстрее, — улыбаясь, говорит Чон.       Пак на секундочку дуется и даже делает грозный вид. Но Чонгук резко поворачивает его к себе и целует. Целует нежно, медленно, сладко. Целует так, что сердце у омеги готово просто вылететь из грудной клетки. Нежно прикасается рукой к лицу, поглаживая, и запускает в волосы. Оттягивая немного назад и играя с ними. Пак просто тонет в этом океане нежности. Тонет с улыбкой на лице.       Собственные руки нежно проводят по бокам альфы, оставляя после себя не одну стаю мурашек. А поцелуй все больше и больше выходит за рамки приличия. Нежности становится мало, нужно пламя, пламя страсти. А этим двоим, чтобы его зажечь, нужно так мало. Чимин, выпускает свои короткие коготки и не сильно царапает спину Чонгука. «Как же я рад, что у нас двоих есть привычка спать без одежды», — счастливо думает омега.       Чонгук руками пользуется совсем по-другому: он медленно спускается вниз и накрывает сильной ладонью пах омеги. Не сильно сжимая и поглаживая. Адвокат прогибается дугой и тихонько стонет. «Стонет? Нет, не может быть. Мне почудилось», — успокаивает себя альфа.       Услышать сладкий, громкий стон омеги, услышать, как он срывая голос кричит его имя — это мечта Чонгука. Единственная и самая заветная. Потому что услышать стон Чимина для Чонгука так же, как для татар в древности было услышать звуки сурм — победа. А в случае Чонгука победа означает — Чимин. Его душа, сердце, тело и разум. ВЕСЬ Чимин.       Альфа отрывается от сладких и пухлых губ омеги, только для того, чтобы посвятить себя вылизыванию и выцелованием шелковой шеи. Пака под ним выкручивает. У обоих уже стоит. Пока мокрый и скользкий язык Чонгука рисует символы на безупречном теле Чимина, руки омеги заправляют в волосах Чона. Дыхание сбитое у обоих, в комнате резко поднимается температура. — Какой же ты красивый, — глядя на омегу, говорит Чонгук.       И он не врет. Белокурые волосы рассыпались по подушке, глаза сверкают, щечки румяные, а губы красные и вспухшие от поцелуев. У Чона на секунду сердце забывает с какой целью оно находилось в грудной клетке. От этих слов, щечки омеги еще больше краснеют, а сердце бьется еще быстрее. Пак ничего не говорит, только притягивает Гука к себе и сладко целует. А это больше всех слов. Теперь очередь Чонгука тонуть в том же океане. И он как и Чимин, делает это с улыбкой на лице.       Разорвав поцелуй, они продолжают на чем закончили. А именно: Чонгук, наконец, спускается и снимает с Пака ночные шорты и нижнее бельё. Чимин молча встает на колени и то же делает с альфой. Нет слов, есть только взгляды, которые заставляют сердце работать сверхсуточно.       Чимин дарит еще один поцелуй и тянет альфу на себя. Тот нежно проводит по подтянутому и накачанному животу омеги, запихивает два пальца себе в рот и смачивает их. Затем наклоняется и накрывает губы Пака, в жарком и грубом поцелуе, пока палец находит дырочку и входит внутрь. Медленно и бережно, Чон растягивает своего омегу. — Всё, — тяжело дыша, говорит Чимин.       Альфа на это кивает. Размазывает по всему члену естественную смазку и медленно проникает в Пака. Чимин щурится и прочно хватается руками за плечи Чона. Альфа дает время привыкнуть и начинает медленно играть с сосками омеги. Облизывая вокруг ореолы и всасывая сам сосок. Адвокат расслабляется и начинает вилять задницей, давая понять, что он готов.       Шатену пару раз повторять не нужно. Чон начинает двигаться, сначала медленно, но все больше ускоряя ритм. Альфа вытаскивает член и резко входит на всю длину. Комнату прошибает громким и сладким стоном. А затем… — Аххх, Чонгуук, ахххаа, ммг, — в эту секунду умер один альфа. Его сердце просто не выдержало. — Ты... Ты....Ты, — альфа был так поражен, что просто застыл. Чимин посмотрел ему прямо в глаза, взял его лицо в свои маленькие, но сильные ладони и сказал: — Чон Чонгук, я люблю тебя, — Чонгук еще раз умер, и снова из-за того, что сердце не выдержало. Альфе хватило минуту на осмысление всего, что только произошло. Затем на его лице расцвела счастливая улыбка. — О Боже. Как же сильно я тебя люблю, — сказал Чон и начал целовать ручки омеги. — Спасибо, — сказал Чимин и смахнул одинокую, но счастливую слезу на лице альфы. — За что? — удивился шатен. — За то, что боролся за меня, со мной же, — грустно улыбнулся адвокат. — И тебе спасибо, — счастливо сказал Гук и поцеловал Пака в щечку. — А мне за что? — удивился Пак. — За то, что проиграл, — в эту секунду вся комната была осветлена от их улыбок и благословенная их любовью. — А теперь двигайся, — улыбнулся омега. Чонгук засмеялся, поцеловал Чимина, сладко-пресладко и нежно-пренежно.       Дальше все происходило, как под наркотиком. Они были под такой эйфорией, такие чувствительные. Они чувствовали друг друга порами. Стон одного был стоном и другого. Наслаждение одного было наслаждением и другого. Они были, как один организм. Как одно целое. Им не нужно было много времени, чтобы взявшись за руки, оказаться на пике удовольствия. Это был лучший их секс. Нет, не так. Они занимались любовью. — Кажется, я знаю, — лежа на ​​торсе альфы, сказал разнеженно омега. — Что знаешь? — играя с волосами Чиминки, спросил Чон. — Загадку. Кажется, я нашел ответ, — Чонгук привстал и посмотрел на Пака. — В самом деле? Если да, то это очень хорошо, — улыбнулся альфа и пальчиком нежно провел по щечке и надавил на кончик носа. — Но если я ошибаюсь… — омега сразу нахмурился. — Значит, мы умрем. Вместе. Как по мне, не все так плохо, — моргнул Чон. — Это было бы на самом деле не так страшно Если бы с нами не умирал кто-то третий. Да и умирать я не спешу. Я только недавно нашел своего альфу, — на последних словах Чонгук улыбнулся. — Ты прав. И кто это может быть? — взволнованно спросил Чонгук. — Не знаю. Поэтому и страшно, — омега нахмурился еще больше. — Солнышко, я уверен в тебе. Я знаю, что твой ответ верный. И знаю, что ты нас всех спасешь. А после у нас будет незабываемый секс, — тепло улыбнулся альфа и поцеловал омегу в губки. «Только бы я не ошибался», — грустно подумал Чимин.