Кто Сверху ?!

Pink feat Khalid — Hurts 2B Human       Иногда мы чувствуем себя настолько занятыми, что не можем даже на секунду остановиться и выдохнуть. А иногда свободного времени так много, что он превращается в океан, который готов тебя похоронить на дне своем. Все говорят «золотая середина», но где она? Что это такое? И вообще существует ли она? У Мин Юнги все или очень хорошо, или очень плохо. Так всегда было и так будет. Или ходит и постоянно держи в руках телефон, а в набранных скорая и гробовщик, или радуга с жопки. А так как у него аллергия на яркие цвета… то телефон всегда с ним.       С самого детства он был спокойным, замкнутым. Другие считали его равнодушным, но он просто не любил показывать людям свои эмоции. Он всегда держал всё в себе. Иногда чтобы не огорчать других, а иногда из-за страха. Страха быть слишком открытым и слабым в глазах других. С годами это все больше укоренялось в нем, и сейчас это не просто его часть… это он сам.       И когда родные кричат ​​и бьются в грудь «изменись, стань веселее, открытым» он просто пожимает плечами. «Я такой, какой есть. Это и есть я». Можно изменить привычки, взгляды на жизнь, даже принципы, но не характер, не саму суть себя. И если людям не нравится, им просто нужно искать другого человека. Потому что, Мин Юнги, такой есть и он не изменится. Так считает сам адвокат, и возможно не ошибается.       Сидя на берегу реки Хан, он прокручивает в голове всю свою жизнь и слова Чонгука.  — Да, я просрал все с самого начала, — адвокат трудно вздыхает, выпивает янтарную жидкость с бутылки и горько улыбается.  — ПРОСРАЛ…- громко выкрикивает Юнги, и со злостью выбрасывает бутылку в воду.       На несколько минут его тело содрогается от безудержного, горького смеха, а по лицу текут непрошеные слезы. Он так устал, так жить… существовать. Потому что это не жизнь. Всё что у него есть - это работа. Только работа, которая прекратила давать удовольствие. Ранее в груди горел огонек надежды, что когда-то его дома будет ждать Чимин, но Чонгук его растоптал.  — И правильно сделал. Или Чимин вечно бы меня ждал в одиночестве, всё больше становясь жестоким и раздавленным? Ты ему спасибо должен сказать, а не напиваться здесь, — горько сказал Мин, и покачал головой, медленно поднимаясь.        Почему-то, земля резко ушла из-под ног, и блондин уже готовился встретиться с землей, как его резко поймали крепкие руки. Адвокат облегченно вздохнул и поднял свой взгляд на человека, который спас и его и землю.  — Джин? — удивленно спросил адвокат, медленно отходя от своего спасителя.  — Он самый. Я удивлен, — улыбнулся омега. — Чем? Что я запомнил твое имя? — надув губы спросил альфа. Ким на это громко рассмеялся, чем удивил Мина.  — Нет, тем, что смог произнести. В таком то состоянии, — стер одинокую слезу заместитель.  — А в каком-то это я состоянии? Я вполне.. ик...кхм, трезвый, — адвоката шатнуло, и если бы не сильная рука омеги, земли бы не повезло.  — Я заметил, — ухмыльнулся Джин, — А теперь скажи свой адрес, я доправлю твою «трезвую» тушку домой.  — Не хочу домой, — нагло ответил альфа, двинулся вперед, и тихо добавил, — не хочу быть один.  — Ну не хочешь, так не хочешь. Пошли, — омега взял Мина за руку, и потащил в другую сторону.  — Ч… что? Ку...ик...куда? — пытался сопротивляться Юнги.  — Увидишь. Или великий и ужасный Мин Юнги, боится? — ухмыльнулся шатен.  — Ужасный… — пробубнил Мин. Омега сделал вид, что этого не услышал, или действительно не услышал.        Выйдя из парка, Джин повел «трезвого» альфу в сторону автостоянки. Остановился у серого Сиата, открыл дверь и впихнул адвоката. Смахнул пот с лица, пошел к водительскому сиденью, и они отправились. Через двадцать с хвостиком минут они уже стояли у красивой многоэтажки. Ким быстро вылез и начал тормошить Юнги, который уже четвертый сон видел. Слюнки скатились по красивому лицу и остановилась на подбородке, спокойно засыхая. Джин пытался громко не расхохотаться глядя на эту детину.  — Вставай. Мы приехали, — таки не удержался и улыбнулся омега.  — Куда приехали? — Мин начал быстро мотать головой, разглядывая обстановку. «Я сейчас не удержусь… Почему он такой милый и смешной. Боже, эти альфы» — улыбнулся Джин, и начал тянуть Юнги.  — Иди, иначе оставлю здесь, — строго сказал Ким.       Юнги, кажется, напугал вариант спать на непонятной улице в большом городе. Он быстро вылез, при этом не переставая вилять головой в разные стороны. Ким покачал головой и пошел вперед. Альфа немного постоял и пошел следом. Молча они поднимались на тридцатый этаж, молча Ким открывал двери и молча они зашли внутрь.  — Так, ты привез меня в свою квартиру? — удивленно и уже не так пьяно спросил Юнги, протягивая руку к фотографии на столике. — Да. Ты же сам сказал, что не хочешь домой. Что не хочешь быть один, — последнюю фразу омега сказал тихо, но Мин все услышал.  — Ты… — адвокат хватал воздух ртом. Но почему-то он не чувствовал себя слабым в этих глазах, не испытывал страха, — Ты прав. Спасибо.        Джин медленно повернулся и удивленно посмотрел на Юнги, который смотрел прямо в душу. У одного омеги сердце забилось быстрее.  — Кхм, чай, кофе или что-нибудь покрепче? — сменил тему зам.  — Думаю с меня достаточно на сегодня «чего-нибудь покрепче». Я бы не отказался от кофе, — улыбнулся Мин.  — Ладно, сейчас будет, — Ким обернулся и полетел на кухню.       Две горячие чашки кофе, две пары рук, которые греются от чашек и два уставших сердца. Джин всегда был и будет опорой Чон Чонгука. Этот ребенок рос на его глазах. Ким знает о нем если не всё, то очень много. Не раз его покойный дедушка рассказывал разные истории о нем. То хвалил, то ругал. Именно Джин был тем единственным человеком, который остался возле Гука, который поддержал и не дал упасть.       Сейчас все, что он делает, так это работает на Чонгука. У него есть только работа, которая и составляет его жизнь. Иногда бывает одиноко, иногда бывшие раны кровоточат, но кто сказал, что жить легко? Жизнь это постоянная борьба. А тот, кто сдается — умирает. Но в последнее время одиночество давит на сердце больше обычного. Смотря на Чонгука и Чимина, хочется такого же. Хочется любви, тепла, хочется быть нужным. Поэтому, когда Юнги сказал те слова чуть не шепотом, у Джина в сердце они прозвучали как крик.        Они были такие разные, альфа — омега, веселый — мрачный, но было то, что их связывало, они оба были одинокие и уставшие. Джин громко отхлебнул горячий кофе и при этом смутился. Медленно подняв голову и встретил заинтересованный взгляд адвоката.  — Почему ты это сделал? — Джина удивило вопрос, и он даже брови поднял.  — Ты о том, почему я пригласил тебя к себе? — Юнги быстро кивнул.  — Потому что захотел, — пожал плечами омега, и вернулся к кофе.  — Потому что захотел? — истерически спросил Мин.  — Угу, — кивнул Ким, попивая горячий напиток.  — И всё? — казалось, что глаза Мина решили поехать в отпуск.  — Ну, а еще потому, что тебе это было нужно, и мне тоже, — приглушенно добавил Джин. Мин на секунду завис, а потом кивнул и вернулся к кофе.       Они сидели еще так не один час, не говоря ни о чем важном, а порой и вообще ничего не говоря. Просто сидели и наслаждались обстановкой, отдыхали.  — Ну, думаю на сегодня хватит. Я тебе постелью на диване, если ты не против, — Джин элегантно встал из-за стола.  — Нет, не против, — Джин на это кивнул и думал уходить, как адвокат резко поймал его за руку, — Спасибо.  — Тебе тоже, — подмигнул омега и пошел за бельем, а Юнги сидел и пытался прикрыть свои покрасневшие щеки. «Как-то странно на меня влияет этот омега. Нет, еще слишком рано. А возможно, этого никогда и не произойдет». — Мин, кивнул сам себе и пошел помогать.