Наруто и Саске, Хранители мира

      Прошло несколько дней. Благодаря уходу Цунаде и остальных медиков, состояние девушек шло к благоприятному уровню. Раны Ино были исцелены, но одна рана на лице была очень глубокой и явно на оружие был нанесен какой-то яд. Саму рану излечили, но шрам убрать не удалось. Даже талантов Сенджу не хватило на это. Поэтому у Яманака теперь от виска к губам тянется белый след. В целом ее здоровье было в норме, но еще пару дней ей придется провести в палате, под пристальным вниманием ирьенинов. Они должны убедиться, что яд более не несет опасности…       Внешние раны Хинаты тоже устранены, но ей придется находиться в больнице до тех пор, пока отдел ученых не вырастят из клеток Наруто новую руку и ногу. Узумаки посоветовавшись с Цунаде, решил, что его клетки идеально подойдут Хинате из-за того, что он из клана Красноволосых Демонов. Особой чертой этого клана было то, что их кровь идеально сочетается с кровью любого клана, создавая симбиоз. И в результате с новыми конечностями Хината станет еще сильнее.       Прогнозы же Куренай были неутешительные… Ее покалечили очень сильно, и, если бы Наруто своевременно не влил в нее свою живительную силу вместе с чакрой, Юхи не спас бы ни один ирьенин, и ее душу забрал бы Шинигами. Нет, она выживет, но с карьерой шиноби ей придется распрощаться. Из-за повреждений в позвоночнике, Куренай больше не сможет ходить. Но это полбеды, система чакры была полностью нарушена, и исправить это не представлялось возможным. Именно последнее не позволяло вылечить позвоночник, вживив в тело те же клетки Наруто. Когда врачи сообщили Куренай, что она больше никогда не сможет использовать чакру, и вследствие этого навсегда останется привязанной к коляске… ее эта весть ни разу не обрадовала…       Шикамару, Киба, Шино и Чоуджи уже выписались из больницы. Чакра Наруто устранила большинство ранений, а с остальными ранами ирьенины справились за несколько часов. Попридержав парней денек, врачи убедились, что осложнений не будет и их отпустили. Настроение у ребят была так скажем ниже плинтуса… Нет они конечно рады, что выжили и обошлись малой кровью. Но состояния остальных членов отряда, заставляла их мрачно хмуриться. Они не справились! Такая мысль засела в их головы. Не справились и не смогли защитить напарников… Каждый из них благодарил Ками, потому что один блондин мог их обвинить, и был бы прав. Но они не хотели иметь во врагах такого человека, как Наруто Узумаки.       Коноха гудела, из-за вопиющего нарушения мирного договора не только от Облака, но и от Травы. Кланы Хьюга и Яманака, при поддержке Нара, Акимичи, Абураме и всех остальных, требовали решительных мер. Они желали крови. Они желали мести. И никто их в этом не обвинял. Но решительные меры мести, могут привести к мировой войне. Поэтому Хокаге всеми правдами и неправдами, старалась утихомирить гнев глав кланов…       ***       — Черт!       Ругалась Цунаде, после собрания кланов, в котором главы опять требовали от нее каких-либо мер. И больше всех выступал Хиаши, требуя возмездия. Даже импульсивная Цуме, глава клана Инузука, была не столь яростна. Но главу клана Хьюга можно было понять. Хината его дочь, и любой отец возжелает наказать тех, кто поступился к его чаду. А Хинату покалечили очень сильно… Да и нелюбовь к Облаку у Хиаши возникла давно… когда посол из этой деревни пытался выкрасть всю ту же Хинату… И в итоге за убитого посла, Кумо потребовала убийцу… Жертвой стал Хизаши, отец Неджи и младший брат главы клана. Будь воля Цунаде, она уже дала бы приказ собрать войско и сровнять две зарвавшиеся деревеньки с землей. Но Сенджу так просто это сделать не может, ведь она Хокаге, будь проклято это звание! Чертова политика…       — Цунаде-сама?       С вопросом на нее смотрела ее первая ученица Шизуне, под глазами которой залегли темные круги, плечи осунулись и движения затупились. К слову, если бы не жизненная сила клана Сенджу, Цунаде выглядела бы не лучше.       — Вот поэтому я не хотела садиться за это кресло и занимать этот чертов пост!       Рука Цунаде с силой опустилась на стол, но укрепленная мокутоном Учихи мебель выдержала ее сокрушительный удар, способный снести целое здание. Вот еще одно, вызывающее зуд в зубах, Учиха владеет мокутоном, яркой особенностью ее клана, в то время как она, принцесса Сенджу, не может.       — Но предпринять что-то нужно. И как можно скорее!       Проговорила Шизуне, не высказывая, что если они слишком промедлят, случится мятеж. Это и так было ясно. Самой Цунаде уже хотелось плюнуть на все и пойти самой разрушать по камню два селения, но это вызовет слишком большой резонанс…       — Знаю!       Рявкнула Цунаде, откинувшись на спинку кресла. Что же делать? Что предпринять? Разумеется без ответа такое свершение оставлять нельзя. И не только из-за чувства мести и возмездия… Если Лист оставит такое безнаказанным, остальные мелкие деревеньки тоже решат, что Коноха более не Великое Селение, и захотят тоже что-нибудь предпринять. Про Камень вообще не стоит заикаться. Взаимная неприязнь осталась еще с третьей мировой. И отношения между Конохой и Ивой еще более натянутые, чем с Кумо.       — Ястреб!       — Хай, Хокаге-сама.       Перед столом Цунаде, спрыгнув с потолка, приклонился боец АНБУ.       — Вызови Наруто сюда!       — Хай!       Шиноби исчез в вихре шуншина. А Цунаде с досадой подумала о том, что Шизуне убрала все ее запасы саке…       ***       Идя по коридорам больницы, Наруто вспоминал, как в детстве часто оказывался тут. С тех пор прошло много лет, но воспоминания до сих пор дают о себе знать. Особенно в такие моменты посещения сего учреждения. Дойдя до палаты своих невест, Наруто зашел, чтобы обнаружить пустые койки.       — Извините. — Наруто остановил мимо проходящего работника больницы. — Где находятся Хината Хьюга и Ино Яманака?       — Сейчас.       Медработник достал из кармана устройство связи. Связавшись с кем-то, он задал интересующий блондина вопрос. Из него прозвучал ответ. Девушки находятся в другой палате… Ну стоило догадаться…       ***       Куренай полулежала на кровати, спиной упираясь на три подушки. Пустыми глазами она смотрела на стену. Больше она не сможет быть шиноби… Перед ее взором проносилась вся жизнь. Обучение в академии, выпуск, команда, миссии, получение звания чунина, в дальнейшем и джонина… И последнее воспоминание.       Их отряд продвигался к своей цели. Они обнаружили шайку разбойников… но они не дошли. На них налетело чуть менее трех десятков вражеских шиноби… Нападение вышло неожиданным. Ведь ничего не предвещало, и все они потеряли бдительность, непозволительная ошибка… Лишь в последний момент Киба и Акамару учуяли напавших, но это им не очень помогло. Началась нешуточная схватка… Им удалось убить нескольких напавших, но… они проиграли… Вся вина лежит на ней, как на командире отряда. Она не должна была позволять себе терять бдительность… И теперь, ей придется жить, связанной с инвалидной коляской, не имея возможности использовать чакру.       Казалось бы, она, опытная куноичи, должна была осознать и принять тот факт, что немногие из шиноби доживают до старости лет и не всегда остаются в добром здравии. В пример можно взять родителей Наруто Узумаки, два чрезвычайно сильных шиноби. Но они умерли, так и не достигнув тридцатилетия… И таких примеров очень много. Но столкнутся с этим не в мыслях и в теории, а здесь и сейчас… Это неправильно, так не должно быть. Только не с ней! Но действительность с присущей ей хладнокровностью столкнула с таким воочию…       Тут раздался стук в дверь. Куренай с недоумением посмотрела в ту сторону. Кто там пришел, неужели Асума? Не может быть, ее так называемый парень не появлялся здесь ни разу. А Куренай точно знала, что он в Конохе… Что же это означает? Он не хочет иметь связи с калекой? Именно так Юхи и думает. В конце концов, их отношения в последние несколько недель до пресловутой миссии изрядно охолодели. И не только с одной стороны… между ними более не было того огня, из-за которого они решили сойтись. Спали они отдельно друг от друга, Асума надолго до глубокой ночи начал где-то задерживаться. И Куренай тогда подумала, что у него появился кто-то на стороне. Тогда она очень расстроилась и разозлилась, пока не вспомнила, что и сама очень часто размышляла о другом мужчине…       Выкинув размышления о Сарутоби, Куренай вернулась к вопросу о гостях, которые терпеливо дожидаются ее ответа. Через несколько мгновений ответ сам пришел ей в голову… стоило догадаться…       — Войдите…       После ее приглашения, дверь отъехала в сторону, и хозяйка палаты увидела двух молодых девушек. Одна сидела в коляске, что было ей напоминанием об ее ошибке, которую допускают дилетанты, но никак не опытные ниндзя. Вторая стояла сзади, толкая коляску, ее блондинистые волосы были уложены так, чтобы скрыть длинный шрам. Но Куренай знала, что он там, потому это было вторым напоминанием о ее промахе, как командира.       — Куренай-сенсей, можно? — Спросила Хината, чьи бледные глаза с грустью смотрели на Куренай.       — Конечно, заходите. — Приглашающе махнула Куренай. — И, Хината… больше я не твой учитель… — Тихо закончила она.       Повисло тягостное молчание. Каждая, из собравшихся в палате, винила себя в произошедшем. Если Юхи винила себя за непозволительную беспечность, Ино и Хината винили себя в том, что оставили печати-маячки дома… Дуры, они решили опробовать свои силы, без помощи жениха, который в случае опасности тут же вмешался бы…       — Куренай-сен… — Хината сбилась, не смея продолжать.       — Извините нас. Во всем виноваты мы! — Ино, не заметив заминки «сестры», быстро закончила общую мысль и глубоко поклонилась. За ней и Хината в своем сидении опустила голову к полу.       Дыхание Куренай сперло. Она в недоумении посмотрела на опустивших голову к полу девушек. В ее голове бился вопрос, почему же они винят себя? В конце концов, именно она была командиром… и только на ней висит ответственность!       — Ино, Хината… вы ни в чем не виноваты…       — Если бы мы не были такими дурами, мы взяли бы с собой печати-маячки Наруто… и всего этого не было бы…       Куренай прикрыла глаза… если бы, да кабы… Такие мысли не нужны не то что шиноби, но и простым людям. История не терпит сослагательного наклонения! Это приходит людям лишь с опытом. К сожалению, Куренай поняла эту истину слишком рано. Она понимала этих девушек. Они лишь пытались показать и проверить свои возможности… в этом нет ничего постыдного и порицательного. Поэтому девушкам не в чем себя винить…        Именно это Юхи поспешила объяснить неопытным куноичи, которые не так давно закончили академию… Когда она закончила свою мысль, в палате вновь повисла тишина. Никто из них не знал, как прервать эту звенящую, не смотря на дальний шум больницы (звукоизоляция палат была очень высокой), тишину. Но им ничего и не требовалось. Раздался стук в дверь.       — Да? — Крикнула Куренай.       За отъехавшей дверью стоял Наруто. С мрачным видом он прошествовал внутрь. Когда он зашел, в палате будто стало тяжелее. Куренай ранее наблюдала всегда спокойного, уравновешенного Узумаки, который своим присутствием постоянно дарил лишь радость и доброту. Но сейчас, из-за последних событий… рядом с блондином, без труда мог находиться лишь его лучший друг.       — Как вы себя чувствуете?       Вопрос, адресованный всем девушкам, заставил их глубоко задуматься. И что ответить? Все они чувствовали себя сносно, чисто физически. Но морально они были разбиты. И какой из этих вариантов озвучить? Но благо Наруто не требовалась телепатия, чтобы понять настроение девушек.       — Нару, прости нас!       Хором проговорили Ино и Хината, на глазах которых стояли слезы. Они боялись поднять взгляд на Наруто. Боялись увидеть там разочарование или равнодушие. Последнее было бы особо мучительным для них. Они ужасались от самой мысли, что из их жизней исчезнет Наруто…       — Хэй…       Ласково окликнул Наруто, затем подошел к Ино и мягко заставил ее поднять голову. Второй рукой он погладил шелковистые волосы Хинаты, также вынуждая ее посмотреть на него. От взгляда парня девушки замерли. Там были лишь любовь, поддержка и забота. Ни осуждения, ни разочарования, ни тем более равнодушия.       — Все в порядке. — Нежно улыбнулся он.       Наконец атмосфера потеплела. Стало легче дышать. Куренай даже помыслить не могла, как настроение блондина может влиять на окружающих. Он намного сильнее, чем видела и думала джонин.       — Но мы…       Начала Хината, дрожащим голосом. Но Наруто, тихо цыкнув, сел на корты перед коляской и взял руку девушки в свои ладони. Поднял ее к лицу и легонько поцеловал, а затем прижал к щеке. Куренай, с растущим чувством зависти, смотрела на эту сцену. Как бы ей хотелось, чтобы и Асума, сидя перед ее кроватью также прижимал ее руки к лицу, с такой же любовью во взгляде… но… этого не будет…       — Слышите, все будет хорошо!       Твердо пообещал Наруто. И у Куренай сложилось впечатление, что он эти слова адресовал и ей… Тут в вихре шуншина появился боец АНБУ.       — Наруто-сан, вас вызывает Хокаге.       — Хорошо, Кента…*