Глава 3. Столкновение, расписанное по часам
9 мая 2019 г., 13:52
До столкновения тридцать один час, двадцать пять минут.
— Случаи нападения животных участились. Мы уже сделали объявление о том, чтобы местные жители держались подальше от леса, но на окраинах города все ещё находят растерзанные тела.
Славик лениво ковырял вилкой котлету. От таких рассказов его отчима за ужином становилось не по себе и аппетит моментально попадал. Мать тоже не была в восторге, но желала знать все последние новости о том, что касалось её безопасности и безопасности её семьи.
С того момента, как тело пропавшего на три дня Толика Дроздова нашли в реке, прошла неделя. Неестественных смертей становилось всё больше и больше. Трупы людей находили в лесу, на заброшках, в разных водоемах. На путях вблизи железнодорожных станций «Стеклозавод», «Ипподром», «Лесопильня» и «Школа номер 23», которые находились в десяти-двадцати минутах езды друг от друга, тоже были найдены тела. Полиция была в замешательстве. Казалось, на город и близлежащие населённые пункты спустились проклятие. Ни одна из смертей не была объявлена убийством. Несчастные случаи, самоубийства и смерть от лап диких животных. Страхом и тайной был окутан этот городок. С наступлением сумерек даже самые смелые дрожали в страхе и старались не выходить на улицу.
— Олег, А что там с Толей? — окончательно откладывая ужин, спросил Славик.
Он каждый день спрашивал, не известны ли детали расследования, но отчим каждый раз отмалчивался. Однако, вчера он пообещал, что расскажет за ужином, если Славику так интересно.
— В его крови нашли героин. Скорее всего он был под кайфом и упал в овраг, где потерял много крови и умер. Через день был ливень и его смыло в реку. Несчастный случай, — сухо ответил мужчина и поспешил набить рот тушеной капустой.
— Поверить не могу, — буркнул под нос Славик и залпом опустошил свой стакан с компотом.
— У тебя альтернативный взгляд на данный вопрос? — спросила мама, не поднимая глаза от тарелки.
— Да, может быть, вы располагаете какой-то информацией? — поддержал отчим с явной иронией в голосе.
Слава пожал плечами. Он ничего не знал. Просто действительно не мог поверить в то, что Толик Дроздов, который вечно ввязывался в драки, ломал себе руки, прыгал по крышам, умудрялся выживать. А тут такая нелепая смерть. Да и сколько он его помнил, тот никогда не употреблял ни героин, ни какие-либо другие наркотики.
— У него были конфликты с кем-нибудь? — снова спросил Олег.
— У него были конфликты вообще со всеми.
Славик вспомнил Влада, но сразу же отмахнулся от этой идеи. У него как минимум было алиби. А ещё он был физически слабее.
— Ладно, — парень решил перевести тему разговора, — завтра у Кирпича днюха, он к себе звал.
— У какого Кирпича?
— Ну, у Эмиля, — Славик почесал затылок. — Мы ещё в Новый год с ним гуляли. Вы его не видели, вроде.
— А где он живёт? — спросила мама.
Этого вопроса Славик боялся больше всего.
— На «Лесопильне».
За столом повисла напряженная тишина.
— На путях этой станции был труп обнаружен, — напомнил отчим с горечью в голосе.
— И в лесу рядом тоже, — сказала мать.
— Они сейчас везде, — потёр вески Слава. — Я туда сразу после школы, а обратно часа в два дня. В субботу эльки чаще ходят.
— Пожалуйста, будь осторожен, — не унималась женщина, — если что-то случится…
— Ма, ничего не случится. Все будет хорошо. Со мной Лёха поедет. Всё. Спасибо за ужин, — парень встал, погладил мать по плечу и вышел из комнаты.
***
До столкновения девятнадцать часов, тридцать минут. Влад с трудом разлепил глаза, когда его будильник прозвенел. Тяжело быть обычным школьником днём и серийным убийцей ночью. Он лениво потянулся на кровати, провел ладонью по голому торсу вверх до макушки, а потом легонько шлепнул себя по щеке. Эту неделю он спал от одного до четырех часов. Ночью он с невероятной ловкость и грацией проводил вылазки на охоту, оставаясь полностью незамеченным. Теперь его жизнь стоила рандомной души в день, и Влад с радостью рассчитывался. Неописуемая страсть захватывала его от всего этого — от страха жертвы, её дрожащего, измывающегося в отчаянных попытках вырваться тела. От её мокрых глаз и хриплых криков. Ему нравилось то, с какой легкостью он мог вывернуть человеку руки, сбить с ног, обогнать его, запутать, завести в ловушку. Влажный хрустящий звук разорванной плоти, хлюпающая под губами алая душистая кровь, её невероятно сладкий вкус пускал по телу волны возбуждения и мурашки по коже. Последний вздох случайной жертвы и её постепенно остывающее тело. Влад блаженно купался в своей новой силе, которая определённо стоила того, чтобы не выходить на солнце и спать по два часа в день. Тем более, Эвелина утверждала, что процент энергии от сна составляет не более десяти процентов. Вся основная сила была сосредоточена в крови людей, а желание поспать — очередной подводный камень пресловутых «остатков человечности». Он наконец-то поднялся с кровати и подошел к зашторенному окну, аккуратно просунул пальцы в щель между плотными шторами и сразу же одернул руку, болезненно прошипев. На коже показались красные волдыри, которые сразу принялись медленно затягиваться — сегодня солнечно. Влад обессиленно упал обратно на кровать. На той неделе выдалось несколько солнечных дней и, скорее всего, на следующей тоже будет хорошая погода. Точнее, для Влада — ужасная, отвратительная, смертоносная погода. В такие дни оставалось только отсыпаться после охоты и прогуливать школу. К счастью, мама работала довольно-таки далеко от дома и в последнее время, не без помощи гипноза, задерживалась и ночевала у коллег. Короче говоря, учиться, охотиться и с горем пополам скрывать свою темную сущность пока что удавалось. Влад перевернулся на спину и посмотрел в потолок. Потом он нащупал смартфон, открыл вк, вверху уже светилось сообщение в привычном издевательски-шуточном тоне от Эвелины: «Доброе утро, как спалось?» Эта девчонка прекрасно знала, что ни черта не спалось.Vlad: Сегодня снова солнечно. Сейчас высплюсь.
Evelina: Ахаха, переезжай в Питер. Влад закатил глаза. Она писала каждый день, но всегда только по делу. Эвелина будто бы просто проверяла, не помер ли случайно её бессмертный приёмный сын. Раньше они обсуждали серые будни, книги, сериалы, какие-то происшествия, новости, старые истории из жизни. Сейчас же переписка была сухой и абсолютно не информативной. Не сказать, что Влад сильно скучал по набитой сообщениями личке, просто было непривычно и немного подозрительно.Vlad: Слушай. Vlad: А от солнца точно никакого средства нет? Хотя бы, чтоб кожу не щипало?
Эвелина пару минут набирала текст, пока наконец не ответила: Evelina: Ну… По-моему у вас там в деревне рядом ведьма живет... Evelina: Вроде как она какую-то жижу от солнца для вампиров делала, но это не точно Влад нахмурился. И все это время эта чертовка молчала? Чего ещё он не знает? Может если молока выпить, то рвота от чеснока пойдет? Или всё это время можно было превращаться в летучую мышь?Vlad: Почему ты мне раньше не сказала?
Evelina: Да вроде как плохо эта штука помогает, да и дорогая больноVlad: ЭТО ВАЖНО!
Vlad: Я же пару раз чуть не сгорел на глазах у всей школы, когда облака внезапно разошлись. Чего я ещё не знаю? В полнолуние то поохотится можно, или какой-нибудь оборотень Александр однажды меня сцапает?
Evelina: Не кипятись. Оборотни в твоих краях не водятся… Вроде как… Короче чекну адрес и в обед напишу. Отдыхай. Влад хотел написать что-то ещё, но организм требовал продолжения вечеринки в царстве Морфея, поэтому тот лишь написал «Ок», отбросил телефон и завалился спать дальше.***
До столкновения десять часов, двадцать две минуты. — Чё опаздываешь, Славка? — Лёха бросил окурок за платформу и повернулся к запыхавшемуся Славику. Несмотря на то, что парень опоздал на двадцать минут, а их электричка давно ушла, настроение у Лёхи было хорошее. Видимо, он сам пришел совсем недавно. Скоро должен был подъехать другой поезд, так что все было в порядке. — Да мать сказала, пока не поем никуда не поеду, — гопник поправил ветровку и заглянул за спину товарищу, чтобы проверить, нет ли на горизонте электрички, — а я ей говорю мол нахрен я есть буду, я на днюху еду. А она такая типа чё я не знаю, что у вас там только чипсы и пиво будет. Лёха издал глухой смешок и сделал шаг назад, завидев вдалеке красную лаковую крышу поезда. Солнце высоко светило в ярком голубом небе. Было довольно-таки тепло для октября, лёгкий ветерок носился между столбами на узкой безлюдной платформе. Вскоре электричка подъехала и парни не спеша вошли внутрь, уселись друг против друга. Только тогда Славик мог разглядеть лицо друга. — Кто это тебя так? — Славик кивнул на фингал под глазом гопника и поцарапанную в нескольких местах скулу. Не то, чтобы Лёха редко ввязывался в драки, просто обычно противники получали ранения первыми. Редким смельчакам удавалось так разукрасить морду грозы района. Лёха задумчиво почесал затылок. В его взгляде читалось смятение и недопонимание. — Да, вроде как, упал. — Вроде как? — Славик вскинул бровь, — ты, типа, не помнишь что ли? — Да набуханый поди был. Честно — вообще не помню. А ты че до этого не видел? Я неделю назад же где-то ебнулся. — Мы же с вами на этой неделе не виделись. Но я слышал, что Артёма в больницу положили. Он же челюсть сломал? Как он так умудрился то? — Да хуй его знает! — Лёхино хорошее настроение резко упало, — Косому с Некитом тоже досталось. Я тебе клянусь, не помню, чё было! Сто пудов бухали просто. — Без меня? — Славик нахмурился. Вот это было обидно. — Да блять! — Лёха аж весь покраснел от злости и ударил по оконной раме электрички, — я тебе говорю, не помню, чё было! Всё, отвали. До станции «Лесопильня» они доехали молча. От станции до дома Кирпича идти было минут десять. Славик то и дело косился за хмурого Лёху. Врать ему было незачем, никто и ни при каких обстоятельствах не стал бы над ним смеяться, да и не похоже было, что тот врал. Может, действительно, они компанией накурились и забыли обо всем? Из-за мыслей в голове он не заметил, как они уже оказались в подъезде. — Ебало попроще сделай, — рыкнул Лёха на задумчивого Славика, прежде чем громко постучать в дверь. Им быстро открыл широкоплечий армянин в зеленых трениках и футболке с эмблемой «Сочи 2014». — ААА! Братуха! — сразу же накинулся с объятиями на парня Лёха, — с днюхой, старик! — От души, братишка, красавчик! — тот радостно похлопал его по плечам. Славик видел Кирпича всего несколько раз. Из-за того, что тот жил дальше остальных, тусовался он со всеми только по каким-то праздникам или особым событиям, типа поездок на озеро или шашлыков. — С др, Кирпич, — лишь пожал ему руку Славик, заходя в квартиру. Внутри из колонок компьютера играл «Чёрный бумер», а в воздухе стоял запах жареного мяса и табака. В гостиной сидело человек десять, все громко разговаривали и смеялись. Из всех них Славик знал от силы человека три, не считая Косого, Никиту и Маринку. Голубой туман от сигарет окутывал всё пространство. На маленьком складном столе стояло полупустое блюдо с бараниной, бутылки с пивом, домашние сухари, несколько упаковок чипсов и какой-то салат. В центре стола стояла бутылка водки, вина и несколько бутылки коньяка. То тут, то там виделись жирные пятна, разлитый алкоголь и рассыпанный табак. — Капец вы тут нажрали, мы же всего лишь на полчаса опоздали, — выкрикнул Славик на ухо Никите, который сидел спиной ко входу. Парень ухватил крупный сухарь и плюхнулся на жесткое кресло напротив друга. Только потом он заметил, что правая бровь Никиты заклеена огромным пластырем, а все лицо было в мелких царапинах. — Да где ж вы так все навернулись? — с раздражением выдал Славик и снова откусил сухарь. — Не помню, — лишь буркнул Никита и отпил от бутылки с пивом, — упали, наверное. Славик потер виски, нашел взглядом Косого, который уже обнимался с какой-то блондинкой. Из телесных повреждений было заметно только перевязанное плечо.***
До столкновения четыре часа, семнадцать минут. Солнце давно зашло за горизонт. Влад стоял на автобусной остановке «платформа Чернавка» и всматривался в экран телефона. Evelina: Доезжаешь на эльке до Чернавки, выходишь с платформы направо, там должна быть автобусная остановка. Садишься на 12 маршрутку и едешь до улицы Еловая. Потом надо пройти до дома с синей крышей и повернуть налево. И до конца. Дом 67. И да, будь вежлив. Она не особо то вампиров любит. Влад приехал двадцать минут назад, но до сих пор мимо него проехал только автобус под номером тридцать пять и два раза маршрутка номер десять. Когда маршрутка десять проехала третий раз, Влад не выдержал и спросил у водителя, где ему искать чертову двенадцатую, на что пожилой грузин лишь развёл руками и сказал, что никогда о такой не слышал. Влад настрочил Эвелине, которой онлайн не оказалось, злобное сообщение и вбил «Еловая 67» в навигатор. Интернет здесь был плохой, так что пришлось побродить с вытянутой вверх рукой несколько минут, пока навигатор не вывел на экран неутешительные сорок девять минут ходьбы. Влад выматерился, воткнул в уши наушники и побрёл по обочине, сверяясь с навигатором. Он, конечно, мог бы воспользоваться своим супер быстрым вампирским бегом, но последний раз он ел чуть меньше суток назад и не был уверен, в том, сколько сил в нём осталось. Возвращаться назад тоже было плохим решением. Хочешь — не хочешь, но эта ведьма и её волшебная жижа от солнца была единственным способом хоть немного облегчить Владу жизнь. Если, конечно, Эвелина его снова не дезинформировала. Когда на горизонте показался дом с синей крышей, вампир ускорил шаг. Не хотелось, чтобы ведьма выгнала его из дома только из-за того, что она уже спала. В конце улицы действительно стояла маленькая прогнившая избушка под номером шестьдесят семь. Она была огорожена низким деревянным забором и пушистыми елями. Влад постоял перед калиткой не решаясь войти. Потом он перекинул руку через щель между досками в заборе, повернул щеколду и прошел на территорию. В окнах горел свет, значит хозяйка не спала, это хорошо. Влад поднялся на веранду и постучал в дубовую дверь, но никто ему не открыл. Через минуту он снова постучал, более настойчиво, и снова тишина. Вампир раздосадовано цыкнул и решил заглянуть в окно, которое выходило на веранду, но как только он подошёл к раме, дверь громко скрипнула и на пороге показалась низкая толстая старуха в цветастом халате и лохматыми седыми волосами. — Здрасьти, — смутился Влад и приблизился к ведьме. — Чего надо, кровохлёб? — оскалилась женщина, дергая дверь обратно на себя. Вампир на несколько секунд выпал из реальности. Как она его назвала? Эвелина, конечно, предупреждала, что эта старуха не терпима к представителям потомков Дракулы, но не настолько же. — Мне сказали, что у вас можно какую-то жидкость от солнца купить, — натянуто улыбнулся тот и отошел от двери на всякий случай. — Кто сказал? — подозрительно сощурившись, проскрипела ведьма. — Знакомая. — Кробохлёбка? Боже, за что ему это. — Ведьма. — Ведьма? — женщина наклонила голову и снов чуть приоткрыла дверь, — Как ведьму звать? — Эвелина. — Тьфу ты! Дрянная девчонка, — ведьма распахнула дверь, и нехотя бросила, — ладно, проходи. Влад без лишних вопросов вошел в избу. Внутри чем-то неприятно пахло. У дальней стены стояла белая печь. Рядом — большой стол с телевизором. Напротив — старый зелёный диван. С другой стороны широкий шкаф и дверь ни то в кухню, ни то в ванную. Всюду стояли какие-то банки, под потолком висели сухие растения, а на подоконнике, рядом с горшком, в котором росли желтые цветы, сидел толстый рыжий кот. — Эвелина, эта одна огромная заноза в заднице, — кряхтя пожаловалась старуха, проходя в центр гостиной. — Вечно возится со своими вампирюгами, как одержимая. Я её с пелёнок знаю. Говорила же Ванессе, чтоб не водила в дом этого белобрысого. А потом ко мне ходют тут всякие, — она отодвинула в сторону пыльный ковер и наклонилась над люком в полу, — тебя как звать? — Влад, — рассеяно ответил тот, наблюдая за движениями старухи. — Ходют тут ко мне всякие Влады, — снова начала ворчать женщина, отпирая люк в полу ключами. Влад хотел спросить, зачем она делает солнцезащитные крема, которые помогают вампирам, если она их так ненавидит, но решил, что это себе дороже. Старуха вскоре спустилась в погреб, потом достала оттуда банку с мутно-белой жидкостью и сразу же пошла на кухню. Влад поплёлся следом. — Сто миллиграмм — семьсот пятьдесят рублей, — она начала переливать густую смесь в мерную чашку. — Сколько? — округлил глаза Влад, надеясь, что он ослышался. — Семьсот пятьдесят, — спокойно ответила та, ставя стакан на весы, — тебе сколько надо? — Дорого, — нахмурился Влад, залезая в свой кошелёк. У него была только тысяча. — Ты что, ещё и жаловаться будешь? — вскрикнула ведьма и схватила Влада за голову. По всему телу прошла такая сильная боль, что её было невозможно сравнить с тем, что вытворяла Эвелина. Его всего парализовало, было невозможно даже вскрикнуть. Казалось, что ещё секунда под этим током в 220 ватт и тело развалится на куски. Мышцы рвались, капилляры лопались, его всего выворачивало наизнанку. — Я…возь-му сто, — писклявым голосом еле выдавил из себя вампир. Ведьма убрала руку и парень обессиленный рухнул на пол. Он пролежал так до тех пор, пока перед его носом не поставили банку с этой жидкостью и не подняли за шкирку. — Плати и убирайся отсюда. Влад наспех сунул её деньги, получил сдачу и выбежал из избы. — И что б я тебя здесь больше не видела! И Эвелине скажи, чтоб забыла мой адрес! — на прощание выругалась ведьма и захлопнула дверь. Влад лишь фыркнул и поплёлся подальше от этого гостеприимного дома. Когда он вышел к дороге, то все-таки решил изучить содержимое банки. Крем сильно пах какой-то травой. Влад поморщился и немного мазанул на тыльную сторону ладони. К крышке была приклеена записка кривыми печатными буквами: «На открытом солнце — час, на рассеянном свете — десять часов. Наносить тонким слоем на открытые участки кожи.» Он убрал крем в рюкзак и пошёл дальше, в надежде найти кого-нибудь, чтобы подкрепиться перед тем, как сесть на электричку.***
До столкновения один час две минуты Нормальные люди выходят на балкон, когда хотят покурить, Славик же вышел на балкон, чтобы подышать свежим воздухом, потому что гостиная Кирпича была прокурена вдоль и поперёк. Он прикрыл скрипучую дверь, весь весёлый шум из гостиной сразу же притупился. Слава облокотился на перила, запрокинул голову. Балкон был открытый, звезды ярко светились над головой. Парень отпил из бутылки с пивом и доел последний сухарь с чесночным соусом. От алкоголя и сигаретного дыма кружилась голова, а ещё хотелось спать. Гопник посмотрел на полосу леса на горизонте. Казалось бы, сейчас он на празднике со своими вроде как друзьями, но внутри было как-то тоскливо. Он вдруг с содроганием подумал, что в этом лесу, который широкой полосой отделял небо от земли, мог лежать свежий труп. Славика передёрнуло от одной этой мысли. Должно быть, он просто слишком пьян. Не стоило думать о плохом. Он поднёс к губам бутылку, чтобы допить содержимое, но в гостиной что-то прогремело и он услышал визг Маринки. Славик поставил бутылку на одинокую табуретку и вбежал в комнату. В центе гостиной Лёха дрался с Кирпичом. Точнее, Кирпич просто бил Лёху, потому что ноги того не держали от количества выпитого алкоголя. Стол был повален со всей стоящей на нём едой и напитками. Гости столпились по бокам комнаты, не решаясь рассоединить дерущихся. — Слыш, епта! Я думал ты мне братуха, а ты мою бабу лапать вздумал, мудак?! — прорычал Кирпич и с размаха зарядил гопнику под челюсть. Лёха прорычал и сделал попытку ударить в ответ, но лишь слегка задел его скулу и пошатнувшись, завалился на какого-то парня. Кирпич снова оттащил Лёху к стене и снова ударил, на этот раз в нос, который и так уже был разбит. Потом удар пришелся в живот, от чего Лёха согнулся пополам и взвыл от боли. Разъяренный армянин пнул его в плечо. Славик дёрнулся вперёд: — Эй, эй, эй! Кирпич, ты че творишь?! — вскрикнул Славик, отталкивая того от друга. — Ты с ним за одно, да? Оба Анютку мою трахнуть хотите?! Да?! — снова вспылил Кирпич и переключился на Славика. Он взял с тумбы большую стеклянную миску с каким-то соусом, нацелился Славику в голову, но тот успел пригнуться, так что сосуд разбился о шкаф, рядом с головой дрожащей Маринки, и забрызгал содержимым комнату. После этого гости оживились и начали наперебой оттаскивать дерущихся друг с другом гопников. Косой и Никита оттащили Лёху к балкону, пока Анюта и другие гости, которых Славик особо не знал, пытались успокоить Кирпича. — Валите из моего дома, ублюдки! — надрывно проорал Кирпич. Его уже под локти держали два каких-то парня, чтобы тот снова ни на кого не набросился. Все что-то кричали, толкались, и за всем этим безумием, приправленным туманом от сигарет и больной головой, Славик сам не понял, как оказался вместе с шатающимся Лёхой на улице. Друг присел на бордюр, у подъезда хватаясь за голову. — Бля… Славан, щас погодь, я бля… ща вернемся… отпустит и пойду ему… въебу короче… — Куда мы вернёмся? — злобно рыкнул на того Славик, оттирая краем ветровки вонючий соус с лица. — Да он такой всег-да… когда на-бухается! — потряс головой Лёха и медленно опустился на траву. — Чё ты лёг?! — ещё громче возмутился тот и дёрнул Лёху за руку вверх, — вставай давай, можем ещё на последнюю эльку успеть. — Чё?! — с трудом поднялся тот, — какую эльку? Пошли, я въебу ему! — Да задрал, домой пошли, — ещё раз дернул его за руку Славик. Конечно, вернуться к Кирпичу сейчас было самым адекватным решением. Попросить прощения за что бы то ни было, и продолжить кутить. Но Лёха хотел разборок, хотя был совсем не в том состоянии, чтобы с кем-то драться. Да и зная Кирпича, он скорее сам уйдет со своей вечеринки, чем пустит на неё тех, кто её испортил. На улице оставаться было тоже дерьмовым вариантом. Люди таинственно пропадали и умирали. Славика снова передёрнуло от этой мысли. Всё в миг показалось опасным. Надо было быстрее оказаться дома. — Давай, вставай, потом со своим Кирпичом разберёшься, — Славик подхватил Лёху и поплёлся к станции, надеясь успеть на последнюю электричку. Дошли они довольно-таки быстро. Станция была без турникетов, так что купить билет нужным никто не посчитал. Электричка должна прийти через три минуты. Славик постоянно озирался вокруг и косился на Леху, который подозрительно тихо сидел на лавочке. «Осторожно, двери закрываются. Следующая остановка — Чернавка» — раздался металлический женский голос из динамиков, когда два подвыпивших молодых человека завалились в пустой вагон. Они сели на лавку через ряд от входа друг напротив друга. — Чё у вас вообще произошло? — наконец-то спросил Славик, подвигаясь ближе к окну. — Да блин! Я Аньку за коленку взял всего-то. — И за это Кирпич решил тебе разбить ебало? — Ну! Дебил! — Ты дебил, — Славик потёр глаза, — нахрен ты это сделал, если знаешь, что у Кирпича бомбанёт? — И че? — Придурок, — уставше выдохнул Славик и со злостью продолжил, — нахуя каждый раз ввязываться в драки? — Да пошёл ты, — прокряхтел Лёха и запрокинул голову на сиденье,— заебал ныть! — Да ты каждый раз какое-то дерьмо вытворяешь! — Славик пнул друга по лодыжке и поднялся на ноги, — тебя одного оставить нельзя! — Ты мне че, мамка? — рыкнул он, резко поднимая голову, — чё-то не нравится, так съебал бы один! — Ты тупой?! — Славик поднялся на ноги, — я тебя одного оставлю, так ты сдохнешь сразу! Пойду в тамбур покурю. Сиди тут, не рыпайся. — Катись, зассыха, — выкрикнул в спину тому Лёха и снова опустил голову на спинку сидения.***
До столкновения семь минут И в этом вагоне никого. На станции «Чернавка» Влад не нашел никого подходящего для ужина. Людей вокруг было катастрофически мало. На улице он встретил только одного слишком быстрого велосипедиста, компанию бабушек и пьяного деда. Не повезло и с последней электричкой. В каждом вагоне было пусто. Да, на последней электричке в половину второго ночи никогда не было много людей, но человек десять точно находилось, один из которых отлично подходил для того, чтобы совершить идеальное убийство без улик и свидетелей. После того, как в полиция сделала объявление, в котором попросили воздержаться от ночных прогулок, количество потенциальных жертв и правда резко упало. Влад недовольно цикнул, проходя сквозь очередной пустой вагон. Если он не найдёт кого-то до следующей остановки, то останется без ужина. Вампир раздраженно дернул ручку следующей двери и сразу же почувствовал сильный запах крови и алкоголя. У дальней двери на лавке развалился Лёха. Влад сначала удивлённо поднял бровь, а потом хитро оскалился и по-кошачьи грациозно направился в его сторону. Он не мог поверить в такую удачу. Человек, чьей смерти он жаждал очень давно, абсолютно случайно попался ему в совершенно пустом вагоне. Такой беззащитный и вкусный. Влад тихо залез коленями на сидение сзади и положил руки по обе стороны от головы жертвы. — Я не хотел убивать одним за другим всех, кого знаю, но, видимо, это судьба, Лёш, — прошептал на ухо тому Влад, от чего гопник ошарашенно распахнул глаза и встретился взглядом со светящимися красными радужками. Без лишних прелюдий, Влад потянул того за волосы вверх, и, сорвав с левого плеча куртку, прокусил шею. Сладкая жидкость с каждым глотком начала наполнять тело возбуждающей силой. Влад прикрыл глаза от удовольствия, которое волнами накрывало тело с каждым глотком. Он пил резко, яростно. Больно сжимал волосы и кожу жертвы, мстя за всю боль и зло в свою сторону. Лёха пару раз дёрнулся, но это не принесло никаких результатов, он не мог выдавить из себя ни слова, лишь только прерывистое дыхание и слабые стоны. Жизнь постепенно уходила из его тела. Столкновение Влад не сразу понял, что вагон наполнился запахом второго человека, а за звуком шумящей в голове крови он не расслышал открывающуюся дверь. Когда же до него дошло, что в вагон зашел ещё кто-то, то медленно открыл глаза, не отлипая от шеи жертвы, собираясь пронзить убийственным взглядом свидетеля. В дверях стоял Славик. Его глаза бегали из стороны в сторону в немом страхе. Все здравые мысли превратилась в кашу. Он не знал, что ему делать: выудить тело Лёхи из лап красноглазого монстра или бежать со всех ног в противоположную сторону. — Хочешь присоединится? — ухмыльнулся Влад, наконец-то отлипая от ужина. — Помо...ги... — тихо прошептал Лёха, перед тем как потерять сознание. — Ты что, ещё жив? Живучий гад, — облизывая клыки, толкнул того вампир и снова переключил своё внимание на нового человека в вагоне, — ну так... Внезапно поезд качнуло вперёд, так что Славик чуть не упал на пол, но всё-таки смог удержаться. «Школа номер двадцать три», — послышалось из динамиков. Славик помотал головой и ринулся в тамбур, чтобы выбежать на платформу. Влад мгновенно оказался рядом с ним и без особых усилий откинул его внутрь вагона. Затем он так же быстро выбежал из поезда с телом Лёхи и вернулся через другой выход прежде, чем металлических женский голос сказал: «Осторожно, двери закрываются» . Славика била мелкая дрожь. Руки вспотели, слёзы застыли в глазах. Ему было страшно настолько, что он не мог подняться с пола. Поезд снова качнуло и они поехали дальше. Сердце пропустило несколько ударов, когда на уровне его глаз оказались две худые ноги в чёрных кедах. — Что ж, а теперь десерт, — довольно промурлыкал Влад и уселся на бедра валяющегося на полу парня. Влад жадно вдохнул запах кожи Славика и провёл языком по его ключице. Он перевел взгляд на его голубые глаза, которые с ужасом смотрели на вампира. Парень был болезненно бледным, глаза блестели, рот был слега приоткрыл, на лбу выступал холодный пот. Влад рассматривал Славика дольше, чем стоило. Он почувствовал, как его клыки уменьшились. Его вдруг что-то поцарапало изнутри. Что-то больно прожгло какой-то орган. Вампир провел ладонью по щеке вздрогнувшего парня. — Слушай меня. Сейчас ты сядешь на скамейку и доедешь до своей остановки. Потом ты дойдешь до дома и ляжешь спать. Сегодня в электричке ты меня не видел. Лёха вышел на остановке «Школа номер 23» сам. Сказал, что его там ждут. Вы были пьяны. Больше ты ничего не знаешь и не помнишь. После этих слов Влад слез с ног парня и молнией выбежал в другой вагон, оставляя ошарашенного от всего произошедшего парня на полу.
