Его ошибки
14 июля 2019 г., 23:42
Что может быть приятнее поздним вечером чем просмотр фильма? Вот и Роки думал так же. День у него выдался не из легких. Всю ночь он не мог уснуть, потому что Кире снились кошмары, и она кричала. У парня сердце разрывалось от ее слез. Он хотел ей помочь, успокоить, утешить, но как. Уилсон даже не знал причины такого поведения. Единственное, что ему оставалось – это всю ночь быть рядом со своей возлюбленной и не смыкать глаз. Зато, когда Кира рассказала ему о своем прошлом, стало намного спокойнее. Ему жутко льстило, что Мартин поделилась с ним чем-то настолько откровенным, и он рад, что помог ей разобраться с кошмарами прошлого. Потерять родителей в столь раннем возрасте. Парень представить себе не мог, какого это. Роки не переставал удивляться тому, как из той запуганной и сломанной жизнью девочки выросла такая сильная и уверенная в себе девушка. Он бы тоже хотел так же смело посмотреть в лицо прошлому, но пока только убегает, убегает, убегает…
***
- Чем занимаешься? – послышался любопытный голос за спиной. - Обещаешь, что не будешь смеяться? – подозрительно сощурил глаза Роки и уставился на новую обитательницу своей квартиры. - Клянусь, - с серьезным видом сказала Кира и тут же улыбнулась. - Я пытаюсь написать песню, - осторожно сказал Роки, боясь, что его засмеют. Но Кира и не думала об этом, даже наоборот. Ее глаза засверкали интересом, и девушка начала умолять Уилсона спеть для нее. - Ну, пожалуйста, - протянула Мартин, состроив самое невинное личико. - Ладно, но только один раз. Кира просияла своей прекрасной улыбкой. Она уселась напротив Роки и приготовилась внимательно слушать. Уилсон уже в который раз усмехнулся ее ребячеству. Он не переставал удивляться этой девушке. Она постоянно смеется, просто ужасно шутит. Когда о чем-то серьезном задумывается, ее лицо принимает невероятно смешной вид. Эта девчонка обожает сладкое, острую еду и просто ненавидит фильмы ужасов. И хоть Клятва, постоянно звучащая в его голове, немного мешает, Роки рад, что эта ненормальная девушка теперь живет с ним. Она всегда рядом, и Роки может каждое утро лицезреть ее сонное личико. Они вместе завтракают и ужинают, смотрят фильмы по вечерам, вместе засыпают и просыпаются. И Уилсон был просто счастлив, что она никуда не исчезнет и будет рядом с ним. Именно об этом была его песня. Пока Роки пел, Кира все время смотрела на него. Она выглядела настолько счастливой, что парню и самому становилось теплее на душе. Несмотря на все плохое, что было в его жизни, сейчас он абсолютно уверен в том, что все будет хорошо. Пока с ним эта девушка, он всегда будет делать правильный выбор. - Ну, как тебе? – немного волнуясь спросил Роки. Он впервые кому-то показывал эту песню, поэтому жутко нервничал. - Это просто невероятно, - сияя от восторга говорила Кира. – Никогда не слышала ничего подобного. - Все благодаря тебе. Если бы у меня не было такой прекрасной музы, то ничего бы не вышло, - улыбнулся парень, стискивая свою ненаглядную в медвежьих объятиях. – Спасибо, что ты у меня есть, - прошептал Уилсон. Кира была немного шокирована такими словами. Роки нечасто тянуло на сентиментальности. Мартин не могла понять, как на это отреагировать, поэтому лишь сильнее обняла парня в ответ. А Уилсону вовсе и не нужны были какие-то слова. Он был рад только тому, что у него есть Кира. Больше для счастья, наверное, ничего и не нужно, лишь близкие люди, готовые поддержать в любой ситуации. Жаль, что он слишком поздно это понял. - Кстати, мне Дениел говорил, что ты раньше заниматься музыкой. Почему забросил? - вдруг спросила девушка, а по спине у Роки прошел холодок. Ему не очень хотелось говорить об этом периоде своей жизни. - Знаешь, - протянул он, придумывая, как бы все объяснить, - Это очень длинная история, и когда-нибудь я ее тебе обязательно расскажу, только не сейчас. Роки виноватым взглядом посмотрел на Киру. Ему было невероятно стыдно за то, что он не мог поделиться с ней своим прошлым. Она ему всегда все рассказывала, даже о своих родителях, а он так с ней поступает. Он прекрасно понимал, что так нельзя. Нельзя постоянно лгать дорогим людям. Так почему он только этим и занимается. Что тогда, что сейчас он продолжает скрывать правду. В итоге это приведет к тому, что Уилсон снова все потеряет, Киру в том числе. Этого Роки представить себе не мог. Он должен будет все ей рассказать. О своем прошлом, о своих ошибках, о том, что он очень сильно хотел бы исправить, но уже не может. Должен, просто обязан, но почему-то не может. На этом их разговор закончился. Кира ушла в гостиную доделывать что-то по работе, а Уилсон попытался продолжить работу над песней. Но после нескольких часов тщетных усилий он отложил гитару и пошел спать.***
Как трудно бывает говорить о сокровенном с близкими людьми. Почему-то открыться совершенно незнакомому человеку бывает намного проще, чем родным. Наверное, это от того, что нас очень сильно беспокоит, что о нас подумают другие. В особенности, если это люди, которые знают нас от и до, которые беспокоятся и заботятся о нас. Нам ужасно не хочется их разочаровывать, поэтому всеми возможными путями мы пытаемся скрыть правду, чтобы они не знали о самых темных и ужасных уголках нашей души. Ведь увидеть разочарование в глазах близкого человека намного хуже, чем тысячи осуждающих взглядов незнакомых нам людей. Но в попытках утаить самое сокровенное мы так же забывает о том, что именно наши родные всегда поймут, выслушают и примут нас такими, какие мы есть, несмотря ни на что, ведь, что бы мы не сдали, они никогда не перестанут нас любить. Именно эту простую истину забыл наш главный герой. Роки уже несколько дней пытался найти подходящий момент, чтобы поговорить с Кирой. Он окончательно решил, что дальше скрывать темные пятна своей биографии просто нельзя, иначе он потеряет ее навсегда. Ведь ничто не губит отношения так же профессионально, как ложь. Даже понимая все это, Роки не мог решиться. Поэтому он сидел в офисе и в очередной раз до мелочей продумывал их с Кирой разговор. Хотя все равно все пойдет не так как Уилсон запланировал, и ни одна из заготовленных фраз не будет использована, но он ничего не мог с собой поделать. - Что читаешь? – неожиданно раздался голос Дена над головой. По лицу друга Скотт понял, что снова прервал бурную дискуссию в голове Роки и рассмеялся. – Будешь кофе? - Нет, спасибо, - не сразу ответил Роки, все еще приходя в себя. - Это сценарий нового фильма? – протянул Ден, разглядывая бумаги в руках Роки. - Да, решил немного почитать, а то скоро съемки, а я даже не открывал сценарий, - задумчиво говорил он, с каждым словом все глубже и глубже погружаясь в свои мысли. - Ну ладно выкладывай, что у тебя стряслось, - наконец сказал Ден. - Что? – удивленное лицо Уилсона говорило само за себя. – У меня все хорошо. - Да брось, я же не первый день тебя знаю. По тебе видно, что ты невероятно сильно хочешь излить душу своему лучшему другу, - улыбнулся Ден. Роки, закатив глаза, глубоко вздохнул и начал рассказывать о их с Кирой недавнем разговоре. - Да уж, - взгляд Дена стал намного серьезнее, чем прежде. Он прекрасно понимал своего друга. Даже этому невероятному оптимисту не особо хотелось вспоминать о том, что произошло в их далеком прошлом. – А Кира сразу поняла, в чем подвох. Она тебя насквозь видит. - Это уж точно, - печально вздохнул Роки, - честно говоря, я надеялся, что этот разговор состоится не так скоро. - Но ты все равно должен ей рассказать. Она имеет право знать, - серьезно уставился на друга Ден. Он прекрасно знал, что чувствовал сейчас Роки, а еще знал, что этому идиоту хватит ума и дальше молчать обо всем. Но насколько Ден знал Киру, это явно не самый лучший вариант. Понадобится всего полсекунды, чтобы из милой и пушистой Мартин превратилась во все ненавидящую и всех презирающую. - Я это прекрасно понимаю, но ничего не могу с собой поделать, - отчаянно взвыл Роки. - Да, Кира все равно все узнает и лучше, чтобы я ей все рассказал, но как? Как только представлю, что она может меня возненавидеть, забрать свои вещи из моей квартиры и уехать туда, где я ее никогда не найду, - слова просто вырывались наружу из всех затаенных уголков его сердце. Роки больше всего на свете боялся увидеть ненависть в любимых зеленых глазах, а если Кира уйдет, то он просто не переживет этого. Будет медленно и мучительно умирать. - Сомневаюсь, что она тебя возненавидит, скорее ей просто будет очень и очень больно, и, чтобы не заставлять ее страдать, ты должен, - Ден прервался на половине фразы. Он о чем-то задумался, и на лице у него появились тревожные нотки. – Стоп, как ты сказал? – парень озадаченно посмотрел на Роки. – Ты сказал, что она обо всем узнает. О чем ты? Повисла тишина. Ден выжидающе смотрел на Роки, а тот с виноватым видом пытался отвести взгляд. С каждой секундой молчания Скотту становилось все тревожнее. В итоге он не выдержал и закричал на друга. - Несколько недель назад ко мне приходила Миа, - наконец сказал Роки. Ему, конечно, было совестно за то, что он ничего не рассказал, но все равно был уверен, что поступил правильно. Ведь он и так в прошлом заставил друга поволноваться за него, и Уилсону не хотелось снова возвращаться к старым проблемам сейчас, когда в их жизни все началось налаживаться. - И зачем она пришла? – Ден с уставшим видом опустился в кресло. Он бы очень хотел никогда больше не вспоминать об этой «милой» девушке, но видимо она сама вовсе не собиралась отстать от своих «лучших друзей». - Не знаю, она так ничего и не сказал, только как обычно улыбалась. Ты же ее знаешь, наверное, снова затевает какую-нибудь интересную игру, - раздраженно говорил Роки, на последних словах криво улыбнувшись. - От нее уж точно ничего хорошего ждать не придется, - протянул Ден. Парни еще некоторое время сидели в тишине. Потом Скотт вспомнил, что ему нужно было идти. Подойдя к столу, он достал какие-то бумаги и уже собирался уходить, но взглянув на задумавшегося Уилсона сказал: - На всякий случай будь осторожен. - Да, конечно, - рассеянно ответил Роки, провожая его взглядом. И вот Уилсон снова остался наедине со своими мыслями. Он хотел отвлечься, поэтому отчаянно листал страницы сценария, пытаясь понять текст. Но слова были непонятным набором букв, смысл которых Роки никак не мог разобрать. Бросив свои тщетные попытки, парень сдался и уже в который раз за последние дни начал прокручивать в голове события, казалось бы, такого далекого прошлого. - Эй, что это у тебя? – весело засмеялся парень лет 20, вырывая из рук собеседника какое-то письмо. - Шон, отдай, - возмущался юноша, тщетно пытаясь забрать конверт у несносного братца. - Да брось, - все так же улыбаясь говорил Шон. – Неужели это любовное письмо от твоей подружки? – ехидно сузив глаза, спросил он. Роки лишь закатил глаза и сел на диван. Все равно что-то объяснять этому идиоту совершенно бесполезно. Проще просто подождать, когда этот великовозрастный ребенок наиграется и наконец успокоиться. - Я ведь шучу, не дуйся, - ухмыльнулся Шон. Даже учитывая то, что этот парень был весьма красив на лицо, и скорее всего любая девушка попыталась бы пригласить его на свидание, основную радость его жизни составляли вечные приколы над младшим братом, что было весьма странно. – Ну посмотрим, что тут у нас, - задумчиво протянул он, читая письмо. Вечные издевательства не казались Роки чем-то необычным. Он в большинстве случаев просто не обращал на них внимание, спихивая все на то, что у Шона не было друзей, и ему совершенно не с кем общаться (что было чистой неправдой, ведь Шон был душой любой компании, поэтому его постоянно звали на всякие вечеринки, но парень почему-то предпочитал сидеть дома). - Это же извещение о зачислении в один из самых крутых музыкальных колледжей!? – все еще не веря своим глазам, удивлялся Шон. Он несколько минут переводил взгляд с письма на невозмутимое лицо Роки и снова на письмо. – Это невероятно круто. Ты почему не радуешься? – с некоторым возмущением в голосе говорил Шон. - Какая разница, если я все равно не смогу там учиться, - печально протянул Роки и уставился куда-то в окно. - Это еще почему? Такой шанс нельзя упускать, - Шон вдруг сделался серьезным и его лицо наконец стало соответствовать его возрасту. - Ты вообще в курсе, сколько стоит обучение? – гневно крикнул Роки. Беспечность Шона его бесила. И что с того, что он поступил? Что с того, что туда берут одного из сотни? Что с того, что это место, откуда выпускаются профессионалами? Все это не имеет значения, если у тебя нет средств, чтобы заплатить за обучение. - Да брось, мы точно что-нибудь придумаем. У тебя же талант, который сложно не заметить, и это письмо тому подтверждение, - продолжал настаивать Шон. Он всегда восхищался своим братом. Младше на четыре года, а уже столького добился. По сравнению с ним, неотесанным оболтусом (как его в порывах гнева называла мать), Роки был все равно что алмаз. – Не переживай, все будет хорошо. Ты будешь там учиться, я тебе обещаю.***
Я помню его взгляд в тот день, уверенный и чистый. Каким бы странным и заносчивым не был Шон, он все равно был лучшим братом и самым близким мне человеком. Семья у нас была не очень хорошей, если можно так сказать. Отец ушел от нас к любовнице, когда мне было пять. Самое смешное, что он жил на соседней улице, в нескольких кварталах. Не понятно, чего он хотел этим добиться, но через несколько лет любовница бросила его и уехала за границу. Думаю, она наконец-то поняла, какое он ничтожество. В общем с отцом у нас отношения не сложились, скорее их даже никогда и не было. Он никогда не пытался с нами увидеться, а мы не искали с ним встреч. Не думаю, что я его ненавидел, наверное, мне было просто все равно, что с ним. Мама… мама делала все, чтобы мы были счастливы. Она работала медсестрой в местной больнице, часто брала ночные смены… в общем полностью изматывала себя. Ее я любил больше кого-либо и всегда был благодарен за то, что она делала ради нас. Несмотря на все сложности, которые преподносила ей жизнь, она всегда улыбалась и радовалась жизни и никогда не позволяла плакать себе у нас на глазах. Она изо всех сил старалась быть сильной, хотя я прекрасно знал, что на самом деле она очень слабая и несчастная женщина. А вот Шон был моим примером для подражания. Из-за ухода отца он очень рано начал работать, из-за чего мама на него очень сильно злилась. Она хотела, чтобы он получил хорошее образование, но вот сам Шон понимал, что эта роскошь не для него. Он был главой семьи, поэтому на нем лежала большая ответственность (как он сам любил говорить), и по этой причине он много работал. В основном занимался починкой машин, и ему это доставляло невероятное удовольствие. Я им всегда восхищался, удивлялся его выдержке, невероятной силе воли и конечно его любовью к жизни. Каждый день его глаза сияли какой-то невероятной внутренней силой, именно благодаря ей даже в самые тяжелые времена он продолжал твердить, что все будет хорошо. В итоге именно благодаря Шону я все-таки попал в музыкальный колледж. Я пытался его отговорить, пытался убедить в том, что мне это не так уж и нужно. Но он все равно сделал все, чтобы мы смогли заплатить за обучение. Он устроился на еще одну работу, трудился день и ночь, чтобы его брат смог обеспечить себе светлое будущее. Первые годы учебы в колледже были как сон наяву. Интересные уроки, талантливые ребята, лучшие преподаватели и, конечно же, музыка. У нас с однокурсниками даже своя группа была. На втором курсе я познакомился с Деном, с этого момента жизнь стала еще веселее. Мы развлекались, учились, гуляли, влюблялись, расставались и занимались любимым делом. Вся жизнь была наполнена музыкой, мне казалось, будто я даже дышал ею. Это время несомненно было одним из лучших периодов моей жизни, но потом все изменилось, когда я встретил ее… С Мией я познакомился совершенно случайно, столкнулся на улице. Мне она показалась просто невероятно красивой и обворожительной. Любой парень о такой может только мечтать. Она была просто сумасшедшей. Я думал, что именно она по-настоящему наслаждается жизнью. Мне было плевать, что она не Истинная. Тогда я не мог представить рядом с собой кого-то, кроме нее. С нашей встречи моя жизнь полностью изменилась. Я стал все чаще прогуливать пары, перестал общаться с друзьями, полностью игнорировал Дена, алкоголь стал моим вечным спутником, я начал общаться с какими-то весьма сомнительными личностями, перестал ездить домой и разговаривать с матерью… В общем я делал то, что совсем не стоило. Миа с невероятной легкостью ворвалась в мою жизнь и вертела мной, как ей вздумается. Она игралась, а я был уверен, что она меня любить. Многие начали считать меня придурком. Они не пытались скрывать своих гневных взглядов, прямо в лицо высказывали мне все, что думали. А мне было все равно. Я даже не замечал никого. Только потом я понял, что жил будто в изоляции ото всех: ничего не слышал, ничего не понимал, делал все, что скажет Миа. Я был уверен, если она это говорит, то так и нужно, так и правильно. Я был одержим ею, а на все попытки вразумить меня отвечал взглядом полным ненависти и презрения.***
- Послушай, - среднего роста шатен пытался догнать парня впереди себя, чтобы поговорить, но тот явно не собирался слушать. – Роки, послушай же меня! – догнав его, шатен схватил парня за руку и развернул к себе лицом. - Ну что? – Ден замер на несколько секунд, когда друг наконец-то посмотрел ему в глаза. Дениел был в шоке. И это Роки? Тот самый Роки, который днями напролет сочинял музыку, который играл в группе со своими друзьями, у которого глаза горели желанием творить? Нет, быть такого не может. Невозможно, чтобы этот парень с пустым взглядом и презрительной улыбкой на лице, был его лучшим другом. - Да что с тобой такое? - все еще недоумевая, спросил Ден. - Это что с тобой? - Роки вырвал свою руку и пихнул ее в карман джинсов. – Бежал за мной пол квартала, кричал какой-то бред. Если есть ко мне дело, то говори быстрей, я спешу, - он окинул взглядом стоящего напротив него и недовольно хмыкнул. Его все раздражало. Люди, которые пытаются его «образумить», преподаватели, которые постоянно чего-то требуют, колледж, в котором сплошная скука, город, где ничего не происходит, и псевдодруг, который постоянно пытается с ним поговорить. - Да ты посмотри на себя, в кого ты превратился? – взывал к остаткам здравого смысла в голове Роки Ден. – Что ты делаешь? Когда ты в последний раз приходил на занятия, когда нормально говорил с друзьями? А твой брат с матерью? Неужели так сложно им ответить, они ведь беспокоится о тебе. - Заткнись! – не выдержав, закричал Роки. Почему-то, когда речь заходила о Шоне, Уилсону становилось особенно не по себе. Возможно, в нем просыпалась совесть, и только при упоминании имени брата он вспоминал, кто всю жизнь был для него примером. И как бы сильно Роки ни пытался строить из себя пофигиста, он все равно понимал, что этого всего Шон бы точно не одобрил. - Чего ты хочешь добиться этим разговором? – Роки сумел взять свои эмоции под контроль, и его лицо снова приняло равнодушное выражение. - Я твой друг и волнуюсь за тебя, - Ден уже не знал, как с ним разговаривать. Он просто не узнавал в человеке, стоящем перед ним, того самого парня, который был ему почти что братом. - Если ты и правда мой друг, - с жестокостью во взгляде говорил Роки. Его глаза были все равно что стеклышки, пустые и бездушные, - тогда оставь меня в покое. Уилсон еще несколько секунд смотрел на Дена. Скотту даже показалось, что в глубине этих бесчувственных глаз промелькнул маленький огонек, той прежней жажды к жизни. Он промелькнул и тут же исчез. Роки развернулся и ушел. После этого они с Деном не разговаривали до того самого дня, пока Уилсон наконец не понял, в кого он превратился…***
Если бы я тогда его послушал, если бы взялся за ум и подумал бы над тем, что делаю, то все сложилось бы совсем по-другому. Тогда мне не о чем было бы жалеть, тогда мне не за что было бы себя презирать, тогда я бы смог с чистой совестью посмотреть в глаза брату, но нет… Я будто бы медленно падал в пропасть и даже не успел заметить, как оказался на самом дне. Я прекрасно помню тот последний нормальный разговор с Шоном. Брат был как обычно веселый и как обычно издевался надо мной. Он был единственным, кто вел себя со мной точно так же, как и прежде, несмотря на то, как сильно я изменился. - Эй дружище, как дела? – все с той же непринужденной улыбкой говорил Шон. - Тебе какая разница, - в тот день я был особенно раздражителен, и главная причина этого сидела прямо передо мной. - Да брось, я еле тебя нашел, давай хоть немного поговорим, а то мне начинает казаться, что ты вовсе не рад меня видеть, - а вот он в тот день был таким же, как и всегда. Все та же улыбка, все те же глаза, горящие любовью к жизни. - Тебе не кажется, - злобно сверкнул глазами я. Именно его я меньше всего хотел видеть. Наверное, потому что в глубине души понимал, что, если и есть человек, который способен вправить мне мозги, то только он. - Какой же ты злой, - он состроил разочарованную гримасу и снова засмеялся, потом осмотрел меня с ног до головы пристальным взглядом и сказал, - Ты только посмотри, в кого ты превратился. С каких пор ты носишь кожанки? – удивленно говорил он, рассматривая мою куртку. - Тебя забыл спросить, - мое раздражение постепенно накапливалось и только ждало момента, чтобы вырваться наружу. Я попытался встать и как можно быстрее уйти отсюда, но Шон мне этого не позволил, заградив выход из кафе (удивительно, как он вообще мог меня здесь найти, а теперь еще и силой удерживает) - Нет, дружище, я еще не закончил свою профилактическую беседу. Как никак я обещал твоему другу, что поговорю с тобой, поэтому ты отсюда никуда не уйдешь, пока я не разрешу, - в его голосе появились стальные нотки. Он редко прибегал к такой тактике, но она всегда на удивление отлично действовала на меня. В такие моменты я чувствовал его несомненное превосходство над собой. - Ден, стоило догадаться, - печально сказал я, возвращаясь на диван. Все равно уйти в ближайшее время мне не светит. - Он вообще-то о тебе волнуется, - попытался воззвать Шон к моей совести, но я никак на это не отреагировал. Он еще долгое время говорил о всякой ерунде, даже похвастался, что встретил Истинную и скоро у них свадьба. На этом моменте я не выдержал и ушел, сказав ему что-то не очень приятное на прощание. Шон почему-то не попытался меня остановить, видимо наша «милая» беседа подошла к концу, и он добился того, чего хотел. Я даже не знаю, почему так вспылил. Наверное, мне было неприятно видеть брата счастливым, было неприятно, что он встретил Соулмейта, было неприятно, что у него все так хорошо, а у меня все так плохо. Я и сам не знал, почему мне не нравится моя нынешняя жизнь. Мне не приходило в голову, что нужно что-то менять, что так я ничего не добьюсь, что так, когда я встречу свою Истинную, то не смогу посмотреть ей в глаза. Когда я наконец вспомнил о том, что могу встретить обещанную мне судьбой, буквально на несколько секунд я очнулся ото сна. Я понял, чего этим разговором добивался Шон. Он прекрасно знал, как сильно я хотел встретить Соулмейта. И он хотел, чтобы я это вспомнил. Тогда до меня медленно начало доходить, что я делаю со своей жизнью. Тогда я понял, почему я не был так же счастлив, как мой брат. Потому, что это был не я. Не я прогуливал пары, не я постоянно пропадал на каких-то вечеринках, не я гонял по ночному городу. Всего этого хотел не я. Вся моя жизнь в этот момент показалась мне отвратительной, и я сам себе казался отвратительным. Все это я осознал на несколько секунд, а потом меня снова затянуло во весь этот водоворот тусовок, алкоголя и разврата. Я снова начал подчинять лишь голосу Мии, и, если она говорила, что все хорошо и так надо, значит так оно и есть. Я продолжал волочить свое жалкое существование, даже не задумываясь, что делаю что-то не так. Так было до того самого дня, когда исправлять мои ошибки стало поздно… - Ты куда собрался!? – раздражающий женский голос продолжал звенеть в ушах. Я старался не обращать на него внимания. Меня все бесило. И этот клуб, и идиот полезший со мной в драку, и эта девушка, пытающаяся меня догнать. – Роки, стой! – закричала она, и я повернулся к ней. - Ну, что еще? – возмущался я, прикасаясь к разбитой губе и оценивая повреждения после недавней потасовки. - Что с тобой такое? – наверное, она попыталась произнести это нежным голосом, но он по-прежнему оставался бездушным и холодным, как и всегда. Миа попыталась коснуться моей губы, но я отбросил ее руку. - Он меня раздражает, и находиться с ним в одном помещении я не собираюсь, - злобно говорил я, вспоминая своего оппонента, из-за которого и произошла драка. - Всем понятно, что Грэг полный идиот. Не обращай внимания, - успокаивала она меня. Миа поднялась на носочки и, вероятно, хотела меня поцеловать, но я отвернулся (не до нее сейчас). Девушка лишь хмыкнула. - Мне без разницы, я ухожу отсюда, - отстраненно сказал я и направился к машине. - Тогда я поеду с тобой, - весело сказала Миа. Я не собирался ее останавливать. Если хочет ехать, то пусть едет. Наверное, для меня стало это естественно. Я никогда и ни в чем ей не перечил. Можно сказать, что ее слово для меня было все равно что закон. Мы сели в машину, Миа включила радио и слушала какую-то дурацкую песню, кивая головой в такт музыке. Я старался ее вообще не замечать, сосредотачиваясь на дороге. Не знаю почему, но в тот день эта девушка меня особенно раздражала. Она была вся ненастоящая. Ее действия, слова, жесты, голос – от всего веяло театральностью и наигранностью. Она всегда такой была, даже в день нашей встречи, но почему-то раньше мне это даже нравилось. - Поверни налево, я хочу зайти в магазин, - серьезным голосом говорила она, набирая сообщение в телефоне. Это вовсе не было просьбой, это был приказ, которому я неоспоримо повиновался. Я спокойно вел машину и в указанном месте выкрутил руль, чтобы повернуть. На секунду в глазах все поплыло, и я не мог сосредоточить взгляд, из-за этого машина не очень плавно повернула (если можно так сказать). - Ты что делаешь? – возмущенно закричала ударившаяся о стекло Миа. - Прости, - машинально сказал я, хотя мне было наплевать, больно ей или нет. «Видимо немного перебрал» - подумал я и стал еще усерднее следить за дорогой. Но не прошло и нескольких минут, как повторилось то же самое. Перед глазами все начало расплываться. Я не видел дороги, не видел руля, даже своих собственных рук. Очнулся я лишь, когда почувствовал, что машина ударилась обо что-то. Еще до конца не осознавая, что произошло, я вышел из салона. На несколько минут я просто оцепенел. Перед машиной лежала девушка, она вся была в крови. Не понимая, что делать, я подошел к ней и увидел ее лицо. Это была Рэйчел, Истинная моего брата. Лишь когда я понял это, мой мозг начал работать. Я вызвал скорую, а пока она не приехала попытался помочь девушке, но через несколько минут она потеряла сознание. И только тогда я в полной мере осознал, что натворил…***
Я сидел в коридоре больницы, совершенно не понимая, что происходит. Вокруг ходили люди в белых халатах, они что-то объясняли моему брату. Руки у него тряслись, он постоянно закусывал нижнюю губу и бросал то на доктора встревоженные взгляды, то на меня взгляд полный ненависти и презрения. Я не понимал смысла этого и никак не мог разобраться, из-за чего он на меня злится. Только, когда врач, вышедший из палаты, сказал что-то вроде «с ней все будет хорошо», я вспомнил, что случилось. В моей голове безудержным потоком стали всплывать цветные картинки. Вот я стою у клуба и спорю с Мией, потом мы садимся в машине, все хорошо, я спокойно еду и не о чем не думаю, потом перед глазами все начинает плыть, я вижу девушку в крови, и потом одна лишь темнота… Осознание накрыло меня с головой. Я начал судорожно вспоминать, чем занимался последние несколько лет. Клубы, тусовки, алкоголь, девушки, драки… Я понемногу начал понимать, почему меня ненавидели, почему Ден пытался меня вразумить и почему мой брат, такой счастливый в тот день, хотел со мной поговорить. Я стал противен сам себе. А в голове звучал лишь один вопрос: «Почему я раньше этого не заметил?». Как я мог превратиться в того, кем являюсь, как мог так наплевательски относиться к близким, как мог сесть за руль в нетрезвом виде, как мог сбить девушку, как мог чуть не разрушить счастье брата? Как только Шон вышел из палаты, я подошел к нему и спросил: - Как она? – я прекрасно понимал, что не имею права спрашивать о ней, после того, что сделал. Но ничего другого сказать я не мог, а сказать нужно было. Иначе я навсегда потеряю брата. Шон на меня никак не отреагировал. Он прошел мимо и направился к выходу из больницы. Я побежал за ним. Только на парковке, когда он уже собирался сесть в машину, я догнал его и схватил его за руку. - Шон, куда ты? – с отчаянием в голосе спросил я. – Давай поговорим, - я не знал, как исправить то, что натворил. Хотя это было совершенно невозможно. Но я был убежден, что мне необходимо что-то сделать. - Нам не о чем разговаривать, - ледяным голосом сказал он и посмотрел на меня. Я ужаснулся тому, какие у него были глаза. От прежнего света и тепла совершенно ничего не осталось. Сейчас это были глаза вовсе не моего брата, не глаза того, кем я всю свою жизнь восхищался. Это были глаза человека до глубины души ненавидящего и презирающего меня. - Но брат, - продолжал я, хотя точно знал, что все тщетно. Я уже его потерял. Того единственного, кто верил в меня, кто считал, что я возьмусь за ум и поправлю свою жизнь. Но он ошибся, я абсолютно прогнил изнутри, стал человеком, который собственными руками уничтожил все, что было дорого. - Убирайся, не смей мне больше показываться на глаза, Роки, - гневно прокричал он и, оттолкнув меня, сел в машину и уехал. Я не знал, что с собой делать, поэтому просто опустился на землю и закричал. Закричал от отчаяния, боли и ненависти к самому себе. Не знаю, сколько я так сидел, но когда начал потихоньку приходить в себя, то услышал быстро приближающуюся ко мне девушку на шпильках. - Бедный, бедный, Роки, - послышался знакомый голос над головой. Девушка, стоящая передо мной, ехидно смеялась. Правильно, я и сам бы над собой посмеялся, если бы мог. - Что тебе нужно, Миа? – охрипшим и уставшим голосом спросил я. - Да вот, решила позлорадствовать, - усмехнулась она, приседая, чтобы наши лица были на одном уровне. – И все-таки, как жестоко с тобой поступила жизнь, - говорила она своим ледяным голосом, царапая ногтями мою шею. – Но знаешь, - она вдруг сделала удивленное лицо, - Ты сам во всем виноват, - после этих слов Миа засмеялась. - Убирайся, - сквозь зубы прошипел я. Я был готов избить ее до полусмерти, если бы она произнесла еще хоть одно слово. - Да, не злись ты так, - надула губки девушка, и ее лицо исказила холодная улыбка. – Я тут вовсе не для того, чтобы добить тебя, - Миа выпрямилась и медленно начала отходить от меня. - И за чем же ты пришла? – говорил я, тщетно пытаясь сдержать свой гнев. Еще немного, и я точно ее убью. - Чтобы облегчить твои страдания, конечно же. Брось, неужели ты думал, что эта несчастная по чистой случайности оказалась посредине дороги именно на той улице, где мы с тобой ехали, - спокойным и ровным голосом говорила Миа. Я посмотрел на нее непонимающим взглядом. Девушка внимательно всматривалась в мое лицо, и, видимо, то, что она увидела, ей очень понравилось. – Да, мой дорогой, это я заставила ее прийти туда, я убедила тебя выпить больше чем обычно, я натравила на тебя Грэга, и я же показала куда тебе ехать. А ты дурак так ничего и не понял, - после этих слов она как ненормальная засмеялась. Я некоторое время переваривал все то, что Миа сказала мне. Потом будто все шестеренки встали на свои места, и я наконец понял, какая она на самом деле. Потом я резко встал и, подбежав к ней, схватил за горло. - Ну давай, - прошипела она, словно дикий зверь. – Мы же оба знаем, что у тебя кишка тонка, - в ее глазах блеснули каким-то сумасшедшие огоньки. Я убрал свою руку и направился к выходу с парковки. – До встречи, мой милый, - крикнула она мне в след и снова засмеялась.***
С того самого дня я больше не виделся с моим братом. Даже если бы я смог его найти, то он бы точно не стал разговаривать со мной, да мне собственно и нечего ему сказать. Каким образом Миа не подстроила бы аварию, моей вины это не уменьшает. Я превратился в человека, которому абсолютно наплевать на близких людей, в жалкое и ничтожное существо, чуть не разрушившего жизнь Шона. И как бы я не пытался сыскать прощения, как бы сильно не хотел искупить свою вину, это невозможно. И я сам никогда себя не прощу. После аварии Рэйчел не подавала на меня в полицию, ссылаясь на то, что она сама выбежала под колеса автомобиля. Миа после нашего разговора будто испарилась, но мне и не хотелось ее видеть. Ден еще долго пытался отыскать ее, но ее и след простыл, и вскоре он бросил это дело. Я после всего случившегося совершенно не знал, что делать. Вернуться в колледж я не мог: занимать музыкой после всего я считал невозможным. Спустя несколько месяцев, убедившись, что Рэйчел полностью здорова, я уехал за границу. Ден, конечно же, как бы сильно я его не отговаривал, бросил все и уехал со мной. На самом деле я буду ему за это вечно благодарен. Он был единственным, кто остался рядом со мной. Даже несмотря на многие месяцы моей ненависти к самому себе и отвращению к жизни, он не бросил меня. Я видел в его глазах, как ему было больно смотреть на меня, и, возможно, именно благодаря ему я начал потихоньку возвращаться к жизни. Я устроился на работу, начал интересоваться тем, что происходит вокруг меня, снова начал разговаривать с мамой (но поговорить с Шоном мне духу так и не хватило), потом поступил в театральное и заново начал жить. Так медленно, но верно я приходил в себя. Спустя несколько лет мы вернулись домой. Я начал сниматься в кино, а Ден стал моим вечным и бессменным менеджером. Жизнь снова начала идти своим чередом. Но несмотря на это не прошло и дня, чтобы я не вспоминал о том, кем я был, и о том, что я сделал.***
Роки вздрогнул от нахлынувших воспоминаний. В один миг он снова почувствовал все то, что было уже давно забыто. Он так сильно старался об этом не вспоминать, но стоило всего одному человеку снова появиться в его жизни, и все по новой. Уилсон боялся, что теперь, когда Миа вернулась, он, как и прежде, совершит те же самые ошибки. И в конечном итоге это приведет к тому, что он потеряет самое дорогое, что есть в его жизни. Нет, этого нельзя допустить. Чтобы предотвратить это, он должен встретиться со своим прошлым лицом к лицу и прямо посмотреть ему в глаза. Ведь дальше убегать и скрываться просто нельзя.***
Через пару дней Роки сидел на своем обычном месте в офисе и снова был крайне задумчив. Ден вокруг него полчаса носился, пытаясь выяснить, что все-таки опять случилось. Уилсон же отвечал что-то совершенно непонятное. Ден уже не знал, что делать, единственное, что он смог разобрать из речи друга это слово «зачем». Роки снова и снова повторял его, но Ден так и не понимал, что происходит. - Слушай, я, конечно, все понимаю, но может ты все-таки объяснишься, - продолжал он упрашивать Уилсона хоть что-нибудь сказать. - Я ее чуть не поцеловал, - тихо, почти шепотом говорил Роки. Он был полностью в своих мыслях, и совсем плохо осознавал происходящее вокруг него. Он будто говорил сам с собой, совсем не замечая Дена. - Ну давай Роки, чуть-чуть громче, чтобы я понял, - Скотт уже начал разговаривать с ним, как с ребенком. А что еще делать? - Я чуть не поцеловал ее, Ден! – вдруг крикнул Роки. Дениел резко перестал наматывать круги вокруг него и уставился на Уилсона. - Кого чуть не поцеловал? – непонимающе спросил парень. Он явно плохо соображал, и был, наверное, напуган еще сильнее, чем Роки. Сейчас они больше походили на двух ничего не осознающих людей, один из которых отчаянно пытался что-то сказать, а другой понять. Вот только разговор явно не клеился. - Киру, конечно же, - Уилсон наконец-то посмотрел на друга, сделав такое удивленное лицо, словно только-только заметил его присутствие. - И что в этом такое, она ведь твоя девушка, - все еще не понимая глобальность проблемы недоумевал Скотт. - Ден, не тупи, - раздраженно сказал Роки. Он уже, вроде бы, пришел в себя, а вот Дену нужно еще время, чтобы все переварить. По лицу Скотта было заметно, что идет активная работа мозга. И спустя полминуты до него медленно, но верно начали доходить слова Уилсона. – Теперь понял? - Роки тяжело вздохнул и потер переносицу, бормоча себе под нос что-то вроде «я слишком стар для таких переживаний». - А что она? – наивно спросил Ден (как будто по состоянию Роки не было понятно, что сделала Кира). - А что она, - передразнивая парня говорил Уилсон. Его уровень раздраженности уже выходил за всевозможные рамки, поэтому он был готов разорвать любого в клочья, в первую очередь себя самого. – Она посмотрела на меня испуганным взглядом и убежала, - с досадой сказал Роки. Как только он вспомнил лицо Киры в тот момент, все внутри него сжалось от ненависти к самому себе. Как? Как он мог себе такое позволить? Он ведь не хотел торопиться, был готов ждать сколько угодно, пока Мартин сама не захочет этого. И что в итоге? Просто тупо не сдержался. Эта девица каждый день ходит перед ним в своих пижамах с Микки Маусом и тапочках с ушками, но даже так она выглядит обворожительнее любой девушки, которую он когда-либо встречал. Но ее испуганные глаза, слезы на щеках и прикушенная нижняя губа заставляют его снова и снова задавать один и тот же вопрос: «Зачем он это сделал?». В тот момент, когда он увидел ее такой напуганной, сразу захотел прижать к себе и целую вечность просить прощения, но она убежала. И теперь Роки был без понятия, что делать. - Да, дело серьезное, - задумчиво протянул Ден, обдумывая все сказанное. Но увидев лицо друга, которое выражало одну лишь безнадегу, поспешил его утешить. – Ты не переживай. Я уверен, что Кира непременно одумается. - Ты так думаешь? – с надеждой во взгляде спросил Роки. - Ну конечно, - уже веселее произнес Ден. Что и умел делать этот парень лучше любого на земле, так это успокаивать своего вечно создающего проблемы на ровном месте друга. – Кира подумает немного, успокоиться, а потом сама придет, и тогда вы спокойно обо всем поговорите. - Ну если ты так думаешь, - с облегчением выдохнул Роки. Он выглядел намного лучше, чем прежде. Все-таки слова Дена имели смысл. И может Уилсону стоит расслабиться и подождать до вечера, а потом они с Кирой все обсудят и придут к взаимопониманию (если можно так сказать). Скотт, увидев своего друга успокоившимся, тоже с облегчением выдохнул. Теперь, когда «кризис» миновал, можно снова приниматься за работу, чем Ден и занялся. Спустя пару часов оба парня занимались своим обычным делом: Роки читал сценарий очередного фильма с ним в главной роли, а Ден составлял расписание на ближайший месяц. И вроде бы все хорошо, вроде бы все отлично… если бы не одна очень «милая» особа. - Тук-тук, можно войти, - послышался до боли знакомый голос за дверью. – Ну, конечно же можно. Ну что скучали? – с фальшивой улыбкой на лице без приглашения вошла Миа. От девушки как обычно веяло театральностью и невероятной наигранностью. - Зачем ты пришла? – с несвойственной ему холодностью прошипел Ден. Увидев давнюю знакомую прямо перед собой, парень сначала побледнел, а потом его лицо приняло абсолютно спокойное выражение, но вот глаза просто пылали от ненависти. - Как это зачем? – удивилась Миа, состроив невинное личико, что ей совсем не подходило под ее характер. – Меня Роки позвал. Ведь так, дорогой? – она захлопала своими длинными ресницами, обращаясь к Уилсону. - Черт, я совсем забыл о ней, - видимо только сейчас заметив ее присутствие, с уставшим видом произнес Роки так тихо, чтобы его не услышали. Миа все равно заметила это, но не стала обращать внимание, лишь недовольно хмыкнув. – Ден, оставь нас, - попросил Уилсон, обращаясь к все еще недоумевавшему другу. Скотт попытался возразить, но Роки взглядом дал понять, что ему лучше уйти. Дениел, еще раз гневно глянув на нежелательную гостью, ушел. - Теперь, когда мы остались одни. О чем ты хотел поговорить? - спросила Миа своим тихим и уверенным голосом. Девушка с грацией кошки опустилась на кресло и стала наблюдать за ходившим туда-сюда Уилсоном своим изучающим взглядом. – А ты изменился, - спустя пару минут «наблюдения» с фирменной улыбкой произнесла она. - А вот ты ни капельки, - со стальными нотками в голосе говорил Роки. Ему совсем не хотелось играть в ее игры, он позвал ее сюда вовсе не для этого. – Для начала благодарю за то, что ты пришла, - с серьезным лицом начал Уилсон, но Миа явно не собиралась его слушать, поэтому перебила. - Тебе спасибо, что позвал, - сказала она, хищно сузив глаза. – Но знаешь, это весьма странно. Сначала ты не очень вежливо встретил меня, когда я после стольких трудов смогла-таки тебя найти, - рассуждала Миа, поднявшись со своего места и приближаясь к Роки. – А потом так неожиданно зовешь меня, не объясняя причины, - она вплотную подошла к Уилсону и провела ногтями по его шее, оставляя пару слегка красных линий. – Так объясни же мне, зачем я здесь? – наконец закончила она, поднимая взгляд и смотря прямо в глаза Роки. Она всегда так делала: не давала своему собеседнику брать инициативу в разговоре. Лишь она тут задает вопросы, а все остальные должны мило на них отвечать. - Именно это я и хочу тебе объяснить, - раздраженно ответил Роки, убирая руки девушки со своей шеи. Такая манера «общения» его невероятно сильно бесила. Все-таки, как он и думал, Миа ничуть не изменилась. Она все так же играется с окружающими и ни о чем не задумывается. Можно сказать, что это был ее стиль жизни: использовать других для своего развлечения. Уилсон это прекрасно знал, и теперь этот номер с ним не пройдет. – Я прошу тебя больше никогда не показываться мне на глаза, - ровным голосом сказал Роки, наблюдая за реакцией девушки перед ним. - Что? – взвизгнула Миа. Она выглядела не то чтобы удивленной, скорее шокированной. Ее глаза метались по всей комнате, она постоянно пыталась что-то возразить, но видимо ее словарного запаса не хватало, чтобы описать ее негодование. - Еще я бы попросил никогда не встречаться ни с Деном, ни с моей девушкой. Лучше если бы ты совсем уехала из города. Я готов оплатить тебе билеты, жилье и все, что потребуется, в какую бы точку мира ты не захотела отправиться, - все тем же ледяным голосом продолжал Роки, с неприкрытой радостью на лице наслаждаясь безуспешными попытками Мии хоть что-то ему возразить. - Да как ты смеешь, - наконец произнесла она. С девушкой, наверное, впервые в жизни так разговаривали. Все и всегда делали то, что она хочет, а этот тип выставил ей такие требование. – С чего ты вообще взял, что я буду тебя слушать? – выкрикнула она. - А с того, моя дорогая, - передразнивая ее манеру говорить продолжал Уилсон, - что если ты не сделаешь, как я прошу, то я превращу твою жизнь в ад на земле. - А силенок-то хватит? - рассмеялась Миа. - Видишь ли, я тут случайно узнал, что фирма твоего отца полностью обанкротилась, а кредиторы каждый день требуют с него денег, поэтому теперь ему не на что даже кофе купить. Знаешь, что это значит, - усмехаясь спросил Роки. Лицо Мии становилось все более и более омерзительным, а в глазах появился животный страх. Уилсону явно нравилась такая реакция, поэтому он еще увереннее продолжил. – Это значит, что теперь у тебя нет даже пары центов. Все твои карточки уничтожены, а дом, машины и все остальное имущество скоро заберут, чтобы компенсировать долги. И все, что у тебя остается это твоя работа. Но вот ведь незадача, мне не составит не малейшего труда, чтобы тебя не взяли даже для съемок какой-нибудь рекламы, а что говорить про кино и театр. Вот так вот, моя дорогая, шах и мат. Миа от безысходности упала на диван. Она еще никогда не чувствовала себя так отвратительно. Разве она виновата, что ее бестолковый папаша потерял все, что имел? Она всего-то хотела немного повеселиться. Как до такого дошло? Этот и еще миллионы вопросов мучили ее. - Ты сейчас думаешь, за что тебе все это, ведь так? – продолжал злорадствовать Уилсон. Сейчас у него была прекрасная возможность отыграться за всю ту боль, что она ему причинила, и он уж точно не упустит этот шанс. Миа взглянула на него беспомощными глазами полными слез. Парень подошел к ней и, приподняв ее лицо за подбородок, у самого уха прошептал. – Но ты сама во всем виновата. Повисла тишина. Миа была готова уничтожить весь мир за такое унижение. Как она до такого докатилась, что теперь ей приходится выслушивать насмехательства из уст ее самого верного «пса». Как так вышло? Кто во всем виноват? Тут в глазах девушки промелькнула искорка. - Это ведь все из-за нее? – гневно прошипела она. Роки непонимающе на нее посмотрел. Девушка резко поднялась и схватила его за рубашку. – Все из-за этой глупой девчонки!? – вскрикнула она в отчаянии. Теперь ей все стало ясно. Теперь понятно из-за кого, все ее беды, понятно, из-за кого она вынуждена терпеть унижения. Но ничего, ее час еще настанет. Она поквитается со всеми, кто пытается ей насолить, только нужно немножко подождать. А уж это она умеет лучше всего. - Ладно, я готова принять твое предложение, - вдруг тихим и спокойным голосом заговорила Миа. Роки так и не понял, что это были за приступы истерики, но он всегда знал, что Миа не совсем в своем уме, поэтому не стал обращать внимания. - Хорошо, тогда позвони мне, когда решишь, куда отправишься. Я все оплачу, - произнес Уилсон. - Благодарю, - прежним голосом заговорила Миа, и на ее лице появилась ее вечная ухмылка, но теперь она была еще более наигранной. – Только позволь кое-что сделать на прощание, - прошептала девушка и впилась в губы Роки. Уилсон явно не ожидал такого, поэтому далеко не сразу сообразил, что происходит. Вот только, когда он пришел в себя, было уже поздно. Единственное, что он успел увидеть, это взгляд Киры, полный разочарования и боли. Девушка со слезами на глазах выбежала из комнаты, и только тогда Роки понял, что случилось. Он оттолкнул от себя истерически смеющуюся Миа и побежал за Мартин. Уилсон выбежал из здания и начал искать Киру, но, когда он услышал крик и всхлипы, его сердце сжалось от боли. Он тут же помчался туда и увидел ее. Девушка сидела на земле, обхватив колени руками. Она захлебывалась слезами, а грудь сотрясалась от всхлипов и крика. Увидев любимую в таком состоянии, Роки готов был порвать самого себя на части. Как? Как он мог не заметить Клятву? Как мог позволить Мие себя целовать? Как мог заставить самую драгоценную и дорогую девушку на всем свете плакать из-за него? Уилсон подбежал к ней и обнял. Он начал ей говорить что-то приятное, объясняться, успокаивать ее, лишь бы она перестала плакать. Спустя несколько минут девушка прекратила кричать. Роки подумал, что его слова произвели должный эффект, но когда он встретился с ней взглядом, то увидел лишь пустые и безжизненные глаза. Они были все равно что стекла, бездушные и холодные. Заглянув в эти глаза, Уилсон понял, что потерял ее. Потерял самое дорогое, что было у него. Потерял ту, что так сильно любил и так хотел уберечь от своего прошлого. Вот к чему приводит ложь. Если бы он только рассказал ей все, то этого бы не случилось. Если бы он не убегал от своего прошлого, то его любимая бы не задыхалась от слез. Если бы он еще тогда, при первой встречи с Мией спустя столько лет, разобрался со всем, то у Киры не было бы такого пустого взгляда. Роки снова погрузился в апатию. Он перестал что-либо чувствовать и понимать. В таком состоянии и нашел его Ден. Он что-то говорил и говорил, но Уилсону было абсолютно все равно. Сейчас он хотел лишь полностью погрузиться в это состояние и больше никогда ничего не чувствовать. Кира. Услышав это имя, Роки ощутил невероятную боль. Он попытался, но не смог понять, чье это имя. - Кира. Снова произнес чей-то голос, но Роки все равно ничего не понимал. - Где Кира?! – кричал Дениел. В этот раз Уилсон отчетливо все услышал и наконец вспомнил, что произошло. Не обращая никакого внимания на до ужаса напуганного друга, он резко поднялся и побежал к машине. Роки не знал, куда убежала Мартин, но внутри было какое-то неприятное предчувствие. Когда парень приехал домой, то понял, что его худшие опасения оправдались: вещей Киры в квартире не было, как и ее самой. Уилсон помчался на квартиру Мартин и там нашел записку, адресованную Эшли. Из прочитанного он догадался, что Кира собрала свои вещи и уехала в аэропорт. Парень последовал за ней. Не помня себя, он приехал туда и спросил в регистратуре не видели ли они девушку с рыжими волосами. Спустя полчаса он узнал, что ее самолет улетает через пять минут. Он изо всех сил побежал, но увидел в окно лишь то, что тот самый самолет с самым дорогим ему человеком уже взлетел. От бессилия Роки упал на пол и отчаяние захлестнуло его с головой.
