Социальные сети

«Как люди, которых ты фотографируешь, только терпят тебя?» Лили о том, что я «заставляю ее страдать ради моего искусства». ~Коул Спроус, пост в инстаграме 12 февраля 2019 года. — Хей, Лилс, почему бы нам не убежать со съёмок на пару дней? Тебе несомненно понравится наш побег, гарантирую. — Спроус, ты спятил? Роберто точно не будет в восторге от нашего «побега». Он же с нас шкуру сдерёт! — Ладно, если честно, то я отпросился у него ещё неделю назад и приплёл к этому тебя. Угадай, что сказал Роберто? Он согласился, даже не думая, — парень победно улыбнулся и немного потеребил выбившуюся из копны смолистых волос прядь. — С тобой одни приключения на задницу! — девушка вздыхает и закатывает глаза, немного улыбаясь. — Не бурчи, это того стоит. Спустя несколько дней Коул и Лили уже ехали в машине, положив на задние сидения сумки и пледы. Рейнхарт, на самом деле, направлялась в абсолютную неизвестность, ведь молодой человек даже не посчитал нужным оповестить её, в какой город они собирались отправиться. — Угадай, куда мы едем? — Ты же и так знаешь, что я не имею понятия, куда ты меня тащишь. Дай подсказку. — Это недалеко от Ванкувера — Да ты капитан-очевидность, раз мы едем на машине, то понятно, что это близко. — Окей, это один из самых больших горнолыжных курортов в Северной Америке. — Я не увлекаюсь историей и географией Канады, просто назови город. — С тобой неинтересно, ты слишком быстро сдаёшься! — недовольно пробурчал Коул, показав Рейнхарт язык, — Уистлер. — И что же мы там будем делать? Только не говори, что кататься на лыжах, Спроус, а не то я тебя убью! — Расслабься, Лилс. У меня там всего лишь премьерный показ фильма, на котором я должен присутствовать. На лыжи мы даже не встанем, обещаю. Но пойдём в лес, зимой там можно сделать пару красивых кадров. Через два часа машина была припаркована возле небольшого леса, и Коул, схватив одной рукой камеру, а другой — руку Лили, уверенно петлял между деревьями. Чёртово дежавю. Только на этот раз мягкую траву застилал толстый слой мягкого снега, который похрустывал под подошвой тёплых ботинок, а вместо роскошных и свежих крон высоких деревьев были лишь голые сухие ветки без какой-либо листвы. — Мы опять в лесу? — Не опять, а снова, — пробурчал Коул, выпуская изо рта клубы пара и настраивая камеру, давая Лили немного времени осмотреться. — Почему у тебя такое странное вдохновение? — На самом деле, у меня есть идеи и похуже. Просто ты — единственное что держит меня в здравом уме, Лилс. После этих слов девушка мгновенно залилась краской, яркий румянец выступил на её бледных щеках, что не осталось без внимания Спроуса, и тот ухмыльнулся, устремляя объектив камеры в чистое небо и делая пару снимков. — Теперь ты. Всё в твоих руках, Лилс. Полная свобода действий. Девушка знает, что это означает, и после этой фразы ей всегда становится неловко. Она должна просто вести себя естественно. Смотреть на деревья, копаться в снегу в поисках выживших при таких морозах цветов, непринуждённо смеяться над шутками Коула и, конечно же, просто улыбаться. Рейнхарт сначала замешкалась, соображая, что такого можно сделать на заснеженной поляне, но позже ей в голову пришла гениальная идея. Лили замерла на месте, а потом просто упала спиной на землю, покрытую пушистым снегом. Парень жутко перепугался падению любимой, это было слишком неожиданно и тот даже не успел вовремя среагировать. Но, спустя несколько секунд, до него дошло, что Лилс в полном порядке и уже начала делать снежного ангела, Коул звонко рассмеялся. Проказница. Его проказница. — Вот так, молодец, Лилс. На этот раз ты оригинально подошла к этому, я прав? — подмигнул он, на что получил сдавленный смешок девушки, которая вовсю махала руками и ногами, пытаясь создать снежного ангела. Прозвучала пара щелчков, и Лили тут же вскочила, отряхнув оставшиеся белые крупицы с пальто и волос, и набрала в уже успевшие покраснеть ладошки горстку мягкого снега, засмеявшись. Спроус не совсем понимал, что задумала девушка, поэтому приготовился фотографировать, настроив фокус на Рейнхарт. Но в следующую же секунду хлопья снега полетели прямо на него и на линзу. Чёрт возьми. — Эй, Лилс, ты что! Снег попал в камеру! Ты хотя бы предупреждай, когда кидаешься снегом! — парень начал быстро оттирать осевшие на стекло небольшие снежинки перчатками, ворча себе под нос что-то вроде «вот так и бери её с собой в заснеженный лес». Девушка совсем не обратила внимание на возмущения возлюбленного и поцеловала его в холодную щёку, усыпанную родинками, чтобы усмирить пыл Спроуса. Какой же он всё-таки милый, когда злится. Спустя несколько часов Коул забил две карты памяти фотографиями Лили и природы. Да, либо то, либо другое, третьего не дано. Теперь пара держала путь обратно к машине, и Спроус так же держал девушку за руку. — Святые печенюхи! — Что случилось, Лилс? — парень тут же развернулся к ней, сканируя от головы до пяток, с целью обнаружить на теле Рейнхарт царапину или ранку, но ничего подобного Коул не заметил, поэтому вопросительно посмотрел на неё. — У меня просто ужасно болят ноги, я устала. Нам ещё долго идти? — Ух, иди сюда, кабанчик. Только камеру крепко держи, отвечаешь за неё своими прекрасными волосами, — улыбаясь, вздохнул Коул, впихивая в руки возлюбленной фотоаппарат, и, подхватывая девушку под коленками, взял её на руки. — За кабанчика ты у меня ещё получишь. Перестань меня так называть! — Как скажешь, слонёнок. — По крайней мере, это звучит лучше, чем кабан. Неси меня, мой принц! — Ох, принцесса, боюсь, Вы слишком тяжёлая, мои руки не выдерживают такого веса! — парень сделал вид, что роняет Лили, заставляя ту ближе прижаться к нему. — Ты совсем сдурел?! А если бы ты меня уронил? — Ни за что в жизни, Лилс. Такое сокровище, как ты, надо оберегать. Обещаю, что никогда не уроню тебя, — улыбаясь, сказал Спроус, целуя Рейнхарт в щёку. — Да ладно тебе, я же пошутила, я знаю, что ты не уронишь меня, я доверяю тебе. Ещё около получаса прошло до того момента, когда пара наконец нашла свою машину и уже из последних сил запрыгнула в неё, облегчённо выдыхая. — Уже темнеет, думаю, нам лучше поспать и отправиться обратно завтра утром. — Хорошо. Коул молча перекинул на пассажирские сидения плед и перелез туда, жестом призывая девушку поступить точно так же. Оба долго копошились, пытаясь найти удобное положение для сна, ибо сидения не такие уж и длинные в ширину, и двоим людям поместиться на них крайне проблематично. Наконец, спустя десять минут мучений, они смогли уместиться, максимально прижавшись друг к другу. Рейнхарт спала со стороны спинок, чтобы она вдруг не упала во сне и не свалилась вниз. Голова Лили лежала на плече Коула и девушка по-хозяйски закинула ногу на возлюбленного, чему парень был только рад. В эту ночь Спроус понял, что уют может быть не только дома. Абсолютно любое место может быть уютным, если Лили рядом. Потому что Лили и есть его уют.