Без неё жизнь не та...

— Рана небольшая, мы можем выписать, когда закончится капельница, — врач просмотрел мою рану головы и, улыбаясь, заговорил. — Доброй ночи! — он покинул кабинет, оставляя нас наедине с Чонгуком. Да, оказывается это он спас меня тогда. Мне так стыдно перед ним, и теперь тихо сижу, даже не смея что-то сказать. С его лица пропала та кроличья улыбка, как только доктор вышел. Теперь он точно прибьет меня. Но я же буду до конца отпираться, может быть. — Почему ты ушла одна? — минутную тишину первым нарушил Чон. — Я хотела увидеть маму. — Я же сказал, чтобы ты никуда не ходила без сопровождения! Что было бы, если тебя там изнасиловали?! А если я не успел бы прийти вовремя?! — его голос становится всё громче и громче. Частично он прав. Мне нечего сказать в свое оправдание. — Я ждал тебя около ворот универа, но ты не выходила. Я волновался… — он едва коснулся моей щекой. Он волновался?! Но…почему? *** — Тётя Ван, приготовьте куриный бульон для Совон и принесите в её комнату, — Чон приказал, как только вошёл в дом, держа мою тушку на своих руках. Я вежливо попросила его поставить меня на пол, но он, как всегда, такой «заботливый». Тётушка странно смотрит на нас. Через минуту я уже лежала в своей кровати, а Чонгук сидел рядом и терпеливо ждал моё объяснение. — Что ты хочешь услышать от меня? — первая начала я. Он заинтересованно посмотрел на меня. — Тебе нравится издеваться надо мной? — он сжал кулак и затаил дыхание. О чём это он? — О чём ты вообще говоришь? — я не понимаю к чему он клонит. — С тобой спорить бесполезно. Ладно, я пошел к себе. Ты покушай, а потом отдохни, — обычным тоном заговорил Чон и, встав с места, покинул мою комнату, оставив меня одну. Со мной спорить? Мне его не понять. Через полчаса ужин был готов, и тётя Ван заботливо помогла мне кушать. К месту, она очень вкусно готовит. Мы немного поболтали с ней после ужина, потом она пошла по делам. А чем я теперь буду заниматься? Чонгук сказал, что теперь не отпустит в универ, пока я полностью не восстановлю. Значит всё время буду дома, сидеть в скукоте. А почему Чонгук внезапно стал таким заботливым? Где тот тиран, который угрожал и клялся изнасиловать? Или он делает вид, что я ему не безразлична? Это что-то с чем-то. *** Отдыхала я дома почти неделю. За это время этого тирана я ни разу не видела. Не знаю, где он пропадал, но считаю, что это к лучшему. Будет хорошо, если мы с ним не встретимся. Так лучше для нас обоих. Я не буду переживать за себя, а он не будет морочить себе голову, думая обо мне. Тётя Ван сказала, что Чон в отъезде по делам компании, и он на память оставил мне десятки охранников. На днях я сходила к врачу, чтобы он просмотрел рану на голове, а эти балбесы всё время ходили за мной. От самого дома, до двери врача. Люди косо смотрели на меня и перешептывались. Ну, и пусть! Зато мне ничего не угрожает. Вчера позвонила Тэен и сообщила, что декан ищет меня. Я сказала, что болею. Лишь бы меня не выгнали из универа из-за этого ебанутого. Эх…время от времени вспоминаю маму и скучаю по ней всё больше и больше. Чем она там занимается? Как у неё здоровье? Не достает ли её этот алкаш? Хватает ли ей деньги на проживание? Чон отобрал у меня телефон, а то я бы давно позвонила ей. Тётя Ван тоже запрещает мне использовать сотовый. Уф, когда-то я умру от этой скуки. — Совон, ужин готов. Спускайся! — слышу уже знакомую фразу тёти и сразу же бегу на кухню. Я уже говорила о том, как она вкусно готовит? Захожу на кухню и вижу уже недавно забытое лицо. Чонгук…он вернулся. Громко сглатываю, глаза бегают из угла в угол, ища выход. Чон смотрит на меня и прожигает взглядом. Ну, почему ты вернулся? Я почти ужилась в этом доме без тебя. — Чего застыла? Первый раз меня видишь? — его монотонный голос заставил меня очнуться. Почему он так разговаривает со мной? — Нет. Просто не ожидала увидеть тебя, — сделав лицо покерфейс, я села за свое место. Тётя накрыла стол для нас. — Когда вернулся? — всё же невежливо не спросить об этом, раз живу с ним под одной крышой. — Час назад. Как ты? Рана зажила? — Всё нормально. Врач снял повязку и сказал, что теперь могу не волноваться. А у тебя как дела? — я не хотела знать, как его дела, просто неудобно не спросить. — Тоже всё хорошо. Был в Сиднее и провел переговоры с одним инвестором. — Мм, ясно, — ковыряясь в еде, я подала тихий голос и принялась есть. За полчаса я закончила с ужином и, поблагодарив тётю, хотела уже идти к себе, но не тут-то было. Как только я вышла в коридор, встретила блондистого друга Чонгука. Он вначале был так напуган, но потом расплылся в улыбке. — Привет! Как ты? — радостно начал он. Я не хотела ему ответить, но… — Всё хорошо. А ты кто? — осмотрев его с ног до головы, я остановила взгляд в его глазах. Очень красивые! — Я — Тэхён. Друг твоего друга! А ты, если не ошибаюсь, Совон, да? — его квадратная улыбка не сходит с лица, когда он обращается ко мне. — Моего друга? — я переспросила, потому что была немного в ахуе. — Чонгук разве не твой друг? Или у вас что-то больше? — его глаза заиграл огонькои, но я нахмурилась. — Нет. Он просто преступник, который меня держит взаперти, никуда не выпуская! — возмутилась я. — Значит, он держит тебя здесь силом? — Да. — Хочешь я поговорю с ним? Он обязательно прислушается к моим словам, — он поманил меня к себе, и вскоре мы с ним уселись на диван. — Серьезно? — я удивилась. Вправду? Разве Чонгук слушается кого-то? — Да. Что ты хочешь делать? Посещать университет, увидеться с родными, погулять с собакой. — Хотя бы посещать универ… — Хорошо, я с ним погово. — Тэхён не закончил, как только перед нами появился Чонгук. Злой? — Что вы делаете? Хён? — он посмотрел на Тэ, он просто улыбнулся. — Мы с ней познакомились. А она, оказывается, очень милая девушка! — Он радостно проговорил, но Чон ни капельки не изменился в лице. — Уходи хён. Если не хочешь разрушить наши отношения, то просто уйди без слов! — Сжимая кулак, Чон процедил. Что с ним не так?! Мой собеседник послушался его и тихо ушёл, оставив нас наедине. Теперь очередь меня расспрашивать, да Чон?! Будешь доёбываться до меня? Держа мою руку в своей, он направился ко второму этажу. В спальню. Он же не собирается меня насиловать? Заходя в мою комнату, он толкнул меня в середину комнаты. Не бойся, Совон! Он всего лишь накричит на тебя, а потом уйдёт! — О чём вы говорили? — Чон медленно шёл в мою сторону, я попятилась назад. — Какое тебе дело? Теперь я должна отчитываться о том, как беседовала с другими?! — как можно грубее дерзила я. — Тебе было в кайф с ним поговорить? Он тебе понравился? — он сейчас готов взорваться, если я отвечу «да». — Он проще общается со мной, чем ты! А ты всё время грубишь мне! — Аа, вот как! Ты могла бы и потрахаться с ним! — его слова так глубоко поранили моё сердце. Как он может? Я долго терпела. — Я ненавижу тебя, Чон Чонгук! Ты испортил всю мою жизнь! Ты ебнутый тиран! — Я кричала изо всех сил, и сама не заметила, как прижалась к холодному бетону. Чонгук всё наступал и наступал. — Закрой рот, иначе будет хуже.Ещё одно оскорбление в мою сторону и я нагну тебя, где бы ты не находилась, и жестоко оттрахаю, и меня не будет волновать девственница ты или нет! — Он прижался ко мне всем телом и, сжимая мой подбородок, заставил на себя посмотреть. В его глазах плясали черти, а горячее дыхание заставляет затаить дыхание и молится. — Почему ты так поступаешь со мной? — тихо подала я голос. Слёзы уже капают один за другим. — Я даже сам не знаю… — таким же тоном ответил он и, даже не подумав, поцеловал меня. Так страстно, так горячо, так ревниво. Иногда, покусывая мои губы до крови и потом извиняясь за это, целует очень нежно. Его руки уже давно блуждают в области моей талии. Сжимает талию до синяков, прижимая к себе. А я просто стою и плачу. Сейчас так больно, хочется взять что-то острое и воткнуть в себя, а потом просто умереть. Тогда не будет никаких проблем. Но почему Чонгук заставляет меня плакать? Почему он такой? Сначала грубо обращается, потом становится хорошим, но потом опять становится плохим, обещая, что изнасилует меня когда-то, затем целует и просит, чтобы я его простила… Через несколько секунд он отстранился. Держит меня за подбородок и заставляет на себя посмотреть. — Не плачь. Твои слёзы делают мне больно, — и, чмокнув, обнимает. Кто ты такой, Чон Чонгук? И это твоя сущность? — Что с тобой не так? — мой тихий голос раздался по всей комнате, он отпустил меня. — Я сам не пойму…прости меня, — и уходит, оставляя меня одну. Куда ты теперь уходишь? А я? Ответы на мои вопросы? Pov Чонгук Я зашёл в свою комнату и сразу же лёг на кровать. Какой я дурак! Как можно было довести её до слёз? Она же едва сдерживается в моем доме. Какой я дурак! Но сначала мне казалось, что Тэхен хен флиртовал с ней, и я был готов разнести всё, что вокруг. Это ревность? Но я сам не знаю… Господи, что я теперь должен делать? Выгнал хёна своего, обидел девушку, которая мне не безразлична. Недолго думая, я взял сотовый и позвонил Тэ. Наверное, он обиделся на меня. Гудки идут. — Чон, что случилось? — его голос как всегда спокойный и одновременно смешной. — Да так, просто хотел попросить прощения у тебя за сегодняшний вечер… — Ничего. Главное, чтобы ты не обидел Совон. Я поговорил с ней и, мне кажется, она очень хорошая девушка! — вдохновленно сказал он в трубку. Я уважаю и люблю его за это. Он всегда прощает мои грехи. — Думаю, уже поздно… — Что ты сделал? — Мы с ней поругались, и теперь она ненавидит меня ещё больше! — Вот ты дурак! Она тебя не простит! Как можно не верить моим словам? Я же тогда говорил правду… — Не знаю. Может это ревность? — Ревность? И с каких пор ты ревнуешь Совон ко мне? — в его голосе четко слышится подьёб, но сейчас я должен промолчать. — Я сам не знаю, что чувствую к ней. — Если нужен будет совет, то не забывай, я всегда к твоим услугам! — Спасибо хён. И…прости меня, больше такого не повторится! — Ничего особенного. С кем не бывает?! — Ладно, доброй ночи! — И тебе! — он повесил трубку. Теперь только остаётся просить прощение у Совон. Но я не уверен… За час я принял ванну и переоделся. Как попросить у неё прощение? Что можно сделать? Может отпустить домой и дать немного побыть со своей мамой? Или может дать ей погулять с подругами? Блядь, что можно сделать для неё? Ладно, просто пойду и посмотрю, чем она занята. Так я вышел в коридор и тихо приоткрыл дверь её комнаты. Свет погашен, она, кажется, спит. Тихо зайдя в комнату, я сел около неё. Она так сладко сопит во сне. Мягкая улыбка незаметно появилась на моем лице, но я вначале не замечаю этого. Её длинные волосы развалились по кровати, глаза содраглись, брови свились вмесе. Кто тебе не даёт спокойно спать? Неужели там я не даю покоя? Едва касаюсь её руки. Такая холодная, но нежная. Потом спускаюсь к пальцам. Изящные и длинные. Мне кажется что они с ломаются если на них немного надавить. — Прости меня… Я сам не знаю, что происходит со мной. Когда был в отъезде, я всё время думал о тебе. Волновался за тебя и хотел побыстрее вернуться. Но мне так больно видеть тебя рядом с другими мужчинами. Думаю, я начал тебя ревновать ко всем… Знаю, это невозможно! Полюбить за несколько дней, но ты должна верить мне. Я очень сильно ревную тебя и не хочу делиться. Не хочу, чтобы к тебе прикасались, не хочу, чтобы тебя обидел внешний мир, ты и так сломанная… Совон, прости меня. Я такой дурак, что заставляет тебя плакать…прости… — начал оправдываться перед спящей девушкой. Я свихнулся! Она даже не слышит меня. Чонгук, ты полный придурок! Наклоняясь, я нежно и аккуратно целую её руку, а потом обратно усаживаюсь. Хочу дольше любоваться Совон… Хочу дольше проводить время с ней. Но кто же знает, к чему приводит это? «Жизнь ведёт только к тому, что сделает нас лучше, крепче, счастливее. Ведёт, порою, странными, болезненными путями, но пройдя их, понимаешь, что ничего просто так не бывает. Каждое мгновение имеет силу, приближая нас к той самой картинке счастья, которую мы выбрали. Жизнь — это путь, который мы должны пройти. Сначала идешь один, но пройдёт время, и ещё один человек присоединиться к тебе. Это тот самый человек, который пойдёт за тобой. Тот человек, который будет твоим светом, твоим советником, твоей опорой и твоим счастьем. Поэтому ты должен относиться к нему как к Богу. Он у тебя один, он у тебя единственный. Ты должен полюбить его и отвечать тем же, чем и он, потому что, он дал тебе всё то, что у тебя будет потом. Семья, дети и счастливая жизнь, навсегда! Держись за него крепче и не отпускай до того, как не станешь уверен в себе. Но ты никогда не станешь уверенн потому, что это он твоя уверенность!»