Двенадцать разговоров, одна встреча и эпилог

Это было ужасной идеей. Глупой. Идиотской. Пусть и в лучших традициях романтичных рождественских фильмов. Только то, что в кино выглядело таким простым, мелодичным и волшебным, в реальности оказалось сложным, шумным и отчасти грязным. Ни падающего снега, ни мило улыбающихся людей, ни сладкого предвкушения долгожданной встречи, лишь промозглый ветер, пьяные, бросающие конфетти и пустые — а порой и не всегда — бумажные стаканчики то тут, то там, люди и жуткий страх, постепенно переходящий в панику. Стайлз боялся просто не найти в этой толпе того единственного, кого хотел. Он ругал сам себя за то, что не придумал ничего лучше, чем назначить встречу на Таймс-сквер тридцать первого декабря за пару часов до падения хрустального шара. Но раньше у них не получилось, а ждать до второго января, на которое они предварительно договорились, Стайлз больше не мог. Они познакомились семь недель назад. И это самое прекрасное, что случалось со Стайлзом. Переплюнуть сможет только их золотая свадьба и личная встреча, которая состоится, если удастся найти друг друга среди всех веселящихся людей вокруг. Что с каждой минутой казалось все менее вероятным. Телефоны то ли глушили, то ли линии были перегружены, поэтому все попытки позвонить заканчивались короткими гудками и тишиной. Оставалось надеяться на примерные ориентиры места встречи и то описание, что они дали друг другу. Но чем дальше, тем сильнее Стайлз сомневался в способности своей яркой шапки выделить его из толпы и привлечь внимание Дерека. Или — о чем Стайлз старался не думать — Дерек его уже увидел и предпочел держаться подальше, разочаровавшись в нем. Стайлз считал себя симпатичным, в меру обаятельным, но кто знал, какие парни нравились Дереку. Возможно, более хрупкие, ниже ростом. Возможно, наоборот, накачанные, крепкие, у которых одежда едва ли не трескается по швам на мускулах. Возможно, блондины. Или длинноволосые. Или с пивным брюшком и намного-намного старше. Или просто другие. Сам Стайлз не считал себя особо привередливым и не сильно переживал о внешности Дерека. Конечно, он нарисовал в мыслях определенный образ, опираясь на обрывочные описания, мелькавшие в их беседах, но если тот окажется другим, не совпадет, то вряд ли разочарует настолько, чтобы сбежать, даже не поздоровавшись. Поэтому Стайлз не прекращал поиски, надеясь, что все это не окажется затянувшимся розыгрышем друзей.

***

От Дня благодарения Стайлз ничего не ждал. Из года в год все шло по одному сценарию: они собирались у Скотта и Эллисон, Лидия приводила нового парня, о котором до этого ни разу не упоминала, Джексон смотрел на них с презрением, раздраженно закатывая глаза, Скотт пытался наладить с новеньким контакт, хотя, как и все, знал, что они больше его рядом с Лидией не увидят, Эллисон мило улыбалась, суетилась на кухне и гасила любые едва начинающиеся конфликты, а Стайлз болтал — много, по делу и нет, заполняя тишину дома и внося легкую непринужденность. Но в этот раз, едва переступив порог, он понял, что сценарий переписали, а ему не удосужились выслать копию новой версии. Во-первых, Джексон привел своего бойфренда. И Стайлз остался единственным одиночкой за столом, отчего чувствовал себя, мягко говоря, некомфортно. Во-вторых, все разговоры велись о том, куда можно сходить вдвоем, как лучше распределять совместные доходы и как из-за этого не ссориться, стоило ли откладывать лично для себя на «черный день» и готовить «страховочную подушку» на случай расставания, пора ли заводить детей или лучше пока ограничиться собакой и как не разориться, планируя совместный отпуск. Стайлз многое мог сказать почти по каждой теме, но его никто не слушал, потому что он один и никогда не состоял в постоянных отношениях. После очередного снисходительного взгляда и практически игнорирования он убедился, что его мнение никого не интересовало, и замолчал, решив просто насладиться вкусной едой, прежде чем под выдуманным предлогом уйти пораньше. — Я не совсем понял, чем ты занимаешь, Стайлз? — спросил в какой-то момент Джордан, парень Джексона. Стайлз удивленно моргнул, предположив, что упустил за размышлениями о работе часть беседы, потому что совершенно не понимал, каким образом от обсуждения Гаваев они перешли к нему. — О нет, — пробормотал Джексон, прикрыв лицо рукой. Скотт поспешно набил рот картофельным пюре, Эллисон натянуто улыбнулась, Лидия едва заметно поморщилась, а Джордан обменялся с парнем Лидии — Итаном — непонимающими взглядами. Стайлз недоумевал над их реакциями — в его работе не было ничего такого неприличного, чтобы так себя вести. — В чем дело? — он непонимающе нахмурился, рассматривая своих друзей. — Я же не снимаюсь в порно и не торгую наркотиками. — Лучше бы снимался, — хмыкнул Джексон. — Или торговал, — пробормотал Скотт, за что Эллисон сильно ущипнула его плечо. — Почему? — Потому что постоянно болтаешь о монстрах, эльфах и прочей чуши. Ты не способен говорить ни о чем другом, — спокойно ответила Лидия. — Неправда. Я отличный собеседник и могу поддержать любую тему. — И свести ее к своим играм, — заметила Эллисон, но, в отличие от остальных, мягко. — Может быть, поэтому у тебя нет ничего стабильного, — добавил Скотт. Стало очевидно, что они это не раз обсуждали за спиной Стайлза. А он мог бы поспорить, потому что стабильного у него в жизни хватало: и работа — контракт на пять лет с возможностью продления по желанию сторон, и квартира — аренда проплачена на два года вперед, и накопительный счет, и стабильное, без задержек, закрытие студенческих займов. Но Скотт, очевидно, подразумевал отношения. И вот с этим Стайлзу просто не везло, по его личному, скромному мнению. В колледже все сводилось к быстрому необременительному сексу. После колледжа — по сути к тому же, только партнеров искать стало чуть сложнее. Не сказать, что Стайлз не хотел иного, а вот те, кого он встречал и с кем готов был попробовать, к стабильности не стремились. И вряд ли в этом была виновата его болтливость о работе. — У меня нет ничего стабильного не поэтому. Я вполне способен говорить о других вещах. — Минуту? — насмешливо фыркнул Джексон. — Или две? Потом ты сразу скатишься в своих монстров. Или в то, как тебя раздражает сценарий и можно было бы придумать лучше. Стайлз перевел возмущенный взгляд на Лидию, ожидая от нее поддержки, но она только кивнула, позабыв о тех часах, когда они обсуждали ее выпускную работу, медицинские исследования, книги Хокинга и романтические комедии. Скотт тоже молчал, из его памяти, похоже, стерлись те дни, когда они говорили исключительно об обручальных кольцах. — Это правда, — Эллисон сжала его ладонь. — Но мы все равно тебя любим. — Вы все ошибаетесь, — Стайлз отдернул руку. — Я способен поддержать любую беседу, увлечь человека и не сбиться на своих монстров. — Докажи. — Как? Выйти на улицу и заговорить с первым встречным? Простите, но тут будет не важна тема — меня сразу пошлют куда подальше. — Позвони, — Лидия скучающе пожала плечами. — Набери любой номер и попытайся продержаться хотя бы пять минут, просто разговаривая. — Любой? — Стайлз нахмурился, в уме перебирая возможные варианты и почти сразу останавливаясь на отце — с ним всегда было о чем поговорить и без упоминания своей работы. — Лучше случайный, — предложил молчавший до этого Итан. — А еще лучше веди себя так, будто звонишь своей девушке или парню — в зависимости от того, на кого нарвешься, — и продержись пять минут. — Без упоминания работы, — добавил Джексон. Стайлз разом возненавидел Итана, потому что у всех его друзей — и даже у более спокойного и рассудительного Джордана — загорелись глаза. Идея определенно им понравилась, отвертеться не удастся. — Ладно, — он достал из кармана телефон, — я продержусь, а вы признаете свою неправоту. — Лучше я наберу номер, а все замолчат, — Эллисон ловко выхватила у него из руки телефон, ничуть не задумываясь, будто давно знала наизусть, набрала номер и, включив телефон на громкую связь, положила его перед Стайлзом. — Чтобы мы тоже могли слышать, — быстро добавила она. Стайлз нервно сглотнул, слушая длинные гудки, и про себя молился, чтобы никто не ответил. Но, конечно же, без результата. После пятого гудка в столовой раздался хриплый, приглушенный легкими помехами голос: — Слушаю. — Привет! Как ты? Ужин уже закончился? Полдня до тебя пытался дозвониться — и все никак, — на одном дыхании произнес Стайлз, очень сильно надеясь, что прозвучало это все легко, естественно и непринужденно. Его собеседник слегка замешкался. Стайлз подумал, что либо ему сейчас укажут на то, что он ошибся номером, либо просто положат трубку, однако его удивили, медленно, как будто опасливо, ответив: — Нормально. Да, я только вернулся. А ты где? — Все еще у своих «любимых» друзей, — Стайлз выделил голосом «любимых», стараясь донести интонацией и кавычки, и то, что друзей собирался поменять. — Они затеяли дурацкий спор, а я слушаю их и думаю, что лучше бы пошел с тобой. — Не может быть все так плохо. — Может, может. Поверь мне. — И это как-то связано с тем, что мы на громкой связи? Стайлз подумал, что ему достался умный парень, и усмехнулся, с упреком посмотрев на сидящих за столом. Если он продует спор из-за них, то выкрутится и заставит их признать неправоту. — Конечно! — воскликнул он. — Напрямую. Они не поверили, что у меня есть парень. Без конца твердили: «Стайлз, хватит врать!», «Стайлз, не придуривайся, будь у тебя парень, ты бы его привел», — он передразнил Лидию и Скотта, точно зная, что они бы сказали в подобной ситуации. — И все в таком духе. Мне пришлось позвонить тебе, чтобы доказать им, как они ошибались. — Надеюсь, они убедились, что у тебя есть парень, и позволят нам поговорить без свидетелей? Стайлз посмотрел на друзей, и те, обменявшись взглядами, кивнули. Итан показал ему запущенный на телефоне таймер, напоминая, что осталось больше трех минут. Стайлз раздраженно фыркнул, поднял телефон и, выключив громкую связь, прижал его к уху. — Хей, теперь это только мы. — Рад слышать. — И теперь ты можешь рассказать, как именно прошел ужин. Безымянный пока собеседник понимающе хмыкнул и произнес: — Долго тебе еще нужно продержаться? Потому что мне бы хотелось принять душ и переодеться во что-то более удобное. Стайлзу показалось, что он улыбался и, возможно, заигрывал с ним, что, конечно же, вряд ли, но мечтать ему никто не запрещал. — Или ты мог бы подождать меня, а я прямо сейчас отберу свой кусок пирога и… или два куска. Хочешь тыквенный пирог? — На самом деле нет, но, если хочешь, можешь забрать мой кусок. — Хорошо, возьму два. И приеду? В ответ раздался смех — тихий, мягкий, обволакивающий, заставивший Стайлза улыбнуться, впервые за вечер искренне. — Если бы ты был моим парнем, то определенно я бы сказал «да» и повременил с душем. — Тогда я не буду задерживаться, — Стайлз посмотрел на последние секунды, мелькнувшие на экране телефона Итана, и встал из-за стола. — Забираю пирог и выхожу. Скоро увидимся. — Пока, Стайлз. Завершив звонок, Стайлз подумал, что было бы неплохо чуть позже написать этому парню и поблагодарить за помощь. — Эллисон, заверни мне, пожалуйста, два куска пирога. — Ты его правда не знаешь? — поинтересовался Скотт, подозрительно прищурившись. — Откуда, Скотт? Твоя жена набирала номер. — Прозвучало весьма достоверно, — отметил Джордан. — Вы хорошо сыграли. — И это все означает, что вы ошибались, — Стайлз обвел их всех торжествующим взглядом и направился на кухню. Уходить без пирога он не собирался. — Эллисон!

***

Добравшись до дома, Стайлз, чуть поколебавшись, решил позвонить, а не написать своему недавнему собеседнику. Если тот не захочет разговаривать, то просто проигнорирует звонок. Но на этот раз даже не пришлось долго ждать. Прозвучало всего два длинных гудка, прежде чем ему ответили. — Добрый вечер, Стайлз. — Добрый. Я просто хочу поблагодарить тебя. Ты просто не представляешь, как сильно помог мне! — Всегда пожалуйста. На что спорили? — Ни на что конкретно. Просто… не хочу загружать тебя, и так отнял много твоего времени. — Мне интересно, — парень сделал глоток чего-то, — так что рассказывай. — Ну, — Стайлз поставил на кухонный стол контейнер с пирогом и почесал затылок. — Спор был, но только ради того, чтобы доказать моим друзьям их неправоту. Они утверждали, что я могу говорить только о своей работе. И якобы поэтому у меня до сих пор нет парня. И якобы поэтому я даже не могу ни с кем познакомиться. И… в общем, мы набрали случайный номер, я должен был сделать вид, что разговариваю со своим парнем или девушкой, и продержаться пять минут. Благодаря тебе мне это удалось. — Знакомо. Моя старшая сестра уверена, что я тоже из-за работы до сих пор не обзавелся семьей. — Поэтому твое «нормально» прозвучало как-то совсем не… нормально? — рассмеявшись, Стайлз подошел к холодильнику и достал бутылку молока. — Отчасти. Хотя скорее из-за того, что я пытался сообразить, кто мне звонит, — рассмеялись в ответ. — И если бы это произошло чуть раньше, то игра пошла бы нам обоим на пользу. — На обеде о твоем одиночестве не забыли? — Не забыли упомянуть. Не забыли поучить жизни. Не забыли предложить познакомить с коллегой. — Теперь можешь смело использовать меня. В любое время подтвержу, что у тебя есть парень. Только неплохо бы узнать твое имя, чтобы не проколоться. Хотя я мог бы остановиться на детке. — Мог бы, но лучше Дерек. — Дерек. Приятно познакомиться. — Взаимно. Стайлз. — И чем ты занимаешься теперь? — Стайлз налил в стакан молока, отломил кусочек пирога и запихнул в рот, продолжив уже жуя. — Вроде что-то пьешь. — Виски. И разбираю рабочие документы. — Документы?! Дерек, сегодня выходной. Неужели нет более интересных или расслабляющих занятий? — Нет? — Тогда я почти вынужден согласиться с твоей сестрой. Кому понравится, что его парень копается в документах, вместо того чтобы… не знаю… заняться чем-то еще? — Если бы у меня был парень, то мы бы нашли, чем заняться, а документы спокойно лежали бы в портфеле. — Эй! У тебя есть парень. По крайней мере сегодня. Так что давай попробуем расслабить тебя. — Давай, — хмыкнул Дерек, отхлебнув виски. — Как? — Прежде… скажи мне, где ты: в постели или за столом? — В кровати. — Ага, — Стайлз покусал губу, задумчиво уставившись в темное окно. То, что он собирался сделать, явно выходило за рамки, но почему бы не рискнуть? — Тогда я бы забрался к тебе на кровать, убрал в сторону ноутбук, бумаги — все, что связано с твоей работой, — стянул с тебя штаны и отсосал бы тебе, — несколько раз кивнув, как будто Дерек мог его видеть, Стайлз запихнул в рот пирог и запил его молоком. — И? — И-и-и зависит от того, топ ты или боттом. — Оба. — И как мне так повезло? — Стайлз покосился на свой пах и рвано выдохнул. — Ладно. Тогда я… да, определенно, я ненадолго прервался бы, чтобы раздеться, а потом, вернув свои губы на твой член, попросил бы тебя облизать мои пальцы, чтобы я мог растянуть себя. — Я бы это сделал, а после добавил смазки. Просто чтобы дело пошло быстрее. — Не терпится? — усмехнулся Стайлз, облизав губы. Ему хотелось прикоснуться к себе, сжать твердеющий член, но казалось неуместным. Провокационные разговоры — одно, дрочка под такие разговоры — совсем другое. — На самом деле да. И я помог бы тебе, заставил бы прервать минет, притянул ближе, поцеловал и добавил свои пальцы к твоим в узкой… Ты же узкий, Стайлз? — Да, — хохотнул он и сжал себя сквозь джинсы. — И хочу это исправить. Хочу, чтобы ты растянул меня и заполнил собой. Дерек низко застонал, пробормотав что-то неразборчивое. Стайлз посчитал это одобрением своих «действий» и продолжил: — Наполнил собой. Думаю, мы оба предпочитаем без резинок, а? — Ага. — Поэтому я медленно опустился бы на твой член и замер, просто наслаждаясь тем, как он ощущается внутри. Как ты идеально подходишь для меня. А потом стал бы покачиваться, не выпуская тебя из себя ни на дюйм. — Стайлз… меня не хватило бы надолго, — хрипло проговорил Дерек. — Я подмял бы тебя под себя и вбивался бы быстро, жестко. Ох, черт. Стайлз представил себе это настолько ярко, что не осталось сил сдерживаться. Он засунул руку в трусы, обхватил член и стал дрочить именно так, как описал Дерек: быстро и жестко. Ему было жаль, что вторая рука занята телефоном, иначе ее бы тоже использовал: запихнул бы в себя пальцы, потому что пустота сейчас ощущалась довольно остро, что случалось с ним в принципе… никогда. — Дерек, Дерек, Дерек… прикоснись ко мне… пожалуйста, Дерек, прикоснись… — Ты течешь… черт, Стайлз, думаю, ты сможешь кончить без моей руки. — Пожалуйста, — жалобно выдохнул Стайлз, мимолетно подумав, что вполне смог бы и без рук кончить, но только если бы Дерек на самом деле его трахал. — Дерек, еще… — Я скольжу кулаком по твоему члену в такт движениям, и… — Дерек! — вскрикнул Стайлз, забрызгав спермой руку. Некоторое время в телефоне раздавалось лишь их хриплое, тяжелое дыхание. — Ну-у-у, — в конце концов протянул Стайлз, устав от молчания, и неуверенно спросил: — Было круто? — Да. И как бы это ни прозвучало, это был лучший секс за последние два месяца. — Два? У тебя не все так плохо. У меня — шесть. Дерек присвистнул, и они оба рассмеялись. — Расслабился? — Да. И теперь точно не хочу заниматься работой. — Хорошо, — Стайлз взъерошил волосы, радуясь, что Дерек не мог видеть его смущения и охватившей неловкости. Произошедшее казалось интимнее, чем случайный секс по пьяни в туалете клуба, хотя там было бы больше голой кожи, прикосновений и ощутимых последствий. — Спокойной ночи, Дерек. — Спокойной ночи, детка. У Стайлза вспыхнули щеки, во рту пересохло, а в теле вновь зародилось то самое томление, которое вело к возбуждению, стояку и оргазму, — и все из-за одного короткого слова, произнесенного мягко и чуть хрипло. Детка.

***

Половину следующего дня Стайлз места себе не находил, постоянно отвлекался от работы и в итоге написал Дереку несколько сообщений. «Мне ужасно стыдно за вчерашнее. Прости, если переступил границы». «Обычно я так себя не веду!» «И партнеров на одну ночь с колледжа не ищу». «Извини за весь этот шквал сообщений». «И за то, что беспокою». Ни на одно из них Дерек не ответил. Зато позвонил поздно вечером. — Разве я был против? Или сказал что-то, что заставило тебя чувствовать себя неловко? — без предисловий и лишних приветствий произнес он, едва Стайлз сказал неуверенное: «Слушаю». — Нет, но у тебя могло сложиться превратное мнение обо мне. — Могло, но не сложилось. Стайлз выдохнул от облегчения. Вот теперь ему удастся наконец закончить эскиз персонажа. Возможно, не один, если посидеть всю ночь. Он с грохотом отодвинул стул из-за стола и направился на кухню за кофе. — На всякий случай скажу, что я тоже никогда таким не занимался, — добавил Дерек. — А я и не… — Вот и я не, — снова эта мягкость и улыбка, как и во вчерашней «детке». — Чем ты гремишь? — Кофе делаю. — В это время? — Хочу поработать. Днем не мог сосредоточиться. — Сроки поджимают? — Нет. Я опережаю график. — Тогда никакого кофе, ложись спать, а завтра с новыми силами возьмешься за работу. — Ладно, — Стайлз послушно убрал пакет с кофейными зернами в шкаф и достал банку какао. — А ты? — А у меня спор об авторских правах, нужно подготовиться к завтрашней встрече. — Ты адвокат? — Старший партнер, — не без гордости произнес Дерек. — Вау! Теперь мне все стало чуть понятнее. Могу только представить, сколько ты впахивал, чтобы этого добиться. На месте твоей сестры я бы гордился тобой. — Она гордится. Все они. Просто… Это было мое личное желание. Собственные амбиции. — И что плохого в том, что ты добился своей цели? Дерек молчал довольно долго. Стайлз успел согреть себе молоко и сделать какао, несколько раз проверил, не прервался ли звонок, и слушал дыхание, шорох одежды и звон посуды, терпеливо ожидая ответа. Или хоть какой-то еще реакции. — То, что я забыл о себе. Работа не главное, но это единственное, что есть у меня. Лично у меня. Лора без конца меня достает, но в чем-то она права. — Лора может быть хоть сотню раз права, дело не в этом! Главное — счастлив ли ты. Если тебе комфортно одному, то плюй на всех. А если нет… если нет… то делай что-то с этим. — А тебе комфортно? — Нет. Но я никогда не признаюсь в этом ни своим друзьям, ни отцу, потому что не хочу, чтобы меня жалели. Или устраивали свидания вслепую, которые ни к чему не приведут. — Свидания вслепую, — Дерек мученически застонал. — Самое ужасное, что было в моей жизни. — Тебя сводили с безумными кошатниками? Помешанными на натуральных продуктах? Веганами? — Это все, что ты смог придумать? — Нет, но решил остановиться. Так с кем? — С девушками. И это ужасно, потому что в то время я настолько глубоко сидел в шкафу, что не мог просто признаться, что, какой бы ни была она чудесной, ничего не выйдет. Я ходил на свидания, заранее зная о провале, бесился, что трачу время впустую, и это все было написано у меня на лице. Наверное, Дерек хмурился, постоянно смотрел на дверь и пользовался любой подвернувшейся возможностью, чтобы сбежать. Представив себе это, Стайлз рассмеялся и пожалел всех тех девушек, которые прошли через эти мучения. — И ты до сих пор в шкафу сидишь? — Нет. Давно уже нет, но Лору это не остановило. Стало даже чуть хуже, потому что мысль «а вдруг получится» закрадывается каждый раз, — тяжело вздохнув, Дерек тихо спросил: — А ты? Открытый или… — Да, — Стайлз отхлебнул какао, присев на стул. — Но у меня история вообще смешная. Мой отец — шериф. От него в принципе сложно что-то скрыть. Я пытался, конечно, врал и все такое. И как-то попался во время облавы в гей-клубе. Подумал, что вот сейчас тот момент, когда лучше всего рассказать. Признался, а папа сказал, что в такой одежде я не могу быть геем. И это не было идиотское отрицание, он реально мне не поверил. Убеждать пришлось долго, показывая фото нетипичных геев. Ну а то, что я не пользовался популярностью, все только усугубляло. Иначе привел бы своего парня, и все. — Что такого было в твоей одежде? — сквозь смех спросил Дерек. — То же, что и сейчас. Футболки, худи, клетчатые рубашки, джинсы, кеды. — На месте твоего папы я бы не был так категоричен. Мне нравится такой стиль. На ком-то, кому это подходит. Я предпочитаю другой. — Конечно, ты же старший партнер! Костюмы на заказ за бешеные деньги и все такое. — Должен отметить, что мне они идут. — Не сомневаюсь. Ничего лишнего, а? Или твой портной гений и мастерски скрывает кроем живот, короткие ноги и все прочие недостатки фигуры? — Мой портной гений. Видел бы ты мою задницу в брюках. Но никто не отменял занятий спортом, так что я в хорошей форме. — Серьезно? А то я сейчас нарисую себе образ, а окажется, что у тебя завышена самооценка. — Могу прислать фото. — Нет! Никаких фотографий! Не хочу на тебя пускать слюни или морщиться от отвращения. И искать в каждом встречном. Давай… давай оставим все так, как сейчас. — Тогда придется поверить мне на слово. Дерек зевнул. Стайлз поднес к губам кружку и с удивлением отметил, что она пуста. Когда успел выпить какао, он и не заметил. — Я тебя утомил, а ты еще поработать собирался. — Кофе и зеленый чай — мои лучшие друзья. Или я отложу все до утра, что абсолютно не вариант. — Ладно. Не буду тебя отвлекать. Пока, Дерек. Плодотворной ночи. — Пока, Стайлз. Отдохни за двоих.

***

Спустя несколько дней, валяясь на диване после адски выматывавшего рабочего дня, пересматривая первый сезон «Теории большого взрыва», поедая пиццу и запивая ее апельсиновым соком, Стайлз в кои-то веки наслаждался тишиной и одиночеством. Телефон затрезвонил, ерзая по журнальному столику. И было лень не то что ответить, а даже наклониться к нему, чтобы посмотреть, кто звонит. Но мысль, что это мог быть отец, заставила пошевелиться и взять телефон. Буквы на экране складывались в то имя, которое Стайлз не надеялся больше увидеть. Он несколько раз моргнул , проверяя, не померещилось ли, а потом поспешил ответить, пока Дерек не повесил трубку. При этом прекрасно зная, что если бы это был кто-то из друзей, то он бы их проигнорировал. — Привет, — с улыбкой произнес он, плюхнувшись на диван, убавил звук у телевизора и откусил кусок пиццы. — Привет. Ужинаешь? — Ага. — Не отвлекаю? — Не-а. — Что ешь? — Пиццу. — А у меня сегодня суши. — Фу-у-у, — Стайлза аж передернуло. — Ненавижу их. Так траванулся ими еще в колледже, до сих пор смотреть на них не могу. — Ну, — судя по звуку, первый ролл Дерек уже закинул себе в рот и жевал его с явным удовольствием, — придется потерпеть. Стайлз поперхнулся, закашлявшись то ли от неожиданности, то ли от удивления — это прозвучало так, словно их ожидал не один совместный обед-ужин, когда придется бороться с отвращением и игнорировать ненавистное блюдо. Дерек активно поедал суши, изредка даже постанывая. Стайлз невольно улыбнулся, дожевывая собственную пиццу. — И что еще ты любишь из еды? — Кесадилью, тако, хот-доги, бургеры. — Фастфуд? Я думал, старшие партнеры предпочитают более изысканную кухню, всякие блюда с замысловатыми названиями. — Иногда. Но больше люблю все вредное, — Дерек рассмеялся. — У тебя неправильное представление о старших партнерах. — Да что ты? Никакого высокомерия? Никакого превосходства над остальными? Не соришь деньгами? Не игнорируешь мелких сошек-стажеров и помощников? Не ешь ничего дешевле пятидесяти баксов? И суши-то небось из самого дорогого ресторана города? Дерек смеялся теперь так заливисто, что хотелось продолжать и продолжать нести ерунду, лишь бы он и дальше смеялся. Стоило бы ужаснуться, только из-за усталости не удавалось даже толком об этом задуматься. — Нет. — Просто нет? — Просто если ты спросишь о самой любимой еде, то это домашняя. И почти не важно что, но это всегда вкуснее, чем в ресторане. Я только из-за этого приезжаю к Лоре и терплю ее. — А сам? — Во-первых, когда? Во-вторых, не умею. А ты? — А я ленивая задница. Готовить умею, но в последний раз и не помню, когда делал это. — Хм. — Что? — Думаю, как заполучить себе в пользование кого-то, кто умеет готовить. Было бы здорово приходить домой и чтобы меня встречали с ужином. — Так тебе жена нужна. Неработающая. Потому что иногда после работы не хочется ничего. И сил нет. — Но иногда силы-то есть. — Иногда есть. И это так походило на компромисс, к которому приходят в паре, что у Стайлза даже сердце защемило. Дерек чем-то зашуршал, наверное, выбрасывал упаковки от еды. Стайлз залпом допил сок, прижал телефон к уху и, подхватив коробку из-под пиццы и стакан, отнес их на кухню. Он запихивал коробку в мусорку, мыл стакан под тишину, иногда прерываемую звоном посуды и шумом чайника. — Зеленый чай или кофе? — спросил Стайлз, вернувшись в комнату. — Ромашковый. Мне надо выспаться. — Тогда тебе надо идти в кровать, а не со мной разговаривать. — Ты меня успокаиваешь. Стайлз несколько раз моргнул, посчитав, что ослышался или не так понял. Но как иначе можно истолковать эти слова — не знал. Гораздо чаще ему говорили обратное. Ему всегда говорили обратное, стремились поскорее заткнуть, закончить разговор и всячески избавиться от его присутствия. Даже отец не всегда выдерживал его болтливость, а друзья пропускали половину его слов мимо ушей. — Удивительно. Обычно я раздражаю людей. — Всех? — Даже мой папа иногда просит меня замолчать. Ты просто мало со мной общался, не успел еще устать. — Может быть, — задумчиво протянул Дерек и зевнул. — Думаю, пора воспользоваться твоим советом и готовиться ко сну. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи, детка, — нежно попрощался Дерек и завершил звонок. И вот теперь Стайлз остро ощутил свое одиночество. Прикрыв глаза, он представил, как расправил бы постель, забрался под одеяло и прижался к устроившемуся рядом Дереку, закинув руку ему на подтянутый живот — не зря же Дерек в спортзале потел и утверждал, что в отличной форме. Они, наверное, поболтали бы еще немного, прежде чем уснули, или… Стайлз резко выпрямился, прибавил громкость на телевизоре и заставил себя выкинуть из головы все глупости. Он всего лишь несколько раз поговорил с Дереком, и как бы ему это ни нравилось, думать о совместной жизни с ним глупо. Но засыпая в тот вечер, Стайлз представлял, что его со спины обнимают крепкими, теплыми руками, что чужое дыхание шевелит короткие волосы на затылке, а губы шепчут на ухо: «Спокойной ночи, детка».

***

— Рыба или курица? — Ты выбираешь еду в самолете? — Нет. Сэндвич на обед. — Мне бы не помешал один. — Стайлз растер ладонью лицо. — Курица. Рыбу часто пересаливают. — На работе? — Да. И пора уже прерваться, пока я не добавил Гермесу что-нибудь лишнее. — Мифология? — Да, мы сейчас занимаемся игрой, в которой персонажи типа божества. Ну, если читал или смотрел Американских богов — типа них что-то, но более… жесткое. И ты не хочешь об этом слушать. — Почему? Мне очень интересно. — Серьезно? — Стайлз, если я прошу о чем-то рассказать, то мне это интересно. — На заднем фоне раздался какой-то шум, чей-то голос и недовольный ответ Дерека, настолько приглушенный, что невозможно разобрать. — Черт, извини, детка, мне надо идти. В следующий раз расскажешь. И так быстро отключился, что Стайлз не успел попрощаться.

***

— Ты один? — сквозь зубы спросил Стайлз, захлопнув за собой входную дверь. — Да. — На работе? — Нет, дома, на кухне. — Не против сделать то, что в первый вечер? Потому что у меня острое желание оттрахать кого-нибудь членом или задницей. — Лучше членом, но придется чуть притормозить, — усмехнулся Дерек. — У меня давно не было. Стайлз перевел дыхание, прижавшись лбом к двери. — Как ты… Ладно, — Стайлз облизал губы, представляя Дерека на кухне, сидящим за столом. — Я врываюсь на кухню, сдергиваю тебя со стула, нагибаю над столом и снимаю с тебя штаны вместе с бельем одним движением. Он прошел в спальню, на ходу избавляясь от собственной одежды. В этот раз не было места стеснению, неловкости и стыду, так же как и мыслям о том, насколько все это странно. Куда проще и нормальнее было бы пойти в клуб, найти парня и трахнуть его, а не предаваться фантазиям и заниматься сексом по телефону с практически посторонним. — Я встаю на колени, развожу ладонями твои ягодицы, и у меня от одного вида рот наполняется слюной. И я не медлю, провожу языком от копчика вниз, останавливаюсь у дырки и дразню ее кончиком. Тебе нравится? Дерек издал непонятный звук в ответ, и Стайлз усмехнулся, упав на кровать и обхватив член ладонью. — Я заставляю тебя расслабиться, впустить меня, скольжу языком внутрь, смачиваю тебя слюной и добавляю пальцы. Прохожусь подушечками по простате. И перестаю спешить. Мне нравится готовить тебя для себя медленно и тщательно, доводить тебя до грани. Ты уже хочешь большего? — Да. Настолько хочу, что подаюсь тебе навстречу. — Ты твердый? Ты уже твердый, Дерек? Скажи, что у тебя встал только от моего голоса и образов. Скажи, чего хочешь. — Хочу, чтобы ты уже вставил мне. — Легко. Одним движением и до конца. Я прижимаюсь к твоей спине и целую в шею, прикусываю и знаю прекрасно, что нельзя оставлять следы на видных местах, но мне хочется, чтобы все завтра узнали, как ты провел ночь, с кем ты ее провел и чей ты. — Двигайся, Стайлз. Двигайся. — Быстро, — выдохнул Стайлз, двигая кулаком по члену, и это, конечно же, не шло ни в какое сравнение с тем, что чувствовал бы он, находясь в Дереке на самом деле. Он даже не уверен, что смог бы оттрахать его так, как хотел сначала, потому что, описывая ласки, успокоился и готов был наслаждаться каждой секундой. Однако сказал он другое: — Я трахаю тебя быстро, так быстро, что стол шатается и скользит по полу. Мы оба взмокли, и я слизываю капельки пота с твоей спины, прикусываю лопатку, глажу твой живот, хотя ты просишь прикоснуться к члену. Просишь? Дерек утвердительно простонал. — Трогаешь себя, Дерек? — Да. — Тебе придется как-нибудь рассказать об этом. — Хорошо, только сейчас продолжай. — Мне нравится, какой ты податливый, какой откровенный и раскрепощенный. Ты толкаешься мне навстречу, сладко стонешь… ты так чудесно стонешь, Дерек, — проговорил Стайлз под аккомпанемент стонов, — что я еле сдерживаюсь и, чтобы подогнать тебя, начинаю тебе дрочить. Ты любишь, когда прокручивают кулак? Или когда ласкают головку при каждом… — Стайлз застонал, не в силах сдержаться. — Или… — мысли разбежались, как и слова. — Дерек, я… — Давай, Стайлз, кончи в меня. Не сдерживайся, детка… — Дерек тоже сорвался на стон. После Стайлз слышал только тяжелое дыхание — свое и Дерека — и наслаждался расслабленностью, опустошением и спокойствием. — Думаю, мы бы так часто занимались сексом, что растяжка и не требовалась бы. — Стайлз… — Дерек хрипло рассмеялся. — Что? Чистая правда, — Стайлз дотянулся до упаковки салфеток, лежавшей на прикроватной тумбе, и вытер с живота сперму. — Спасибо. — За правду? — За оргазм. Мне это было нужно. — Мне тоже. — И это подводит нас к причине твоей злости. Стайлз по привычке хотел уточнить, интересно ли будет об этом слушать, потом поотнекиваться и уйти от темы, но вспомнил не так давно сказанное Дереком — если бы не хотел, не спрашивал — и ответил. — Работа. Я занимаюсь сейчас игрой, и я в ней с самого начала, с зарождения идеи. У меня потрясные коллеги, мы настолько на одной волне, что сошлись в видении с первых набросков, которые и утвердили сразу. Мы отлично ладим со сценаристом, обсуждаем многое, у нас офигенный композитор — музыка настолько классная, что я ее постоянно слушаю. Программисты. И вся команда у нас потрясающая! Я занимаюсь в основном персонажами. И продумываю каждого из них, и вкладываюсь в них. Не отстаю от графика. Мы в принципе движемся хорошо. А сегодня на собрании меня приписали к другой команде, отрисовать пользовательский интерфейс. И там как будто только закончить, но я общался с теми ребятами, и там не просто доделать или доработать — там создать с нуля проще. Из-за этого мне придется перенести вылет. И если случится какой-то погодный пиздец, я застряну в Нью-Йорке. — Отказаться ты не можешь? — Отказаться я могу, потеряв работу. Я, конечно, хорош, но на мое место тут же найдется с десяток претендентов. — Тогда я к твоим услугам с восьми вечера до полуночи, за исключением тех моментов, когда вынужден быть с клиентом. — Спасибо. И меня вырубает уже, а хотелось бы душ принять. Утром точно просплю и не успею. — Пока, Стайлз. — Пока.

***

«Я все еще не думаю о тебе ничего такого. Мне все понравилось». «Спасибо».

***

— Ты не звонишь, потому что тебе все равно неловко? — спросил Дерек, едва Стайлз ответил на звонок. — Не-е-ет. Потому что не хочу надоедать. И потому что не думал, что у нас… не знаю, что у нас. — Обойдемся без ярлыков. — Хорошо. У тебя там дети смеются? — Стайлз даже звук у телевизора приглушил, вслушиваясь в звуки на заднем фоне. — Да, — Дерек усмехнулся. — Гуляю с племянниками, пока Лора наводит красоту. А ты чем занят? — Смотрю на Гарри, впервые попавшего на платформу девять и три четверти. — Стайлз, твоя социальная жизнь еще печальнее моей. — Даже спорить не буду. — Стайлз поставил фильм на паузу. — Но мне нужно вдохновение. И отвлечение. К тому же вечером меня ждет поход в бар со Скоттом и Джексоном. — Об этом расскажешь потом, если захочешь. А пока — «Гарри Поттер»? Тебе сколько лет? — Неважно, сколько мне лет, я все еще жду письмо из Хогвартса, — посмеиваясь, ответил Стайлз. — Так ты фанат? — Отчасти. Раньше был, но сейчас я типа взрослый. Но, знаешь, когда вышла трехмерная карта Хогвартса и Хогсмида, мне захотелось ее купить. И если бы она не стоила семьдесят пять баксов, то, Дерек, уверяю, она бы у меня была. По сути, она мне не нужна. День порассматриваю и уберу на полку, но… — Стайлз пожал плечами и добавил шепотом: — На нее скидка сейчас, и я все-таки думаю, что сорвусь. — А волшебную палочку не хочешь? — сквозь смех спросил Дерек. — О! У меня есть. Бузинная палочка, один из Даров Смерти. — Ты меня все больше и больше удивляешь. Джесси, слезь оттуда! — Джесси? — Племянница. Ей десять. Крис — племянник, ему шесть, и он в данный момент на карусели. Круг десятый или даже двадцатый, меня уже тошнит, а его нет. — Скажи, ты и сейчас в костюме или ради такого случая снял его? — М-м-м, давай не будем о том, что я мог бы снять? — Хорошо. Можем поговорить о том, что ты мог бы надеть. — Стайлз, я окружен мамашами, мне и так хватает странных взглядов. Подожди секунду, Крис накатался. Стайлз подозревал, что взгляды на Дерека бросали отнюдь не странные, а оценивающие. Одинокий парень с двумя детьми — если еще и хорошо сложен, и симпатичен — привлекает внимание, вызывает умиление, переходящее в восторг, и желание заполучить его себе. — Стайлз, я снова с тобой, — произнес Дерек. — Стайлз? — раздался чуть в отдалении детский голос, по всей видимости Криса. — Странное имя. — Ага. А ты хотел покататься с горки. — Да-а-а-а, — прокричал Крис и, судя по тому, как стихал его голос, убежал. — Крис прав. Мне давно стоило спросить: это твое имя или прозвище? — Прозвище, но мое настоящее имя почти никто не знает, а те, кто знает, не могут выговорить. Так что я — Стайлз Стилински. — Хорошо звучит, но мне все же интересно, какое у тебя настоящее имя. — Не-а, ты не хочешь знать. — Хочу. И не спорь. Стайлз обожал спорить, но что-то в тоне Дерека было такого, что сразу захотелось подчиниться. — Мечислав. — Ме… Повтори, пожалуйста. — Мечислав. М-е-ч-и-с-л-а-в. — Мие… Миез… Нет, это слишком сложно. — Я же говорил. Никто не может его выговорить, кроме моего отца и меня, и то мы долго тренировались. — Ну, у меня есть время, — на полном серьезе произнес Дерек. — Черт. Лора идет, лучше нам попрощаться, пока она не услышала ничего лишнего. — Эй! Ты всегда можешь сказать ей, что нашел кого-то, но пока не готов нас знакомить, потому что прошло еще слишком мало времени и ты не уверен, приведет ли это к чему-нибудь серьезному. — И даже не совру, — пробормотал Дерек, буркнул: — Пока, — и завершил звонок. Стайлз с удивлением уставился на гаснущий экран, как будто там был ответ на то, что имел в виду Дереку под своим «и даже не совру».

***

— Привет. — Привет. Как прошла встреча? — Нормально. — Ты… в порядке? — Наверное, да. Я не знаю, зачем позвонил. Ты не мог бы рассказать о чем-нибудь? Неважно о чем: о работе, семье, фильме, хоть зачитывай материалы дела или прецеденты. Дерек не спешил отвечать, Стайлз согласен был и помолчать вдвоем, лишь бы ощутить чужое присутствие — не осуждающее, не полное жалости или радости. Он рассчитывал провести относительно тихий, приятный вечер с двумя близкими друзьям, а попал на объявление о помолвке Джексона и беременности Эллисон. И Скотт, и Джексон светились от счастья, Стайлз же чувствовал себя отвратительным другом, искренне радуясь за них и в то же время завидуя. Они выпили по паре кружек пива и разошлись. За Джексоном заехал Джордан, Скотт поймал такси, а Стайлз решил прогуляться и просто набрал номер Дерека. Без очевидной причины, без страха, что ему не ответят или не захотят разговаривать. — После школы, — Стайлз вздрогнул, услышав наконец голос Дерека, — у меня был некий кризис: я не знал, чего хочу от будущего, засомневался в выбранном колледже и специализации. Устав от моего нытья, Лора покидала в сумку наши вещи, посадила меня в машину и отвезла на пару недель к океану, отдохнуть, переключиться и просто сменить обстановку. Я настолько расслабился, что перестал бриться, быстро обзавелся бородой. И куда бы мы ни пошли с Лорой, все принимали меня либо за ее старшего брата, либо… за отца. Стайлз усмехнулся, пока еще не в силах даже рассмеяться по-настоящему. — Мы прекрасно провели время, и с тех пор я ни разу так не расслаблялся, не отдыхал, не наслаждался жизнью. Тогда же Лора заставила меня поклясться, что я буду ее шафером. Из-за своего первого дела я чуть не нарушил клятву, едва не опоздав на ее свадьбу. Я крестный ее детей, и чтобы не пропустил крестины, оба раза, Лора приставляла ко мне Кору, нашу младшую сестру, и чем она шантажировала ее — мне до сих пор неизвестно, но я точно знаю, что по своей воле Кора на это бы не пошла. Дерек глубоко вздохнул, чуть помолчал, а когда Стайлз ничего не ответил, продолжил: — Когда я учился в колледже, то не вступал ни с кем в отношения, потому что не хотел прятаться и заставлять своего парня скрываться. После получения диплома я совершил каминг-аут перед семьей, познакомился с хорошим парнем, мы некоторое время встречались, съехались и настолько погрязли в работе, что стали скорее соседями по квартире, которые иногда спали друг с другом, чем бойфрендами. Больше ничего серьезного у меня ни с кем не было. Стайлз и это никак не прокомментировал, продолжая неспешно идти к своему дому. — Я хочу завести собаку. Но боюсь, что она умрет с голоду или загадит всю квартиру, потому что я не смогу ее вовремя выгуливать. — Можешь нанять кого-нибудь, — тихо предложил Стайлз. — Я уже подумал, что ты потерял телефон и я разговариваю с пустотой. — А как же мое дыхание, звук шагов, шум машин? — Мало ли кто там дышит, ходит и шумит. — Ты улыбаешься? Мне кажется, что ты улыбаешься. — Улыбаюсь. И ты, кажется, теперь тоже. — Да. Спасибо. Мне просто… — Неважно. Я разрешил тебе звонить… — С восьми вечера до полуночи. Спасибо, Дерек. — Пожалуйста, Стайлз.

***

— Знал бы ты, как я ненавижу ходить по магазинам. Особенно перед праздниками, — проворчал Дерек в начале их очередного разговора. — Для этого существуют интернет-магазины, — с улыбкой произнес Стайлз. — Вдруг не доставят вовремя? Тогда мою жизнь превратят в ад. Погоди, дай угадаю, ты уже купил все подарки? — Конечно! И даже все упаковал. Осталось чемодан собрать. — Чемодан? Уезжаешь? — На Рождество еду в Бикон Хиллс. У меня там отец, и он даже выходной взял, хотя обычно дежурит. — Шериф, верно? — Да! Ты слушал! — Я даже не буду на это ничего отвечать. Лучше скажи, как с работой? Ты вроде говорил, что были проблемы. — Беру с собой. Интернет в Бикон Хиллс есть, какой бы дырой многим он ни казался. А где ты будешь встречать Рождество? — У родителей. В этом году вся семья соберется, поэтому мой список подарков огромен. — И сколько пунктов отведено подаркам для племянников? Дерек тяжело вздохнул, ругнулся сквозь зубы и снова вздохнул. — Дай бог мне терпения, — тихо сказал он. — Десять. Будет просто отлично, если найду хоть что-то из этого. Набор для плетения браслетов из резинок. Ты знаешь, что это такое? Или танцевальный коврик — я, пока не погуглил, был уверен, что это обычный коврик, типа тех, что для йоги. С Крисом проще, он принес мне планшет, показал набор для опытов, и все. У Лоры растет пугающе умный ребенок. — У меня был такой набор, и я устроил, благодаря ему, небольшой пожар. — Ну, буду надеяться, что удастся этого избежать. Если вообще его куплю, я был уже в трех магазинах, и там его нет. — В следующем году скинь мне заранее список, и я позабочусь о подарках. — Хм, да, обязательно, — после небольшой заминки произнес Дерек. — Слушай, тут адова куча народу, я тебе позже перезвоню, — спешно добавил он и завершил звонок. Стайлз понял, что сказал что-то не то. Но после всех их разговоров ему казалось, что строить общие планы на будущее можно. У них всегда был путь к отступлению, они не давали друг другу обещаний, не связывали себя обязательствами, поэтому можно смело перевести все в шутку или проигнорировать, а не «сбегать». И до этого момента Дерек легко поддерживал игру, порой сам говорил нечто такое, отчего Стайлз терялся, а теперь у него было чувство, что перед носом захлопнули дверь, которую сами же приветливо распахнули и через которую предложили зайти.

***

Казалось, на этом все и должно было закончиться. Стайлз давно научился не надоедать людям, навязывая свое общество, поэтому больше не звонил Дереку и не писал, полагая, что и Дерек поступит так же, и стараясь не вспоминать о прошедших неделях. Дел хватало, поэтому удавалось не думать, к чему это могло привести, будь он чуть удачливее, и игнорировать боль, слишком похожую на ту, что испытываешь после расставания с тем, в кого влюблен. Однако Дерек позвонил. Спустя четыре дня. Стайлз отказывался признавать, что от вида его имени на экране чаще забилось сердце и вспотели ладони. — Привет, Дерек. — Прости меня! За то, как закончил тот разговор, и за то, что долго молчал. — Тебе не за что извиняться, к тому же мы не… — Мы не? — Дерек надтреснуто рассмеялся. — Ты сам в это веришь? По-моему, мы оба в этом увязли в ужасающе короткие сроки. Стайлз был вынужден признать, что Дерек прав. Все их беседы походили на разговоры двух людей, состоящих в отношениях, вынужденных в силу обстоятельств жить в разных городах. За исключением того, что они жили в одном городе, не были парой и даже ни разу друг друга не видели. — Нам просто надо встретиться, — ответил Стайлз. — Может, сегодня? — Я еду в суд, и неизвестно, сколько там пробуду. Завтра? — У меня совещание. Назначено на два, но зная мое начальство, начнется часов в шесть. — Послезавтра у нас корпоратив. Лора моя плюс один, и она уже купила платье. — Поздним вечером послезавтра у меня самолет, — убитым голосом признался Стайлз. — Когда ты возвращаешься? — Второго. — Напиши номер рейса, время. Я тебя встречу. — Се… ладно! Да, это отличный вариант! — Замечательный. До встречи, Стайлз. — До встречи, Дерек.

***

«Я в самолете». «Напиши, как долетишь». «Сели». «Папа встретил, уже дома». «Отлично. Хорошо проведи время». «Обязательно. Ты тоже».

***

— Дерек, ты охренел?! — Ого! Вот это начало, — посмеиваясь, проговорил Дерек с набитым ртом. — Я так понимаю, подарок ты получил? Получил. Стайлз держал его в руках и не верил, что держит. Около минуты назад он закрыл дверь за курьером, открыл почтовый пакет, прочитал карточку: «Увидимся 2-го. Счастливого Рождества! Дерек», удивился размеру подарка, сорвал оберточную бумагу и обалдел еще сильнее, чем когда услышал от курьера имя отправителя. — Ты с ума сошел?! — Молодцы, доставили вовремя. Может, потому, что я угрожал им судом, если не успеют? — Козлина! — Стайлз рассмеялся, со слезами на глазах рассматривая трехмерную карту Хогвартса и Хогсмида. Вроде бы глупость и ерунда, но походило на чудо. — Спасибо. Ты даже не представляешь, что я сейчас чувствую. Как ты узнал адрес? — Шериф в Бикон Хиллс один. Сын у него, Мечислав Стилински, тоже один. Осталось позвонить, объяснить и узнать домашний адрес. — Подожди-подожди. Ты разговаривал с папой? Он все знал? Что ты ему сказал? Ты можешь произнести мое имя? — Лицо курьера было бесценно? — Бедный парень чуть язык не сломал. Но ты не ответил! — На какой из вопросов? — Дерек! — Да, детка? — Я не знаю, чего хочу сильнее: ударить тебя или поцеловать. — Мое мнение учитывается? — Блядь. Дерек. — Только иногда. Только с тем, кому доверяю. Стайлз вновь рассмеялся. Дерек так вообще не прекращал, и чувствовалось, что у него отличное настроение, возможно, в ход уже пошло вино или что покрепче. — Хорошо проводишь время, а? — Да. Как ни странно. Стоило сказать своим, что мой парень проводит Рождество со своей семьей и только поэтому не смог приехать, — все изменилось. — Ты надо мной издеваешься. — Стайлз крутанулся на стуле, задел случайно мышку и «оживил» ноутбук. Пальцы как будто сами потянулись к клавиатуре и набрали адрес сайта авиакомпании, следом — дату. — Папе ты сказал то же самое? — Почти. Но он сначала убедился в том, что я не выдаю себя за другого, и только потом дал адрес. — Чего ты еще ждал от шерифа? Скажу больше, он все про тебя узнал, прежде чем дал адрес. Давай встретимся тридцать первого? Я поменяю билет. — Ты уверен? — серьезно спросил Дерек, всю веселость у него как рукой сняло. — Я могу подождать. — Я не могу! — Ладно-ладно. Я тебя… Черт. Я обещал пойти с племянниками и Лорой на Таймс-сквер. — Давай там. Под огромным постером рекламы Givenchy. У меня яркая шапка — очень яркая, разноцветная шапка с огромным помпоном. Не перепутаешь. — Там будут тысячи людей. Это безумие. — Да. Но если не найдем друг друга до двенадцати, то встретимся после, когда большинство уйдет. У нас есть телефоны, мы справимся. Разве ты не горишь желанием встретить со мной Новый год? — Я умираю от желания встретиться с тобой. Хорошо. Тридцать первого. — Супер! Я уже поменял билет. Пойду сообщу папе, хотя для него это не будет новостью. Счастливого Рождества, Дерек. Спасибо за подарок! — Счастливого Рождества, Стайлз.

***

«Не передумал?» «Нет».

***

«Точно?» «Да. А ты?» «Конечно нет!»

***

«Собрал вещи. Завтра увидимся?» Отправив сообщение, Стайлз бросил телефон на кровать и закрыл чемодан. Завтрашняя встреча пугала. Чем меньше оставалось времени, тем сильнее он себя накручивал. Отсюда все эти дурацкие сообщения, которые удалил бы, если б мог. Дерек отвечал на каждое, а в этот раз даже позвонил. Поднимая трубку, Стайлз думал, что сейчас его наконец-то пошлют подальше, сказав, что достал. — Стайлз, — Дерек не дал ему даже слова произнести. На заднем фоне визжали дети, что означало, что он находился у Лоры или опять играл роль няни. — Мы завтра увидимся. Я не передумаю, не застряну с клиентом, что бы ни произошло, я найду способ прийти вовремя. Не думаю, что легко будет найти друг друга на Таймс-сквер, но мы сделаем это. — Хорошо. В чем ты будешь? Какой ты? — Ты можешь найти меня на фейсбуке. — Нет. Я не сорвусь в последний момент. — Как скажешь, будем действовать по старинке. Брюнет, высокий, с щетиной. В черном. Хотя Лора утверждает, что куртка цвета мокрого асфальта. Со мной будут двое детей, старшая сестра и ее муж, младшая сестра и брат, дядя со своим парнем, мои родители. — Ого! — Да. Как только они узнали, что мы встречаемся, все сразу захотели пойти. — Ладно, — Стайлз глубоко вздохнул, собираясь с силами, словно прямо сейчас должен был встретиться с Дереком и его родными. — Я справлюсь. Вас много — больше шансов найти. Наверное. — Напиши мне, как сядешь в самолет, как приземлитесь, как доберешься до дома и как выедешь к нам. — Да-да, я помню время, когда Таймс-сквер перекрывают. Успею. — Если нет, то просто напиши мне, и я приеду к тебе. — Хорошо. Наличие запасного плана меня успокаивает. — Тебе надо поспать. — Да. Я напишу тебе. — Отдыхай, детка. Скоро увидимся.

***

И вот теперь Стайлз бегал по Таймс-сквер, пытаясь найти Дерека и всю его огромную семью, и уже не верил в успех. Он достал телефон, чтобы еще раз попытаться позвонить, сделал шаг назад и врезался в кого-то спиной. — Изви… Стайлз обернулся, слова замерли на губах в ту секунду, когда взгляд уперся в темную щетину на щеке. Он проверил, какого цвета куртка. Мокрый асфальт, никакой не черный. И посмотрел в глаза Дереку. Стайлз не знал, откуда в нем взялась уверенность, что перед ним Дерек, однако не решался спросить, продолжал стоять, рассматривая острые скулы, широкие брови, аккуратную стрижку, сухие розовые губы. Его рассматривали, изучали в ответ, чаще всего задерживаясь на шапке и губах. Мысли их наверняка текли в одном направлении, только по непроницаемому выражению лица напротив ничего не удавалось понять. — Стайлз? — и это определенно был голос Дерека. — Дерек? — на всякий случай, для личного успокоения уточнил Стайлз. И когда в ответ кивнули, нежно улыбнувшись, чуть не выпалил, что именно так эту улыбку и представлял. — Привет, детка, — мягко произнес Дерек, шагнув ближе. — Привет. Я думал, что уже не найду тебя. — Я бы приехал, как и обещал, — Дерек обхватил ладонью его щеку, погладил ее большим пальцем. — Определенно приехал. Ты удивительный. — Ты еще возьмешь свои слова обратно, — усмехнулся Стайлз и, смутившись, отвел взгляд. — Десять, девять… — начала отсчет толпа. — После всего, что между нами было, ты не будешь против, если… — Пять, четыре… — …я поцелую тебя? Стайлз покачал головой, схватил Дерека за ворот куртки, дернул на себя… — Два, один! …и поцеловал. Он думал, что будет неловко. Или произойдет какая-то нелепость, например, они столкнутся носами. Или станет так противно, что сразу же захочется отстраниться, вытереть губы и сбежать. Ничего подобного. Они совпали, как две детали пазла: по отдельности — не совсем понятные элементы, вместе — идеальная картина. Дерек ответил после первого робкого прикосновения губ Стайлза, опустил руки ему на бедра, притянул еще ближе и перевел знакомство на следующий уровень, подключив язык. Это было как в кино. Только намного-намного лучше. Взрывались фейерверки, люди вокруг улюлюкали, кричали поздравления — Стайлз все слышал, но впервые, наверное, не стремился присоединиться к веселью. Он целовался с Дереком и не хотел останавливаться. Весь мир сосредоточился на Дереке: его губах и руках. И хотелось избавиться поскорее от одежды, чтобы прикоснуться к его обнаженному телу, изучить его. Стайлз не хотел отпускать Дерека. Дерек, судя по тому, как крепко держал его, тоже этого не хотел. Но реальный мир настойчиво вмешивался. Их уже пару раз ощутимо толкнули, и после очередного тычка локтем в спину Стайлз прервал поцелуй, смущенно улыбнулся, вглядываясь в зеленые глаза и не веря, что это все происходит с ним. — Дядя Дерек! — девочка, по всей видимости Джесси, дернула Дерека за куртку, привлекая к себе внимание. — Ты видел? Это было так классно! — Да, — Дерек улыбнулся ей, а потом вновь посмотрел на Стайлза. — Это было классно. — Я бы сказала, что это было потрясающе, — произнесла высокая девушка с длинными темными волосами, с такими же убийственными скулами и потрясающими глазами, как у Дерека. Видимо, это была Лора. С ней под руку стояла ее младшая копия, видимо Кора, а рядом с ними, судя по сходству, младший брат Дерека, чуть в стороне мужчина и женщина с одинаково растроганными выражениями на лицах, парень, примерно одного со Стайлзом возраста, и двое мужчин, у одного из которых на плечах сидел мальчик. Семья Дерека в полном составе. Они все видели. От осознания этого Стайлзу стало неловко. Он покраснел, захотел отстраниться, но Дерек не позволил, по-прежнему собственнически обнимая за бедра. — Даже не думай. — Но… — Нет. Ни я, ни они не подумали, что ты… — Дерек вскинул брови, будто ожидая возражений, и понимающе усмехнулся, когда их не последовало. — Немного прогуляемся? — Вдвоем? Дерек кивнул. — Я отстоял наше право провести эту ночь вдвоем, узнать друг друга лучше, прежде чем знакомить тебя с ними. — Тогда идем ко мне? — Отличный план, — Дерек взял его за руку. — Веди.

Эпилог

Думал ли Дерек, что, ответив на звонок с неизвестного номера, познакомится с потрясающим парнем? Нет. Предполагал, что их разговоры приведут к отношениям? Нет. Допускал, что захочет сделать ему предложение? Нет. Мечтал ли, что Стайлз окажется тем самым единственным, с которым и спустя лет десять захочется быть рядом? Да. После каждого разговора мечты становились все ярче и смелее. Стайлз сразу же поставил четкое условие: никаких фотографий, что подразумевало и нежелание встречаться лично. Дерек уважал его желание, хотя сам захотел его увидеть после первого же разговора. Его привлек голос, то, как Стайлз держался, его искренность, несмотря на игру в бойфрендов, и та легкость, с которой им удавалось поддерживать беседу. Дерек сам себя не узнавал, представляя, каково было бы гулять с племянниками не одному, а в компании Стайлза, задавался вопросом, бегал бы тот по детской площадке с Крисом или присматривал со стороны вместе с Дереком; как Стайлз смотрелся бы в смокинге, как вел бы себя с его коллегами и родными, как прекрасно было бы проводить вечера вместе, засыпать и просыпаться в одной постели. Эти образы его безумно привлекали и так же сильно пугали. Несколько раз Дерек хотел закончить их общение и не мог. Если бы Стайлз не предложил встретиться, Дерек сам бы это сделал и уговаривал до тех пор, пока тот не согласился бы. И сегодня собирался умолять, если потребуется. Стайлз привлек его внимание, постучав в открытую дверь кабинета. — Нам пора идти, если не хотим опоздать и нарваться на недовольство Лоры, — он усмехнулся, покачав головой. — До сих пор не пойму, как тебе удалось собрать всех. Дереку пришлось приложить немало усилий и, возможно, попросить помощи у Лоры, которая за короткий срок стала чуть ли не лучшей подругой Эллисон, чтобы на сегодняшнем обеде присутствовали все, с кем он и Стайлз близки. Вместо ответа Дерек окинул Стайлза долгим взглядом, в сотый, наверное, раз за утро отмечая, как прекрасно сидит на нем костюм, как подчеркивает длину ног, подтянутый живот, широкие плечи. — Мой портной гений. — Определенно, — Стайлз улыбнулся ему той нежной, любящей улыбкой, от которой у Дерека на секунду замерло сердце, чтобы тут же забиться чаще. — Я давно с этим согласился. Как только впервые увидел тебя в костюме. Дерек помнил то утро, помнил взгляд Стайлза, скользивший по нему, вызывавший желание немедленно раздеться и вернуться в постель, наплевав на все запланированные встречи. И самое главное, что Стайлз до сих пор, уже третий год, смотрел на него так же. Стайлз чмокнул его в губы, схватил за руку и потащил за собой к входной двери. — Такими темпами мы точно опоздаем. А если чуть дольше пробудем наедине, то вообще никуда не поедем. Что втянет нас в такие неприятности!.. Он говорил, а Дерек смотрел на его затылок, спину, их переплетенные пальцы и успокаивался, сомнения исчезали без следа, оставляя после себя лишь недоумение, как вообще смел подумать, что Стайлз откажет и заставит умолять.

***

Впервые за три года отношений с Дереком Стайлзу не пришлось выбирать, с кем проводить День благодарения. Они все — и его друзья, и семья Дерека — собрались дома у Лоры. Даже его отец сумел приехать, что вообще походило на рождественское чудо. Дерек отказывался признаваться, как ему удалось это провернуть у Стайлза за спиной, просто поставил перед фактом пару недель назад. Стайлз терялся в догадках, стояло ли за всем этим что-то большее, чем желание сделать ему приятное, и не смел надеяться, что да. Не позволял себе надеяться. Их отношения развивались стремительно. Встретив вместе Новый год, они расставались только на то время, которое необходимо было уделить работе. Почти каждый вечер и ночь они проводили вместе, они теряли вещи в квартирах друг друга, забывая, где и что оставили, они не говорили о будущем, однако строили планы и старались приложить все усилия, чтобы их отпуска совпали. Они провели две недели на Гаваях, а когда вернулись, Стайлз собрал вещи, расторг договор аренды и переехал к Дереку. Больше двух лет они жили вместе, притирались друг другу, узнавали лучше, ссорились и мирились, устанавливали собственные правила, старались им следовать и стремились к компромиссам. Стайлз чувствовал, что готов к следующему шагу, заглядывал в ювелирные магазины, шерстил сайты и не решался на покупку, опасаясь, что Дерек не откажет, нет, предложит подождать. Стайлз знал, что Дерек его любит, видел это в его глазах, чувствовал по прикосновениям, слышал по смеху, угадывал между всех произнесенных слов. Но они никогда не затрагивали тему свадьбы, и Дерек, возможно, был из тех, кто просто считал это лишним. Стайлз робел, боясь испортить их отношения, откладывал разговор и ждал, сам не зная чего. А сидя сейчас за огромным столом, за которым каким-то волшебным образом всем нашлось место, понимал, что, кажется, дождался. Мама Дерека, Лора и Эллисон потрудились на славу. Ужин был выше всяких похвал. Все согласились сначала утолить голод, а потом уже сказать традиционные слова благодарности. Первым, на правах хозяина, слово взял муж Лоры, следом она сама, после — мама Дерека, его отец, отец Стайлза… Стайлз пропустил мимо ушей все, что они говорили, проигрывая в голове собственные слова, подбирая лучшие, чтобы выразить свои чувства и извиниться, что не купил кольца. А потом встал Дерек. Стайлз сосредоточился на нем, заметил неуверенность в обращенном на себя взгляде и подбадривающе улыбнулся. Дерек улыбнулся в ответ и бегло осмотрел всех присутствующих. — Я благодарен вам всем за то, что вы сумели прийти. Я благодарен друзьям Стайлза за то, что ровно три года назад подбили его на тот спор. Я благодарен своей семье за то, что за время такого же обеда довели меня до такого состояния, что я решился подыграть, а не послал сразу, что, если честно, более свойственно мне. Я благодарен вам, Джон, за то, что выслушали меня и помогли, и даже за тот допрос, что мне устроили, потому что он помог мне отбросить все сомнения и страхи. Дерек усмехнулся, слегка покраснев, и вновь обратил все свое внимание на Стайлза. Тот сидел, едва дыша, боясь упустить хоть слово, запоминая каждое из них, влюбляясь в Дерека все сильнее и чуть-чуть его ненавидя за то, что опередил и оказался смелее. — Я благодарен тебе, Стайлз, за то, что перезвонил в тот же вечер. И за твои сообщения. И за то, что подталкивал меня каждый раз отвечать и звонить тебе, сам того не осознавая. Я благодарен тебе за каждую твою улыбку и любящий взгляд, за понимание, терпение и доброту. Я благодарен тебе за то, что ты со мной. Стайлз, я тебя люблю, если это еще не очевидно, и прошу тебя оказать мне честь и стать моим мужем. В столовой воцарилась тишина. Стайлз не думал, что такое в принципе возможно, но поклясться мог, что абсолютно все даже дышать перестали, ожидая его ответа. Дерек протянул ему раскрытую ладонь, на которой лежали два кольца. Видимо, прекрасно зная, что Стайлз будет возмущаться, если единственный из них двоих обзаведется помолвочным кольцом. — Ты так хорошо меня знаешь, — хрипло произнес Стайлз. Прочистив горло, он осторожно, опасаясь задеть бокал или тарелку и что-нибудь вылить на себя, встал из-за стола, взял с ладони большее кольцо. — Как я могу отказать тебе? — Стайлз. — Да, Дерек, я выйду за тебя, заключу с тобой брак, стану твоим мужем, партнером, кем только захочешь. Дерек расплылся в счастливой улыбке, Стайлз ответил ему точно такой же. Они обменялись кольцами, поцеловались под посыпавшиеся со всех сторон поздравления. Думал ли Стайлз, что, позвонив по случайному номеру, познакомится с потрясающим парнем? Нет. Предполагал, что их разговоры приведут к отношениям? Нет. Допускал, что влюбится, ни разу его не увидев? Нет. Мечтал ли, что Дерек окажется тем самым единственным, с которым и спустя лет десять захочется быть рядом? Да. Постоянно. Считали ли Дерек и Стайлз, что их мечты сбылись? Нет, не до конца. Но знали, что приложат все усилия, чтобы это произошло.