Цветы дождя

— Ну.? — … — Я не могу… Он страдает. Прости. — …       Скажем так: в этом мире не так уж и одиноко. Время от времени я встречаю людей на грани жизни и смерти. Много кому я помог, они не хотели жить. Поговорив со мной, высказав все, они возвращались к жизни. Много кому я давал советов и рассказывал свою историю. Мне тут начинается нравиться! У меня появилась знакомая, я иногда её вижу. Что же происходит там? Как там Украина с Беларусью? Что там у США.? Из-за этих воспоминаний у меня жжёт в груди, сразу же появляется неприятный осадок в душе… Эх. Проснусь ли я или останусь тут вечно? — Алло, привет, США, — раздался голос Украины: она недавно встала и увидела три пропущенных звонка от Америки. И вмиг его набрала. — Привет, ты чего трубку не брала? — Я спала. Ты что-то хотел? — Да! Чего ты так взяла и убежала? Мы волновались! Где ты? Дома тебя нет! Белка с ума сходит. — Это нельзя обсуждать по телефону, встретимся где-то в кафе. — Хорошо, в каком и когда? — Давай сейчас во француза, позови с собой Беларусь, я вам все расскажу. — Ок…

В кафе…

      Украинка сидела в красной курточке и попивала кофе. Её увидел Канада и захотел подойти, но, увидев несящегося Америку с подругой украинки, зашёл за угол. Так, что бы его не было видно с их стороны, но хорошо слышно. Увидев вбежавшую беларуску, девушка приподнялась и пошла к ней на встречу. Бульбоедка её крепко обхватила руками и вжала голову ей в плече. Девушка немного остолбенела, но тоже приобняла её. — Зачем ты так? Я волновалась! Тебя нигде не было, на звонки ты не отвечала! Где черт возьми тебя носило целый день?! — прокричала на Украину её подруга. Ведь она была в отчаянии. — Я тебе все расскажу, только успокойся!       Сев за столик Украина начала все подробно рассказывать: — США, ты же знаешь что Россия болен ханахаки, да? — в ответ парень одобрительно кивнул. — Так вот, он впал в кому, потому что не успел тебя поцеловать, ты должен исправить это, — Канада немного напрягся, он не очень понимал, про какой поцелуй идёт речь. Америка удивлённо посмотрел на двух девушек сидящих напротив него. Потом они посмотрели на него, он опять понимающе кивнул. — Я ездила к Японии, она сказала, что у нас с Белкой могут быть порывы ханахаки, — от этих слов глаза белорусски округлились и Украина поспешила её успокоить. — Но не волнуйся, они будут только один раз и то это не точно. Вот я уже прокашлялась, Япония сказала, что это было на нервной почве, а сейчас главное привести в состояние Россию… — закончила девушка. Долго висело молчание, но Америка его перервал: -Ах, чёрт! Как вы обе могли впутаться в такое дерьмо? И ещё приплести меня с Канадой? — девушки немного поежились. США сморщил лоб и раздражённо продолжил: — Ладно, я-дурак не углядел за собой! Но вы? Кто придумал этот коварный план? — Украина виновато опустила взгляд и тихо выдавила: — Я. — Агрх… — Да ты просто не понимаешь! Он мучался из-за тебя! Плакал, страдал, умирал, искал ключ к твоему сердцу. А ты, ты…! — сирополюб сдавился всем телом, его глаза округлились. Украина вспылилась. Она долго терпеть не могла наезды обнаглевшего, по её мнению, США и по этому начала высказывать все, что о нем думает. Она даже позабыла что находиться в общественном месте и начала не по воле ловить на себя взгляды других людей. — А я кто? — похабно раскинулся на стуле Америка и нагло улыбнулся, беря девушку на слабо. Она сжала руку в кулак и пристала на стуле, но её схватила Белка и молящим взглядом попросила сесть на место. — А ты гад! Который и так его любил, только вопрос. Зачем с Канадой встречался? -не прекращала возмущаться зеленоглазка. Канадца бросило в жар, а потом в холод. Он собрался выйти из-за угла и посмотреть в поршивые глазенки американца, но сдержался и решил дослушать до конца. Вдруг это лишь его фантазия? — Да так надо было! Я его даже не любил! В сердце дырку хотел запаять, ведь Россия никогда меня не замечал. Я думал с другим срастётся, забудется! Но нет, вы тут! И я опять начал влюбляться! Зачем? Почему? Как мне теперь быть? Как вам? — перейдя на истерику, завыл парень. Все люди присутствующие в кафе смотрели на эту разборку, но им было всё ровно. Внезапно по щекам Америки потекла слеза, он её поспешно вытер. — Я не хотел опять в него влюбляться. Я привык быть с Канадой, хоть и никогда его не любил… — от этих слов сердце Канады разбилось на тысячи мелких и острых кусочков. Он затаил дыхание и побежал по коридору через чёрный вход. Его никто не заметил, это и было ему на руку. Побежав в низ по улице, потом через парк, он увидел дом. Такой знакомый, родной, но теперь какой-то чужой. Забежав в дом, он опёрся об дверь и сполз по ней на пол, закрыл лицо и тихо, ели слышно, зарыдал. Не уж то все его чувства были не взаимными? Цветы… Как бы ими не заболеть… — Ясно… Как жаль, что Канада об этом скоро узнает. Мы не сможем слишком долго держать это в секрете. Нам придется всё рассказать, — он нервно снял очки и потер лоб. — Ты прости меня, я с горяча. — приподнялся США, подошёл к девушкам и обнял их за плечи. — Ничего, этот разговор все ровно рано или поздно произошёл бы, — успокоила его Белка. — Лишь бы он не узнал раньше времени… Лишь бы…