Не сдавайся!

Офф проснулся с первыми лучами солнца, которое лениво только-только выкатилось на небосвод. Так и парень неохотно открыл глаза, а перед ним на подушке, с улыбкой блаженного, лежит — спящий красавец. Офф любил просыпаться утром с Ганом, когда не надо спешить на работу, когда весь день можно нежиться в постели, обниматься и вести беседы ни о чем, и целоваться, целоваться… Медленно, неторопливо, наслаждаясь моментом близости, который принадлежит только двоим. Офф придвинулся ближе и ласково поцеловал парня в теплый носик, чмокнул незащищенный челкой лобик. На щёчке — оставил чуть своей слюны. Провел носом по шее, глубоко вдохнул… откинул одеяло и одним аккуратным, но ловким движением стянул нижнее белье с Гана. — Оффрр, не…сечассс…хрр…ммм, — пробормотал соня. — А когда, если не сейчас? Сейчас самое лучшее время… — шептал настырный парень. Он дотронулся до члена своего ненаглядного и ушел с головой в волну блаженства. Оффу достаточно нескольких секунд рядом с таким расслабленным, уютным, домашним Ганом, чтобы возбудиться. Утренний секс самое то, чтобы начать новый день. Чтобы стремительно ворваться в очередные заботы или интересные события. Ворваться на огромном позитиве и с колоссальным запасом энергии. Офф любил потом целый день пребывать в приподнятом настроении, вспоминая каждый утренний сонный вздох и шепот своего малыша. — Папиии… нееет … — Ну как же нет, если да… — и настойчивая рука нежно-нежно трёт, приподнятый утренней эрекцией, член парнишки. — Я не мылся, и…зубы не чисстилл… — недовольно бормочет младший. — А мы не будем целоваться … ох, твои слова заводят ещё больше, — Офф облизывает вкусную шею. Так бы и оставил на ней пару отметин, но нельзя — они публичные люди, знаменитости. Фанаты в простых дружеских объятиях видят чуть ли не акт совокупления. А если шея Гана будет красна от укусов, то потом будут красными уши Оффа. За милые шалости менеджер по голове точно не погладит, да ещё и премиальных может лишить. А вот тут Офф вообще не хотел терять ни копейки, будучи прагматичным и бережливым. Чуть сдерживая свои зубы от непоправимого, он спускается ниже и облизывает острые ключицы. Хозяин обласканного тела хмурится и шепчет что-то несвязное. — Ммммнн… жарко… — витает где-то в сновидениях Ган. — Я сделаю все сам… можешь ещё поспать… — шепчет Офф и прижимает к члену Гана свое достоинство. Он пристраивается удобнее и начинает умелые движения, постепенно наращивая скорость. Расслабленный Ган не проявляет инициативы. Он фыркает и утыкается носом в плечо парня, то выныривая из сновидений, чувствуя теплую руку и движения в паху, то проваливаясь в сладкую дрёму, ощущая прикосновения ещё острее и ярче. В приятной истоме он откидывается на подушку, трёт глаза, чтобы проснуться, но нет — силы опять покидают его тело, а вредный Морфей не отпускает. Пространство комнаты наполняется тихими неловкими звуками от движений руки, сопением Гана и громким дыханием Оффа. На финальном движении Ган открывает глаза и встречается взглядом со своим парнем, который, с улыбкой на лице, все это время смотрел на него. Младший краснеет и недовольно хмурится. Множество раз Офф видел его такого возбуждающего, милого, невинного. И все равно насмотреться не может. Он улавливал все изменения в лице Гана и наслаждался полуоткрытым ртом, смешной морщинкой на лбу, взъерошенными волосами. Всё в нем привлекает и будоражит Оффа. Он его, только его… — Люблю тебя, — не сдерживается Офф, сжимая в объятиях на мгновение растерянного от такого признания парня. — И я тебя, — проснувшийся после оргазма, Ган уже полон сил, — есть хочу, — говорит он и смеётся. — Хорошо, только немного полежим рядышком… хочу пообниматься … — жмется старший к своему парню. Ган хихикает и отвечает на объятия. — Может сегодня день исполнения желаний? — спрашивает он робко. — Нет, — Офф заботливо гладит его по голове, давая понять, что разговор на эту тему закончен. Ган томно вздыхает. Офф понимает, про что спрашивает Ган. Он спрашивает об этом каждый день после того, как озвучил свое желание обладать Оффом. И каждый день Офф отрицательно мотает головой или предлагает альтернативные варианты, которые устраивали бы в первую очередь его. Но на самом деле Офф уже давно все решил. Всего-то надо немного усмирить мужскую гордость, чувство собственной важности и подарить любимому, то, что он так хочет. С Оффа не убудет, а Ган за такой смелый жест полюбит его ещё больше. А тянул, потому что смущался и боялся. Всё же, в такой роли он будет первый раз. А первый раз всегда страшно. Страх неизвестности — самый-самый страх. Сколько из-за этого страха не реализовано смелых идей и желаний! Неизвестность пугает своей неопределенностью, своей непредсказуемостью и множеством извечных вопросов: «А если не получится? А если не понравится? А если буду выглядеть глупо в глазах других людей?» Множество подобных посещали и голову Оффа тоже. Но все вопросы были повержены одним большим чувством — любовью. Офф думал, что всё же может поступиться со своими принципами и исполнить желание дорогого человека. Ещё пару лет назад это было бы невозможно, но сейчас у Оффа есть любимый, тот, кого хочется баловать. В то время как Офф обдумывал, Ган готовился. Вроде бы секс, как сам процесс, не представляет из себя что-то сложное. Не квантовая механика. Тут даже думать особо не надо. Отдаться эмоциям, природным инстинктам и процесс закрутится, завертится сам. Но Ган так не думал. Он подошел к вопросу с максимальной отдачей, и написал сценарий. Да, сценарий — все просто и понятно. Практически пошаговое руководство к действию, к обладанию любимым человеком. В сценарии было несколько ответвлений, в зависимости от реакции Оффа на то или иное действие Гана. Как в ролевой компьютерной игре. Герой должен выбрать одно действие из нескольких предложенных, и в соответствии с его выбором, игра разворачивается по какому-либо определенному пути. В данном случае Офф был тем, кто выбирал по какой "ветке" будет идти Ган. Младший расписал все возможные варианты развития событий, которые пришли в его изобретательную голову. Это действо, которого он ждал с замиранием сердца и внутренней дрожью. Чувства обострены до предела, мысли только об Оффе, а пальцы так и бегают по буквам на телефоне, набирая план предстоящей ночи. Ночи, когда Ган трахнет своего Папи. Он так увлекся, что в итоге получилась достаточно запутанная сеть с множеством разветвлений и вариантов события. Множество, если Офф сделает так, то Ган должен сделать этак. Если Ган чуть войдет, и Офф почувствует боль, то младший должен немедленно выйти и сделать парню минет, чтобы немного его расслабить, успокоить, дать понять, что Ган его понимает и заботится. А если Оффу больно не будет, то он должен посмотреть в глаза Папи и удостовериться, что парень не врёт, и ему действительно не больно. Если ответ утвердительный, то можно засунуть член до упора и наслаждаться стонами любимого. Сценарий был сложноват, но Ган был уверен на все мыслимые и немыслимые проценты, что он запомнит всё как надо. Так и прошло еще несколько дней — один парень все еще принимал решение, другой — вносил поправки в сценарий. ************** — Ган, знаешь какой сегодня день? — спросил Офф. — Э… пятница… 13… наверное. — Да, правильно. А ещё? — Прости, но мне кажется, я не знаю… — Ган лихорадочно пытался вспомнить, что такого замечательного произошло в этот день. Он помнил все знаменательные даты, но сейчас этот день на календаре ему совсем ни о чём не говорил. — Сегодня день исполнения твоего желания, — переходит на шепот Офф. Ган срывается с места и, чуть не сбив высокого парня с ног — вешается ему на шею. Не говоря ни слова, сжимает сильно и целует страстно, с языком. — Ой, подожди… мы… что…уже начали? — спрашивает парень, не отрываясь от цепких губ. — А зачем… тянуть! — Ган отрывается от поцелуя и начинает расстегивать рубашку Оффа. — Ой, Ган, у нас вообще-то съёмка через пару минут! — А? Точно… ха-ха, — младший растерянно смотрит по сторонам и смеётся, — обязательно вечером. Обещаешь? Офф кивает. Съемка нового эпизода «OffGunFunNight» прошла изматывающе. Тэй Таван и Ган Аттапхан в одном закрытом помещении это праздник, сумасшествие и одновременно наказание всем несчастным, кто оказался рядом. Один парень — болтал без умолку, суетился и распространял на всех свою плохую удачу. Другой — крутился из стороны в сторону, прыгал как какое-нибудь парнокопытное, обнимался, и не только с Оффом! Вместе два друга представляли собой один сплошной бардак. Джосс и Офф смотрели на всё это феерическое безумие двух детей, и ржали в голос, собственно, мало чем от них отличаясь. Тэй покидал съёмку, блистая от счастья — всё же он самый главный питомец Гана. Его фаворит и любимец! И угрозы Гана лишить его этой привилегии — просто для проформы, припугнуть. Ган признал перед камерами — Тэй Таван лучший питомец, и, как надеялся сам Тэй — единственный. До квартиры Оффа добрались быстро. Во время небольшого перекуса, Ган достал свой сценарий, распечатанный накануне, прям как знал, что скоро понадобится. Оффу читать не разрешил, сказал, что будет сюрприз. Папи оценил старания парня и взял с него слово - обязательно разрешить ему почитать это творение. Чтобы не засмеяться в голос, под предлогом, что надо помыться и подготовиться — Офф стремительно скрылся в ванной. Ну надо же — даже сценарий написал! Он почувствовал себя исключительно особенным. В позе — Ган сверху, долго целовались и обнимались. Младший парень старался проявлять инициативу во всем. Буквально придавив Оффа к кровати, он со всей страстью и самоотдачей целовал губы, вылизывал шею и шептал пошлости на ухо. Папи ещё больше захотелось прочесть этот загадочный сценарий, потому что Ган, который говорит такие пошлости — это нонсенс и неведомая невидаль. Когда были скинуты последние одежды — Ган поутих, нервно прикусил губу и посмотрел на своего парня целомудренно и кротко. Предсказуемо, весь сценарий, что крутился ещё пять минут назад в голове — испарился, как будто и не было вовсе. Ладно сценарий, так он даже не помнил, как его зовут, и что вообще здесь делает. И зачем ему этот секс?! Жил же до этого как-то без секса, без возможности быть сверху. Может встать сейчас с кровати, направиться на кухню и попить чайку? Посмотреть интересный фильм, пообниматься со своим парнем. Пообниматься с парнем, который лежит сейчас под ним, такой возбуждённый, со взглядом обожания и одобрения. Мол, ну что с тобой? Давай — начинай, я жду… — Ган, все в порядке? Не спеши — у нас вся ночь впереди… и как же твой сценарий? — улыбнулся Офф. Вот не мог не задеть, да? — … будет импровизация… — Ган громко сглотнул и робко улыбнулся. — Давай я тебе помогу, — Папи взял возбуждённый член парня в руку и, не прерывая зрительного контакта, сам приставил головку члена туда, куда не мог решиться Ган, — смелее, не спеши, ой…. все хорошо, продолжай… Ган пыхтел и обливался потом. Помощь старшего была очень кстати, иначе бы парни так и просидели до утра, не продвинувшись ни на миллиметр. Офф не чувствал дискомфорта. При правильной подготовке вначале боль та, которую можно терпеть. Было необычно, но и не волнующе вовсе. Чувство заполненности, да, но не восторг и блаженство. Когда часть члена была внутри, Ган закрыл глаза и пробормотал. — Хорошо… как же хорошо, люблю … тебя… — он вставил до упора, покраснел от напряжения и смущения, и снова замер. — Ган, можешь двигаться… я в порядке… — и уже тише соблазнительно добавил, — не сдерживайся, доставь мне удовольствие. Младший воспрял духом и членом. Не спеша, с чувством, с вздохами и хлопаньем замутненных от возбуждения глаз, Ган двигался в своем парне. Офф глаза не закрывал, а смотрел, смотрел на такого трогательно-сентиментального парня. И понимал, что это лучшее, что он когда-либо видел. Он видел красоту, невинность и бешеное возбуждение — смешанные в каком-то неописуемом коктейле. Все эмоции Гана полностью поглотили Оффа. А от того, что сейчас вытворял его чудо-парень, у старшего помутнело в голове, разлилась приятная сладость по телу и усилилось сердцебиение. Стесняясь, краснея и томно прикрывая глаза, Ган старался, он очень старался доставить любимому удовольствие. И Офф безусловно наслаждался… Наслаждался, тем, что может подарить любимому такое счастье. — Папи…тебе… н-нравится? Мне…оччень… — шептал Ган, запинаясь. — Да… нравится, да… — отвечал Офф, и его пальцы умело гладили спину парня, сильно надавливая на гладкую кожу. Толчки становились все напористей, дыхание более сбивчивым, а Ган всё краше. — Давай ляжем на бок, — сказал парень, и Офф выполнил просьбу. — Поцелуй меня, — мелкий вытянул губы в ожидании, и Офф удовлетворил желание. Сегодня всё как скажет Ган, всё, что он захочет. Папи весь его и делай с ним, что хочешь. И Ган делал, двигался в парне старательно, но не теряя головы. Ощущая ровно то, чего так хотел — обладание. Поглаживая ягодицы, прижимаясь к худой спине, трогая живот и пару любимых складочек на нем, Ган чувствовал себя невероятно, будто он держит в руках этого парня. Владеет не только душой любимого, но и его телом. И нет тут пошлости ни капельки, а только чистая романтика и возвышенные чувства. Уткнувшись в спину Оффа, младший кончил со сдавленным стоном и неподдельным счастьем. Желание удовлетворено — можно ставить новые цели. Он помог Оффу кончить. Плотнее прижавшись к спине, трогал его член совсем не нежно и целовал шею. Вылезать из постели не хотелось. Даже потребность принять душ, не пересилила накатившие одним махом усталость и вялость во всех конечностях. А у Оффа еще и небольшую, постфактум, боль в пятой точке. Взяв немаленькую такую пачку бумаг, Офф бегло пробежался по сценарию. — Ган, может тебе стать сценаристом? — серьезно просил Офф. — Ага, сценаристом порнофильмов, ха, — прыснул со смеху парень. — Если убрать все предложения со словами «член» и «задница», то очень даже прилично получается. — Ха ха, если их убрать, то текст станет на 90% меньше. Папи, ты меня слишком хвалишь… — засмущался Ган. — Я серьезно. Я сейчас говорю не как любящий парень, а как … человек с коммерческим нюхом. Попробуй ещё что-нибудь написать. — Я подумаю об этом… — неопределенно ответил Ган. А через пару минут спросил, глядя в глаза парня напротив. — Пожалуйста, будь честным. Я был ужасен? — О, Ган, все было удивительно для первого раза. Тебе нужно немного больше опыта. — Это значит, что мы когда-нибудь повторим? Мне нужно больше практики, чтобы улучшить свои навыки, — прищурился Ган. — Когда-нибудь… может быть когда-нибудь мы повторим… — задумчиво ответил Офф.