Зеркала и лица: северный ветер

– Мерлин! Лили, где тебя носит? – рассыпался ледяными кристаллами голос Нарциссы. – Как ты вообще догадалась прийти сюда, сумасшедшая девчонка? О чем ты только думала?! Вычурная прическа, похожая на башню из локонов, совершенно не шла к утонченной красоте Нарциссы, утяжеляла прозрачные черты её лица. Помада на бескровном лице выглядела вульгарно-яркой. – Где тебя носило? – продолжала Нарцисса со злостью. – Я везде тебя искала, но ты как сквозь землю провалилась! В своём амплуа, да? При любых обстоятельствах заставишь думать только о себе, – в этот момент подруга до ужаса напомнила Лили сестру. – Я любовалась закатом на море, – Лили никак не ожидала подобной атаки. – Ты никогда не говорила мне, что Блэквуд располагается на побережье… – Поверь, – перебила слизеринка, – поверь, для тебя совершенно нет никакой разницы в том, где располагается Блэквуд-хилл. Тебе не следовало приходить сюда, а уж тем более, не следовало носиться повсюду в поисках очередного приключения на свою, бесспорно, очаровательную… – Нарцисса сделала знак эльфу приблизиться, и, взяв два бокала, резко сунула один в руки Лили. – Здесь нет Джеймса. Пойми, выручать тебя некому. – Да что я такого сделала-то?! Чего ты на меня набросилась? Нечего сказать – очень любезно! Если моё присутствие здесь кого-то компрометирует, только скажи, и я… – Часом раньше ты, возможно, и смогла бы безболезненно отсюда убраться, но счастливое время закончилось. Официальные гости все отбыли и каминная сеть закрыта, а аппарировать отсюда невозможно. От тебя одна головная боль, Лили! Будто без тебя беды мало? – Нервничая, Нарцисса кусала губы. – Ладно, не волнуйся, я что-нибудь придумаю… Лили была расстроена не столько реакцией Нарциссы, сколько тем, что Северуса отыскать взглядом так и не удавалось. – А Снейпа разве на праздник не пригласили? – как можно безразличнее спросила она Нарциссу. – Как же не пригласили? Пригласили! Мой будущий муженёк и дня без дорогого младшего друга прожить не может. Лили повернулась к Нарциссе, и смерила её взглядом: – Ты тонко намекаешь на роман между моим Северусом и твоим Малфоем? – «Твоим» Северусом и «моим» Малфоем? – в мелодичном хохоте Нарциссы зазвенели злые колокольчики. – Жаль, ни один из наших мальчиков тебя сейчас не слышал! – Достало выслушать эту дрянную сплетню! – Лили в смущении отвела глаза, стараясь спрятать за пригубленным бокалом шампанского вспыхнувшее от смущения лицо. – Вижу слухи и до тебя докатились, – отсмеявшись, пожала плечами Нарцисса. – Вот, значит, что тебя сюда привело, моя верная подруга: желание убедиться в своих подозрениях собственными глазами? Бедняжка! – с притворным сочувствием вздохнула она. – Увы! Мой будущий господин, хозяин и повелитель не видит разницы между мальчиками и девочками, или, точнее, он её игнорирует. Но, несмотря на это, лично я предпочитаю сомневаться в правдивости сплетен, ведь мистер Северус Снейп так увлечён загадками мира и собственными честолюбивыми планами! К тому же он не из тех кто удовлетворяется половиной чего бы то ни было, а владеть Люциусом Малфоем целиком не светит никому, – Нарцисса подалась вперёд и зашептала зловещим театральным шепотом. – Я знаю имя того единственного, кто по-настоящему нужен Люцу… – Белла? – О нет, глупышка! Это… Люциус Малфой! – снова засмеялась Нарцисса, шлепнув подругу по плечу веером. – Всегда Люциус Малфой и только Люциус Малфой. Чистейшая любовь в чистейшем виде. Любить кого-то ещё для этого господина означает изменять самому себе; Малфой никогда до этого не опустится. Смотри, вон он, твой герой, – махнула рукой Нарцисса. Как обычно, в облике Северуса не было ни одного яркого пятна, за исключением строгой тонкой белой полоски над глухим воротником. – Он даже не заметил меня, – с болью выдохнула Лили, наблюдая, как друг со своей многозначительной и одновременно нечитаемой улыбкой слушает собеседника вдвое старше себя. – Матушка зовёт!… Вот Мерлин! – процедила Нарцисса, залпом допивая бокал шампанского и ставя его на ближайший поднос. – Постарайся не натворить ничего непоправимого в моё отсутствие, ладно? – наказала она таким тоном, словно Лили была неразумной маленькой девочкой и только и ждала момента, когда можно будет напроказить. Лили, проводив подругу взглядом, отошла к окну, за которым синий жаркий вечер вот-вот должен был переродиться в прохладную тёмную ночь. Отступив в тень пышной портьеры, перехваченной широкими золотыми кистями, она продолжала следить за Северусом, рассеянно внимающему собеседнику. Вскоре её уединение было нарушено. Взорвалась пробка шампанского, заставляя Лили вздрогнуть и двое хохочущих пьяных молодых людей буквально ввалились в занятую ею оконную нишу. – Люц! Люц! – хохотал огромный, как шкаф, детина, в котором Лили не сразу признала Нота. – Люц! Я сейчас тебе такое расскажу!…Такое! – Ты пьян, Нотт, – смеялся в ответ Малфой. – Нет, ты не поверишь, кого я только что встретил!… Молодые люди замолчали, поймав взгляд Лили. – Какая красавица… – лениво растягивая слова, ухмыльнулся Малфой. – От кого здесь прячешься, малышка? Могу избавить от любого назойливого поклонника в обмен всего на один танец. Ах, простите, мы, кажется, не представлены друг другу? Я – Люциус Малфой, – галантно поклонился он. – Вы наверняка слышали обо мне. – Конечно, слышала, - смерила его презрительным взглядом Лили. – Вы – жених дочери хозяина этого дома. Лили сделала попытку удалиться, но Малфой, привалившись к стене плечом, выставил перед ней свои бесконечные ноги, преграждая путь. – Совершенно верно, – кивнул он платиновой головой. – Но это не помешает нам потанцевать, малышка, верно? – Брось, Люц! – презрительно скривился Нотт. – Эта твоя «красотка-малышка» ни кто иной, как мугродье Эванс. Мародеровская потаскушка. – Малфой, это почти оскорбление, – заявил, выросший словно из-под земли, Регулус Блэк в компании с Эваном Розье. – Ты весь вечер пренебрегаешь своей красавицей-невестой, моей любимой кузиной, лишь за тем, чтобы волочиться за кем-то, вроде этой? – с подчеркнутым презрением брат Сириуса ткнул в Лили пальцем, как если бы она была неодушевленным предметом. Улыбки и ухмылки стекли с лица Малфоя, оно сделалось похожим на неподвижную гипсовую маску. Повисла пауза. – Если я оскорбил тебя, Регулус, ты вправе требовать от меня удовлетворения, – Люциус шагнул вперёд, бесцеремонно нарушая границу личного пространства. Их молодых людей почти соприкасались, дыша обжигающе -страстной ненавистью. – Люц! – попробовал остановить его Нотт, удерживая за плечо, – что ты творишь? Остынь! Малфой лишь посмотрел на компаньона, но с таким выражением, что тот сам отдёрнул руку, будто сунул её в кипяток. – Ну, Рэгг? Что же ты медлишь? – тянуче-слладким, как патока, голосом, тянул Малфой. – Давай, вызови меня. Я буду только рад… принести тебе удовлетворение, – ухмыльнулся наглец. Рука Регулуса инстинктивно потянулась к палочке. – Что здесь происходит, молодые люди? – почти весело вопросил Сигнус Блэк, вырастая между Люциусом и Регулусом, уже готовыми вцепиться друг другу в глотки. – Что я слышу, дорогой мой зять? – повернулся он к Малфою. – Я предлагаю вам любимую дочь, цветок моей жизни, а вы пытаетесь обольстить этого шалапая? – улыбка не сходила с тонких губ отца Нарциссы, словно он подтрунивал над всеми троими – Малфоем, Регулусом и даже над самим собой. – Или вы не в этом смысле использовали слово «удовлетворение»? – Очевидно, – прорычал Малфой, вынужденный отступить. Сигнус Блэк перестал улыбаться. Его глаза, оказывается, могли быть холоднее, чем у его будущего родственника. – В своём доме я не потерплю ни провокаций, ни инсинуаций, сударь. В магическом поединке Регулус вам не противник, и вы это отлично понимаете. Спокойно! – он даже не удосужился повернуться в сторону дернувшегося от такого унижения племянника. – Ты, мой дорогой, пока щенок, перед тобой же настоящий стервятник, отлично знающий своё дело. Малфоя затрясло от злости, его лицо перекосилось от ярости: – Не будь вы отцом моей невесты, я заставил бы вас подавиться каждым словом! –– О! Вижу, ты хочешь и меня… – шагнув вперёд, теперь уже старший маг сократил расстояние, разделяющее его с будущим зятем, – …удовлетворить? – губы старшего Блэка растянулись в жутком плотоядном оскале. – Сдюжишь ли, Люциус? – ядовито прошипел он. – Я ведь тебе не Регулус… Люциус, откинув голову, какое-то время выдерживал едкий, как уксус, взгляд. Потом медленно отодвинулся, оправил мантию и встряхнув белокурой головой, гордо удалился. Розье тихо зааплодировал: – Браво, дядя! – с веселой насмешливостью процедил он. – Вы, как всегда, великолепны. Сигнус не снизошёл до ответа. Он повернулся в сторону Лили и под пронзительно-синими, недобрыми глазами её тоже начала бить дрожь. – Идём. – Куда вы хотите её увести? – взволнованной скороговоркой вопросил Регулус. Сигнус окатил его насмешливым взглядом: – Туда, где молодые люди не станут устраивать из-за её смазливой мордочки драку. Идёмте, мисс Эванс. Нарцисса велела оставаться на месте, но не могла же Лили ослушаться её отца? – Мисс Эванс, вы заставляете себя ждать, – с нажимом проговорил Сигнус. Лили, придерживая длинную юбку пышной мантии, медленно прошла между Эваном и Регулосом. Её встревожило, что оба молодых человека избегали смотреть ей в глаза. Почему так колотиться сердце? Почему хочется кричать «Помогите!». «Это отец Нарциссы! Он не причинит мне вреда», – твердила она себе, следуя за своим проводником. Чего ей бояться? Она же на официальном приёме, мистер Сигнус респектабельный, уважаемый в обществе человек. Перед тем, как покинуть бальный зал, Лили обернулась. Северус танцевал. Его партнёршей была симпатичная брюнетка того же типа, что и знойная Беллатрикс Лейстрейндж. Они легко скользили по паркету, о чем-то беседовали. Лили была уверенна, что если станет смотреть достаточно выразительно, Северус почувствует взгляд и обернётся! Он не обернулся. Он ничего не почувствовал… – Мисс Эванс, прошу вас, – с раздражением обернулся Сигнус Блэк. – Вы нас задерживаете. Огромные французские окна занимали все пространство от пола до потока. Ночной ветерок пытался ворваться в распахнутые ставни, но запутывался в занавесках из органзы, с виду тонких и прозрачных, но на деле плотных, как сети. Двустворчатые двери перед ними распахнулись, чтобы резко захлопнуться, как только они перешагнули черту порога. Голоса и музыку замерли, словно отсечённые как скальпелем. *** Последнее, что Лили помнила, как она идёт за мистером Блэком по широкому длинному коридору, а в открытые окна врывается ветер и раздувает белые занавески. Они вьются, разлетаются, поднимаются и опадают большими прозрачными белыми пузырями… Лили не помнила, как свет померк в её глазах. Она даже толком не поняла, что произошло. Просто очередной сделанный ею шаг вывел за грань сознания. Она словно вошла в темноту.