Может когда нибудь

      Весь день мы ничем не занимались. Просто сидели за столом, и я рассказывал Лаю о своём мире. — Кэл, смотри какой закат.       Я повернул голову и ахнул. Небо было необычно розовато-фиолетовым, а ближе к солнцу красным. Мы, не сговариваясь, вышли и сели на ступеньки, наблюдая за этим чудом. Лай прижимает меня к себе. Через секунду я сижу на нём и смотрю ему в глаза. Как в том сне, только я не прикасаюсь к нему, потому что не могу. Он смело подаётся вперёд и сминает мои губы в грубом поцелуе. Лай обнимает меня слишком крепко, мне даже немного больно. Я немного отодвинулся и хотел сказать, что мне не нравится, но он, видимо, принял это за согласие на более смелые действия. И вот его язык уже у меня во рту, а ладони так сжимают меня, что кажется рёбра вот-вот треснут. Однажды Эдриан тоже обнял меня, вот так, сильно, но его движения были осторожными, и я не чувствовал боли. Может Лаю сказать, что у меня есть супруг? Хотя если он до сих пор жив, значит это устраивает Его? Тогда в чём смысл. Я так устал, просто до слёз. Я слишком скучаю по вампиру, слишком хочу к нему. Воздуха в лёгких катастрофически не хватало, перед глазами плавали разноцветные круги. Отстраняюсь от Лая и утыкаюсь ему в плечо, стараясь отдышаться. — Почему? Это так несправедливо, — еле шепчу я, но он слышит. — Что? Почему несправедливо?       В голову приходят картинки. Сначала они размытые, и я не могу ничего понять. До меня долетает странный свист, стоны и обрывки фраз. Стараюсь сосредоточиться. Лучше бы я этого не делал. Огромный двор, очень много людей. Мужчины, женщины, старики, дети, много королевской стражи. Они стоят вокруг чего-то. Еле пробираюсь сквозь толпу и замираю. Деревянный столб и Лай. Он стоит спиной ко мне, а его руки привязаны к столбу. А его спина. Что они творят?! За что? На нём нет живого места, спина вся в крови, которая течёт из страшных ран. Кожа будто треснутая. Меня мутит, но я делаю шаг вперёд в попытке разобрать слова. — Если расскажешь, тебя пощадят! — буквально кричит король. Его отец! Лай молчит, и он бьёт его. Кнутом, а на его конце крюк чем-то обработан, потому что при соприкосновении с кожей он обжигает. За что? — Если ты расскажешь, где они собираются, тебя отпустят и вылечат!       Я подхожу к Лайонелу, у него всё лицо в крови. Его ещё и били. О нет, король хочет узнать обо мне и нечисти. Но Лай ведь не знает! И не узнает, я бы о таком не рассказал. Вдруг всё закрутилось, и я уже стою на коленях на той поляне. Передо мной стоит плачущий Лай, замах, резкая вспышка боли. И перед тем, как провалиться в темноту, слышу голос. — Брат! Ты убил его, отец будет гордиться тобой.       Теперь всё ясно. Открываю глаза, я всё так же сижу, уткнувшись Лаю в плечо. — Я хочу спать, пойдем в дом, — тихо говорю я и встаю.       Я не могу уснуть. Лаю что-то снится. Что-то плохое. Он мечется по кровати и тихо стонет. А меня душит истерика. Не выдерживаю и вскакиваю с кровати. Иду на кухню, нужно написать ведьмам письмо. Нужно попрощаться. Зажигаю огонь и подбрасываю в воздух. Не думаю, что стоит писать о чём-то лишнем. Черкнув пару строк о завтрашнем, точнее уже о сегодняшнем событии. А то, что произойдет это сегодня, я уверен. Прошу никого не винить и никому не мстить. Призываю птицу, прикрепляю письмо. — К Синтии, — птичка вылетает в приоткрытое окно.       Секунду подумав, пишу ещё одно письмо Эдриану. Не выкладываю всё, но пишу намного больше чем ведьмам. Благодарю его за всё, а в первую очередь за чувства, которые он мне подарил. Взгляд зацепился за его кольцо, точнее за его артефакт. Я несмело погладил его. Стало так тепло. Может вернуть? Нет, хоть раз нужно подумать о том, чего хочу я. Призываю существо, ведь птица так далеко лететь не сможет. Когда оно испаряется, меня прорывает. Я быстро выхожу из дома, слетаю со ступенек и падаю. Громко всхлипываю и вою в голос. Я не хочу умирать! Но и больше не хочу, чтобы из-за меня умирал Лай. Он не виноват. Обнимаю себя руками и скручиваюсь на земле. Впервые мне настолько холодно. Нужно уйти отсюда, нужно успокоиться. Но я не могу встать, буквально задыхаюсь.       Вдруг на меня что-то набрасывают. Что-то тёплое. Я поднимаю голову и вижу испуганного Лая. — Кэл… Что случилось? Почему ты… Кэл?       Не могу выговорить и слова. Меня колотит. Я не могу успокоиться, наоборот, с каждой секундой мне становится всё хуже. Лайонел тоже напуган и не понимает, что делать. Но именно из-за его вида, мне так плохо. Как же я не хочу умирать! — В-воды… — еле выдавливаю из себя.       Лай срывается и бежит в дом. Стараюсь дышать, но не получается. Лесные существа в панике убегают. Срывается ветер, из неба идёт снег. Вокруг меня всё замерзает. Нужно прекращать истерику. Я чувствую, что Лай стоит позади, но подойти боится. Я не хочу, чтобы он меня боялся. Именно эта мысль заставляет меня немного успокоиться. Стараюсь выровнять дыхание, на этот раз получается лучше. Через несколько минут пропадает ветер, и перестаёт идти снег. Вокруг меня пропадает лёд, и всё становится как прежде. Попытка подняться не увенчалась успехом. Ко мне тихо подошёл Лай и помог. — Нам нужно поговорить, — прохрипел я.       Рассвет. Вроде только ночь была. Значит, я выпал из реальности на несколько часов. Лай посадил меня на кровать. — Это длилось не несколько минут, да? — тихо спросил я. — Ты меня не слышал. Я к тебе даже подойти не мог. Кэл, что случилось? — Я не могу рассказать всего. Но сегодня кое-что произойдет, и ты должен поклясться, что сделаешь то, что я скажу! — Да что такое-то?! — он нахмурил брови, а его губы сжались в полоску. — Лай! Поклянись! Поклянись, что в независимости от того, что я попрошу, ты это выполнишь!       Он долго всматривается мне в глаза. — Обещаю. — Хорошо. — Ты расскажешь, что случилось? — Не могу. Это слишком… Ты не поймешь. — А вдруг пойму, — я лишь отрицательно мотаю головой. — ладно.       Лай приближается ко мне. Несмело целует. У меня нет сил ему отказывать. Поэтому вздыхаю и отвечаю на поцелуй. Последний мой поцелуй. Хотелось бы, чтобы он был не с ним. — Я бы провёл с тобой, всю оставшуюся жизнь.       Я бы с радостью провёл свою жизнь с Эдрианом. Но может именно моя смерть поможет ему начать жить заново?       Ближе к обеду мы пошли к реке за водой. Мне, конечно, она не нужна. Просто кажется, если я не сам нас туда приведу, то нас затащат туда силой. Какая знакомая полянка. Здесь я и умру. В голове еле слышный звук колокольчика. Сейчас оттуда выйдет королевский отряд, во главе которого брат Лая. Тот который всей душой ненавидит таких, как я. И если он увидит Лайонела, который добровольно находится в обществе меня, то случится то, что я видел. Создаю из льда меч. Его лезвие острое. Впихиваю его ошалелому Лаю. — Бей! — Ты что?! Совсем с ума сошёл?! — он хотел отбросить оружие, но я не позволяю, буквально примораживая меч к его руке. — Лай! Тебя убьют! Я умоляю тебя, бей! Ты поклялся! — Я не могу… Я лю… — Не смей! Это неправда! — прерываю его я. — У тебя будет жена. Ты забудешь меня. Алика, светленькая такая, вы поженитесь, и у вас будет сын. Она захочет назвать его Кристианом. Не вздумай! Назови его Марленом. Лай, я прошу тебя. Мне не будет больно! Я превращусь в лича и…       Он плачет, подлетаю к нему, беру его лицо в свои руки. — Всё будет хорошо, не стоит… — шепчу я. Отряд уже видно. — Бей! Просто ударь! Замах. Превращаюсь в лича. — Брат! Ты только что убил нечистого! — это было последним, что я услышал.