Плыть по течению?

Дожить до выходных было сложной задачей, но я смогла. Хоть Блэк придумал своё желание, но озвучивать его не стал. Потому что у него, видите ли, недельная отсрочка, так что мне остается только ждать. До вторника осталось немного, я смогу. Хотя бы раз на день блэковская рожа напоминает мне о том, что я грязнокровка и должна знать своё место. На резонный вопрос, чего же он находится рядом, ответа не последовало. Моё чутье говорит, что всё это выльется в проблемы, правда не знаю, кому больше достанется. Ну да ладно, сейчас важный миг, хоть я и решила прожить свой второй шанс чисто пофану, но это не значит, что я хочу быть в конце пищевой цепочки, мне нужно стать крутым магом. Бессмертным, желательно Богом. И как это сделать? Пока никак, нужно снизить запросы и взяться хоть за что-нибудь. Однако есть проблемы, например моя "не-моя" магия, которая иногда хочет жить своей жизнью, попутно убивая меня. Я не могу использовать маназатратные заклинания (хотя таких в моем арсенале вообще нет), и есть подозрение, что вряд ли смогу. Запросы у меня ого-го, а возможности пшик. Наверное, лучшее, что я могу сделать, это приучить своё тело к магии Сима, может со временем приживется, как знать. Брат же не хочет убить меня и ему зачем-то необходимо, чтобы его магия была во мне. Что если это его единственный способ существовать? Тогда я не могу отказаться от него, ведь это убийство. М-да, не вижу ничего подходящего, подумаю об этом позже, а сейчас надо добивать формулу. Это я всё ещё пытаюсь обезопасить свою тетрадочку. Лучше бы её сжечь, но она мне дорога. Я просто не хочу её уничтожать, однажды я найду способ заставить её работать. Идея с иллюзией временной петли мне нравится, но я хочу, чтобы это заклинание не было таким низкоуровневым, оно должно пронимать таких, как Блэк и все мои софакультетчики. Так что я просто добавила к цепочке заклинания руну усиления, вроде нашла нужное место, должно работать, но как-то сильнее защита не стала. Всё работает, но не так как мне нужно. — Рад видеть тебя за учебой, но тебе нужно прогуляться, а то скоро пар из ушей пойдет. — Ты так внимателен ко мне, Марволо, но всё в порядке, мне и здесь хорошо. — Давай помогу тебе, ты сейчас по какому предмету домашку делаешь? — Домашку? Я её ещё даже не начинала. — … — его взгляд был краше любых слов. — Это не домашнее задание, это просто так. — Ты занимаешься какой-то ерундой вместо того, чтобы выполнить задания? — Это не ерунда. — Показывай свою «не ерунду». — Нет, я хочу сама с этим справиться, — ну, а что, если все будут помогать мне с заклинанием, то будут знать все его слабости, и оно станет совершенно бесполезным. — Как знаешь, — кажется, кто-то обиделся. — Я очень ценю твою помощь, Марволо, просто мне нужно решить эту задачку самостоятельно. — Хорошо, удачи, а я пойду. Приходи, как закончишь, ты знаешь, где искать. — Иди, и Блэка с собой прихвати. Том махнул мне рукой на прощание и смылся, видимо, спасать меня от Блэка он не намерен. Ладно, вернемся к моему прекрасному заклинанию, что я снова делаю не так? Может для более сильного эффекта нужно другая исходная формула? Попробую. В Библиотеке довольно много людей, они вроде тихие, но мешают, не могу сосредоточиться, я прям чувствую, как меня прожигают взглядом. Позади меня сидит мелкая Прюэтт и источает ненависть, ладно бы одна была, так нет, компания у неё что надо, Бёрк и Гринграсс, ненависть в кубе. Мешают, идите ненавидеть меня в другое место. Допустим Прюэтт я ещё могу понять, но своих факультетских нет. В своей универской группе я ни с кем не общалась, точнее была одна барышня, но её отчислили, короче ни с кем не общалась, даже на пустых парах никто с собой пожрать не звал. На викторинах никто не помогал, даже списать на модуле не давали, но это мелочи, не смотря на такую боль, я была со всеми вежлива ни с кем и не враждовала, находилась в нейтралитете. Хотя некоторые личности выбешивали до белого каления особенно староста, которая часто забывала отмечать посещаемость в журнале, а потом лепила гору эннок, спасибо ей, иногда бывала на грани отчисления. Так вот к чему я, хоть ни с кем не общалась, никто открыто не враждовал, все старательно улыбались друг другу в морду и игнорили. Я принимала это за закон жизни, просто: «Не нравится — игнорь», но видимо с детишками это не работает. Пусть я не проявляю должного интереса к своим софакультетчикам, но почему бы им просто не забить на это? Ладно, это было лирическое отступление, так что у меня с формулой. Хм-м-м, может попробовать эту? Не, так точно будет лажа, тогда что насчет этой, выглядит убедительно, но нет. АААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААААА — душевный крик разочарования. — Да ну это всё, нужно сделать что-то полегче. — Нет, нужно закончить начатое. Шикарная же идея, нельзя так бросать. — Как это нельзя? Ещё как льзя. — ТИХО! Голоса в голове, тихо. Нужно прекращать пока их двое, когда станет трое, вернуться назад будет сложно. Не хватало мне остатков братца, как здесь голоса нарисовались. О, кажется вот эта подходит! Ну-ка, ну-ка. — Что, Драгон, не можешь решить лёгонькую задачку? Неудивительно, ведь твоя головушка так пуста. Я оторвалась от своего занятия, а ведь только начало получаться… Кто здесь смерти ищет? Надо мной стояла Мюриэль, и с презрением смотрела на меня и мои труды. Ах, я за тобой скучала. Слышишь, птички за окном поют, красиво, да? — Здравствуйте, мисс Прюэтт, как дела? Сегодня замечательная погода, не находите? — особенно тучи и ветерок. — Кто-то научился манерам? Отрадно видеть, — ага, а ты даже не поздоровалась, фу такой быть. — Стоит только взглянуть на меня, как настроение поднимается, все вокруг это твердят. Вам было грустно, и вы решили, подойди поближе, чтобы узреть мой светлый лик? — Да как ты смеешь? — Что, простите? Я бы с радостью поболтала с вами подольше, мисс Прюэтт, но я занята. Мюриэль покраснела, толи от злости, толи от возмущения, и явно собиралась сказать что-то колкое, но к ней подоспели её «подруги»: — Немедленно извинись, Драгон, — в приказном тоне сказала мне Гертруда. — Мне не за что. Счастливо оставаться. Собрав вещи со скоростью света, я вылетела из Библиотеки от греха подальше. Я честно стараюсь не нарываться, но это не я такая, мир такой. Вообще, я была на вершине милосердия, меня назвали дурой, а я промолчала, ничего не ответила. Разве я не прелесть? Хотя я надеюсь, что этим взбесила Прюэтт куда больше. Куда бы пойти? Кого бы найти? — Здравый смысл. — Забей, здравый смысл — это сказки, его придумали для того, чтобы контролировать толпу. — Бу-бу-бу, какие мы злые, это всё от отсутствия здравого смысла, вот ты и бесишься. — Нет, это ты страдаешь от того, что твои манипуляции были разбиты голосом истины. —Истина — это ты? Ха! — Умолкли, оба! Когда-то очень давно, я придумала мегадурацкую песенку «Белый потолок, белый-белый потолок», я тогда ехала в метро и я смотрела на потолок. В тот период моей жизни, я была лишена друзей и общения, а интернет ещё не проник так сильно в мою рутину. Тогда я придумала себе воображаемого друга. Тщательно продумывала наши с ним разговоры у себя в голове. Придумала ему личность и имя, я старалась сделать «друга» более автономным, чтобы не знать, что он мне скажет, не хотелось думать за двоих. Через пару месяцев такое «общение» вошло в привычку, через год я поняла, что пора лечиться, тогда я познала радости медитации, и то, что она не работает. С горем пополам от «друга» я избавилась, но стоило мне в Хоге вспомнить эту песенку, как он вернулся, ещё и с друзьями. Второй день, мы неплохо ладим. Мне просто нужно не думать, а если думать, то только в одной вариации себя. Даже в волшебном мире слышать голоса ненормально. Лучше побыстрее с ними расстаться, нынче только один не мой голос может говорить со мной — братец, но и он сидит под замком в своем темном мирке. Кто хозяин своей головы? Я! Значит в моей голове мои порядки. Всё. Я так сказала, так тому и быть. За усмирением звуковых эффектов своего подсознания, я пропустила, как успела побывать в комнате, зачем-то переоделась и как оказалась рядом с гостиной. Славно, что я вернулась в реальность сейчас, один шаг отделял меня от гостиной. Рядом с коридором к и лестнице, что ведет к спальне, стоит диванчик, любимый диванчик Блэка и его компании. Наверное, в реал меня вернул его противный голосок, а интуиция потребовала слиться со стенкой. Подслушивать не хорошо, но кто ж меня осудит? Ведь никто не узнает. Почему-то чувствую себя сталкером, что поджидает свою жертву из-за угла. — Орион, сколько ты ещё будешь носиться со своей грязнокровкой? — кажется, это голосок Пьюси. — Сколько потребуется, а что? — Если собираешься и дальше с ней таскаться, то лучше воспитывай. Сегодня твоя шавка нагрубила Прюэтт! Представляешь? — Гера, не будь такой злой, и какое тебе дело до моей зверюшки? — Не позволяй своим питомцам тявкать на моих друзей. — Конечно, как скажешь, я обязательно проведу с ней воспитательную беседу. — Кстати, что загадывать собрался? — Жаль, что ничего веселого пожелать я не в силах, но кое-что всё же, придумал. Как вы знаете, моя маменька, была очень раздосадована недавними событиями, что предшествовали всей этой ситуации с желанием. — Ахаха, да, раздосадована — это не то слово. — Так что я решил позлить маменьку ещё немного. — Как? — Узнаете. — Леди Блэк потом устроит тебе взбучку. — Я даже не сомневаюсь в этом, но такое у меня хобби, ничего не поделать. — Не слушай его, Гертруда, он просто пытается что-то доказать Леди Блэк, вот и выкабенивается. — Где ты набрался таких слов, Элиас? — Там же, где и ты. Дальше слушать я не стала. Классно за стенкой постояла, ничего не скажешь. Так вот кто я для вас? Сравниваете меня с псиной, да? Ладненько, веселитесь. Темного Лорда на вас нет, но ничего, организуем, я злопамятная, подожду. Как можно тише, я пошла обратно в комнату, посижу здесь часок другой и пойду, куда-нибудь. Злость застилает глаза, стоит отвлечься, домашку сделаю, вроде по трансфигурации нужно написать эссе, ну что, распишем, как простое заклинание использовать в пыточных целях. Мило, оригинально, когда-нибудь попробую. Ненавидь. Сильнее. Дай волю чувствам. Вернись туда. Вернись. Убей их всех. Я помогу тебе. Иди. — Брат? — сказала я в голос и начала оглядываться по сторонам, но мир не погряз во тьме, значит я в реале. Иди. Не тяни. Они скоро уйдут. Ты не можешь их простить. Убей. Убей их всех. Давай сделаем это вместе. — Прочь из моей головы! Ненавидь. Ненавидь. Ненавидь!!! Ох, черт, такими темпами я действительно пойду и убью их всех, почему так сложно этому сопротивляться? Нужно очистить сознание! Как он вообще пробрался в мои мысли? У меня ведь защита есть! Какого черта? Ладно, нужно успокоиться. Собравшись силами я смогла успокоиться, убила на это больше часа, но оно того стоило. Кулон опасно окрашивался в черный, но пока в допустимых пределах. Только в этот раз всё было иначе, почему-то я вспомнила, как подожгла некоторых мудил в коридоре. Мне это так просто далось, магия, будто пела. Сейчас также, я чувствую, что любое волшебство дастся меня невероятно легко. Мне нужно только захотеть. — Лети, — сказала я, и тяжеленная кровать взлетела в воздух, как чертова пушинка. Надо же, и палочка не нужна. Когда у детей случаются стихийные выбросы, они колдуют без каких-либо вспомогательных средств, только эмоция, воля и форма. Хах, всё также, у меня будто стихийный выброс, только подконтрольный мне. Эта мысль так развеселила меня, что я стала посреди комнаты и истерично рассмеялась. Всё, что было в комнате, поднялось в воздух и хаотично перемещалось по комнате. Эти упырки называют меня грязнокровкой, шавкой, своей игрушкой. Я им не ровня. Только я ровня, пускай и не по праву рождения, ведь сквиб хуже маггла, но я дочь Лорда Кадоган и Леди Кадоган в девичестве Пембрук. Такая же чистокровная, как и вы. — Что здесь происходит? Я потеряла концентрацию, и все вещи моментально свалились на пол, грохот ещё тот. Моя соседка, а это была именно она. Эйлин закричала, когда в неё чуть не прилетел сундук, но пронесло, рядом с ней были все остальные девочки моего курса. Сколько внимания. — Ничего, — старательно делаю невозмутимый вид. Удивительно, что всё попадало, но я по-прежнему держусь в воздухе, прямо в центре комнаты. Да, так и должно быть. Чувствуете? Ваше место там, внизу. — Как ты… — но договорить она не успела. — Никак. Пока. С этими словами я спустилась на пол, захватила свою палочку и ушла. Оставив позади жуткий бардак и ошарашенных девиц. Вот так, выкусите. Эмоции немного поутихли, никаких побочных эффектов не чувствую. Кожа на месте, мир в красках, Сим молчит. Чудесно! Хотя голова немного кружится. Кулон стал кристально чист. А где дымок? Хоть какой-то! Кристалл, ты ж не хочешь сказать, что я осталась без магии? Так я и остановилась, недалеко уйдя от комнаты тупо глядя на кристалл. — «Люмус», — сказала я, но на кончике палочки ничего не загорелось. — «Люмус»! — без изменений. Как же я ненавижу, этот чертов мир!!! — «Люмус»! И проход озарил свет. Кристалл медленно стал наполняться черной дымкой, а я поняла, что влипла.

***

Эйлин Принц совсем не так представляла свою школьную жизнь, тем не менее, ей грех жаловаться. В коем-то веке у неё появились друзья, и она была свободна от родительского контроля. Сначала всё в школе было безрадостно, отношение с сокурсниками не складывались, хотя Эйлин искренне пыталась поладить со всеми. В какой-то степени она была даже рада, что ей в соседки досталась безродная девчушка, уж с ней она точно подружиться. Как же, подружится, тогда Эйлин ещё не знала, что живет с чудовищем. Род Принц известен тем, что далек от светлой магии, и каких только ужасов люди не придумывали о её семье, в чем-то, они даже были правы. Эйлин никогда не думала, что станет бояться своей ровесницы, но кому понравиться жить с убийцей и душегубкой? Мало ли, что такой в голову взбредет, а сумасшедшие они такие. Ада Драгон казалась ей милой девочкой, поначалу, но это заблуждение быстро развеялось, к счастью последняя надолго исчезла из школы, и вот она вернулась. Вообще, Эйлин была благодарна Аде за то, что та появилась в её жизни и в жизни школы, ведь не будь её, как знать, нашла бы Эйлин друзей. Конечно, обсуждать других за их спинами нехорошо, но так ведь все делают, почему ей должно быть стыдно? Тем более так она смогла подружиться с Бёрк, Гринграсс и Нотт. Эйлин знала, что эта дружба основывается не на самых благородных порывах, но её это не волновало. Сейчас Эйлин как раз возвращалась в комнату, а по дороге встретила своих подруг, они пригласили её прогуляться, а потом вместе сделать домашку. Стоит ли говорить, что Эйлин была счастлива? Все вместе они пошли её в комнату, но стоило Эйлин открыть дверь, как она увидела это: её соседка летала посреди комнаты хохоча и бормоча что-то себе под нос, рыжие волосы развевались в разные стороны, будто на ветру, только никакого ветра не было. Всё, что было в комнате, летало вокруг фигуры маленькой девочки, будто отплясывая какой-то танец. — Что здесь происходит? — спросила Эйлин. Ада резко замолчала и перевела на неё безумный взгляд серых глаз, все вещи с грохотом начали падать на пол, один сундук чуть не снес, ей, Эйлин, голову! Если бы Лейла Нотт, не дернула её на себя, она бы уже отправилась на встречу к праотцам. Возвышаясь над разгромом и всеми, кто был в комнате, Драгон всё ещё была в воздухе. — Ничего, — ответила ей соседка с совершенно непроницаемым лицом, будто не она устроила в комнате погром, будто не она была безумна пару мгновений назад. — Как ты… — Никак. Пока. Ада, плавно спустилась к нам, взяла что-то с перевернутой вверх дном кровати и ушла, оставив нас созерцать бардак и осмысливать происходящее. — Как она смогла? — Может слухи не врали, и она поклоняется какому-то темному Божеству? — Жуть, как ты с ней живешь, Эйлин? Сочувствую. — А-ага. — Нужно убраться, что-ли. — Позовём эльфов? В коридоре что-то упало, и девочки прекратили свой разговор, чтобы посмотреть, что случилось. К их удивлению, в коридоре они нашли бессознательную Аду. — Эйлин, позови старосту! — Не надо никого звать, и убери от меня свои руки. Бессознательное тело, снова обрело хозяина. — Я тебе помочь хотела, неблагодарная! — Мне не нужна твоя помощь. Ада поднялась с пола и собиралась уйти, но Гертруда остановила её. — Эйлин, всё равно зови старосту, Драгон должна понести ответственность за учинённый погром, — говорила Бёрк держа Аду за локоть и смотря той в глаза. — Я. Сказала. Убери. От. Меня. Свои. Грабли. Немедленно! Не успела Гертруда возмутиться, как её руки обожгло, и она была вынуждена отпустить свою пленницу. Ада, только усмехнулась, увидев, как Бёрк скривилась от боли. — Больше никогда не смей прикасаться ко мне. — Эйлин, ты почему ещё здесь позови уже кого-нибудь! — Я сама, я позову брата, — сказала Гринграсс взбешенной подруге. — Делайте что хотите, а мне пора. Больше не обращая ни на что внимания, рыжеволосая девочка ушла. — Она сумасшедшая. — Гера! — крикнула Бенедикта подбегая к подруге, смотря на её обожжённые руки. — Что здесь случилось? — спросил староста. — Это всё Драгон!

***

Ада, стремительно ушла прочь с гостиной и выйдя, несколько минут смотрела на свои руки, будто не веря, что они принадлежат ей. Потом, будто очнувшись она пошла дальше, иногда оглядываясь по сторонам и улыбаясь каким-то своим мыслям. В легком платье, совершенно не по погоде она вышла на улицу и целенаправленно шла в одном лишь ей известном направлении. Другие ученики, что в это время были на улице иногда кидали на неё обеспокоенные взгляды. Всё же, в такую погоду и в такой одежде, но никто не спешил подойти к ней, ведь все они маги. Мало ли, может девочка попросила какого-то старшекурсника наложить на неё согревающие чары. Девочка шла вперед не обращая внимания на направленные к ней взгляды. — Ада! Кого-то зовут? Чудно, но это не её дело. — Ада! Сколько можно кричать. —Ада, постой! Ты что, оглохла? Паренек лет одинадцати положил ей руку на плечо, от чего девочка резко развернулась к нему и откинула его руку. — Не трогай меня, — сказала она смотря на человека напротив. — Ада? Ты головой ударилась? Это я, Марволо, твой друг, единственный и неповторимый. Заканчивай придуриваться, где тебя носило? — А, ну да, друг. Знаешь, давай погуляем в следующий раз, мне надо идти, пока. Марволо не стал так просто отпускать её и схватил за руку, её рука была ледяная. — Ты замёрзла! Идиотка, чего так легко оделась? Мы возвращаемся в замок, отведу тебя в Больничное крыло, сопротивление бесполезно. — Мне некогда. Пока. Ада вырвала свою руку и собиралась убежать, но ей снова не дали уйти. — Где твой кулон, Ада? — Кулон? Ах, кулон, забыла в комнате, но всё хорошо, а теперь отпусти меня и дай уйти, иначе обещаю, у тебя будут неприятности. — Ты возвращаешься со мной. — Боюсь тебя расстроить, но нет. Я старалась быть вежливой, видимо напрасно, последнее предупреждение, опусти. — Если эта такая игра, то прекращай. — Кто же здесь играет? А теперь усни, — Ада подняла свободную руку, и положила её Реддлу на глаза, тот не успел ничего понять, как оказался на земле под сонным заклятьем. Девочка склонилась над другом, немного подумав она сняла с него мантию, и укутавшись в неё пошла дальше. Драгон уже далеко отошла от школы ещё немного, и она пересечет антиаппартационный барьер, но на самой границе её ждала неприятность. Декан и её старосты шли за ней, явно намереваясь остановить. Ада только раздраженно цокнула языком и побежала, всё что ей нужно, это оказаться за барьером. Тут в неё полетели заклинания, названия которых она не слышала, выхватив палочку, Ада поставила щит, сумев отбить заклинания. Но трое на одного, бой совершенно неравный вскоре её палочка оказалась в руках декана. — Мисс Драгон, прошу вас, будьте благоразумны, прекратите сопротивляться и идемте с нами в замок. Я обещаю, что вам ничего не угрожает, ваш проступок не настолько серьезен, чтобы убегать со школы. — Твоя палочка у нас, так что просто подойти, мне совершенно не хочется обездвиживать тебя, а потом левитировать обратно в школу, — заверил её староста Гринграсс. — Да хоть сломай её, палочка мне не нужна! Стена! — крикнула она и дотронулась до земли, и между ней и остальными образовалась высокая стена, не давая оппонентам опомниться девочка побежала прочь. Жаль только, она не знала, что там был ещё один человек, профессор Дамблдор внезапной атакой обездвижил её, буквально за шаг от границы барьера. — Вы устали, мисс Драгон, вам нужно отдохнуть — сказал Альбус перед тем, как усыпить девочку.