Причина апокалипсиса

      Будни тянулись друг за другом сплошной чередой, но я был счастлив наблюдать за тобой. Ты так стараешься найти всему ответ, что углубляешься все дальше в эту воронку загадок и тайн. Когда я смотрю на твою улыбку, в моей голове взрываются фейерверки, а губы неосознанно растягиваются в ухмылке. Я всегда буду рядом с тобой, моя сосенка. Ты открываешь ноутбук, в поиске автора дневников. Ох, знал бы ты, что ответ у тебя прямо перед носом. Ты безуспешно перебираешь множество возможных паролей для разблокировки данных, и я начинаю негодовать вместе с тобой. Мне так хочется быть ближе. Разочарованно вздыхаю, вспоминая о своих проблемах и цели. Но может я смогу хотя бы подразнить тебя, заодно уничтожив ноутбук, что тебе так докучает? Было бы неплохо отдалить тебя от вереницы хаоса, к которой ты приближаешься из-за дневника. Мне бы не хотелось, чтобы ты попал в неприятности из-за моих планов.       Смотрю, как ты сидишь на крыше хижины, в отчаянных попытках подобрать пароль. Ты так огорчен неудачами, что начинаешь яростно бить по клавиатуре ноутбука. Боже мой, моя сосенка явно слишком решительно нацелена найти ответ. Новый звук, обозначающий неверный код приводят тебя в бешенство. До ушей доносится твой голос, полный негодования: — Я слышать уже не могу этот звук! — обращаешься ты в пустоту, раскинув руки. На мгновение мне показалось, что речь обращена ко мне, и я вздрагиваю, покрываясь приятными мурашками, — Я! Тебя! Ненавижу! — ты продолжаешь бить по клавиатуре, упорно смотря в приевшуюся картинку монитора, но через секунду ты успокаиваешься, — Должен быть какой-то способ подобрать пароль. Нужен специалист по шифрованию, — ты зеваешь, и я отчетливо вижу твое недомогание и глазную боль от долгой работы. Я чертовски недоволен этим фактом. Почему ты так терзаешь себя, ради какой-то безделушки с кодом? Пожалуй, пора вмешаться. Ты достаточно измотан, чтобы незаметно уснуть. И я проникаю в твое сознание, чтобы обратиться к тебе. По луне проползает черная полоса, создавая зрачок. Вокруг созданного глаза голубыми кирпичиками выстраивается пирамида. Забирая цвета мира, созданная оболочка источает молнии, после которых я принимаю привычный вид желтого треугольника. — Я знаю такого специалиста! — поднимаю руку вверх, и внимательно слежу за твоим шокированным лицом. Оно сильно забавляет меня, и я изо всех сил пытаюсь скрыть умиленную улыбку, — Так, так, так, — в руках я кручу золотую трость, впоследствии упирая руки в бока, — Ты невероятно настойчив, парень. Снимаю шляпу! — дабы комплимент не вышел слишком очевидным, я переворачиваю этот мир параллельно подъему цилиндра.       Ты кричал, неужели ты подумал, что я позволю тебе пораниться? Возвращаю шляпу на место, немного напрягаюсь, когда ты падаешь. Ты упрямый, сразу встаешь, моя милая сосенка. — Опять пришел? — указывая на меня, ты сердито намекаешь, то недоволен моим появлением. — Соскучился? Признайся, соскучился! — дразню тебя, умилённо жмуря глаза. Внутри распускаются цветы и щекочут мою оболочку, приятно кружится голова, а легкое жжение в метке приносит упоение. — Еще чего! Ты помогал Гидеону! Ты чуть не свел с ума нашего дядю Стэна! — нападаешь доводами ты, из-за чего я чувствую легкую вину. Нужно объясниться: — Просто у меня такая работа, — переворачиваюсь вверх ногами и залетаю тебе за спину, хочу разглядеть тебя лучше, чем просто облететь вокруг, как с другими, — Не обижайся, но я следил за тобой с тех пор, — вспоминаю нашу последнуюю встречу. Меня заполняет былое раздражение, обретая красный оттенок ярости, увеличиваюсь в размерах и обвожу тебя огромным зрачком. Но мгновенно успокаиваюсь, понимая, что напугал тебя, пытаюсь смягчить инцидент, — И должен сказать, я впечатлен. — Правда? — по телу проноситься каскад дрожи, ты такой доверчивый, мой дорогой Диппер. Но я прослежу за тем, чтобы никто не посмел обмануть тебя. — Ты заслужил приз, — задумчиво стучу пальцем по стенке своего образа, — Вот! Держи вечноорущую голову! — пытаюсь позабавиться странным юмором, создавая отрубленную голову мужчины, которая, не переставая, кричит, но ты отступаешь назад и вскрикиваешь. Мгновенно понимаю, что шутка не удалась и убираю ее с твоих глаз. Эти годы одиночества определенно свели меня с ума, прости, сосенка. — Суть в том, что ты мне нравишься, — ты стоишь слишком далеко, вытягиваю руку за твою спину и подталкиваю тебя к себе, ты мило делаешь шаг вперед, шугаясь руки, я растроганно смотрю на тебя, но быстро скрываю эмоции, — Не против, если я дам тебе совет? Но я попрошу маленькую услугу взамен. — Никаких услуг я тебе оказывать не буду! Не забывай, кто кого победил в тот раз! — снова указываешь на меня и сердито говоришь. Это твоя забавная привычка? Как прелестно. Появляюсь у тебя за спиной, опять пугая тебя. — Да ты «победил» меня, — создаю кавычки руками, давая понять, что мое мнение отличается, — Но если передумаешь, я всегда буду рядом, — смеюсь игре слов, я в любом случае всегда буду рядом с тобой. Это цель, ради которой я так стараюсь, — И готов заключить сделку, — создаю на иллюзорном теле игровой автомат, в котором вряд встают три елки. Я знаю, ты чаще всего не оцениваешь мой юмор, но никогда не могу остановиться, — Хочешь, покажу тебя через три секунды? — кричу и размахиваю руками в наигранном испуге. Конечно же, через мгновение ты просыпаешься и повторяешь изображаемое мною действие, но уже не наигранно. Громко смеюсь, хоть ты и не слышишь. Ты выглядишь в явном замешательстве и подозрительно осматриваешь окружение. Просто подожду немного, скоро ты устанешь подбирать этот глупый пароль.

***

      Очередной звук, сообщающий о неверности пароля сопутствовался сообщением о лимите, последней попытке и форматированием диска через пять минут. Тебя охватила паника, я не смел задерживаться, сразу же появляясь перед тобой. — Так, так, так, положение отчаянное, — гордо и спокойно шествую по комнате, чувствуя доминирование над ситуацией. — Я же сказал тебе, чтобы ты отстал! — твое резко негативное отношение ко мне дико режет сердце, словно острый нож проходится по нежной плоти. — Я могу помочь, мальчик. Только выслушай мое условие, — звуки таймера на фоне нервируют Диппера, и я не сомневаюсь в своей победе. — Ну, ладно, Билл, что еще тебе нужно? Съесть мою душу? Вырвать все зубы? Или может, ты собираешься вставить мне вместо глаз арбузы? — тебя проносит множеством странных мыслей, выдающих твое мнение обо мне. Легкая обида обвивает мое естество длинной лозой и сжимает до упора. — Остынь, парнишка! — пытаюсь придумать, как сформулировать свое желание получить твое тело. Двусмысленная мысль отражается смешком в моей голове. Вспоминаю, как твоя сестра мастерила кукол из носков, и хватаюсь за эту идею, — Мне всего лишь нужна кукла! — Какая кукла? Что ты опять задумал? — смотришь на меня с подозрением. Еще бы, настолько странная просьба не может не вызвать сомнения. — Все обожают кукол! А у вас в семье их сейчас в избытке, — подсвечиваю множество поделок падающей звездочки. Неужели ты купишься на это, сосенка? — Ай, даже не знаю. Мэйбл столько времени на них убила, — у тебя довольно странная цепочка мыслей, Диппер. Ты думаешь о других, в то время, когда должен сохранить здравый рассудок. От этого мое сердце ноет легкой тревогой и восхищением. — По-моему одна носочная кукла — небольшая цена за все секреты вселенной, — мое тело отображает космос, придавая веса моим словам. Но эта сделка слишком нелепа, чтобы быть правдой, нужно отвести внимание. Кажется, ты поссорился с падающей звездочкой? Заодно укорю тебя за твои рисованные действия, — И потом как твоя сестра себя ведет. Сколько раз ты жертвовал собой ради нее? А она хоть раз сделала тоже самое для тебя? — на моем теле проскальзывают картины воспоминаний Диппера.       Таймер упрямо сообщает о том, что время заканчивается. — Тик-так, мальчик, — протягиваю руку, предлагая ему сделку. Соулмейт колеблется, но уступает, принимая условия. — Ну, и какая же кукла тебе понадобилась? — уже смиренно спрашиваешь ты, держа мою руку. Твоя рука невероятно теплая, как же давно я не касался тебя. — Хм, посмотрим, — игриво осматриваю окружение, проговаривая считалочку, создавая иллюзию выбора, — Ты!       Тяну Диппера на себя, вынимая душу из телесного сосуда. Ты паникуешь, пытаясь коснуться себя, но твоя рука проходит сквозь живот. Вхожу в тело и открываю веки, взирая на мир твоими глазами. — Прости, малыш, но теперь ты моя кукла, — я хватаю ноутбук, который так долго мучал тебя. Ничто не смеет портить твое самочувствие. Наконец, я смог разрушить эту вещь, из-за которой ты так долго злился. Я разбиваю его об пол и наступаю на него ногой, ломая стенки. Стоит заметить, что я не выполнил свою часть договора. Это потому что мы соулмейты, и я мог использовать тело сосенки с его согласия. И протянув меня за руку, он согласился.       Под твое бормотание я пытаюсь идти, мое тело спустя столько веков отвыкло от физического тела и гравитации, поэтому мои ноги путаются, но я чувствую себя лучше, чем мог себе представить. Эти незабываемые ощущения, что я существую. Решаю прокомментировать свой восторг для тебя: — Как же давно я не находился в живом человеческом теле, — хлопаю себя по щеке, проверяя плотность тела. Болевые ощущения проносятся по мне восторгом. Боль напоминает жжение метки и по инерции заставляет чувствовать себя по-настоящему живым. Бью себя еще раз, — Боль это так весело! О, тут глаза и шикарные зубы, — я осматриваю твое лицо внимательнее, находясь в твоем теле. Всегда считал тебя красивым, как бы ты не реинкарнировал. — Но я не понимаю, зачем тебе это нужно? Мы же договорились! — твой голос, пронизанный растерянностью и тревогой, заставляет мое сердце изливаться кровью. — Все просто! — отвожу взгляд, чтобы моя ложь не была слишком очевидна, — Ты слишком близко подошел к разгадке очень важных вещей. А у меня большие планы, и мне не нужно, чтобы ты мешал, — иначе ты пострадаешь, а я не хочу подобного для тебя, чуть вздрагиваю где-то в глубине себя, — Поэтому я уничтожил ноут, осталось только уничтожить дневник, — и когда мы наконец разрешили все вопросы, я могу немного повеселиться с тобой, — Кувырком вниз по лестнице!       Издавая громкий звук, несопротивляющееся тело бьется о ступени, принося полюбившуюся мною боль. Мой соулмейт в форме призрака направляется за мной в панике и непонимании что делать. Пока он летит, я уже обнаруживаю газировку, начинаю заливать ее себе в горло и в глаза. Жжение греет мое сердце, а твое присутствие превозносит меня к ностальгии. Всячески причиняя себе боль, я сразу же залечиваю любые травмы. Не смей думать, что я способен ранить тебя. Я люблю тебя сильнее, чем что-либо на этом свете. — Ну, и где ты хранишь свой дневничок? Он должен быть где-то здесь, — пожалуй, пора вернуться к своей цели. Пока я выдвигаю ящик, на ум приходит новая навязчивая идея. Я прищемляю кисть ящиком несколько раз, — Слушай, а у тебя крепкие руки. — Я его спрятал там, где ты его не найдешь даже за миллион лет! — ты снова указываешь меня и сердишься. Это начинает сильно забавлять меня, поэтому я не скрываю ухмылки и заинтересованного взгляда. На пороге кухни появляется Мэйбл, которая сообщает, что без спроса берет дневник Диппера для сценки. Это было проще, чем я мог себе представить. — Да, конечно, бери сестренка. Увидимся на спектакле! — улыбаюсь, иду провожать звездочку, уезжающую на машине, напичканной декорациями. Ты отчаянно бежишь за сестрой в попытках остановить ее, но никто не замечает тебя. Видя твое лицо полное беспомощности и страха, я подхожу ближе, останавливаясь рядом. — Ты в лабиринтах разума, парень. Без своего вместилища ты фактически призрак, — я будто бы делаю вывод за него, объясняя очевидное, но ты по-прежнему не желаешь принять это. К нам подходят друзья соулмейта, как и ожидалось, они не замечают Диппера, предлагая подбросить меня на спектакль. — Хо-хо, если настаиваешь, рыжая, — кажется, сильные изменения в лексиконе не смущают этих двоих. Люди такие глупые существа. За мной летит Диппер, вновь желающий высказаться: — Я тебя остановлю, Билл! Я доберусь до дневника раньше, чем ты! — и в голосе вновь сердитость, а рука указывает на меня. Серьезно, сосенка? — Как ты меня остановишь, если ты не существуешь? — медленно поворачиваю голову и нарочно громко смеюсь в лицо. Кажется, я слишком перестарался с этой сценкой.       Находясь уже в театре я продолжал удивляться. Как другие не замечают кардинальные изменения характера моего соулмейта. Если бы это заметил я, я бы глотку перегрыз, покромсал сознание на мелкие кусочки… Я должен успокоиться. Приходит Мэйбл, довольная тем, что все сборе. — Кстати, хотел спросить, а куда ты дела мой дневник? — я не забываю о своей главной цели. — Использовала как реквизит в сцене свадьбы. Надо еще найти священника, — удача сама прыгает мне в руки. — Да? Я могу сыграть священника. В смысле кто-то же должен держать дневник, — я побежал за сцену. Мне все еще неудобно передвигаться как человек, поэтому я ставлю руки под прямым углом. Выглядит странно, но мне тяжело постоянно контролировать это.       Мне дали одежду, которая нужна для сценки, дабы не вызывать подозрения я сменил стиль. Когда я появился, спектакль уже шел. За кулисами стояла широкоплечая девушка, которую я и решил спросить о дневнике: — Приветствую тебя, подруга! Ну, и где тут эта книга для сцены со свадьбой? — я уверен и в этот раз, люди как обычно не заметят моей излишней заинтересованности в дневнике. — Она в свадебном торте, — девушка показывает наверх, где находится закрепленный тросами картонный торт, — Но свадьба планируется в третьем акте, так что придержи коней!       Я отхожу чуть назад, ехидно расплываясь в усмешке и презрительно смотрю на девушку: — Что ж, я придержу своих коней, — незаметно отступаю назад, — Чудовище! — бросаю в спину, уходя прочь. Успеваю заметить, как мой соулмейт не сидит на месте и бежит за помощью к сестре, узнав, что может использовать куклы-носки как физическое тело. Та бежит к торту, буквально показывая мне дорогу. Решаю подождать, пока та сама его достанет, но девочка падает, а крепления рвутся. Решаю помочь сестре своего возлюбленного, хватая веревку, последняя, к слову, не стала заострять внимание на остановке падения, листая дневник. — Так, Мэйбл, искать. Должен быть способ вернуть Дипперу тело, — до меня донеслись бормотания девочки. — Да, но зачем тебе это нужно? — она поднимает голову, наконец, замечая, кто предотвратил ее встречу с полом сцены. — Билл-Диппер, — кажется, она заметила разницу в глазах, — Биппер! — могу сказать точно, что это одно из самых странных прозвищ из тех, что мне давали. Нужно ее утихомирить: — Тише, ты же не хочешь испортить пьесу? — девушка замерла. А теперь вернемся к моей цели, чуть приспуская веревку, угрожая, — Ой, выскользнула! Предлагаю отдавать дневник добровольно! — Еще чего! Это дневник Диппера! И я его тебе не отдам! — звездочка упрямится, значит. Ну, мы посмотрим, кто кого. — Но ты же взяла его без разрешения для спектакля. И совсем не помогала брату. Так будь последовательна — отдай мне книгу или спектаклю конец, — Мейбл, задумавшись, протягивает книгу с унылым видом. Она так легко отдает вещь, что принадлежит ее брату? Человеку, который столько для нее делает? Сейчас не время, но я хочу, чтобы она вспомнила, что она упускает, — Так-то лучше, подумай, кто бы пожертвовал всем ради какой-то тупой сестры или брата, — берусь за книгу, язвительно произнося ядовитую речь. Мэйбл, наконец, осознает, насколько брат дорог ей, тянет на себя дневник, и мы вместе падаем на сцену. — Выметайся из тела брата, ты — злой мерзкий треугольник! — она ударяет меня книгой по голове, сразу же убегая после дерзкого поступка. — Ты меня не победишь, — вначале она почти отдает ценную для моего соулмейта вещь ради очередного влечения, а теперь смеет припятствовать моим планам?! — Я чистейших сгусток энергии! У меня нет слабостей! Я поддаюсь вперед, в попытке вырвать у девушки дневник, но та крепко сжимает пальцы. — Верно, но ты в теле Диппера, а все его слабости я хорошо знаю! — это вызывает у меня позыв ревности. Маленькая наглая девчонка! — Какие слабости? — этот вопрос был излишен, ведь через секунду звездочка стала упорно щекотать меня. Все тело дрожит и движется само, а смех вырывается из горла. — Что за судороги? Что со мной такое? — непонимание происходящего сильно раздражает меня. Мэйбл что-то говорит, но меня не сильно заботят ее фразы. Пока я пытаюсь догнать девчонку, тело начинает странно себя вести. — Что? Что за ощущения? У меня все тело горит! Меня не слушаются эти идиотские ноги! Пусть будет проклята эта никчемная плоть! Тело отключается! Комариные укусы чешутся!       Тело падает от бессонницы и недомогания, выбивая меня обратно в свой мир. Диппер же возвращается в свое сознание и просыпается. Черт, я должен оставить последнее слово за собой! Замечаю рядом куклу изображающую моего соулмейта. — Не думайте, что я от вас отстал! Главное еще впереди! Вам меня не победить! — по окончанию моей речи Мэйбл взрывает салюты, на которых лежит кукла, уничтожая все декорации.       Все закончилось. С дневником ты все еще можешь подойти слишком быстро к опасной зоне. Я действительно не хочу, чтобы ты мешал моим планам. Это будет так нелепо, любимый. Ты будешь противостоять мне быть с тобой. Сердце сжимается, будто прутья узкой камеры, в которую я так надолго заковал свое сердце, скоро разрушаться. Я так хочу быть с тобой. Я не хочу всего, что происходит вокруг. Я желаю просто быть рядом.