Причина апокалипсиса

      Все тело мучительно болит, а жжение метки настойчиво заставляет проснуться. Пытаюсь открыть глаза, что приносит мне мучения. Кто-то рядом охнул, от чего мое сердце словно провалилось в черную дыру. Я слаб! Я не смогу защититься! Чувствую теплую руку на плече, понимая как сильно я замерз. Еле двигаюсь от парализующего холода. Глубоко дышу в страхе перед неизвестностью. Чужие руки обхватывают мое тело, поднимая с земли. Меня обняли? Чувствую, как меня пытаются тащить, но видимо я слишком тяжелый для этого человека. — Подожди здесь, я позову на помощь, — такой родной голос! Он явно сломался от возраста. Боже, как же соскучился по тебе! Ты уходишь? Нет, не покидай меня! Прошу! Сознание словно трескается от моральной и физической боли, и я отключаюсь.

***

      Первое, что я ощутил при пробуждении, это поглаживание руки. Дергаюсь, и ты подрываешься с места. Приподнимаешь меня, чтобы я мог сесть. Я явно на кровати, и мое тело стало безумно теплым. Разлепляю склеившиеся веки, и возношу беспомощный взгляд на тебя.Ты предстаешь предо мной мужчиной лет двадцати. Твои карие глаза создают в моем животе ураган волнения. Твои растрепанные волосы веселят меня. Твой стиль одежды не сильно изменился с тех пор. Синяя ветровка и красная майка выглядят так знакомо. Поднимаю глаза на твой лоб и завороженно смотрю на созвездие. Оно так прекрасно на тебе. — Как ты себя чувствуешь? — касаешься моего лба, проверяя температуру, — Я удивлен, что Мэйбл тебя не разбудила. Она так кричала, узнав, что я нашел в лесу своего с… — осекаешься, явно неуверенный в том, заметил ли я связь, но по моей усмешке ты все понимаешь, — своего соулмейта. Так как тебя зовут? С любопытством осматриваешь меня. Стоит ли мне скрываться? Я… не хочу. — Меня зовут Билл Сайфер, — весело наблюдаю за твоим шоком. На твоем лице прошлось столько эмоций, что я не смогу дать им название. Будто бы ты отрицаешь это или думаешь не совпадение ли это, — Рад встрече, Мэйсон Пайнс, — упоминаю твое настоящее имя. Обычно же люди пользуются прозвищем, Диппер? Мне это доставляет легкую радость, ведь они называют тебя буквально по метке. — Хочешь сказать, что чокнутый треугольник выжил, стал человеком и теперь является моим соулмейтом? — говоришь обреченно. Попав в безвыходное положение, ты просто смиряешься с ситуацией? О, нет, ты просто выжидаешь подвоха! Протягиваю руку, копошась в твоих волосах. Я давно мечтал так сделать, они невообразимо мягкие. — Билл? — спрашиваешь недоуменно, а я, не скрывая нежности во взгляде, продолжаю касаться твоих волос. — Я принесу тебе одежду, — смотришь мягко, словно на ребенка. Наверное, я так и выгляжу, я в полном восторге. Мои планы осуществились, и ты рядом со мной. Я, к сожалению, не смог придумать как даровать тебе вечную жизнь. Ты же будешь горевать по близким: родным и друзьям. Поэтому я оставил себе немного сил и стал человеком. Теперь я буду вспоминать все свои приключения лишь тогда, когда встречу тебя и буду умирать с тобой. А сила поможет мне осуществить все твои желания.       Ты возвращаешься со стопкой одежды, на вершине которой восседает цилиндр. Как мило с твоей стороны, сосенка. Отдаешь мне костюм, и я начинаю одеваться. — Как ты выжил? — осматриваешь меня, — И где скрывался все это время. — Твой дядя ударил меня, вытолкнув из своего разума. Это дало мне сил изменить этот мир. А время моего отсутствия — это создание тела, — спокойно объясняю тебе. Не хочу тебя сердить, оставлю свои шуточки на потом. — Изменить мир? — хватаешься за фразу. — Да, я захватил этот мир! Он теперь мой! — смеюсь, а ты впадаешь в искреннее недоумение, после чего по твоей спине идут холодные волны. Кажется, мои силы возвращаются, я вновь могу прочесть разум. — Что ты имеешь в виду? — ах, моя сосенка, это будет долгая история.

***

      Ты принял всю историю с недоверием и подозрением. Только то, что я твой соулмейт, не дает тебе вышвырнуть меня из дома. Кстати, бабочку ты мне тоже нашел, чтобы я закрыл метку. Все же я тебе нравлюсь, моя сосенка. Нахожу зеркало в комнате, чтобы осмотреть себя. Высокий мужчина с подтянутой фигурой, желтыми волнистыми волосами, забранными в хвост, и безумной улыбкой. Глаза с желтой радужкой, а зрачок отдаленно напоминает кошачий. — Почему ты не рассказал это тогда? — тебе становиться интересна моя история. — Кто бы поверил тому, кто несет хаос и разрушения в этот мир? — улыбаюсь, говоря очевидные вещи, — Для вас я — обманщик. — Билл, я верю тебе, — поворачиваюсь, внимательно оглядывая твое огорченное лицо, — Но ты должен понять, что никто не примет тебя. Для них ты чудовище, Билл, — смотришь с такой болью в глазах, что я неосознанно тянусь к тебе. Ты удивлен от того, что я обнимаю тебя. Я хочу защитить тебя, закрыть от всех проблем. Я все исправлю, моя сосенка. Тебе спокойно в моих руках, потому что я твой соулмейт. Я могу сказать, что я счастлив. — Ладно, — ты отстраняешь от меня, я успеваю заметить румянец твоих щек. Такой забавный и милый, я ухмыляюсь своим мыслям, — Прошло куча времени, я проголодался. Ты вообще можешь чувствовать голод? — скептически осматриваешь мое тело. — Не знаю, — глупо развожу руками и улыбаюсь. Ты смягчаешься, но твоя гордость не позволяет этого показать. — Хорошо, пойдем спустимся. Но перед этим нужно придумать тебе историю, — останавливаешься в задумчивости. — Просто скажи им, что у меня амнезия. Меня нашли в лесу, кто знает, как я туда попал, — предлагаю тебе версию обмана. — Логично, -удовлетворенно киваешь, после чего вздыхаешь, — Не могу поверить, что я обманываю близких с Биллом Сайфером! Тем, с кем мы вели борьбу все время здесь, — поворачиваешься к выходу, — И никаких кувырков по лестнице! Оставь свои мазохистичные пристрастия при себе!       Громко хохочу воспоминаниям о том, как был в твоем теле. Начинаю идти за тобой, но ногами я все еще ходить не привык и заваливаюсь набок. — За что мне это? — ты с отчаянным вздохом поднимаешь вверх голову, — Давай, я помогу. Скажем, что у тебя боли в ноге и ты не способен ходить самостоятельно. — Спасибо, сосенка, — упираюсь на твое плечо. — Не называй меня так! — ты злишься, но я уверен, что не настолько сильно, чтобы я забыл это прозвище.Ты провожаешь меня до кухни. Да, у вас мало чего изменилось. Так привычно. Какое странное чувство. — Хэхэй! А вот и соулмейт моего братишки! Как тебя зовут? — Мэйбл все так же полна энергии, но в движениях промелькивает незнание, как стоит себя вести. Пока что просто привыкаешь ко мне, звездочка? — Он ничего не помнит, наверное, амнезия. Где дяди, Мэйбл? — задаешь вопрос, доставая яйца и бекон из холодильника. Неплохо для начала. Как приятно. Первая еда, что я попробую в новом теле приготовлена тобой. Даже такая простая, я так тронут. Даже несмотря на то, что ты так долго считал меня злодеем, ты просто прости меня. Хотя, я тороплюсь с выводами. — Спорят где-то в лаборатории, — эти братья никогда не оставят разногласия. Люди такие странные. — Все как обычно значит, — звуки шипящего масла заставляют меня осознать, что я голоден, — Прогуляемся потом по лесу? — я будто ощущаю, что ты принял меня. Так греет душу. Словно внутри меня облако, щекочущее мое естество. — Было бы восхитительно. Звездочка, присоединишься к нам? — твой взгляд замирает, проходясь по желтым глазам, цилиндре и бабочке. — Почему ты так назвал меня? — пронзаешь меня словом и взглядом. Диппер напрягается: это видно по его плечам. — Потому что ты так сияешь! Такая яркая одежда и искренняя улыбка, — приветливо смеюсь, стараюсь быть милым. Трудно сказать думаю ли я так на самом деле: я не особо увлечен людьми, кроме Диппера. Мэйбл, кажется, не состыковала злого треугольника и улыбающегося соулмейта брата. Девушка успокаивается, но не перестает сводить с меня ошарашенного взгляда. Пока мы переглядываемся ты ставишь передо мной яичницу с беконом, попутно давая мне подзатыльник. Такая дерзость к высшему существу! Ладно, я же не могу на тебя злиться. Пока мы завтракаем к нам присоединяются дяди ребят. Они с интересом осматривают меня, а Форд не скрывает замешательства. Боже, я так много времени провел с этим паршивцем, что он уже узнает меня? — Привет, дети, что на обед? — Стэнли и вовсе все равно на мое присутствие. Ничего, наше единственное взаимодействие было не из приятных в прошлой жизни. Обед? По мыслям Диппера, тот забрал меня ранним утром, когда искал какой-то цветок. Мой рассказ длился несколько часов? Форд медленно подходит ко мне. — Здравствуйте. Вы соулмейт моего племянника? Я его дядя Стэнфорд, — протягиваешь кисть для рукопожатия. В голове проноситься шутка со сделкой, но решаю не портить отношения. — Мне очень приятно Вами познакомиться, Форд, — пожимаю руку с сияющей улыбкой на лице. Кажется, ученый расслабляется, садясь за стол. — Он не помнит свое имя, может называть его солнышко? У него желтые волосы и глаза! — Мэйбл весело смеется, начиная кружиться вокруг меня. — Мэйбл! — твой голос выдает осуждение, пытаешься утихомирить сестру. — Братишка, ревнуешь? — Мэйбл продолжает подшучивать над тобой, когда ты начинаешь закипать. Ты подрываешь в гневе, но я кладу ладонь тебе на руку, успокаивая разум силами, что постепенно наполняют меня. Садишься, будто бы и вовсе забыл о произошедшем. Все списали это на связь соулмейтов, отлично.

***

      Тебе нужно было собраться перед прогулкой. Решил заняться расследованием, мой любитель тайн? Ситуация сложная, даже не знаю как вести себя. С одной стороны нужно показать себя как можно лучше и не выдать себя, с другой стороны все думают, что я уничтожен и я не желаю притворяться, как делал это раньше. Но все не важно, пока ты со мной. — Пойдем, Билл, — подходишь ко мне, пока я нахожусь в прострации, — О чем задумался? — Как мне лучше вести себя, — я не буду скрывать что-либо от тебя. Мне слишком дорого твое доверие. — Просто веди себя как сегодня за обедом, — ты так спокоен. Ты уже привык ко мне, сосенка?       Выходим из дома, пока Мэйбл не заметила наш побег. Ты так не любишь исследовать с сестрой? Пожалуй, это ей самой не интересно, она просто хочет побыть с братом. Но и у нее есть увлечения, которые ты не можешь с ней разделить. Я думаю это вполне нормально, все же вы разные люди, здорово, что вы ладите, а не спорите по каждому поводу как ваши дяди. Хотя, и у вас бывают ссоры, и у них бывают перемирия. Сама жизнь неоднозначна! А люди самое сложное в ней звено. Вы полны стольких противоречивых чувств. Ты останавливаешься на поляне. Ищешь что-то? — Сосенка? — зову тебя. Ты громко вздыхаешь, кажется, ты недоволен, — Диппер? — ты с видом снисхождения обращаешь на меня внимание, — От ненависти до любви? — смеюсь, а ты кидаешь в меня лупу, которую я легко ловлю. Как же просто тебя задеть! Это сильно забавляет меня, и ты заражаешься моим смехом, — Прости-прости, сосенка. Что ищешь, любимый?       Ты, непривыкший к таким обращениям, смущаешься. Бубнишь что-то под нос, что мне приходится прочесть в мыслях название растения. Да и в разуме у тебя словно ураган, ничего не разобрать. Это так мило! По телу проходит горячая волна, а на губах вырастает ухмылка. Ну, думаю, стоит помочь тебе. Щелчок пальцев и в моих руках оказывается цветок с золотым стеблем и темно-фиолетовым бутоном. — И зачем он тебе? — протягиваю тебе, наблюдая за шокированным лицом. — Он поможет изучить особенности оборотней, — переводишь взгляд с цветка на меня, вглядываясь в мои глаза. Так непривычно, по спине пробегают мурашки, — У тебя такие же огромные силы, что и тогда? Может ты просто дуришь всех для того, чтобы мы разрушили барьер, и все что ты говорил обман? — Ты любишь теории заговоров, сосенка? Почему тогда я не заделался соулмейтом, к примеру, Форда? — заговорчески улыбаюсь, на что получаю полный гнева и злобы взгляд. — Чтобы ты знал, у Форда уже есть соулмейт! — резко поворачиваешь голову, скрещивая руки перед собой. Ревность? — И кто же? — ты молчишь, поэтому я читаю твое сознание. Ты так просто пропускаешь меня, это так приятно, — Стэнли? Серьезно? Эти двое столько провели рядом и не знали об этом? — Билл! В нашем мире метка появляется только тогда, когда один из пары понимает свои чувства! — недовольно осаждаешь меня. — Но ты родился с меткой, — выуживаю из твоего разума интересные мысли. — Да, это посчитали аномалией, потому что ребенок не мог найти соулмейта с рождения, — задумчиво наклоняешь голову, — Но если ты существовал так долго, все время любя меня, это обретает смысл.       Ухмыляюсь, изучаю твое мечтательное лицо. Ты осознаешь, что слишком открыто показываешь эмоции и отворачиваешься. — Пойдем, мы нашли цветок, можно возвращаться, — тянешь меня в сторону хижины, — И Билл? — вопросительно наклоняю голову, — Я рад, что мы поговорили.       Если в моей душе не счастье, то я не знаю, что это. Беру тебя за руку, поднося кисть к губам. Недовольно вздыхаешь, но подлый румянец выдает тебя с головой, даже без проникновения в разум. Ощущаю чужое присутствие. Стэнфорд Пайнс. Даже не вмешался, но наблюдал? Чертова пластина, не могу прочитать, что ты успел услышать. Не нужно рисковать, расскажу Дипперу, когда придем в дом. Могут быть проблемы, но я не позволю никому отнять тебя у меня. Ты смысл моей жизни!