Том2. Борьба за выживание!

      Тем временем непонятно где…       Муза очнулась в непонятном месте, привязанная к кровати. Голова ужасно болела. Просто раскалывалась на части! Девушка приподняла голову, но ничего не смогла рассмотреть. Лишь темноту, сплошь и рядом окружающую ее.       Девушка попыталась вспомнить события прошедшего времени. Воспоминания, нехотя, возвращались к ней. Это было довольно странно, ведь обычно фея не забывала ничего.       И вот, что она вспомнила…       Несколькими часами ранее…       Музу и Брендона завели в кабинет директрисы силком, где собрались мисс Фарагонда, директор Саладин и Гризельда. Следом за «околдованными» вошли оставшиеся члены Винкс и специалисты. Стелла, к слову, лила горькие крокодиловы слезы от осознания того, что ее возлюбленный «влип не по-детски». А Ривен злобно посматривал на директрису.       Что-то нехорошее намечалось. Определенно. Это Муза чувствовала в необычайной вибрации воздуха, которую улавливала только она.       Что они задумали?       В кабинете все это время царило гробовое молчание. Фарагонда смотрела в окно, наблюдая за, гуляющими по территории школы, молодыми студентками. Саладин стоял в сторонке, поглядывая изредка на Брендона и обескураженно качая головой. Гризельда строго посматривала на Винкс, а в частности на Музу.       Наконец, директриса соизволила развернуться и начала говорить, нарушая воцарившуюся тишину:       — Начнем, пожалуй, с Брендона…       — Фарагонда, — внезапно перебил ее Саладин, — прежде, чем вы будете судить моего ученика по всей строгости, я бы хотел кое-что у него выяснить!       — Да, — согласилась директриса, — пожалуйста.       Саладин подошел совсем близко к Брендону и посмотрел на него.       — Брендон, — обратился директор к нему, — зачем?       — Затем, что это было правильно! — ответил парень. — Блум нужна была помощь!       — Разве это правильный поступок? — удивился Саладин. — Ты не задумывался о том, что эта история — выдумка чистой воды?       — Это не выдумка! — вмешалась Муза.       — Муза, — обратилась к ней Текна, — Сторми тебя обманула! Как же ты этого не понимаешь?       — Текна, — зашептала ей на ушко Лейла, — они нам сейчас не верят потому, что заколдованы. Бесполезно им что-либо объяснять.       Естественно, насколько бы тихо не говорила Лейла, Муза услышала ее слова. Она повернула голову и злобно посмотрела на принцессу Андроса. Той, волей-неволей, пришлось заткнуться. Затем она обратила уже более мягкий взгляд на Ривена, тем самым пытаясь дать понять своему возлюбленному, что она не заколдована.       — Муза, — обратилась к юной фее Фарагонда, заставив обратить на себя взор, — вы заколдованы. Не знаю, что вам там наплела эта ведьма…       — Она помогла мне, наконец-то, разобраться в том, кто мне друг, а кто — враг! И, уверяю вас, мисс Фарагонда, вы мне отнюдь не друг!       Сказанное Музой повергло всех, кто присутствовал в кабинете, в дичайший шок. В смысле «отнюдь не друг»? Что это вообще значит?       — Что вы имеете ввиду? — спросила Фарагонда, пытаясь изобразить удивление.       И это удивление было самой фальшивой и омерзительной игрой мимики лица за все то время, что сердце Музы билось.       — Вы хотите знать, что это значит? — с точно такой же фальшью спросила Муза, глядя прямо директрисе в глаза. — Боюсь, мой ответ вас разочарует. Но, думаю, все, находящиеся в этой комнате, должны поставить перед собой такие вопросы. Первый: почему наша «распрекрасная» директриса не рассказала нам о перстне света, ссылаясь на то, что Блум невозможно спасти? Второй: откуда у вас, мисс Фарагонда, вообще оказался артефакт Валтора? Третий: почему вы так противитесь тому, чтобы помочь Блум? Четве…       — Достаточно! — вскричала Фарагонда. — Муза, увы, но вы, похоже, спятили. Видимо, у меня не остается иного выхода… Вы незамедлительно отправляетесь в светлый камень!       — Что за «скелеты» вы прячете в своем шкафу, директриса? — кричала Муза, вырываясь. — Неужели Сторми была права, говоря о том, что вы тщательно скрываете свое «грязное бельишко»?       Фарагонда старалась не слушать бредни феи музыки, поэтому сразу же переключилась на Брендона:       — А вы, молодой человек, немедленно собираете свои вещи и покидаете мою школу!       — И Красный Фонтан в том числе! — поддакивал Саладин.       — Но, дядя… — Гелия попытался возразить директору.       — Никаких «но»! — воскликнул Саладин. — Это мое окончательное решение! А еще, я думаю, Брендону также будет полезно пройти реабилитацию в Светлом Камне! Увести их!       — Немедленно! — поддержала его Фарагонда.       Похоже, директора школ Магикса хорошо спелись. Не на шутку хорошо…       — Пустите меня! — кричала Муза, стараясь вырваться из цепкой хватки стражей, которые потащили ее к выходу из кабинета. — Это не меня и Брендона надо упрятать в Светлый камень! А их!       — Муза! — воскликнул Ривен. — Я вытащу тебя, обещаю!       — Ривен!       — Муза!       — Брендон! — Стелла забилась в истерике. — Мой Брендон…       Настоящее…       «Светлый Камень…» — подумала фея. — «Я нахожусь в Светлом Камне… В местной психушке…»       Муза не знала, сколько тут уже лежит. И сколько времени прошло. Теперь, когда она все вспомнила, фея понимала, что где-то здесь, рядом, находится Брендон, которому, возможно, точно также плохо. Или, что еще хуже, нужна помощь.       Но, в одном она была уверена на все сто процентов: Ривен придет за ней, как только придумает способ, как спасти ее.       Откуда-то, непонятно откуда, послышались шаги и шорохи. Внезапно открылась дверь, и кто-то включил свет. Он был настолько ярким, что казался Музе непривычным.       — Ну и как себя чувствует наша пациентка? — обратился к ней лекарь.       — Развяжите меня, — простонала фея музыки. — У меня все тело болит.       — Оно и должно болеть, — злобно заулыбался лекарь. — И будет намного хуже, когда мы с тобой закончим…       — Что это значит? — недоумевала фея.       — А это значит, — отозвался тот, — что, когда я с тобой закончу, ты не то, что прийти в себя не сможешь… Скажем так, ты станешь чистым листом. Овощем. Без эмоциональной куклой. Увы, но ты уже никогда не покинешь пределы нашей психиатрической лечебницы! А теперь не дергайся, я вколю тебе очередную дозу препарата…       — Что? — закричала Муза и начала дергаться, то и дело извиваясь. — Нет! Нет! Нет!       — Не дергайся ты! — закричал лекарь в ответ. — Тебя все равно никто не услышит! Санитары, сюда, скорее!       Санитары влетели в палату тут же, словно по волшебству. Они «придавили» Музу к кровати так, чтобы она вообще не могла пошевелиться, тем самым упрощая задачу лекарю. Он вколол ей какой-то препарат, из-за которого ее тут же потянуло в сон. Последней ее мыслью была:       «Пожалуйста, Ривен, быстрее…»       Потом все померкло перед глазами и девушка провалилась в сон…       Надолго ли?