—Поттер, задержитесь!

      — Мистер Поттер! Может быть, Вы соизволите записывать? Или вы передумали становиться аврором? — МакГонагалл скрестила руки на груди, подняла бровь и строго смотрела на Гарри. Тот развеял все мысли и быстро затараторил:       — Извините, профессор. Я уже пишу... — в его голове крутились воспоминания сна. Они грели душу, но в то же время вонзались прямо в сердце, как острые кинжалы. Потому что Гарри не хотел думать о Снейпе.       «Вот я дурак! Я думал, что нужен ему... Я люблю... Нет! Любил его, как полнейший идиот, надеясь на взаимность. А ему просто... просто... Не хватало компании! Сейчас он директор, конечно! Ещё и учитель... И ему уж точно не до меня. Я всегда знал, что стыдно встречаться с Золотым Мальчиком, но почему-то думал, что со Снейпом все будет иначе. Нет, ошибся. Он стыдится меня и все!» — от этих мыслей в горле появился ком боли, а глаза наполнились слезами. Но парень сдержал эмоции и, окунув перо в чернила, начал записывать за профессором.       Сейчас он постарался создать некий щит, который бы смог противостоять мыслям, причиняющим боль, и запихнуть свои чувства как можно глубже в себя. Ему захотелось помириться с Гермионой, начать жить так, как раньше. Спокойно и без любви. Мальчику-который-выжил не суждено встретить настоящую любовь, просто из-за глупого шрама на лбу и имени. Но Северус...       Он признавал его таким, каковым Гарри и являлся. Он не искал в нем Героя,Надежду Магического Мира Или кого-то ещё. Он просто обнимал, гладил по голове, целовал. Так просто и искренне. Так просто...       — Поттер! Вы снова отвлекаетесь! Вас что-то беспокоит? Мы можем обсудить это, если Вас оно тревожит, после урока. Но сейчас я вынуждена попросить Вас быть более сконцентрированным и записывать Все! Ведь это будет на экзамене! А вы не хотите его провалить? — МакГонагалл была в ярости. Несколько слизеринцев усмехнулись, а Гарри опустил глаза и вновь извинился:       — Простите, профессор... Со мной все нормально, просто не выспался.       «И правда не выспался. Сначала к Снейпу ходил, потом сны видел, от которых выспаться не получится..» — внутренний голос будто злорадствовал, но Гарри велел ему заткнуться.

***

— Гермиона, надо поговорить! — Гарри потянул девушку за рукав и затащил за угол, пока все направлялись в подземелья.       — Ой, Гарри, о чем... — Гермиона немного смутилась. Она-то думала, что ей самой придётся развязывать Поттеру язык.       — О том, что я... Мне... В общем, прости, что сорвался. Это из-за Рона, ты понимаешь... Я вовсе не хотел задеть тебя, но мне нужно было время. Ещё раз прости! — Гарри виновато посмотрел на подругу.       — Мерлин, Гарри, я думала, что-то случилось! Неужели ты думаешь, что я настолько невнимательна? — она улыбнулась. — Гарри, Гарри... Я все понимаю и не обижаюсь. Давай сядем на зельях вместе? — слово «зелья» заставило Поттера невольно вздрогнуть, но виду он не подавал и спокойно ответил:       — Я уж думал тебе предлагать... — они рассмеялись и направились на урок.       Снейп сегодня был в самом обычном состоянии. Не злой, не взбешённый, а обычный угрюмый Северус, который монотонно сказал задание и уселся за свой стол, принявшись что-то писать. Даже странно, как для него.       Гарри стал улыбаться. Гермиона хоть немного заставила отпустить грустные мысли, и Гарри сейчас был настроен на хорошее зелье. Но взгляд его постоянно падал на руки... Скользил выше, будто Гарри трогал его рукой, и доходил до мрачного лица... Касание, пусть взглядом, но...       «ГАРРИ! Хватит!» — вопит внутренний голос, и это сдерживает парня хоть немного. Но теперь к нему вернулись все прежние непонятные мысли, словно паразиты, которых хочется выпихнуть из себя и заполнить все внутри теплом, нежностью и добротой.       «А это может сделать...» — начинает внутренний голос...       «ЗАМОЛЧИ И НЕ ПРОИЗНОСИ ЕГО ИМЕНИ!» — отвечает Гарри сам себе, попутно начиная ерзать на месте от нервного возбуждения. Даже Волдеморт с Круциатусом не был так страшен, как имя Снейпа сейчас.       Но эмоции завладевают парнем, и его взгляд вновь невольно изучает сюртук Мастера Зелий. И сейчас он понимает, что противиться этому не сможет. Не сможет отводить усталый взгляд, не сможет прятать в глубь своей души свои переживания, возникающие из-за Снейпа. Он захватил сознание Поттера. Однако Поттер не смог захватить его сознание. И это терзает с каждым мгновением все больше. И новые волны грусти все обрушаются и обрушаются, жар обдаёт тело, а в горле снова встаёт ком. И все эти бури чувств, которые бушевали внутри Гарри, прерывает Гермиона толчком локтя.       — Гарри, — шепчет девушка, — ты слишком отвлёкся! Снейп сейчас дырку в тебе взглядом проделает и баллы снимет! Давай-ка за работу! Помоги мне нарезать корень мандрагоры, пожалуйста! — она обеспокоено оглядывает Гарри и ещё раз легонько пихает друга локтем. Но тот не среагировал:       «Снейп смотрел на меня?!» — это все, что занимает сейчас парня.       И все предрассудки ушли на второй план.       Лишь бы он поднял глаза и их взгляды встретились. Лишь бы он встал и окликнул его.       «Пусть снимет баллы, оскорбит, унизит... Я пойму. Теперь я понимаю намного больше, чем на предыдущих курсах. Теперь я знаю тяжкую судьбу этого человека, тесно связанную со мной и моей семьей. И сейчас я хочу лишь одного... Его внимания. Его взгляда. Его голоса, который говорит для меня...» — сейчас Гарри лишь хотел вновь почувствовать себя живым. Прошлая ночь забрала у него все силы. А сейчас все мысли только угнетали обстановку. Но Поттеру все же пришлось взяться за зелье, когда Гермиона заговорила чуть ли не в полный голос и ещё сильнее толкнула его в бок.       Гарри ничего не ответил на ее действия, лишь грустно посмотрел девушке в глаза, и она с легкостью прочла в них боль и разочарование, а затем он начал нарезать все, что с опаской подавала ему Грейнджер, и причём идеально мелко, местами тонко, в общем так, как учил его когда-то учебник Принца-Полукровки.

***

      По окончании урока Снейп молча обошёл столы и взглядом оценил работы, а затем что-то записал в свой журнал и даже не поднял головы, пока ученики опустошали класс.       Гарри, сам не ведая почему, собирался медленнее, чем обычно. Он хоть и отрицал это в своей голове, все равно ждал фразы: «Поттер, задержитесь!», чтобы побыть рядом с дорогим человеком, упасть на колени перед ним и извиняться без перерыва. Вроде он не виновен ни в чем, но Гарри чувствовал тяжесть, как некий груз, который тащит за собой со вчерашней ночи. И этот груз содержал в себе боль. Абсолютно чистую, жуткую, адскую, страшную боль. Но не физическую, а моральную. И Гарри думал, что сбросить эту боль можно только извинениями.       Когда в классе остались только он и Гермиона, которая уже была возле выхода, бархатистый голос окликнул Гарри:       — Поттер... Вы отвлекались от приготовления зелья... Отработка. Сегодня. В 19:00. Без опозданий. До встречи! — холодно сказал Северус, но Гарри был готов упасть в ноги своему профессору за такие слова. Они сейчас были необходимы парню как глоток воздуха. Как лекарство от страшной болезни. Сравнений можно привести много, а смысл оставался один... Снейп — его главная мечта, любовь, боль и страсть. И он придёт сегодня. Обязательно.

***

      Кое-как сделав уроки, Гарри ерзал на стуле от нетерпения. В животе все будто перемешалось и превратилось в маленького человечка, отплясывающего чечетку.       Вот часы показывают 18:45, и он вылетает из гостиной, пока на него устремилось минимум пять удивленных взглядов.       Сейчас Гарри забыл про всех и все и мечтал лишь о встрече с Северусом. Ему хотелось просто обнять, попросить прощения или же сидеть и молча смотреть друг другу в глаза. Этого было бы достаточно, чтобы забыть, кем он является. Чтобы отпустить все проблемы и наслаждаться прекрасными минутами в обществе этого любимого человека...