Крылья

В их мире издавна ходили легенды о людях, рожденных с крыльями... Говорят, такие люди рождаются раз в столетие... Когда у пары Холмсов родился второй ребенок, врачи сразу заметили на его спине тонкую вязь татуировки. Как только это стало известно родителям малыша, они щедро оплатили молчание врача, забрали ребенка домой и зарылись в книги, пытаясь отыскать как можно больше информации об этом феномене. Они сразу решили, что о том, что их сын особенный, никто не должен знать, ведь люди не любят тех, кто от них отличается и нерадостные истории прошлого о крылатых людях только больше убеждали их в правильности своего выбора. Из книг и разрозненных фактов родителям удалось узнать, что татуировка становится материальной, когда человек испытывает сильные эмоции - как положительные, так и отрицательные. Так же в книгах было сказано, что взрослый человек может материализовать крылья по желанию и даже использовать их для полета. Цвет крыльев менялся в зависимости от возраста и состояния души того, кто их носит. Сейчас, маленькие пуховые перышки были белыми, но с возрастом они станут голубыми, как небо, а если Шерлок влюбится, то цвет станет темнее - переходя из небесной лазури в вечернюю синь. С того момента, как супруги прочитали об этом факте, они боялись этого часа, ведь влюбиться крылатый человек может лишь раз в жизни, и будучи отвергнут, больше никогда не сможет найти себе кого-то другого. Прошло много лет, Шерлок жил в поместье, к нему приходили учителя, но вот, настал момент, когда он должен был отправиться в колледж. Все эти годы, родители и старший брат учили его, как прятать свои крылья и эмоции, почему людям нельзя знать ни о татуировке, разросшейся уже во всю спину, ни о том, что она могла стать настоящими, уже довольно большими крыльями. Шерлок рос очень умным, скорее даже гениальным ребенком, и поняв все доводы, а главное запомнив основной постулат - все люди идиоты, он никогда и никому не показывал ни свои чувства, ни свои крылья. Лишь изредка, оставшись один в доме, он запирался в своей комнате и доставал скрипку. Когда по комнате начинали расплываться эмоции, облеченные в прекрасную мелодию, он позволял себе расслабиться и выпускал наружу свои крылья.