Право на жизнь

Вечер... Что такое вечер? Это.. это время, когда зашло солнце и начинается ночь, верно? Всё казалось бы.. течёт своей обычной рутиной, которой нет конца и нет начала, но стало ли ясно, раз начинается мой рассказ с вечера, то он явно будет необычен, верно? История будет повествовать о рождении... нет. О начале жизни нового существа и невидимой связи с ним. В обычный вечер субботы, когда так лениво что либо делать, хочется валяться. И то верно, свойственно это для всех, и даже к главной героине сея рассказа – Шеди. Валяться на кровати... ну такое, надоело уже, круп отлёжан, спина отлёжана. Надо бы развеяться и поискать приключений на свой круп, думала та. — Приду ночью-утром, любимый, — сказала та своему мужу, накидывав на себя шарфик, и как медленно испарилась, очутившись на черепичной крыше башни в своём замке. Холодный ветерок дул на мордашку и развивал гриву на ветру, пока она была расплетёной, а реснички колошились и старались прикрыть глазки... Но дабы не мучаться, хоть было и приятно, кобылка распахнула крылья и стала думать куда направиться. Не долго думав, было принято решение навестить «Файрстоун». Иными словами драконью гору, которая была покрыта магмой. Но было это довольно искустно, ведь она текла как по венам, во рвах, которые все были направлены из горы в абсолютно случайных местах. Такой себе вулкан без жерла и без "открытой крыши". Вспархнув, она направилась вперёд, за одним оглядывав свои владения. Тогда было ей... да недавно это было, двадцать один год, зима. Долго ли коротко ли, словно говорилось в сказке, была уже на месте, даже урлыкая себе под нос от того, что было тепло, даже жарко, зимой. Магма делала своё дело и вновь стекала вниз, а потом вверх и на поверхность, и так по замкнутому кругу. Но речь не про это, а про то, что это идеальные условия для обитель драконов и не только. Хотя, их стихии разные, для каждого дракона своя обитель, но эта гора была самой высочайшей точкой, почему и стала главным убежищем всех стихий, всё находилось рядом и в гармонии, что не могло не радовать. Но драконы зверьё дикое, и поэтому бывали побои, но было это не часто, да и не суть важно, речь немножко об другом. Кобылка стала быстро идти рысью по окрестостям, в поиске того, не зная чего, опасаясь близкого подхода к ручейкам с магмой, температура была и так адовая. А учитывая не сто процентную бессмертность принцессы сея галактики, магма – это смэрть без возможности выжить. Оглядываясь по сторонам, наблюдала самых разных гибридов драконов, которые только и делали, что выводились с годами. Кто-то с двумя рогами, кто-то с одним как у носорога. Кто-то с шерстью, кто-то в хитиновой оболочке. Разные были, и почти каждый был чем-то индивидуален. Но к сожалению Шеди не хотелось долго тут ходить, ибо среда и существа были бы явно не на её стороне. Не долго тут шастая, всё же постигла мысль покинуть эту местность, как она и сделала, направившись в водную среду. Среду, где были как и водные драконы, так и просто обыкновенное зверьё в виде рыбы и лягушек. Это были как и сожители, так и жертвы пищевой цепочки, доминантами которых были драконы. "Огромное" озеро, которое растягивается на километры, вокруг которого как пляжи, так и леса. А в лесах, в свою очередь, существовали особи и земляной стихии и, соответсвенно, окраски. Отличные хищники на земле, сравнивающиеся навыками охоты и битвы лишь с профессиональным вампиром в области охоты. Ну и, завершав это, можно было найти и просто белых драконов, которые бывали абсолютно в любой местности. Их отличие ото всех лишь одно – в них нету отличий. В них нету неких сил одной из стихий, они просто "белые вороны" в царстве. Остался последний вид... вы думаете я зачем так тяну? А всё шло именно к этому моменту. Моменту, когда всё начинается. Запретные виды, или же зачарованные, которых огонь с огнём не сыщешь. Поэтому в простолюдье говорят: если ты увидел такого, то беги со всех копыт, иначе зачарует. Если ты выжил при встрече взглядами, то ты избранный и это к пожизненной удаче. Правда это, или нет, я не могу сказать. Решать уже тем, кто это услышал от родителей, детей и их детей. Прогулка уже затягивалась, ночь наступала, а кобылка только была на границе леса и пляжа. У зарослей, где было всё так.. странно... Везде поваленные деревья, море.. крови, клочков белой шерсти... всё это начинало наводить ужас, но с другой стороны было крайне любопытно этому светло-серому крупу. Зайдя дальше, уже были отчётливо слышны стоны... стоны, которых она ещё не слышала. Такие.. милые, но грозные, наполненные болью. Не побоявшись, она скорее ринулась вперёд на источник звуков. И вдруг, она вышла на круговую, ровную поляну, явно сделанную не природой, а чем-то иным. И, скорее всего, магией... А почти по середние, лежал.. дракон? Нет, не он. А скорее всего виверна, на это указывали лапки на крыльях. — Боже, боже мой... — у той был распорот живот и вся, абсолютно вся искалечена и разодрана в клочья... это было ужасное и, для кого-то невозможное зрелище. Но кобылка аккуратно подошла к ней, к мордочке, на что раненая виверна на последних издохах зарычала но, на миг сверкнули глазки, и рычания утихли, а из глаз выступили слёзы. Одним крылом стала показывать в сторону, где было... одно, всего одно яйцо, среди двух других разбитых. — Боже... но.. к-кто это сделал? — спросила Шеди пушистое, сероватое существо, на что та ещё перед вопросом указала просто в сторону. Аликорн приложила копыто к её хитиновой переносице и провела к глазкам, аккуратно и робко прикрыв веки той. — Спи спокойно малышка, спи спокойно... Я возьму твоё чадо на опекунство. К сожалению я не могу облегчить твои страдания, но разв- — её прервало резкое рычание, которое доносилось из кустов, из которых в сею же секунду выпрыгнула стая диких волков, но они.. они были не столь обычными. Легче сказать, что это прямоходяие оборотни. И судя по тому, что они так же все были в крови как и от зубов погибшей, так и в ходе, видимо, битвы. — Вот вы те твари, что сотворили это... мало её, так ещё и посмели уничтожить яица и оставить одно вместе с ней в качестве приманки? ХА! Ну нападайте, сволочи, — стала отходить назад чуть пригнувшись, подходив к яйцу и рычав в сторону убийц, которые с тем же темпом настигали её. Но когда та соприкоснулась крупом с яйцом, зажгя рог, телепортировала из замка свою боевую косу, которая оказалась в завладении телекинеза. После чего те в свою очередь с безумной ухмылкой напали. Два по бокам, два по середине. Даже без вожака, если такой есть, они справлялись со стратегией на ура. Прыгнули сразу двое по середине, но как только их головы приблизились к кобылке, с моментальным взмахом копыт головы отлетели по бокам, а тела бездушно упали за плечами. Не успела она развернуть голову, как приподняла правое ухо и резко ударила ручкой в бок оборотню, заставив упасть. Он встал и уверенно накинулся вновь, но кобылка уже прекратила игры и просто схватив в телекинез шею зверя, просто свернула. Но в этот же, этот же миг на неё накинулась сзади последняя тварь, которая была умнее остальных тем, что обошёл, пока аликорн была занята третьим. Он яросто вцепился в шею и стал раздирать пух, кожу и плоть, от чего та яросто завопила боли, но набравшись силы, со всей дури ударила задним копытом под дых. А задние были довольно натренированы на деревьях, поэтому это было невыносимо даже для большой твари. Она успешно была конфужена на несколько секунд; за это время Шеди неподалёку телепортировалась и поставила косу перед собой в боевой, защитной позе. Оскалив зубы, оборотень стал ходить вокруг да около, не осмеливаясь подходить за верной смертью. Заместо этого он прорычал и посмотрел на яйцо, после чего оглянулся на неё и снова на яйцо, к которому неожиданно рванулся. Но было это недолго. Замахнувшись, вампирша подобно бумерангу кинула косу поперёк, рассчитав так, чтобы был задет лишь он, и ничто более. Ну и дерево, но оно не играло никакой важной роли. Голова того полетела вперёд а бездыханное тело упало, прокатившись пару тройку метров вперёд, остановившись вровень со своей целью. — Dreckige Schlampe! Herodes! Zu Ameisen fick dich! Тьфу! Как ты посмел?! — нервно дышав и со слезами на глазах, она двинулась вперёд и упала на колени перед тем, что она защищала. Прислонив копытце к шее, она смогла лишь прекратить кровотечение и кое как заростив ранку, но всё же не до конца. — Шрамы останутся... оух, ладно. А ты больше, чем казался... — шмыгнула и нежно прислонила копытце к яйцу... Всё вокруг затихло. Вокруг витал лишь пух тополей и запах смерти... Запах, который одновременно заставлял как и зареветь от потери одного, так и голод от других... Но пока оголодавшая вампирша плакала, на яйце, в месте где она держала копыто, появилось пятно. Пятно, в виде полумесяца. Такого же, как и на её крупу, тобишь метка. Но пока она этого не заметила. Пока пощекам стекают слёзы, а звёзды плясали на небе, голод стал настигать всё сильнее, и вскоре не выдержав своих чувств голода, подползла к отрубленной части, где была нашинкована на половину трахея. Но ей нужна была не она, а всего лишь кровь свежого трупа. Присосавшись к месту, откуда вытекала кровь на землю, её силы стали восстанавливаться, как и сам голод. Это была необычная кровь, от этого Шеди лишь крепчала. Закончив трапезу на своей окровавленной мосе, встала и подошла к яйцу, старавшись как-то взять его в крылья, но оно было очень тяжеловато и большевато. Было сразу понятно, что кладка была не новой, поэтому были уже сформировавшиеся зародыши во всех, но во всех, кроме этого, детёныши убиты... На это было.. было больно смотреть, от чего снова накатывались горючие слёзы. — Поск-корее надо идти... а т-то я раск-клеялась... — обхватив яйцо, помогла себе магией и спокойно держала в крыльях, через миг закрыв глаза и телепортировавшись к себе в излюбленную спальню, где сразу же поставила находку на пол и упала рядом с ней, мордой вниз. И так же не была забыта коса, которая символично лежала рядом такая же окровавленная, как и те двое, но только с мелкими клочками шерсти. Еглр проснулся от возьни в другой комнате. Он встал и пошатаваясь пошёл на звуки и, зайдя туда, увидел картину маслом: жена лежала полуживая, полумёртвая. Рядом орудие убийства и непонятный камень... Подбежал к ней и осмотрел на наличие ранений, и не заметив ничего кроме страшных дыр на шее, понёс в ванную для перевязки. — Как же ты так умудрилась, дорогая моя... Закончив промывать раны и остановив кровь, он аккуратно отмыл кобылку от всей крови и уложил на кровать отдыхать. Подойдя к тому месту, где она лежала, он увидел окровавленное яйцо и косу. Осмотрев место "приземления" родинушки, он взял косу и понёс её отмокать от крови и шерсти всё в той же ванной, в которой отмывал жену и не слил воду. Зайдя обратно в комнату, взял по пути тряпку и начал аккуратно отмывать яйцо от крови, проверяя на трещщины и тихо спросил сам у себя: — С кем она воевала и откуда его притащила, а главное зачем? Наконец отмыв его, он уселся рядом с ней и стал ждать когда она придёт в сознание. На этом пока история закончена.