Бревно

Чимин кривенько улыбнулся другу и перевёл взгляд на кровать. Чонгук взъерошил пальцами волосы на затылке и постарался улыбнуться в ответ. - А я говорил, надо было у меня ночевать, - ворчал Чим, поглядывая на полутораспальное новенькое ложе друга. - Ту пришлось выкинуть, она была старая, на ней ещё моя бабушка спала, - оправдывался Чон. - Ты променял двуспальную кровать на полуторку, ты понимаешь, что прокололся? – усмехнулся Чимин. - Эта мне бесплатно досталась, да и она почти новая... - Тесновато будет, - пробормотал Чим, мгновенно вспыхнув, словно помидор. Каждые выходные друзья устраивали посиделки с ночёвками, они позволяли расслабиться после каждой из сложных учебных недель. Быть студентом – не просто. Чонгук взялся за край футболки и потянул ту вверх, обнажив золотистую поверхность подкаченного живота. Немного смугловатая кожа отлично выделяла на его теле мышцы пресса, объёмной груди, рук, она подчёркивала очертания его фигуры так, как не подчёркивала бы благородная бледность. Чон был максимально естественным, максимально мужественным и привлекательным. - Слюну подотри, хён, - усмехнулся младший, окинув Чимина взглядом с ног до головы. – Бегом переодевайся, я спать хочу. - Где моя сменка? - Где оставил, там и сменка. На стуле глянь… Чонгук не любил кутаться в одежду, единственным атрибутом на нём могли явиться ночные штаны, но ничего кроме. Чимин же любил прятать грудь под футболкой, а попу под шортами, да и в одежде как-то уютнее, чем без неё. Чим переоделся и почти не глядя плюхнулся в кровать, так и не нырнув под одеяло. В комнате было достаточно тепло. Чон поспешил выключить свет, погрузив комнату в непривычную глазу темноту. На кровать парни уместились почти впритык. Благо, дружба позволяла, поэтому неловкостей не возникло. Было даже немного тепло. - Если тебе рядом со мной неловко, можем обняться, - усмехнулся Чонгук. - Нет, спасибо, - буркнул Чимин. - Я тебе не нравлюсь? Я красивый вроде... - Нет. - Ну и ладно. Больше не буду с тобой в один душ ходить, понял? - Какие мы нежные. Обиделся что ли? - Ты не хочешь со мной обниматься. Конечно, я обиделся. Ещё скажи, что у тебя бы на меня не встал. Чимин шумно закашлялся. *** Чимин проснулся оттого, что свет от фонаря за окном бил прямо в глаз. Он морщился, морщился, пока не открыл глаза и не начал переползать через Чона, чтобы зашторить окно. Чим перекинул пару конечностей через друга, но зацепился при этом манёвре за его немного оттопыренную ногу, свалившись прямо на парня. Чимин охнул и поспешил сползти с чудом не проснувшегося бедолаги, однако подцепил ладонью край его штанов, и те сползли до середины бедра. Парень шикнул и хотел было уже поправить ткань назад, но неожиданно остановился. Взгляд привлекла выпирающая тазовая косточка. Он никогда не рассматривал Чонгука дальше его пресса и груди, а ведь там дальше находилось то, на что Чимину смотреть не стоило вообще. Ему вдруг подумалось, что Чонгук без одежды – это наверное самое прекрасное, что может быть на свете, и любопытно было бы взглянуть, хоть одним глазком. Он ведь спит крепко, а значит, не почувствует. Пальчики с каждой новой мыслью всё больше подгребали под себя ткань резинки штанов Чона, они очаровательно карабкались по ней и совсем немного дрожали. Чим покусывал припухшую губу, пока ткань по миллиметру в секунду открывала вид на запретное, цепляясь за недлинные чёрные волоски, еле заметные от пупка, и становящиеся виднее ниже. Даже они у Чонгука росли красиво. - Была не была… Чим тяжело выдохнул и в одну секунду рывком спустил штаны. С приоткрытых губ Чонгука сорвался протестующий стон, Чимин замер и поднял взгляд. Чон секунду ещё покривился, и его лицо выровнялось, он причмокнул и рефлекторно почесал себе бочок не заложенной за голову рукой. Чимин облегчённо выдохнул и снова опустил взгляд. - Я только посмотрю, и верну всё, как было, - оправдывал себя парень. Член, простите, Чонгука, был красивый… Аккуратный такой, не эрегированный. Пока… Ровно до того момента, как Чим совершенно случайно не положил свою мягкую ладошку сверху, чтобы в следующую секунду осознать: - Какая нежная кожа… Чимин готов был прослезиться. Это так мило! Так очаровательно… - Только потрогаю ещё немного, и… - Чим замер и осторожно убрал свою ладонь. В неё упирались. Чон словно протестовал всем существом своим. Существо это, к слову, заметно увеличивалось в объёмах, оно будто бы горячее становилось и… твёрже. Чимин жамкал пальцами, словно тесто мял. Твёрдое тесто. А спящему это, кажется, даже нравилось. Чонгук твердел на глазах. Парню уже было просто-напросто любопытно, каков его орган будет в окончательном, полноценном состоянии. И лучше бы ему было не интересно. Член после манипуляций Чимина стоял уже около трёх минут, а Чим грыз свои ногти и дёргал задней лапкой, нервно отстукивая своё сердцебиение. Орган не падал. А что, если Чон проснётся утром, поймёт что у него сюрприз, и подумает, что этот сюрприз у него на друга? У него же детская травма будет! Исправить. Чимин судорожно метнулся к полуобнажённому крепкому телу, но замер. Руки, что тянулись к органу, застыли и вернулись обратно к хозяину. А что, если Чонгук проснётся? Его сон конечно крепкий, но вдруг не настолько, чтобы пережить все манипуляции. - Боже, ну почему у меня такие мягкие ладошки? – взвыл Чим, схватившись за голову. – Это всё из-за вас. Это вы виноваты. Вы слишком приятные. Чимин кусал свои губы и нервно смотрел на красивый орган. Он, к слову, еле заметно покачивался. Колебания шли от низа живота, которым активно дышал Чон. Мышцы его пресса вздымались вверх и опускались. Красиво. Вот что Чимина потянуло стянуть с Чонгука штаны? Он мог просто посмотреть на это прекрасное тело до пояса, этого бы хватило впечатлительному мальчику, он бы закрыл свои глазки и уснул себе спокойно, но нет же! Чим обкусывал свои пышные губки, те уже начинали пылать и наливаться красным, и тут ему в голову взбрела самая гениальная идея (нет). А что, если его губы нежнее его ладошек? Учёный Пак Чимин решил довести свои эксперименты до конца. Всё равно хуже не будет, а это безобразие придётся как-то исправлять. Парень склонился над органом и аккуратно подцепил тот пальчиками. Губы осторожно коснулись головки, он помедлил ещё секунду, прежде чем немного опустить голову. Головка толкнулась в рот на половину, затем, до конца. Чонгук в ответ на это лишь промычал что-то несвязное. Чимин осторожно углубился в свои исследования, взяв ещё сантиметр, затем, скользнул губами вверх, выпустив орган. Для начала нужно было отметить, что Чим мальчик порядочный, и никогда таким не занимался, он только читал. Поэтому понятия не имел, как нужно правильно, но головка снова погружалась внутрь, она скользила по языку, вырабатывая слюноотделение. Немного неудобно, но Чимин продолжал, покоряя всё новые высоты, он умудрялся погружать Чонгука почти на половину. Чим снова опустошил свой рот и тяжело выдохнул. Ему всё-таки, было немного неудобно дышать. Как долго это нужно делать с бревночонгуком, чтобы стояк прошёл? Парень снова склонился над Чонгуком, разомкнул мягкие губы, и намеренно лишил себя воздуха, скользнув вниз по стволу настолько, насколько можно было. Чон протяжно простонал и поменял положение рук, раскинув те по обе стороны от себя. Чим не двигался. Головка упиралась в горло, лицо краснело, а чувство лёгкого удушья кружило голову. Чонгук всё стонал, время словно двигалось медленнее, а Чимин все не вынимал орган друга. Дорожка слюны спускалась по языку, просачиваясь под губами, она выбиралась наружу, чтобы скатиться по основанию органа Чона, который там на верху уже места себе не находил. Чимин рывком поднял голову и судорожно вобрал в себя воздух. Ему казалось, что ещё секунда, и он бы умер. Чонгук дышал тяжело, его виски блестели, чёрные прядки волос вбирали в себя влагу, слипаясь в живописные сосулечки. Чим наверное сейчас выглядел не лучше. Он не хотел смотреть вниз, он уже догадывался, что у него там, но надо было закончить сначала с другом. Чимин снова открыл рот и максимально старательно опустился вниз один раз, два, три. Не быстро, но очень опасно. Чон еле слышно мычал, болтал руками, перекладывал их и так, и сяк, а Чим, который чувствовал сейчас всё, немного набрал темп. Чонгук каким-то образом ещё не проснулся. Он размыкал губы, натурально постанывал, и бесконечно дышал. Чимину крышу уже от его дыхания срывало. Глубокое, пробирающее до мурашек, оно заставляло всё тело ходуном ходить. Чим собрал всю свою (Чонгука) волю в ладонь и начал настойчиво массировать пальчиками. Понадеялся, что в купе с губами оно будет эффективнее. Так оно и случилось. Язык скользил под давлением проникающей внутрь головки, спускался по всей длине, заставляя спящее тело подрагивать. Орган во рту начал пульсировать. Чимин чувствовал каждую вздувшуюся венку на нём, каждый изгиб, он наверняка знал, что вот-вот! Парень зажмурился и еле слышно пискнул, максимально опустив голову на орган. Его руки дрожали, он уперся ими в бёдра Чонгука, которому просто снился приятный сон. Ничего более. Чимина же, натурально трясло. *** - Доброе утро, как себя чувствуешь? – настороженно покосился на друга Чимин. Чон сладко потянулся и отогнул край одеяла, высвободив своё красивое тело на волю. Он улыбнулся и снова растянулся на кровати, уставившись в потолок. - Я себя удивительно хорошо чувствую. Мне кажется, я никогда так не высыпался. - О, неужели, - растянулся в нервной улыбочке Чимин и проскользил попой по матрасу, чтобы спустить ноги с кровати. – Тебя и танком не разбудишь. - А ты меня будил? - Я? Неееет. Нет, я тебя не будил. - А зачем ты меня накрыл? – изумился Чонгук, скинув с себя одеяло. Чимин поднялся на ноги и резко заторопился на выход из комнаты. - Я в душ, - пискнул он. - Я с тобой. - Нет, я один!!! Чонгук растянулся в улыбке и сел на край кровати, взъерошив густую шевелюру. Он, на самом деле, довольно чутко спит, но этой ночью пришлось прикинуться бревном. Иначе ведь Чимин начатое до конца бы не довёл. Маленькая мягкая прелесть. Он бы повторил. - Ох, Чимини… Какой ты неловкий, а полотенца-то в комнате оставил.