Swoon

Поттер следил за ним с того момента, как он вошёл в зал. Сначала Драко был уверен, что никто не узнает его сегодня, потому что он проделал огромную работу над своей маской и волосами. Но сейчас Поттер смотрел на него так пристально, что уверенность эта таяла на глазах. Не то чтобы его самого было сложно узнать, кстати. Герой магического мира не слишком постарался скрыть свою личность. Гарри надел очки прямо под маску, и не стал прятать свой шрам. Хотя Драко и без этого везде узнал бы эти зелёные глаза. И вот, он вопросительно смотрит в ответ. Поттер, замечая этот взгляд, подходит ближе. Они смотрят друг на друга, и, даже если гриффиндорец его узнал, Драко вовсе не обязательно показывать, что он узнал его тоже. Потому что, глубоко внутри, он не хочет называть его Поттером хотя бы сегодня. Он узнал его тогда, и, неудивительно, узнал и сейчас. – Привет, – говорит Поттер, подходя ближе. – Здравствуй, – спокойно отвечает Драко. Никто не узнает, кто он такой, не сегодня. По крайней мере, он не намерен помогать. – Не хочешь потанцевать? – спрашивает Поттер, и, эм, это немного удивляет. – А зачем, по-твоему, я здесь? – Ну, ты не один из моих друзей, и это была попытка заговорить с тобой, поэтому я и спросил. Нам ведь нужно знакомиться с новыми людьми, да? Драко решил подумать над этим попозже. Он кивнул: – Итак, ты не знаешь, кто я? Поттер отрицательно мотнул головой: – В тебе есть что-то знакомое, но это можно сказать про любого здесь. Скорее всего, я вижу тебя каждый день, но, надо отдать должное твоему костюму, я не понимаю, кто ты. – И ты не боишься, что все заметят, что ты танцуешь с парнем, когда тут девушек целая толпа? – Драко окинул взглядом весь зал, старательно игнорируя Поттера. Он сразу заметил Блейза, но не из-за его цвета кожи или чего-то такого, а из-за того, как он держал стакан. Забини повредил плечо на матче по квиддичу, и сейчас держался неестественно прямо – не хотел, чтобы люди видели, что ему всё ещё больно. Панси стояла неподалеку, видимо, ища кого-то... Скорее всего, Драко. На ней была надета атласная голубая маска и покрашенные в тон волосы. Она отбивала левой ногой какой-то ритм – верный признак ее сдающих нервов, и рассеянно кивала парню, разговаривающему с ней. – Это будет хороший способ каминг-аута, чтобы все знали, – сказал Поттер, вновь привлекая внимание Драко, – мои друзья уже знают, и, кстати, если ты согласишься на танец со мной, все будут знать, что ты не заинтересован в девушках тоже. – Оу, – сказал он, – Насчет этого... – Драко не особо скрывался, хотя и не афишировал свою ориентацию. Когда отец спросил об этом напрямую, Малфой не стал отрицать. Он предпочитал мальчиков и знал об этом с того момента, как впервые держал за руку парня. Чувство было совсем не таким, как когда он касался Панси, или клал свою голову ей на колени. Паркинсон как будто бы чего-то не хватало, и, даже несмотря на то, что Блейз был ему как брат, Драко бы с большим удовольствием потрогал его тело. И теперь Поттер. Он знал об этом очень давно. Не о поттеровской ориентации, а о том, почему он сам ведёт себя так рядом с ним. Драко подумал, что Гарри, вероятно, может молчать ещё долго, так что ему стоит сказать что-то самому, но тут он заметил, куда тот смотрит. На губы Драко. Слишком заметно, подумалось ему, и он облизал свои губы, не подумав. Наверное, не стоило этого делать. – Я Гарри, – рассеянно сказал Гарри, и Драко засмеялся. Увидев, что Поттер явно смутился, Малфой пояснил: – Я вижу, кто ты такой, По.. Гарри, – Драко жестом указал на его лоб. – Я знаю, что не слишком хорошо замаскировал себя, – или не замаскировал совсем. – Гермиона ругалась на меня десять минут подряд. Но мне плевать. Я думаю, что вся идея бала совершенно глупа, в любом случае. – И зачем же ты тогда пришел? – Друзья заставили. – И ты всегда делаешь всё, что они тебе говорят? – А ты нет? Драко хотел сказать, что у него нет друзей, но передумал: – Я думаю, что это обязательное условие дружбы. Ты должен делать то, что не хочешь, – некоторые семьи, кстати, живут по такому же принципу. – И я сказал им, что даже если я и буду танцевать, то только с парнем, и у них не оставалось выбора. Никто не выскажет мне претензии по этому поводу в лицо, конечно, хотя я уверен, что все побегут к Рону с Гермионой, спрашивая, правда ли я гей. Поттер нервно рассмеялся, как если бы он думал, что говорит слишком много, а затем притянул Драко поближе и закружил их. Малфой же думал о том, насколько Гарри хорош в танцах, и умеет ли он вообще танцевать. В последний раз он видел Поттера танцующим на Святочном Балу на четвертом курсе и это был довольно неловкий танец. Но не сегодня. Сказав ему об этом, он заметил, что Поттер наблюдает за остальными в зале. Сначала Драко подумал, что он смотрит на реакцию толпы, но затем понял, что он просто кого-то ищет. – Кого ты пытаешься найти? Поттер тряхнул головой. – Никого. – Отлично, – сказал Драко. Он не знал, кто скрывается под маской, и просто решил использовать его, чтобы вызвать чью-то ревность. Великолепно. В этой ситуации было два выхода. Он мог просто уйти, и пусть Поттер ищет кого он там искал дальше и вообще делает что хочет, либо же он мог остаться и подарить Поттеру лучший танец в его жизни. Может быть, этот придурок даже забудет о том, кого искал. Драко подошёл ближе, сократив расстояние между ними до минимума, и поставил ногу между поттеровских ног. Танцпол был достаточно заполнен, а освещение было достаточно приглушённое, так что другие ученики не могли увидеть, как они танцуют. Может только, если они внимательно приглядятся. – Что ты делаешь? – прошептал Поттер. – Танцую, – прошептал в ответ Драко. Он не собирался отпускать Гарри так легко. Если ему хотелось вызвать чью-то ревность, что же, Драко устроит хорошее шоу. Когда песня кончилась, Малфой собирался уйти, но Гарри не дал. Его дыхание сбилось, и он сказал: – Не останешься ещё на один танец? – Я бы хотел немного выпить, – сказал он и направился к столику с напитками. Если Поттер так хочется использовать его, он должен поработать. – Замечательно, я иду с тобой. – Гарри, кто твой спутник? – спросила какая-то ученица, внимательно оглядывая Драко и пытаясь понять, кто он такой. –Точно не знаю. И вообще, это должен быть секрет, ты же знаешь. А кто ты? – спросил Поттер. – Секрет, – сказала она и ушла. – Ты должен был постараться над своим костюмом чуть лучше, Гарри, – сказал Драко, испытав очень странное чувство, называя Поттера по имени. Но если бы он называл Поттера Поттером, тот бы сразу догадался, с кем он танцевал сегодня вечером. Гриффиндорец ещё раз осмотрел всю комнату: – Зато он проделал просто великолепную работу, – сказал он скорее себе, чем Драко. – Кто? – Никто. – Хорошо, – сказал Малфой, раздражаясь, – если ты кого-то ищешь, то я, пожалуй, найду себе нового партнёра или же пойду к друзьям. Поттер ничего не ответил, так что Драко просто развернулся и ушел. Он провел почти час, пытаясь угадать, кто есть кто, когда кто-то окликнул его. – А, вот ты где. – Гарри, – Драко пытался ответить дружелюбно. – Может быть ты хочешь потанцевать ещё? Все эти девушки постоянно подходят ко мне и... Я хорошо провел время, разговаривая с тобой и... – И не нашел того, кого искал. – Я не думаю, что он вообще здесь, – сказал Поттер. "Конечно, он же гриффиндорец, а гриффиндорцы никогда не врут", – подумал Драко с непонятным раздражением. – Кто? – Да так, никто. Друг. В каком-то смысле. Малфой хмыкнул, но согласился потанцевать ещё. Прошло ещё две песни, и Драко успел возненавидеть себя за то, как хорошо ему было в поттеровских руках. Они больше не были так близки, но он наслаждался чувством его рук на своем теле и мечтал о том, чтобы они начали легко общаться после того, как Поттер поймет, с кем провел весь вечер. Что бы почувствовал Гарри, если бы Драко разделся прямо сейчас? И правда ли его губы такие же мягкие, как на вид? Песня сменилась, и Малфой почувствовал себя так, будто он проснулся ото сна. Потому что только во сне Поттер бы раздел его, или поцеловал его, или вообще, был бы заинтересован в нем. В одно мгновение всего этого стало слишком много для Драко. Он отошёл на шаг и, когда Гарри недоуменно посмотрел на него, попытался оправдаться: – Мне нужно немного воздуха. Он убежал из Большого зала так быстро, как только мог, и направился к Озеру в надежде, что Поттер не пошел за ним. Накинув на себя Согревающие чары, Драко наконец выдохнул. Вид деревьев, воды и леса под слоем снега был очень красив, и Малфой смотрел на километры зелено-белых полей перед собой. Было тяжело поверить, что это то же место, где когда-то был он. Что он пытался уничтожить тут все. Но, даже не смотря на все тяжёлые воспоминания, находиться тут было приятно. Малфой наконец успокоился окончательно и почувствовал себя лучше, почувствовал себя собой, когда появился Поттер. Снова. – Хей, ты в порядке? – Ну конечно, чертов благородный гриффиндорец не мог не пойти за ним. Сзади был виден зал, в котором все веселились, и Драко подумал, что время близится к полуночи. А в полночь их маски должны были исчезнуть, чтобы все могли увидеть друг друга. И Поттер узнает, с кем танцевал весь вечер. – Кого ты искал? – Спросил Драко. Ему нужно было знать. Поттер посмотрел куда-то вдаль, отведя взгляд, будто он был... смущен? – Я же говорил тебе.... – Скажи мне правду, – настаивал Драко. – Малфой, – сказал Поттер. – Что? – сердце Драко ушло в пятки. – Я искал Малфоя, но сейчас думаю, что его там и не было. – Гарри... – прошептал Драко, в горле внезапно пересохло. Но Поттер не обернулся. – Мне жаль, хорошо? Я не пытался использовать тебя, ничего такого. Я искал его, но увидел тебя, и ты выглядишь очень горячо, и я подумал, было бы неплохо заговорить с тобой. Я пытался вызвать его ревность, не знаю. На самом деле, я ведь даже не знаю его. Я просто хотел привлечь его внимание, поэтому и заговорил с самым горячим парнем в зале – – Гарри! – снова сказал Драко. – Я не был уверен, что ты гей, просто ты выглядел лучше всех в этом месте... – Поттер замолчал, сглотнув, – и поэтому я понадеялся. Единственным парнем, который выглядел так же хорошо, был Забини. Он держался так неуверенно, кстати, наверное, его травма всё ещё даёт о себе знать, но я точно знал, что он не гей. – Откуда? – Он пытается подкатить к Джинни весь год. – Ладно, но ты ведь даже не видел меня, с чего ты взял, что я горячий? Поттер засмеялся. – Ты подобрал одежду очень хорошо. Уверен, ты сделал это специально, и когда ты двигаешься, твоя задница... Дерьмо. Прости. Я виноват и чувствую себя странно, потому что я подумал, что ты горяч, и мы говорили, и танцевали, и вообще хорошо провели время, и я пытался просто заставить его ревновать, и сейчас я в смятении... Драко почувствовал холодок, пробежавший по лицу, и понял, что маска снята. Если бы Поттер обернулся, он бы увидел. – Слушай, наверное, мне лучше уйти, – начал говорить Поттер. – Неужели ты даже не посмотришь, кто я такой, перед тем как уйти? – мягко спросил Драко. – Придурок, посмотри на меня. Малфой увидел, как вздрогнул Поттер. Он понял, кто танцевал с ним весь вечер. Он медленно развернулся, и Драко мысленно приготовился. Он не знал, как Гарри воспримет эту новость – не танец, а то, что он признался в чувствах тому, кого искал. Малфой смотрел на него прямо, держа голову поднятой... Он не собирался сдаваться. Не сейчас. Реакция, к удивлению Драко, была намного мягче, чем он представлял, Гарри выглядел смущённым. – Черт, мне стоило догадаться, что это ты, – Поттер тряхнул головой, как будто всё ещё не веря. – Я всегда делаю наиглупейшие вещи рядом с тобой. Всегда пытаюсь привлечь тебя и всегда делаю всё не так. – Ты привлек мое внимание, – все, что смог ответить Драко, потому что, честно говоря, он и не собирался говорить что-то ещё. Это было абсолютно нереально. Поттер подошёл на шаг ближе к Драко, и ему хотелось отойти, но он не стал. Малфой не хотел отдавать все свое внимание Поттеру, как он делал весь вечер. Всю жизнь, если быть точным. И теперь они стояли вплотную, Гарри смотрел прямо Малфою в глаза, а Малфой стоял, боясь сделать первый шаг. Поттер поднял руку, снял с Драко капюшон, распуская волосы, и усмехнулся снова. – Ты проделал огромную работу, скрывая, кто ты есть,– сказал он. – Ну, я не хотел быть осужденным за то, кто я есть. – В конечном итоге, я рад тебе, а не осуждаю тебя. Драко всё ещё был немного не в себе. – Почему ты не подумал, что это я танцевал с тобой? Поттер пожал плечами. – Я не думал, что Малфой согласится на это. Без маски и с пристальным взглядом Поттера прямо на него, Драко вздрогнул, и это не имело ничего общего с холодом. Руки Гарри коснулись его снова, и сейчас, без людей вокруг, Малфой притянул его ближе. Его нога была зажата между коленей Поттера, и он, тихо простонав, прижался к губам Драко, целуя его. Губы Гарри были ровно такими, как представлял себе Драко, и когда язык Малфоя оказался у него во рту, Поттер простонал. Время шло, но их тела будто отказывались разделяться. Между ними не было и сантиметра, и даже их одежда казалась существенным барьером для них. Драко хотел чувствовать Поттера целиком. Ему не хотелось двигаться. Он хотел знать, чего хочет Гарри. То, что сейчас между ними – всего лишь на один вечер или что-то большее для него? Драко хотел большего. Намного большего. Вместо слов, Малфой вкладывал все свои чувства в этот поцелуй. Его руки расстегивали застёжку на мантии, а после Драко зарылся в удивительно мягкие волосы Поттера. Кто-то из них простонал снова. Как всего может быть одновременно так много и недостаточно? Как он мог чувствовать себя так, будто он мертв, но в то же время так, будто никогда не был живее? Когда они наконец оторвались друг от друга, Поттер прислонился лбом к лбу Драко. – Это было лучшее, что когда-либо случалось со мной. – Ты кусок дерьма, потому что пытался заставить меня ревновать и обманывал меня весь вечер. Тебе не идёт быть слизеринцем. – Я знаю, – сказал Поттер, мягко массируя плечи Драко, – просто я не знал, что ещё сделать– – Лучше бы тебе не пытаться проделать что-то такое снова, Поттер. – Я бы не посмел, – сказал Поттер, смеясь, – но ты... – он весь как будто сжался. – Что я? – Ты должен пообещать танцевать только со мной, отныне и навсегда, – сказал Поттер, его дыхание немного сбилось. – Я не выдержу, если кто-то ещё будет касаться тебя. – Я не твоя собственность, Гарри, – мягко сказал Драко. Все, чего ему сейчас хотелось, это увести Поттера подальше отсюда, закрыться с ним в комнате и оставаться там столько, сколько возможно. – Я и не претендую, Малфой, – сказал Гарри прежде, чем снова прижаться к губам Драко в мягком поцелуе. – Я всего лишь пытаюсь показать тебе свои чувства. – Оу, хорошо, – сказал он. – Тогда, пожалуй, я тоже покажу тебе свои чувства. Он прижался к бедру Гарри, однозначно давая понять его отношение к одному конкретному гриффиндорцу. – Да? – Сказал Поттер, чуть прикрывая глаза. – Что же, мне нравится. – Сегодня? – спросил Драко, немного волнуясь. – Всегда, – ответил Гарри. Конец.