Один шаг.
15 января 2019 г., 06:32
Я сидел на краю моего родного дома, в котором прошло все мое детство, в котором я вырос и стал тем, кем являюсь сейчас.
Погода в Нокфелле почти всегда ужасная: каждый день льют дожди вперемешку с холодным ветром. Сегодня был именно такой день, но меня это мало волновало. Отсюда я мог видеть весь Нокфелльский округ: церковь имени Фелпса, кладбище, которое окутал туман, и дом в который я собираюсь переехать. Там живут мои самые близкие друзья: Сал, Тодд и его парень Нил. Вернее сказать, собирался переезжать.
Солнце скрылось за горизонтом, и на темном небе начали проявляться первые звезды. В воздухе витал запах сырости и дождя, смешанный с травой. Дерево, на котором висел домик, одиноко качало ветками, а дождь сильными каплями ударял по листве, создавая мелодию, напоминающую барабанную дробь. Было спокойно.
Я, взяв телефон в руки, быстро настрочил SMS моему лучшему другу — Салу Фишеру.
Это, наверное, был мой единственный настоящий друг. С ним я мог часами говорить о чем-то, слушать музыку, либо просто молчать. Сал действительно тот человек, который выслушает тебя, и по-настоящему поддержит. Только ему я могу доверять.
«Только попробуй натворить глупостей» — прочел я, отчего улыбнулся. Мне стало плохо. Слезы подкатили к глазам, ведь я знал, что кроме меня у него никого нет. Если меня не будет, то к кому будет приходить Салли во время бессонных ночей? С кем будет часами зависать в домике на дереве, слушая любимую группу? С кем он будет болтать всю ночь, до рассвета, ни о чем?
Я достал пачку сигарет из кармана. Сама коробочка немного промокла, но сами сигареты не пострадали. Вдохнув тлеющую сигарету, я почувствовал, как никотин заполняет мои легкие. Каждая клеточка моего тела почувствовала облегчение.
Я встал на край крыши и посмотрел вниз. Меня начало трясти от этой высоты. В глазах потемнело, и я отошел назад. Найдя в рюкзаке бутылку спиртного, я открыл ее, и глотнул. Жидкость пробежала по горлу, оставляя за собой жжение, которое быстро сменилось сладостью. По телу разлилась волна тепла. Я опять встал на край, и услышал звонок телефона. На экране красовалась надпись «Сал». Я, посмотрев на небо, сглотнул горький ком в горле. Всего один шаг может изменить сейчас всю мою жизнь. И я, закрыв глаза, сделал этот шаг в неизвестность.
***
В тот вечер ничего не изменилось. Все люди точно так же спешили домой, где их ждала семья, у всех были свои дела. Кому какое дело до смерти какого-то парня? Всем было все равно на него: от одной смерти человека ничего не будет. В мире ничего не изменилось. Но не для Салли. Когда он увидел труп Ларри, он закричал. Он держал мертвое тело своего друга и горько рыдал. Земля ушла из-под его ног, и он просто сидел и задыхался, как рыба выброшенная на сушу. Когда Ларри увидел разбитого Сала, он подошел к нему и закричал: — Я ТУТ САЛ, НЕ ПЛАЧЬ! Не плачь… — он пытался дотронуться до него, но ничего не мог сделать: его рука проходила сквозь Салли. — Я тут… я тут… — он упал на колени, смотрел на рыдающего Фишера, и его душа медленно разбивалась. Он наблюдал за тем, как его тело увозят на машине, как рыдает его мать, как проходят его похороны. Он наблюдал за тем, как страдают его близкие: Лиза вошла в депрессию, и неделями не выходила из квартиры, целыми днями кричала и плакала; одноклассники перестали быть шумными и веселыми на уроках, и грустно смотрели на пустующую парту; Салли закрылся в себе, он не выходит из своей комнаты, ничего не ест, и часами смотрит в одну точку. Он чувствует, как его пожирает совесть внутри. Он считал себя самым виноватым в смерти Ларри. Для всего мира твоя смерть — ничто. Но если умрешь ты, то следом за тобой умрут и твои близкие.
