Старинный орган

Утро наступило слишком быстро. Потянувшись на кровати, Ньют начал щурятся из-за лучей солнца, попадавших в глаза. Рядом послышалось странное ворчание. Повернувшись, он увидел Злыдня, который съёжился в калачик, и дергал лапами во сне. Эта картина была так умилительна, что он просто не смог удержаться от поглаживания пса по голове. -Пора вставать-послышался голос за спиной-Мне через три дня улетать, так что мне хочется как можно больше времени провести с тобой. -Х...хорошо.-Смущено ответил музыкант. Он никак не мог поверить своему счастью. Он просыпается не один, да еще и после бурной ночи. -Что ты хочешь на завтрак? -Кашу, если можно. -Конечно, я могу с ягодами сделать. Могу с изюмом, а могу с яблоком. -Давай с яблоком. Уйдя на кухню, Ньют покормил своих подопечных, а потом занялся кашей. На подоконнике играет радио на джазовой волне, кофе варится в турке, и каша готовится на плите. Утро было более чем удачное. По дороге на кухню Геллерт рассматривал картины вокруг, и восхищался умением британца показывать красоту в простых вещях. Но пришлось поторопиться на кухню, ибо оттуда исходил манящий запах завтрака. В проходе Гриндевальду открылась красивая картина: Ньютон стоял в его рубашке, что была ему велика, готовил завтрак и одновременно пританцовывал под музыку из радио. Облокотившись об косяк, немец усмехнулся и решил пока не рушить милую картину. Пусть танцует, он милый. -Геллерт, хватит стоять в проходе. Проходи и садись за стол.- С улыбкой промурлыкал Саламандр. -Хорошо. Как спалось? -Не плохо. Я даже выспался. Просто в последнее время меня мучала бессонница. -Почему? Тебя что то беспокоило? -Да, я боялся что мое первое вокальное выступление сорвется, или я спою плохо. В общем я очень переживал. -Тебе незачем переживать, ты ангельски поешь. -Ты правда так считаешь? -Да, если бы не считал, не сказал бы. Я влюблен в твое пение, игру на инструменте, и в тебя. Мне нравиться все что ты делаешь. Ты особенный, чуткий, добрый человек. Как это может кому-то не нравится. -Моему брату. Он меня не очень любит, и... -Ну и что. Твой брат просто глуп и завидует тебе. -Он обвиняет меня в моем легкомыслии, говорит, что я виноват в проблеме его брака. Но я же не виноват, что его жена в меня влюбилась. Я не виноват в своем таланте, я не...не... На этих словах, молодой музыкант расплакался, и начал шмыгать носом, и трястись. Геллерт не ожидал таких откровений, и немного растерялся, но быстро взял себя в руки, и кинулся обнимать свое музыкальное чудо. -Не переживай, Ньют. Он просто завидует тому, на сколько ты замечательный человек. Я уверен, что проживание по разные континенты, поможет вам со временем помириться. -Я тоже на это надеюсь... посидев немного в обнимку, они сели за стол и начали завтракать.

***

ТРИ ДНЯ СПУСТЯ Ньют стоял в аэропорту, и провожал Геллерта обратно в Британию. Теперь их отношения, стали более чем уточнены. Юный музыкант не хотел отпускать своего кавалера, но не мог ничего сделать. Он понимал, что Гриндевальду, нужно работать. Так же как и ему самому. -Напиши, как приедешь, что б я был спокоен. -Хорошо, любимый. -Не называй меня так. Я очень смущаюсь. Геллерт, ничего не сказал на это, а лишь взял его руки в свои и сказал очень пафосно: -Жди меня, мой милый. Я скоро приеду. -Обязательно, любимый. Гриндевальд взял чемодан и пошел на посадку. Ньют не стал смотреть ему вслед, что б не расплакаться. и сразу направился к выходу, где его ждал коллега. Сядя в машину, он достал ноты и стал распеваться, а его коллега по работе, подпевал. Вдруг Ньют перестал петь, и затрясся в припадке истерики. -Что такое-спросил коллега-Что такое? -Я...Я...я не хочу что б он уезжал-заревел Ньют. -Не реви. Он же вернется. Развел тут сопли. Держись!-Строго сказал водитель.-Все наладится. Вот увидишь. -Я на это н...надеюсь.-Шмыгнув носом провыл Саламандр.