Посмотри на меня

      Следующим утром сонная Тори думает о Лизандре – он не пришел. Вдруг у него что-то случилось? К ней садится Армин.       – Ну так что? Ты не против?       – Не против чего?       – Сидеть вместе.       – Армин, мне пофигу, – отзывается Тори. Его лицо удивленно вытягивается. – В чем дело? Что я сказала?       – Да нет, ничего.       Он уходит на свое место. Обиделся что-ли? Тори утыкается в учебник. Не тут то было.       – Мы не поговорили вчера.       Сердитое лицо Каса не предвещает ничего хорошего. И девушке это уже начинает надоедать.       – Не поговорили. Объясни мне, какого лешего ты третий день психуешь? В чем дело?       – Да нет, – Кастиэль наклоняется к ее лицу, – это ты мне объясни, какого хера все говорят, что ты влюблена в игромана?       Удивление расширяет глаза Тори до нелепого размера.       – Я? Влюблена в Армина?       – Да, черт возьми! – его рука на парте сжимается в кулак, а на скулах ходят желваки. Глядя на яростного Кастиэля Тори растерянно качает головой.       – Что за чушь? Где ты это слышал?       – Так это не правда? – Его злость конкуририрует с удивлением и радостью.       – Не правда. Где ты это слышал?       – Если не правда, какого вы тогда вместе сидели на уроке, трепались в коридоре, только что разговаривали? И вчера после физры?       Тори хмурится. Никакой личной жизни.       – Ты что, частный сыщик? Следишь за мной?       – Ответь на вопрос.       – Нет, сначала ты ответь на мой. Где ты это слышал?       – Его брат обсуждал это с ним.       – Что? – Тори подскакивает. Алекси говорил Армину, что она влюблена в него? Что за бред? Уж Алекси-то знает, что этого не может быть.       И тут ее осиняет.       Так вот почему Армин последние дни так странно себя ведет!       – Теперь ты ответь мне.       – На что ответить? – невнимательно спрашивает Тори, оглядывая класс. Алекси нет. Черт. Башку ему открутить.       – О чем вы говорили?       – Скажи мне сначала, почему я должна отчитываться перед тобой, м? Почему ты уничтожаешь меня взглядом, стóит мне заговорить с кем-нибудь? Что я такого сделала, что ты так на меня сердишься? – спрашивает Тори. Злость на ее лице медленно сменяется печалью, а голос оттеняется грустью. – Кастиэль, в чем я виновата перед тобой?       Он несколько секунд смотрит в тоскливые синие глаза. Потом на ее губы. И вдруг резко подается вперед. Тори от неожиданности так резко отклоняется назад, что стул заваливается назад...       – Ауч! – взвизгивает она. Больно. Спине. И затылку. Перед глазами пятна. – Твою мать...       – Тори! – Кастиэль садится к ней.       В затылке стучит тупая боль, в глазах моргает. Она закрывает глаза и стонет.       – Ты в порядке? – это голос Армина.       – Прости, я не хотел. – А это Кас. Кас и его беспокойство.       – Нет, Армин, не в порядке. Кастиэль, – Тори весело смотрит на него, – меня убьешь либо ты, либо твой пес.       Кастиэль хмыкает, но на лицо сразу же возвращается обеспокоенное выражение.       – Голова болит? Кружится?       Тори кивает.       – Что случилось?! – зашедшая в класс Мэл замечает сестру на полу и тут же садится к ней. Тори отмахивается.       – Все хорошо.       – Почему ты на полу? Обморок?       – Не выспалась. Прилегла отдохнуть.       – У тебя болит голова?       – Болит. От твоего крика. Я в порядке, Мэл.       Армин и Кастиэль помогают Тори встать.       – Что тут происходит? Вики, ты опять ищешь приключений на пятую точку? – зашедший Алекси внимательно разглядывает Тори, которую все еще держат под руки. Вспомнив, что Кас ей сказал, Тори подходит к Алекси.       – Пойдем. Мне нужна твоя помощь.       – Как скажешь, красотка.       Тори ждет его в коридоре. Затылок болит. Видимо, сильно приложилась. Алекси с улыбкой предстает перед ней.       – Хорош лыбиться. Ничего веселого.       – А по-моему весело. Ты посмотри, как они за тебя все заволновались. И это еще Кентина в классе не было.       – Замолчи, а? Алекси, до меня тут слух дошел, что я влюблена в твоего брата. –Лицо Алекси бледнеет. Вот оно. Тори щурится: – И я знаю, что ты приложил к этому руку. Поэтому я тебя слушаю.       – Вики, ты пойми... – глаза Алекси беспокойно бегают по сторонам. – Я же как лучше хотел.       – Да что ты?       – Да. К тому же и ты сама немного виновата.       – Что?! Я виновата? Ты что, больной?       К ним присоединяется Роза и молча слушает, что происходит.       – Нет, не больной, я серьезно. Армин достал меня. Я же тебя предупреждал, что он полезет ко мне со своими вопросами. Типа что мы с тобой все время обсуждаем. Ты сказала говорить что угодно, кроме правды, помнишь? – Алекси пожимает плечами. – Ну я и ляпнул, что ты у меня про него спрашиваешь. Типа заинтересовалась им.       – Что ты ляпнул?! – Тори прижимает руку ко лбу. Так вот в чем дело! Три дня она сходит с ума из-за психов Каса и взглядов Армина. А все из-за того, что Алекси ляпнул какую-то херь? – Алекси, ты идиот!       – Не обзывайся. Это первое, что в голову пришло. Или ты бы предпочла, чтобы я ему правду сказал?       – Конечно нет! – Тори возмущенно машет руками. – Да только что мне теперь с этим счастьем делать? Твой брат... Он... не знаю. Ведет себя странно.       – Ой, Тори, – влезает Роза, без труда уловившая смысл разговора, – ты интересна ему. Это же видно.       – Не говори ерунды. Мы просто общаемся, – Тори встряхивает волосами. Ей это не нужно. Он нормальный парень. Можно пообщаться. На этом все.       – Привет, гимнастка! – к ребятам подходит Кентин. Тори закатывает глаза и молча уходит в класс.       Весь урок хочется спать. Да еще и голова болит. Мэл это видит и умоляет сестру пойти к врачу. На перемене Тори не выдерживает:       – До отстань ты от меня! Никуда я не пойду. Чем врач поможет?       – Не ругайся, пожалуйста. Не знаю. Может скажет, есть ли у тебя сотрясение. Или таблетку даст.       – Я и сама могу сказать, что его нет.       – Откуда ты знаешь? Если тебя не тошнит, это еще ничего не значит.       Тори поджимает губы. Именно этот аргумент она приготовила для защиты.       – Мэл? Ты же с Натом разговаривала сегодня?       – Ну да.       – Он ничего тебе про Лизандра не говорил?       – Нет, ничего. Да я и не спрашивала. Могу поинтересоваться, если хочешь.       – Не хочу. Забудь. У нас что сейчас? Химия?       – Да. Слушай, что там случилось? Как ты так упасть умудрилась?       – Качалась на стуле. И докачалась до шишки на башке.       – Тори, ты стала такой же, как раньше была, – Мэл обнимает удивленную сестру, – и я не могу этому нарадоваться. – Тори фыркает. А Мэл продолжает: – Можно задать тебе вопрос?       – Ну?       – Что происходит между тобой и Армином?       – Чего?       – Не смотри на меня так. Просто я слышала всякие разговоры и хотела узнать у тебя...       – Мэл, ты поменьше всяких идиотов слушай. Они редко правду говорят.       – Ясно. А с Кастиэлем у тебя что?       – Что? – Тори недовольно зыркает на сестру. – Сегодня что, международный день странных вопросов?       – Почему странных? Нормальные вопросы. Он часто смотрит на тебя. На физре вы вчера шептались, я видела. Я помню, как он приходил к нам, когда ты болела...       – Мэл, – надо ее отвлечь, – у меня к тебе тоже вопрос. Что ты рассказала Нату про нас? Что он знает про нашу жизнь?       – Э-э, – Мэл кидает на Тори испуганный взгляд. – Ты только не психуй. Он все знает.       – Не психую. Мне все равно. Твое дело, чем с ним делиться. Скажи, как он отреагировал, когда ты рассказала ему? Про родителей, Бэллу, приют.       – По-разному. Про приют он знал до нашего разговора, ты сама ему справку показала. Он сказал, что ему не важно, откуда я и где росла. Родители? Он сердился. Сказал, что адекватные люди так не поступают. Про Изу... Он выслушал просто, ничего не сказал. Еще я про Литу говорила.       – Дрянь, – Тори неосознанно сжимает кулаки.       – Не надо так грубо. Я ее упомянула. Но это скорее в контексте разговора о тебе.       – Больше некого обсудить?             – Мы не обсуждали тебя. Он спросил, почему мы такие разные. Я сказала, что помимо прочего ты так и не смогла простить Литу, поэтому ни с кем дружить не хочешь.       Тори молча переваривает информацию, когда перед сестрами возникает Кентин с широкой улыбкой на лице.       – Тори?       – М?       – Как насчет сегодня?       – Что сегодня?       – Встретиться. Сегодня сможешь?       – Что? – Тори таращит глаза. – Встретиться?       – Ну да,– улыбка парня вянет. – Ты что, забыла?       – О чем?       – Что мы договорились встретиться.       – Э-э, – Такое ощущение, что она попала в какую-то вселенную. Другую. Параллельную. И перестала понимать этот мир. – Когда?       – Понятно, – от жизнерадостности Кена не остается и следа. Он сердито смотрит на Тори, прежде чем порывисто уйти. А Тори ловит за хвост ускользающее воспоминание.       ...ты согласна?..       ...да...       Блин, так вот что он тогда ей предложил. Встретиться. А она согласилась. Вот же блин.       – Не объяснишь? – Мэл вопрошающе смотрит на Тори, заходя в класс.       – Нечего объяснять.       – Ты так думаешь?       – Там тупая ситуация. Я его не слушала и сказала "да" лишь бы он отвалил. А он, оказывается, гулять меня позвал. А я согласилась. Но я же не знала, блин!       – Потому что слушать надо, когда люди с тобой говорят.       – Мэл, они говорят слишком много! Все. До урока еще десять минут, да? Меня не трогать.       Тори ложится на парту, закрыв лицо волосами. И благодаря бессонной ночи сразу погружается в дрему.       – Не трогай!!!       Крик выдергивает Тори из сна, и она подскакивает. Резкая боль в щеке прогоняет остатки сна.       – Ай!       Тори прижимает к щеке руку, и на ладони остается что-то теплое и мокрое.       Перед Тори стоит Амбэр с ножницами. Она что, хотела мне горло перерезать?       – Что за?..       – Отойди от нее, больная! – орет Армин, и они с Кентином загораживают от Амбэр Тори. Вторая недоверчиво рассматривает кровь на ладони.       – Отойдите, – Тори протискивается между ними. – Ты что, больная?! Прежде чем убить человека, подумай башкой своей пустой!       – Тори, она не убивать хотела, – Кентин кивает на парту. Тори опускает глаза и хватается за волосы. Короткие пряди свисают около лица... А их продолжение лежит на парте. Резкий поворот. Блондинка пятится от нее, прижимая к груди ножницы.       – Ты... что... Ты совсем своей извилиной поехала?! – рычит Тори, стремительно идя на Амбэр. В этот момент в класс заходит Кастиэль – прямо на разворачивающуюся сцену. Амбэр с ужасом пятится от Тори, а она, судя по виду, хочет ее убить. А на ее щеке – кровь.       – Тори, что с тобой? – Кастиэль стремительно подходит и берет в ладони ее лицо, рассматривая порез.       – Отпусти меня. Эй, а ну стой! – Тори вырывается из рук Каса и бежит за смывшейся Амбэр.       – Нет! – Кастиэль догоняет Тори, и, не обращая внимания на попытки вырваться, прижимает к себе. – Не надо, Тори, пусть бежит. Она еще ответит. Посмотри на меня.       – Отпусти, придурок! Дрянь, стой! Я тебе все волосы вырву из головы без наркоза, слышишь меня?       Перед Тори встает Мэл и касается ее щеки.       – Тори, успокойся, пожалуйста. Тебе надо к врачу!       Тори затихает, глядя в лицо Мэл. Сестра переживает, и она не может плюнуть на это. Поэтому медленно кивает.       – Ладно. Отпусти меня, Кастиэль.       – Только если обещаешь, что не побежишь ее догонять.       – Ладно.       Кастиэль отпускает Тори, и она с тоской касается обрезков собственных волос на парте. Отрезала немного, но все равно обидно. Дура.       – Не волнуйся, ты все равно самая красивая, – слышит Тори и тоскливо смотрит на Армина – он сочувственно сжимает ее плечо, и выходит из класса. В проеме сталкивается с Розой и Алекси. Розалия с ужасом вылупляется на лицо подруги.       – Что с тобой опять случилось?!       – Амбэр, – кидает Тори. Она хочет пойти в туалет умыться, но Роза тащит ее в медпункт. Алекси увязывается следом.