Ай-яй, Урахара Киске, что же происходит у тебя в голове?

      Я сидел на крыше школы в своей духовной форме и наблюдал за уроком физкультуры у класса Куросаки Ичиго, Исиды Урю и Орихиме Иноуе, которые, к слову, так и не заметили меня. Всё-таки служение во втором отряде, бытие капитаном и бега не прошли даром. Что я тут вообще делаю? Конечно же, слежу за Куросаки-саном! Почему? Хотел бы я сказать, что исключительно из-за просьбы его отца, но не люблю врать самому себе. Нет, Исин, конечно, и вправду просил присмотреть за сыном, но моё внутреннее «я» подсказывает, что это далеко не главная причина. Как учёный, я даже нашёл несколько доказательств этой теории. Одно, из которых то, что я лично приглядываю за Куросаки-саном почти весь день. А ведь мог бы послать его друзей-шинигами или создать что-нибудь для защиты. Странно? Есть такое. Описывая свои чувства в момент принятия решения, я бы сказал, что волновался за юного, но такого сильного даже сейчас, и я говорю не про рейацу, мальчишку с тяжёлой судьбой и тёмным наследием, а потому, пожелал лично защитить его.       Вот только…. Правильно ли я это делаю? Я вижу как плохо Куросаки-сану без присутствия частички потустороннего в его жизни. Да, его друзья-шинигами всегда рядом, но он же об этом не знает. Хотя, определённо что-то чувствует. Кажется, рейацу начала потихоньку восстанавливаться. Это хорошо. И всё же, я вижу, как страдает Куросаки-сан, не имея возможности, поделиться переживаниями с близким человеком. Его друзья отчего-то решили, что огородить сына Исина от всех разговоров и упоминаний о духах — это хорошая идея, да и отец не лучше, снова стал строить из себя невесть что, не желая начинать серьёзный разговор. С сёстрами всё предельно понятно, Куросаки-сан не хочет подвергать их опасности нового мира. Интересно, как он отреагирует на то, что Карин — частый посетитель моего магазинчика? Разозлится, наверное.… Хотя, в последнее время мне всё труднее предугадывать его действия.       Ох, что-то я задумался и чуть не пропустил момент ухода Ичиго*! Хорошо, что звонок с последнего урока, которым как раз таки была физкультура, вытащил меня из размышлений. Взглянув последний раз на небо и, подметив, что завтра, скорее всего, будет сильный дождь, я последовал за Куросаки-саном на почтительном расстоянии, ведь он всегда словно каким-то внутренним чутьём чувствовал, что я рядом. Невероятный юноша.       Сопроводив его до самого дома, я поспешил скрыться с меткого взора Исина, которого провести всяко сложнее, нежели юных шинигами, что носят гордое звание «друзей Куросаки Ичиго». Стоп. Мне показалось, или я только что приревновал Куросаки-сана к его друзьям? Яре-яре, Урахара, этот вздорный мальчишка, ломающий все устои шинигами, странно на тебя влияет.       Оставив Куросаки-сана под надёжной опекой Исина, я ушёл обратно в магазин. Заварив себе чаю, вышел на задний двор дома, сев на нагретые доски пола и облокотившись на деревянную стену, подогнул одну ногу, обхватив её рукой, и начал размышлять о нелёгкой судьбе рыжеволосого мальчика с храбрым сердцем и стальной волей. Мои сожители предпочли мне не мешать, за что я им премного благодарен. Весь вечер я пил зелёный чай и думал о жизни Куросаки-сана. В итоге, пришёл к выводу, что в данной ситуации ему нужен человек, который выслушает, поддержит и не бросит. Под это описание лучше всего подходил Ясутора Садо. Надо будет с ним завтра-послезавтра поговорить на счёт этого. В конце концов, это то-немногое, что я могу сделать в благодарность и в качестве извинений за то, что маленькому, но очень сильному и храброму мальчику пришлось исправлять ошибки одного учёного, который старше его раз в пятнадцать**.       Как я и предсказывал, на следующий день пошёл ливень. Я сидел за котоцу в одиночестве и снова пил чай, только на этот раз с печеньем-пресказанием, что напёк вчера Тессай перед тем, как отправится в Сообщество Душ вместе с Джинтой и Уруру прямиком в двенадцатый отряд. Нужно было встретиться с Маюри, но мне так не хотелось видеть его в ближайшее время. Тем более, там нужна помощь с барьерами. Тессай в этом явно лучше меня разбирается. «Сами как-нибудь справятся», — решил я и с чистой совестью остался в магазине. Разломив очередное печенье мне выпал листочек с лаконичным предсказанием: «Ждите неожиданных, но приятных гостей». «Кто же в такой дождь придёт?», — малодушно решил я, а потому сначала подумал, что стук в дверь мне померещился. Однако, почувствовал знакомую, пока ещё слабую, рейацу, все мои сомнения отпали. Интересно, зачем Куросаки-сан пришёл ко мне в такой ливень? Тихо подойдя к двери, я прислушался к тому, что говорил сын Иссина. Когда Куросаки-сан закончил своё повествование, в моей голове осталось лишь мысли, которые всё больше подвергали сомнению мою разумность: «Какой Ясутора Садо? Этот смелый юноша только мой. Я сам стану тем самым близким человеком, который всегда поддержит его». В тот момент я окончательно понял, что ревную этого светлого мальчишку. Ладно, с этим можно разобраться позже.       А сейчас, этому храброму ребёнку нужна поддержка. Моя поддержка. Резко распахнув седзи, я обнял смелого мальчика и сказал лишь пару слов, желая успокоить. Конечно, я быстро промок и замёрз, но его улыбка грела лучше всего на свете.       Моё, как эгоистично, солнце, я защищу тебя, чего бы мне это не стоило. Защищу, даже от тебя самого.       Ярэ-ярэ, какой же ты эгоистичный ребёнок, не любящий ответственности, Урахара Киске. Пора бы найти того, кто тебя исправит, ты так не думаешь?