Традиция

Это все, как часто бывало, начиналось довольно забавной шуткой, а теперь – вот уже сколько лет как традиция. Каждый год в один и тот же день Мори Огай с горьким вздохом откладывал в сторону все свои многочисленные прямые обязанности, хватал в охапку свою ненаглядную Элис и спешил в один из самых крупных цветочных магазинов Йокогамы. Не то, чтобы он руководствовался какими-либо критериями оценивания цветочных магазинов или ночами штудировал гугл-карты, вычитывая пользовательские отзывы – одна довольно милая на вид лавочка уже несколько лет как находилась в квартале от главного офиса Портовой мафии, могла похвастаться толковым персоналом с прямыми руками и широким ассортиментом всегда свежих растений, так и зачем сильно заморачиваться? Цветочные лавки вызывали у Элис неподдельный интерес – побывать тут удавалось лишь единожды в году. Ей нравилось разнообразие свежих ароматов, витающих в прохладном воздухе, высокие стенды с самыми разными открытками и мять в пальцах бархатные лепестки цветов, поэтому, как только они пересекали порог магазина, девочка тут же быстро исчезала из поля зрения Мори и не появлялась в нем, по крайней мере, часа два-три точно – этого времени Огаю с головой хватало, чтобы в сопровождении орды консультантов тщательно отобрать две аккуратных охапки самых свежих цветов, а затем проследить, чтобы их правильно оформили. Один – гармонично, но ярко, с блестками, шуршащей фольгой, ленточками и аспарагусом; второй – скромно и без излишеств, но со вкусом, в темной зелени декоративного эвкалипта и мягкой молочной бумаге. Вся эта суета выматывала ничуть не меньше, чем нескончаемая беготня на работе, но перевести дух удавалось лишь по пути назад, откупившись от болтливой Элис очередной коробкой пирожных. Букет из упругих бутонов роскошных розовых роз, усыпанных мелкой крошкой стеклянных блесток, по возвращению Огай сразу же спешил лично вручить светящейся от радости Кое под аккомпанемент традиционных поздравлений – в ответ не менее привычно слышал звонкий смех, награждался дружескими крепкими объятиями и поцелуем куда-то в щеку, после которого надолго оставался красный несмываемый след от помады. Озаки не имела привычки надолго задерживать: пару бокалов вина за здоровье именинницы – ровно до тех пор, пока случайные разговоры о былом и будущем не начинали касаться той самой темы, которую так любила обсуждать девушка. – Мне правда пора, дела, – легкий поклон на прощание и пару шагов до двери. – Передавай своим делам мои искренние поздравления, – ухмылялась вслед Кое, болтыхая в бокале остатки вина. Он точно ее слышал. Со вторым букетом ситуация складывалась посложнее, но не было в этом ничего такого, что могло бы оказаться не под силу боссу Портовой мафии: спустя один звонок и недолгих пять минут огромная охапка кроваво-красных камелий с аккуратно всунутой открыткой оказывалась на руках у курьера – случайно подвернувшегося под руку мелкого подчиненного. В ладонь вкладывался листок с точным адресом, в уши – искреннее обещание выдать премию, и дальше об этом всем можно было с чистой совестью забыть. До самого вечера. – Я Вас слушаю. – Камелии. – О, так Вы уже получили мой подарок? Надеюсь, вам пришлось по душе. Что же, если вы позвонили, наверное, стоит мне лично сказать парочку теплых… – Красные. Камелии. – Отлично разбираетесь в цветах. Увлекаетесь флористикой? – В прошлом году это были гардении. – Память у Вас тоже отличная. – Это издевательство? – Это поздравление. Кстати, привет от Кое-сан. Видели открытку? Тихий вздох на том конце провода не может не вызвать легкую улыбку. Звонок обрывается; телефон точным движением отправляется на мягкую обивку бархатного дивана. Мори легко накидывает на плечи пальто, обвивает вокруг шеи так любимый им кроваво-красный шарф, старательно, до покраснения щеки вытирает след от помады влажной салфеткой. Он может раздраженно закатывать глаза и тяжело вздыхать сколько вздумается. Все равно, приближаясь к сверкающему на всю ночную Йокогаму колесу обозрения, Мори еще издалека заметит его высокий статный силуэт – такой тяжело спутать с чьим-либо еще. Позволит втянуть себя в легкие объятия, мимолетно клюнуть в щеку – и пусть будет выглядеть привычно беспристрастным и сердитым, ничего не скажет, когда его под руку поведут в сторону ярко освещенного ресторанного квартала. – Я бы мог списать все на твою непросвещенность в символизме цветов, но открытка – это перебор, – прочистив горло, сухо заметил Фукудзава. – Других не было, – ухмыльнувшись, пожал плечами Мори – ни капли вины в глазах, ни доли раскаянья в голосе. – Так я тебе и поверил. Это все, как часто бывало, начиналось довольно забавной шуткой, теперь – вот уже сколько лет как традиция, а хорошие традиции, как ни крути, надо соблюдать. Поднять на уши все Вооруженное детективное агентство, тайно передав их директору букет красных камелий с открыткой-сердечком внутри? Дорогого стоит. Лично вогнать в краску самого директора детективного агентства? Бесценно.