Бегство, или Желание Жить

Учащённое сердцебиение болезненно отдавалось в висках. Резкое, неровное, шумное дыхание и ещё более громкий шорох листвы под ногами. Казалось, этот шум разносился вдаль на целые километры, разрушая мёртвую тишину. Каждый твой спешный шаг сотрясал всё тело, колебанием разносясь вверх к голове. Ноги так и норовились подкоситься в любой момент. Только ты, шум, издаваемый тобой же и темнота… Или не только? Ты шёл вперёд, дальше и дальше, но, вдали вдруг показалась преграда из покорёженных и поваленных деревьев, загораживающих дальнейший путь такой себе стеной. Теперь ты вынужден был свернуть со своей мысленно проложенной уже дороги, ведь попытка перебраться через это нагромождение значительно замедлила бы тебя, не имела стопроцентного результата и могла бы оказаться роковой. Кулаки нервно сжимались, а взгляд становился ещё более пристальным. Не дойдя ещё до тупика, ты вдруг напрягся, остановил глаза, голову и туловище в одном положении и не мог их никуда повернуть, находясь в состоянии строгой сосредоточенности. Ты боялся совершить ошибку, не так ли? Наконец достигнув определённой точки, мысленно отмеченной тобой перед тем самым тупиком, ты, долго не думая и практически не замедляя шаг, быстро повернул направо и двинулся дальше, стараясь не заострять на этом внимания и не тормозить из-за этого. Ты мысленно старался уверять себя, что это — лишь пустяк, что подобных тупиков в лесу полным-полно, и что можно идти и другой дорогой. Главное — не останавливаться. Но, спустя пару секунд после поворота, до твоего рассеянного, витающего где-то далеко сознания вдруг дошло, что краем глаза ты заметил что-то. «Показалось», — пронеслось в голове, и даже в мыслях голос люто дрожал. Ты скорее надеялся на это, чем утверждал. Напряжение было запредельным и ты чуть было не завыл во всё горло от ужаса. Всё тело сжалось и снаружи, и внутри, и ты еле перебирал ногами, но каким-то чудом сохранял свой быстрый темп. Руки тряслись, как и голова, как и плечи, как и грудь. Постепенно тебя стало колотить от ужаснейшего ощущения. Ты чувствовал что-то за своей спиной, и чувство это было нереально сильным. Это чувство было схоже с ожиданием страшнейшего, с ожиданием неизбежного конца. Ты шёл, чуть не срываясь на бег, изо всех сил стараясь не поддаваться истерике, и по телу то и дело — буквально каждую пару секунд — пробегала стая мурашек, задевала почти каждый нерв, передёргивая всё тело и распространяясь неприятными мурашками от затылка, подверженного постоянным покалывающим ощущениям, по спине к конечностям. Через несколько секунд… или, может, минут… а может, ещё позже — ты потерял счёт времени уже давно. В общем, через какое-то время этого бегства и жуткой боязни чего-то ты своими обрывистыми, судорожно проскакивающими в голове мыслями почти уверил себя в том, что сам себе всё напридумывал. Осталось лишь оглянуться и проверить. Ты твердил себе: «Это неправда. Просто показалось. Только напрасно пугаюсь своей же фантазии». Ты шёл, почти бежал дальше, а по спине всё так же пробегал холодок, создавая чувство, схожее с лёгким зарядом электрического тока. И вдруг, неожиданно даже для самого себя, ты повернул голову, совсем слегка замедлив ход. Окинув всё вокруг испуганным взглядом, пристально всматриваешься, переводя постепенно взгляд: темнота… деревья… темнота… и… Свет. — О нет… Нет! — закричал, чуть не срывая голос, ты и, всё также глядя назад, сорвался на бег. Ты бежал дальше, уже глядя вперёд, но вечно оборачиваясь, и раз за разом спотыкался. Ты видел, как это что-то ближется, будто течёт по сырой и холодной земле и просачивается сквозь густые заросли. Это было похоже на свет фар подъезжающего автомобиля, только ярче и… Страшнее. Тени деревьев сокращались, и это говорило о приближении чего-то необъяснимого, ужасающего и просто неизбежного. Наконец собравшись с мыслями, ты резко ускорился и тело, от ног к макушке головы, резко пронзило острой болью. Ты сильно сморщился, чуть не закричал, но продолжил бежать. Ты готов был бежать от этого столько, сколько позволило бы уставшее тело, даже при том, что чувствовал невероятно сильную боль и усталость, воздуха в лёгких не хватало, а страх немыслимо сильно сжимал горло, почти совсем не давая дышать. Тебе было невероятно больно и страшно, но ты бежал. Казалось, ты вот-вот потеряешь сознание, но ты готов был бежать бесконечно долго, если бы позволило тело — даже с той же болью, с тем же страхом и с тем же изнеможением. Ведь тебе хотелось жить, и это было важнее всего.