Тройная петля

В это время на другом конце города Марэрит, округ Вилброу POV Альмира        Я подскочила со скоростью испуганного зайца на своей кровати, больно и ощутимо ударившись головой, а потом и рукой об изголовье. Бешеное сердцебиение, капельки пота, стекающие со лба, и ощущение той боли. Боли от проклятого металла с аконитом! Ненавижу! По всему телу прокатилась волна, и почувствовала, как увеличились клыки, как стали удлиняться когти на руках. Хотелось рвать и метать. Убить того мерзавца, уничтожившего мою жизнь, моих дорогих и любимых родителей! «Альмира, солнышко мое, запомни, — в голове вспыхнули слова отца. — контроль над эмоциями сделает тебя сильнее. Не позволяй гневу или ярости захлестнуть себя с головой. Помни об этом, кнопочка». Папа… На глаза снова навернулись слезы. Схватив плюшевого розового кролика и уткнувшись ему в нос, обняла игрушку со всей силы. Подступившие слезы катились по щекам, стекая на ни в чем неповинного крольчонка. Прости, Куки, но у меня никого, кроме тебя, не осталось. Потерпи, родной. Пожалуйста, потерпи…       Родители сейчас бы, наверняка, подлетели, обняли с обеих сторон и стали спрашивать, кто посмел посягнуть на маленькую кнопочку, грозя виновнику страшнейшими расправами и приходом защитника Куки. 12 лет назад Парк аттракционов города Трэнен — Пааааапааа! Пааааапа! Смотри! — маленькая девочка дергала за рукав высокого, темноволосого мужчину, одетого в темные штаны и свободную светлую футболку с клетчатой рубашкой. — Ну посмотри же! — Что там, непоседа? — со смехом отозвался он, беря ребенка на руки. Дочь тут же обняла одной рукой его за шею, а второй указывала в сторону палаток со всякими игрушками. — Вот там! — все также показывая маленьким пальчиком на прилавок, продолжала твердить девочка. — Там кролик, папуль. Можно мне кролика? — и тут же состроила умилительную мордашку. — А вот даже не знаю, что и сказать. Ты себя хорошо вела?  — взглянув в кристально-зеленые глаза дочери, поинтересовался он. — Ну-ка, вспоминай! Малютка всерьез задумалась, забавно сморщив свой носик. Было видно, как она будто бы просчитывает что-то в попытках вспомнить все свои поступки. — Ну и чем снова мучаешь нашего ребенка, а, мучитель? — спросил подошедший, обняв обоих. — Я вспоминаю то, что сделала — ответила девочка, серьезно и по-взрослому посмотрев на отца. — Вот вспомню, и папа мне купит того кролика, который на полке. — Это какого? Вот того, милого и розовенького, с черненькими глазками и приподнятой бровью? — уточнил мужчина. — Ага — подтвердила девочка кивком. — А давай мы просто сейчас пойдем и получим его, а папе ничего не скажем? — заговорщическим шепотом спросил родитель, наклонившись к дочери, игнорируя тот факт, что муж стоит рядом и все слышит. — Он точно не узнает об этом? — уточнила она. — Обижаешь, маковка. Мы все сделаем быстро и по-тихому. — подмигнул отец, и тут же получил удушающие объятия от ребенка и крик в ухо. — Урррааааааа! Папуля купит мне кролика! — Я как бы все слышал, банда негодников — отозвался второй, зажатый между двумя любимыми и родными людьми. — Надо соблюдать конспирацию, а вы тут орете на всю улицу. Дочка подняла взгляд на отца и помотала головой. — Не-а, ничего не было. — Да-да, родной, — присоединился муж. — У тебя были слуховые галлюцинации, не иначе. Раздавшийся смех всех троих привлек внимание прохожих и заставил тоже улыбнуться.

***

Оба мужчины сидели вместе на лавочке и смотрели на то, как их дочь бегает по площади в обнимку с огромным кроликом, который был больше нее. Она смеялась, кружилась в танце, понятной лишь ей одной. В закате летнего солнца такая картина была завораживающей.

***

— Спи, солнышко, — поправляя одеяло, сказал Чонгук. — Пусть тебе приснится только самое хорошее. — А чтобы никто тебя не обидел, — присел на кровать Тэхен и пододвинул игрушку ближе к дочери. — Мы оставляем верного охранника и храброго, сильного защитника Куки. Он спасет ото всех бед и будет охранять твой сон. — Дочь широко улыбнулась и еще крепче сжала кролика. — Люблю, па. — ответила она, закрывая глаза. — И мы тебя, кнопочка. Мы тебя очень любим и никогда не оставим одну. — Тэхен и Чонгук по очереди поцеловали свою дочь в щечки и вышли из комнаты.

***

11 лет назад Темный и незнакомый лес, полная луна и погоня, продолжавшаяся уже на протяжении двух часов. Двое мужчин, один из них с ребенком на руках, бежали изо всех сил до убежища, расположенного на окраине города. — Они подбираются со всех сторон, Гуки. — с паникой сказал второй. — Мы в ловушку попадем! — Надо спасти Миру, Тэ. — сказал он, крепче прижимая к себе напуганную дочь.

***

10 лет назад — Папа? Пааапа?! — кричала девочка, тряся за плечо лежащего на земле мужчину. Его темно-карие глаза, некогда наполненные миллиардами звезд Вселенной, теперь безразлично смотрели в небо, и в них отражалась лишь луна. Раскинутые в стороны руки с еле виднеющимися когтями словно призывали кинуться в объятия. В объятия, которые больше не согреют. — Па… паааапааа — продолжала звать его девочка. Рядом с ним, на осколках разбитого стекла от журнального столика, лежал ее второй отец, у которого было вырезано сердце. Серые, спутанные волосы, и рука, протянутая к мужу…

***

Огонь пожирал последние остатки некогда счастливого дома и навеки уносил в безымянность тела альфы и омеги, убитых чужаком. На расстоянии трех метров от костра стояла маленькая девочка, сжимая игрушку. В ее глазах, ставших кроваво-красными, отражалось пламя, в котором были родители. Теперь она одна. Навсегда.

***

      Воспоминания душили, причиняя боль. Все произошедшее в тот день пронеслось снова перед глазами, в миллионный раз ударяя по сердцу. «Надо быть сильной» — твердила себе. — «Надо быть сильной, да, Куки?». Отодвинулась от игрушки и провела ладошками по щекам кролика, стирая следы моих слез. Я знала, что все это останется в памяти. Истинный альфа помнит все, абсолютно. Родители рассказывали об этом, но вот там не было того, что мне придется им стать, потеряв их. Разом. Звук пришедшей смс-ки раздался выстрелом в тихой комнате. "Есть новости, Мира. Увидимся в кафе". Значит, Хосок что-то откопал. Он появился в моей жизни почти 9 лет назад, после того, как непонятным образом мне удалось выжить от встречи с серебряным стержнем, пропитанным аконитом. Взял к себе девчушкой, похожей больше на мальчика, и с дыркой в груди. Практически труп. Выходил, вырастил и помог стать самостоятельной. Теперь бы еще вот нормально в академии отучиться, и было бы восхитительно. Как не сошла с ума от вступительных экзаменов - до сих пор не понимаю. Было какое-то предчувствие надвигающихся событий, только не ясно, во что конкретно для меня они выльются.