Маски без чувств

      —Ты слишком добр, Сал — подвел итог Ларри. Уже более тридцати минут они сидели и разговаривали о том, что произошло и как к этому все подошло.       —Ну знаешь ли, тебя тоже с первого взгляда не назвать особо приличным и хорошим.       —Да ты шутишь, я ж белый и пушистый — Ларри пытался поднять настроение своему другу. Все таки не в том человеке Сал пытался разобраться. Но одной проблемой меньше. После этого тот явно не захочет возобновить общение. Фишера стало заметно потряхивать, видимо только сейчас он стал расслабляться и адреналин в его крови стал уходить. — Твой отец же в ночную? Погнали ко мне? Мать будет не против, она заходит ко мне только по утрам если я не встаю во время — Ларри сейчас совершенно не хотелось оставлять своего друга в одиночестве после всего этого.       — Пойдет, только сменку соберу, то в уличной спать как то нет желания. Ларри лишь кивнул и выкинув бычок в окно захлопнул окно.       Фишер выудил из-под подушки широкую футболку и штаны, запихнул в школьный рюкзак и в последний момент обратил внимание на валяющийся пузырек таблеток его отца. Салли поднял его с пола.       —Твои?       —Нет, отца — задумчиво ответил Салли. Зрительная память у него была отменная. И он четко видел что количество таблеток не поменялось. Их было ровно столько, сколько он оставил после того как слинял на вечеринку. А это плохо. Они не только помогали его отцу уснуть, но и делали его более спокойным. Когда Салли только выписали из больницы Генри не мог принять тот факт, что его жены больше нет. У него начались галлюцинации и вспышки гнева. Но психиатр быстро исправил эту проблему. — Ладно, погнали — по дороге Салли вернул таблетки на место и пометил себе, что надо бы посмотреть за отцом, принимает ли он их.       Спустившись в подвал и зайдя в комнату друга, Салли окончательно накрыло. Сердце забилось в висках, дышать стало почти невозможно, ощущение будто на грудную клетку положили тяжеленный булыжник и скинуть его не представлялось возможным. Все в комнате тревожно уставились на двоих вошедших.       — Нда — коротко подвел итог патлатый и закопавшись в вещах, которые лежали большой кучей в шкафу, выудил оттуда закупоренную бутылку медовухи.       — Черт, Ларри, у тебя не комната, а алкогольный магазин, сколько у тебя еще таких нычек? — удивленно произнесла Эшли.       — Много, — коротко и по делу ответил владелец комнаты.       —На случай апокалипсиса наверняка затаривался.       — Кто знает, кто знает — Пожал плечами Ларри. И удалился куда то в сторону кухни.       —А тебе идет такая прическа — кинула небрежно Эшли, видимо не догадываясь до причин, почему ему пришлось изменить ее. Тодд смерил девушку взглядом. Этот парень видимо всегда понимал настроение собеседника, тактичное молчание — лучшее что сейчас могло бы быть, подумал про себя Салл.       —Спасибо, — преодолевая дрожь в голосе произнес он. Спасая ситуацию, в комнату вошел Ларри и неся в руках лишь два стакана поставил их на прикроватную тумбу.       —Ребят, я думаю уже завтра посидим, — как бы между случаем он глянул на часы. Время было еще не позднее, до возвращении Лизы было еще часа три, не меньше. Но никто не задавал вопросов, лишь Эшли заметно помрачнела.       —Ну до завтра тогда — она было потянулась за поцелуем в щеку, но Ларри невзначай       — Видимо с проектом тебе не только меня придется тянуть.       —Да это не проблема — Тодд лишь улыбнулся и вышел из комнаты вслед за не только мрачной, но теперь и обиженной поведением Ларри Эшли.       Закрыв дверь за ними он вернулся в комнату. Все что можно было обсудить, они уже обсудили. Молча разлив напиток по стаканам, он протянул один Салли. Также в тишине выпили, следующая прошла так же в тишине.       —Спасибо.       —Второй раз благодаришь — Ларри шутливо толкнул сидящего рядом друга. Из-за чего стакан опасливо покосился в его руке и чуть не пролился на кровать, где они сидели.       —Я почти не помню маму — неожиданно начал Салли, но он не решился прерывать друга. — но помню что она сказала мне когда-то. Не суди других лишь увидев их, или услышав о них. Порой присмотревшись к человеку узнаешь о нем много нового. Не все тихони — такие по натуре, у одного из моей старой школы были серьезные проблемы в семье, из-за которых он просто не хотел общаться. А другой с похожей ситуацией — стал главным задирой в школе. Вот посмотрев на меня, что можно сразу сказать? То что я отношусь к тем людям, с которыми мама в детстве просила не общаться. Про тебя кстати тоже — Салли издал тихий смешок. — Вот и про Трэвиса я подумал так же. У него явно какие то терки с отцом. Может из-за этого он так отвратительно себя ведет. –после этих слов Салли допил свой стакан. Ларри молча подлил и себе и другу. Закурил.       — После того как она умерла, отец порой поднимал руку когда выпьет. В один вечер он настолько напился, что мне пришлось бежать к соседке. Тогда я еще не носил протез. Так вместо того чтобы помочь, она лишь испуганно вскрикнула и, перекрестившись, закрыла дверь перед моим носом. Пытаясь найти друзей в школе, все лишь шутили надо мной. Кто то пустил слух, что я отравляю каждого к кому прикасаюсь. Глупый, нереальный слух, но тогда даже те, кто относились ко мне с безразличием, стали обходить меня стороной. Потом конечно все переросли это, но в друзья не набивались. Лишь Гизмо составлял мне компанию, пока остальные развлекались. Еще котенком он выбежал ко мне откуда то со стороны мусорки. Было целым подвигом уговорить отца оставить его — впервые диалог зашел о таких вещах. Ларри многого не знал о прошлом своего друга, но не считал нужным спрашивать о нем. Еще стакан. Ларри уставше откинулся на кровать, все-таки эта стычка и для него не прошла без последствий. Он не знал что говорить когда речь заходит о чем то личном. Все что он мог предложить это лишь свою компанию. Он не знал, но синеволосому это было более чем достаточно. Сал устроился рядом. Не дождавшись пока друг продолжит, он решил что может поделиться и своим жизненным опытом.       —Знаешь, мой отец свалил за сигаретами когда мне еще десяти не было. Конечно неполные семьи это не новость, но таким брошенным я себя еще не чувствовал никогда — парень поудобней улегся на кровать, Салли скинул обувь и взбил поудобнее подушку. Все таки большая двуспальная кровать была хороша. — Мать рассказывала потом что они не особо ладили друг с другом. Но отец мне запомнился только с хорошей стороны. Научил играть в бейсбол, разбираться в машинах. Мать после его ухода видимо забыла и обо мне. Водила тут всяких ‘отчимов’, выгоняла на прогулки и так далее. Вообщем, я был предоставлен самому себе и улице. — Ларри взглянул на друга. Тот тихо сопел в подушку. Ларри про себя посмеялся, вот и зачем тот сменную одежду взял, раз и так спокойно уснул. Он значит, решил душу ему открыть, рассказать то, о чем не знает никто, а тот. Но он не чувствовал себя расстроенным, наоборот, появилось какое то новое чувство. Сам не зная почему это делает он робко приобнял спящего парня перед собой. Непонятное тепло, от пят до кончиков пальцев разлилось по телу. Ему впервые было так…спокойно?