Кровавые демоны Кири

Вот и вторая моя жизнь закончилась. Умер глупо и смешно. Но пожалуй начну по порядку. Представляться не буду, ни к чему бередить мертвое имя, скажу лишь одно, когда-то, в первой жизни, я был обычным русским парнем, один из огромной серой массы. Увлекался фикрайтерством, аниме, маялся дурью короче. Умер я тогда банально, попал под колеса очередного пьяного водителя. Вторая моя жизнь была довольно странной. Я, как говориться, попал. Стал вампиром, одним из высших. Просто умер, и тут же очнулся в теле младенца. Четыре сотни лет, войн, интриг и крови, привели меня в «кровавые клинки». Я был боевым менталистом, плюс врожденная магия крови, что дало мне возможность стать одним из «идущих тропою тени», асассин, если коротко. И вот я снова мертв, повелся на красивое тело и моську, а в итоге получил яд в вино и стилет в спину, в самый «ответственный» момент близости. Последнее, что я запомнил, было жутко искривившееся лицо красавицы, в гримасе брезгливости и ненависти. Миг забытья, и мои глаза вновь открываются. Передо мной довольно странная картина, мужчина, блондин в плаще, и женщина, довольно красивая, с кроваво-красными волосами. Оба проткнуты огромным когтем, а позади них возвышается огромный лис, с множеством хвостов. Девушка что-то говорит, на неизвестном мне языке, по ее щеке скатывается слезинка и странные золотые цепи, выходящие из ее груди, приходят в движение. Мужчина, по-особому, сложил руки, и вокруг заиграло буйство энергий. Лиса охватил рисунок заклинания, и его стало затягивать в магическое образование в моем животе. Судя по всему, эти двое, родители моего нового тела. Черт, ведь все это мне знакомо, а моя чуйка, просто воет, говоря об опасности. Блин, нет времени копаться в памяти, попробуем по-другому. Сконцентрироваться, ага ментал мне доступен. Создаю заклинания духовных двойников, это заклинание создаст копии этой парочки. Потом, когда придет время, у меня будет четыре часа на общение с этими двумя, а то я сомневаюсь, что они выживут. Так и есть, как только Лиса, полностью, затянуло в меня, оба упали. И если девушка была еще жива, то мужчина умер мгновенно. Кругом бушуют пожары, бегают какие-то люди. Стоп, мать ребенка еще жива, и я сомневаюсь, что последним ее желанием было не защита ребенка. Быстро вспоминаю заклятье жертвенной защиты. Пара минут и девушка, если умрет, станет моим стражем. Пакостное заклинание, если честно, но уж больно громко свербит моя пятая точка. Через несколько минут, вокруг стали собираться люди, почувствовал чье-то заклинание, довольно странное, направленное на мое усыпление. Ладно, черт с вами, уйду во внутренний мир, хоть разберусь во всем происходящем… Какая хрень? Темные туннели, на полу вода. А где моя поляна с меллорном, в окружении леса и зверей, ее защищающих? Тяжело вздохнул и принялся за работу. Два часа, и я вновь стою на, привычной мне, поляне, с травой отдающей синевой, в центре огромное Древо с красно-золотыми листьями и черной корой. Вокруг поляны, густой лес, полный звуков и псевдо жизни, это защита разума. Теперь можно и покопаться в воспоминаниях… Черт! Черт!! Черт!!! Мне жутко захотелось побиться головой об дерево, когда я понял, куда я попал. Долбанная личинка Хокаге и гадюшник под названием Коноха. Просто жуть, теперь понятны возмущения мой чуйки. Неприятностей я хапнул вагон и маленькую тележку. И что теперь делать? Стопе, Кушина же еще жива, бросаю взгляд на вязь жертвенной защиты. Так и есть, души еще нет, надеюсь и не будет. Теперь возьмемся за тело и энергетику. Наши земные фантасты, сильно ошиблись, считая вампиров чудовищами. Вампиры, искусственно выведенная раса солдат. Воины и маги, превосходящие силой и скоростью, большую часть разумных рас. А то, что пьют кровь, это потому, что кровь лучше всего восполняет силы и магический резерв. В бою очень полезная штука. И так, запускаю процессы по изменению тела. Уж не знаю каким чудом, но я сохранил и ментал, и магию крови, а значит я еще по бодаюсь. Ставлю изменения на максимально быстрый уровень. Будет неприятно и придется привыкать к боли, но жить хочется, и чем дольше живешь, тем больше хочется. Теперь энергетика, закладываем потенциал развития, с теми же параметрами, максимум скорости развития. Вот и все, потерпеть три года, и я смогу сам позаботиться о выживании своей тушки. По истечению трех лет, мое тело, окончательно, станет телом вампира, а это вам не шутки. Сила, скорость, ощущения мира, да абсолютно во всем, вампир превосходит разумных, а людей и подавно. Да плюс ко всему, пара тысяч лет естественной эволюции. Надеюсь, по завершении изменений, я смогу потягаться с сильным генином, а если мне дадут время на развитие, хотя бы лет десять, а в идеале пятнадцать… Ох и умоется кровью Коноха. Так я и занимался самосовершенствованием, в своем стремлении выжить любой ценой. Первая неделя ознаменовалась срабатыванием моего заклятья. Тело ребенка жило на своих инстинктах и мое участие не требовалось, по этому я и занимался своим делом, не отвлекаясь. Однажды, цепи заклинания засветились золотым светом. Какого черта происходит? Миг, и душа Кушины Узумаки оказалась в центре защитного узора. Что за черт? Заклинание не должно было ТАК сработать, не могло быть золотого свечения, если только… Пригляделся к душе Кровавой Хабанеро. Черт! Так и есть. Перед смертью, она сражалась, сражалась не смотря на раны и общее состояние организма. А ведь она и так была при смерти. Но всеже нашла в себе силы оказать сопротивление. И, что самое интересное, последним ее желанием было защитить сына. Она столь сильно этого хотела, что заклинание сработало, так, как будто, это она его наложила, защищая сына, жертвуя самой собой. Я стоял и наблюдал, как золотая вязь заклятья расползается по небу и лесу, окружающему поляну, в моем внутреннем мире. Ее душа теперь мой страж, она будет защищать как само тело, так и мой внутренний мир. Не ждал я такого. Что, о Предвечная Тьма, там произошло? Что заставило эту женщину сражаться, с единственной мыслью о сыне? Эх, скорей бы мне года два-три исполнилось, можно будет попытаться узнать. Смотря на золотые цепи, в которые превратилась защита, я дал себе слово. Что, уж за что, а за ее смерть я отомщу. Пускай, она лишь дала жизнь моему новому телу, но несмотря на прожитые годы, я бы, с гордостью, назвал эту женщину своей мамой. Ну держись Коноха, есть у меня пара задумок… из запретных ритуалов магии крови… Время текло, я почти полгода, возился с телом и энергетикой. Я даже смог подстегнуть развитие, подняв планку возможностей организма, за счет чакры Лиса. Вздохнув с облегчением, радуясь проделанной работе, я был отвлечен шелестом листвы. Вторжение… кто-то проник в мое подсознание. Секунда и я смотрю в спину убегающему силуэту. Золотые цепи отрывали от него куски, а парень судорожно пытался сбежать. О тьма, что там происходит? Выныриваю из своего внутреннего мира в реальность. Первое, что вижу, рука с кунаем, занесенная надомной. Мгновенная вспышка боли, я аж вскрикнул. И рука летит в стену, оставшееся от наподдающего, размазывает по противоположной. А золотые цепи, вырвавшиеся из моей груди, продолжают свое кровавое дело. Еще пара мгновений, два разорванных тела, и цепи замирают, хищно осматриваясь. С удивлением смотрю на проступающую вязь татуировки, покрывающей мое тело. Вязь фуин (я уже начал активировать воспоминания по этому аниме и манге), сплетающаяся в цепи, опутывающие мое тело. О предвечная, что ты сделала Кушина, что мое заклинание наложилось на твою технику? Как же сильно ты любила сына? В одном из кабинетов башни Хокаге. В кабинете сидело четверо шиноби, преклонного возраста. Присутствующие обсуждали дела деревни, когда в помещение вбежал один из бойцов Корня АНБУ. - Прошу прощения, Данзо-сан, Хокаге-сама, у нас проблемы. - Что еще случилось? - Встал забинтованный шиноби. – Вы не смогли поставить пару закладок младенцу? - Вам, это нужно самим увидеть… - Проблеял напуганный корневик. Все четверо, проследовали в зал с мониторами. Боец Корня, включил видеозапись, на самом большом из экранов. - Это произошло десять минут назад. На экране возникла одна из палат госпиталя. Внимательный наблюдающий, отметил бы, что помещение, явно, находиться в подвале. В центре стояла детская кроватка, с полугодовалым ребенком, который сейчас спал. В палату вошли четверо. Один из вошедших, подошел к кроватке и положил руки на голову ребенка. Еще двое замерли у двери, а четвертый встал с боку от кроватки. Пару минут ничего не происходило, а потом действия понеслось вскачь. Мужчина, что держал руки на голове ребенка, закричал и начал выцарапывать себе глаза. Стоявший сбоку, выхватил кунай и занес его над, открывшим глаза, ребенком. В тоже мгновение, из плечей и поясницы ребенка вырвались золотые цепи. Замахнувшийся кунаем, был порван в считанные мгновения. Двое, стоявшие у двери, и попытавшиеся приблизиться к ребенку, были оплетены цепями и раздавлены. Цепи, около минуты, вращались вокруг кроватки, хищно осматривая помещение, после чего, втянулись в тело ребенка, засияв на его коже, все темже золотым светом. - М-да, - проговорил старик, выпуская струю дыма. – Теперь понятна та улыбка Кушины. - Не мели чепухи, - встал забинтованный, - эти сказки из Суны? Вымысел местного сброда, не более. К томуже, я, изначально, предлагал перезапечатать Лиса. - У тебя есть мастер печатей? – Влезла в разговор единственная женщина в их четверке. И после секундного молчания добавила. – Вот и не возникай. - А как же печать Минато? – Не унимался забинтованный. – Ты, ведь, уже получил его записи? – Обратился он к старику с трубкой. - Судя по всему, - старик сделал долгую затяжку. – Минато доделывал ее прямо в бою с Лисом. В свитке только наработки. - Получить бы библиотеку Кушины, - тяжело вздохнул третий из стариков. – Но ее дом, уже по бревнышку разобрали. А ничего стоящего, так и не нашли. - И что теперь? Вы ведь не отдадите его мне? В Корне бы его воспитали как нужно. - Кланы встанут стеной, - покачал головой старик, вытряхивая трубку и доставая кисень с табаком. - Нужно что-то решать, - взяла слово женщина. – Сейчас. Потом уже будет поздно. - Пусть растет в приюте, - влез третий старик. – А мы постараемся сделать все, чтобы он имел нужные впечатления. - Я сам этим займусь, - говоривший раскурил трубку и сделал, очередную, затяжку. – Мне, кланы не посмеют что-то сказать. Остальные лишь кивнули, соглашаясь с ним…