странный.

марк не является на пары на следующий день. ожидаемо. джинён в этот день решает немного поучиться, ведь с появлением туана в его жизни, успеваемость упала почти на дно. столько жалоб от преподавателей на нёна никогда не было. по крайней мере он не помнит, да и другие тоже. к слову, многие заметили перемены, произошедшие с парнем. грех такое не заметить. ко всему безразличный пак с идеальным табелем вдруг начал дерзить всем на свете и получать двойки. как это можно назвать? вероятно, это называется «эффект марка». он учится и все оставшиеся дни, потому что туан исчез. загадочный он всё-таки. сколько бы пак не ходил в его любимое кафе, в заброшенный парк, в кафетерий рядом с университетом или даже в ларёк перед домом, где тот покупает сигареты. его нет нигде, а спросить даже не у кого, ведь у марка нет друзей, а у преподавателей таким интересоваться как-то стрёмно. // ужасное утро, ужасная погода, ужасное расписание. среда — день, в принципе, ужасный. но джинёну, даже не смотря на сильный ливень, приходится идти пешком до учебного заведения, ведь автобус он проспал, а денег на такси нет, потому-что кошелёк решил сегодня остаться дома. жаль, сам пак до такого не додумался. хорошо, что хоть зонт взял, да и от того польза нулевая. сломался из-за сильного ветра. «что же это такое?» рвёт и мечет внутри себя джинён, бросая поломанную вещь на асфальт и идёт в университет со сжатыми до побеления костяшек, кулаками. первая пара по психологии. психология — сам по себе предмет изумительный, но вот преподавательница, которая выглядит так, словно откинется в любую секунду со своим старческим пониманием о том, что правильно, а что нет и как нужно общаться с людьми — это вынос мозга. по крайней мере у джинёна он вскипает. — что ж, сегодня у нас на дом проект на тему «интроверсия и экстраверсия». партнёров я вам дам сама. — говорит пожилая женщина осипшим голосом, а нён ударяется головой об парту так, что мозги трещат. старушка на это внимания не обращает и продолжает соединять людей из списков. -…так, это у нас джинён. будешь, будешь, будешь ты у нас… будешь с туаном. — после этих слов хочется закричать, свернуть парту и уйти к чёртовой матери, потому что как? как он должен отыскать этого марка туана? как он будет с ним общаться, если тот сбежал на два месяца, после последней их встречи? что он сделал не так, что жизнь относится к нему, словно хочет уничтожить все оставшиеся за двадцать два года жизни, нервы? приходится идти в деканат и узнавать, что же с марком. тот, оказывается, повредил ногу. при каких обстоятельствах это случилось, никто знать не знает, но факт остаётся фактом. после занятий пак отправляется прямо к парню. не то что бы он волновался, но в груди всё сжималось от страха, что его сейчас всеми ногами и ногами отпинают и пошлют куда подальше, а это уже третья попытка хоть как-то наладить контакт. вот джинён уже стоит перед дверью. смотрит как баран на новые ворота. что он здесь вообще забыл-то? но была не была. он звонит в дверь и сразу же отходит подальше от глазка, чтобы марк хотя бы её открыл, а то мало ли. когда замок щёлкает, а дверь приоткрывается на несколько сантиметров, парень не медлит ни секунды и открывает её как можно шире, заставляя туана подпрыгнуть от испуга. — ну и какого хрена ты припёрся? опять выслеживал меня? проваливай, тебе здесь не рады и не ждали. джинён на это хмыкает и проходит внутрь, отталкивая марка. тот впечатывается в стену, потому что такого определённо точно, совершенно, совсем не ожидал. волнение как рукой сняло. марк, может и настроен агрессивно против, но сделать ничего не сможет, ведь на ногах еле стоит. — что? — с непониманием смотрит джинён в глаза парню, которые его прожигают сейчас насквозь. — знаешь, если ты завалился в мою квартиру без разрешения и приглашения, так имей ты советь, не ходи по моей белой плитке своими грязными ботинками, иначе ты реально не выйдешь отсюда, потому что буквально будешь вылизывать здесь всё до блеска. — пак осматривает обувь и количество следов от неё. стоило всё-таки быть аккуратнее… туан закатывает глаза на то, как джинён переминается с ноги на ногу, оставляя ещё больше грязи на белоснежном полу и уходит в сторону одной из комнат. парень следует за ним, но уже разувшись. «не выкинул и слава богу». — ну и за каким чёртом ты ко мне пришёл? — уже менее эмоционально спрашивает туан, развалившись на чёрном кожаном диване. интересно, у всех людей на маленьких кухнях стоят огромные угловые диваны и максимально миниатюрные столики. — ну наконец-то ты дал мне слово, — вздыхает пак, — нас, вообще-то, объединили в пару и нам теперь целый месяц придётся писать проект-исследование, проводить время вместе, разговаривать, встречаться в самых разных местах, что бы обсудить что-то, ходить друг к другу, возможно даже сидеть за одной партой, обедать за одним столиком в столовой и прочее. только представь себе — ты, я и больше никого. целый месяц. — заканчивая свою триумфальную речь, он дьявольски улыбается. марк два раза моргает, а потом обречённо вздыхает. — пойду покурю. сиди здесь. вообще, туана понять можно. общение у них откровенно не задалось, да и сам пак не ангел вовсе. джинён своей компании тоже бы не обрадовался, а тут целых пять недель придётся терпеть человека, который откровенно навязывается. — ты стоял все десять минут на одном месте? — удивлённо поднимает туан брови, — ладно, плевать. садись и показывай, что там. — так ты будешь писать работу вместе со мной? — пак как-то не верит, что марк ему сейчас не пытается откусить голову или что-то вроде того. — ты странный, лол. только что сам сказал, что будешь камнем на моих плечах примерно тридцать дней, а теперь переспрашиваешь? вообще, это не из-за тебя, так что не обольщайся. я просто дал обещание одному человеку и не смею его нарушать. да и это задание ты не сам придумал, поэтому если не выполним, полетят плохие отметки, а мне оно не надо. джинён решает пока ничего не спрашивать и они погружаются в работу. за проектом проводят до самого вечера, более менее разговорившись. марк хоть и смотрит так, словно в любой достанет нож и кармана джинс и швырнёт в пака, но на диалог всё равно идёт, иногда даже вбрасывая шуточки. правда смеётся он с них тоже сам. джинёну такой юмор далёк. — я устал, — тянет марк, смотря на свои наручные часы, — мы сидим так уже три часа! не хочу больше. уходи. — что? — от текста джинён отвлекается только на последнем слове. — уходи говорю. или тебе на английском повторить? — я не хочу уходить, — в голове что-то щёлкает. и откуда только у пака столько смелости взялось? — может я останусь? — джинён одним рывком оказывается прямо рядом с туаном и крепко обнимает его за плечи, наблюдая «щенячьими» глазами из-под чёлки за ошарашенной реакцией марка.