Мрачное сердце

- Это старая церковь. Мы успеваем на утреннюю службу.- сказал Филипп и направился ко входу в развалившийся храм. Аделло, Оле и Леонард решили ждать снаружи, а Берта последовала за ним. Перекрестившись перед дверью она проскользнула внутрь. Как ни странно, главный зал был наполнен прихожанами. Берта нашла среди них Филиппа и хотела встать рядом с ним, но в последний момент передумала и забилась в противоположный угол помещения. Церковь представляла собой совершенные развалины снаружи, но на самом деле являлась землянкой. Войдя в дверь, среди раскиданных досок и камней, посетитель видел деревянную лестницу, спустившись по которой попадал в комнату, где продавались книги и церковная атрибутика. Из этой комнаты в главный зал, где проходило богослужение, вела высокая арка. Берта разглядывала высокие своды потолка и деревянные колонны. Такой родной аромат ладана из ее детства, будто возвращал в прошлое. Под пение хора девушка закрыла глаза и оказалась у себя дома с мамой и папой. Они ходили в церковь каждую неделю, тогда это было не запрещено. Ах, как было хорошо тогда, как спокойно на душе. Девушка и не заметила как кончилась служба. Прихожане начали тихо расходиться. Берта прижалась к колонне и посмотрела на Филиппа, который поймал ее взгляд. Девушка быстро отвела глаза. Граф прошёл через весь зал и встал в очередь на исповедь к священнику. Берта улыбнулась, она не думала, что он вспомнит о том, что она просила его исповедаться... но он решился. Помявшись, девушка встала в очередь позади него. После того, как Берта вышла из кабинки для исповеди она увидела, что Филипп разговаривает с какими-то двумя людьми, стоящими в темном углу возле свечей. Вытирая слезы, она приблизилась и встала за колонной. Берта смогла разглядеть, что одна из фигур принадлежала прямой высокой старухе, явно обладающей большой выносливостью и силой. Вторая фигура была длинного сутулого мужчины в кофтане до пола. Берта по прежнему видела людей не четко в пламени свечи, но болезненная худоба мужчины бросалась в глаза. Они говорили шёпотом, так что ничего не было слышно, затем на чем-то согласившись, мужчина и старуха направились к выходу. Филипп поискал Берту глазами и найдя, подошёл к ней: - Идемте, Берта.- он взял ее под руку и притянул к себе.- не говорите с ними, не открывайте рта, пока мы не останемся наедине. - Но... если они мне что-то скажут? - Вы должны молчать!- он коротко поцеловал девушку в лоб и потянул к выходу. Выйдя на свежий воздух из-под земли, Берта увидела, что загадочные незнакомцы уже ждали их. Когда она увидела этого мужчину при свете дня, Берту парализовало от страха. Граф де Мордувор был одет в темно-красный кофтан до пола, вышитый бронзой. На бархатной ткани были видны какие-то жуткие пятна и потертости. Его голова была длинной и не по-человечески вытянутой, череп просвечивал сквозь серую кожу. Среди волос были залысины. Длинные и редкие сальные пряди были собраны в тонкий крысиный хвост. Глаза на выкате смотрели тупо в неизвестном направлении, но в них было что-то звериное и больное. Он хотел что-то сказать для приветствия и его длинные желтые зубы с развитыми клыками тут же показались из-под сухих бескровных губ: - Приятный сегодня день. Приветствую тебя и твою игрушку, Филипп. - Уже здоровались, Гвидо.- сдержанно ответил Филипп, но девушка почувствовала, что он был разгневан, по тому как пальцы графа железно сжали ее локоть. - И верно. Куда экипаж-то денешь?- хмыкнул уродливый граф, указывая головой в сторону транспорта, в котором прибыли наши герои. Статная старуха в закрытом темно-зеленом платье с орлиными чертами лица решила вставить слово: - Все просто, Ваша светлость. О нем позаботится один из слуг Торнса. Он с нами не поедет. - А-а, вот как...- Мордувор приподнял бровь, глядя на Берту, которая пыталась зайти за спину возлюбленного. - Да, верно.- ответил Филипп.- поезжай, Леонард. Надеюсь, свидимся ещё. Кучер поклонился хозяину и пришпорив коней уехал. - Что ж, вы готовы?- уродливый граф окинул всех взглядом. Все показали вид готовности. Тогда Гвидо де Мордувор повернулся лицом к лесу, и, вложив в рот 3 длинных кривых пальца, громко свистнул. От этого свиста у Берты заложило уши и даже зазвенело внутри головы. В этот момент, будто на зов, поднялся ветер, шедший из-за деревьев. Менее чем через минуту все услыхали звук ломающихся веток, после чего из леса показались две невероятно огромных собаки, запряженные в обшарпанную карету. Они были взъерошенными, их глаза горели жаждой крови, из острозубых пастей сочилась пена. Берта задрожала, сжимая руку Филиппа, он тоже вздрогнул. - Ну что, едем?- ухмыльнулся Мордуворский, заваливаясь в экипаж.