Episode 1. Любви все профессии покорны.

Центр Сеула 9 этаж, 66 квартира, 2 часа ночи.       — Где моя помада?! — верещит Чимин, копаясь на своем туалетном столике, в поисках нужной ему вещи. — Хаджун, мать твою, где моя помада!?       — Да не знаю я где она, отстань, я не могу найти второй чулок. —шипит парень, находясь полностью под кроватью. - НАШЕЛ!       — Мою помаду?       — Да нет же придурошный, чулок свой нашел.       — Айщщ, ну где моя помада? — застегивая пуговицы женской блузки размера XL негодует Чимин — Мой образ будет неполным без неё.       — Как, по твоему, образ проститутки может быть неполным? —усмехается Хаджун, надевая наконец-таки злосчастный чулок на свои модельные, худенькие ножки и поправляя на себе черный оверсайз свитер.       — Не проститутки а девушки легкого поведения! — верещит Джин из коридора.       — Наряди пень в ясный день, так и он хорош. — бубнит Джун, поправляя наряд перед зеркалом.       — Что ты там сказал?       — Он тебя бревном назвал, Джин-хён. — смеется Чима, за что получает прилетевшим тапочком по лбу.       — ЛМАО да как ты смеешь мелкий паршивец?!— ругается хён зашнуровывая ботинки — А ну все бегом на выход, мы уже итак опаздываем.       — Кому приспичило вызывать нас в такое время?— ворчит Тэхен мучаясь с контуром губ — Яйца там у кого то зачесались что ли?!       — Радуйся что нас вообще вызывают, вон парни с шестого этажа, они помоложе вас будут. — нравоучения от Джин хёна как смысл жизни — И клиентов у них наверняка больше.       — Как и венерических заболеваний! — усмехается Тэ заканчивая с макияжем. — Чимин, ну где ты там? Из-за тебя сейчас опоздаем!       — Он юбку никак застегнуть не может. — отзывается Ли из комнаты — Тэхен ты не брал помаду Чимина?       — Айгу, да в гробу я видал эту чертову помаду, пускай мою возьмет!       — Я хочу свою помаду! — ноет младший.       — Я сейчас свеклой твои лепехи намазюкаю! — ругается Джин, — А ну бегом на выход мы опаздываем!       — Да идем мы, идем. — в коридоре наконец то появляются Чимин и Ли, — Вот прям минуту подождать не можете.       — Обувайся молча, мне уже сонбэним звонил, интересовался не постарели ли мы! — накидывает пальто Джин.       — Приличным девушкам принято опаздывать на пятнадцать минут.. — лепечет Чимин гордо вздергивая напудренный носик.       — А ты-то к ним как относишься? — смеётся Тэ.       — Ой, всё.       — Айгу, Пак Чимин, как ты мог скрывать это от нас так долго?! - изумляется Ли, — А ну, показывай, чем тебя мать природа наградила! — смеётся шатен, задирая чужую юбку.       — Эй! — бьет по чужим наглым ручонкам Чим, — Руками не трогать!       — А ну живо выметайтесь все! — мамочка-Джин за шкирку и под дружный хохот выкидывает из квартиры младших.       Лифт не работает уже неделю как, так что к выходу приходится бежать по лестнице, то и дело отдергивая непозволительно коротенькие юбочки, да поправляя короткие, женские, прошу заметить, шортики. Ну, а что поделать, мужские магазины зачастую не располагают такими элементами гардероба как чулочки, коротенькие шортики с юбочками, а уж про кружевное белье и вообще стоит промолчать. В машину парни не садятся, а вваливаются, Джин как всегда садится рядом с водителем и, продиктовав нужный адрес, звонит менеджеру, дабы узнать детали их внезапной встречи.       — Алло Сумин хён, это Сокджин, что там по поводу наших новых клиентов?       — Приветствую, на этот раз все максимально серьезно, они оплатили двух часовой сеанс, имена свои категорически отказались нам выдавать, впрочем как и свою внешность.       — Эм, а они нам глаза что ли завяжут, чтобы мы их, не дай бог, не рассекретили? — острит Чимин с заднего сиденья.       — Пак Чимин, это очень серьезные клиенты, так что будьте так добры вести себя соответствующе! — бурчит менеджер, параллельно ведя с кем-то оживленный диалог, — Нет, сонбэ, я им ещё не сказал... да, хорошо, я вас понял. Джин, вас сняли на всю ночь.       — ЧТО?!       — Вы что совсем?! А ну тихо! — водитель был очень недоволен громкой реакцией парней, которая очень мешала ему спокойно вести машину, — Высажу вас всех, и пешком до места потопаете, посмотрю я на вас тогда.       — В смысле, на всю ночь, Сумин-хён?! — Тэхен словно нарочно игнорирует бурчание водителя, продолжая громко возмущаться — У нас же максимальное оплачиваемое время два с половиной часа, что за дела такие?!       — Прекрати истерить, Ким Тэхен!!! Эти люди отдали по два миллиона вон, каждый, за то, чтобы провести с вами ночь! Даже не смей возмущаться сейчас, я не отправляю вас к взводу солдат, это совершенно обычные клиенты. Ну, потрахаетесь чуть дольше чем обычно, вам же лучше.       — Небось какие нибудь зажравшиеся чиновники, заплывшие жиром и щетиной. — цедит сквозь зубы Джун, морщась от представленной картины.       — А вот тут ты ошибаешься, дорогой мой. Парням, судя по голосам, нет даже тридцати лет, так что, считайте, что вам повезло. Все четверо ребят вопросительно переглянулись, и, распрощавшись с менеджером, все, кроме Джина решили немного вздремнуть перед "бурной" ночью. Старший же решил, что сон ему сейчас пойдет лишь во вред, поэтому, заткнув уши наушниками, погрузился в раздумья, наслаждаясь приятными мотивами.       Конечно же парням приходилось работать и не с такими клиентами. Быть элитной проституткой в Сеуле никогда не было так просто, ну, а если ты парень, и оказываешь услуги своему же полу, считай, что ты родился с золотой ложкой в заднице. Их публичный дом, был чуть ли не единственным заведением, где мужчины могли заказать себе "мальчика по вызову", при этом не подвергая свою репутацию угрозе. Помимо этого, парни за свои услуги получали куда больше, нежели девушки, сами подумайте, какому адекватному парню, года так в двадцать два-двадцать три придет в голову стать оплачиваемой подстилкой каких-нибудь богатеньких извращенцев? Вот и Джин, года четыре назад, когда ему было еще 24, был знатно удивлен, когда к нему в просторную квартиру подселили трех новых коллег.

***

       Ким Сокджин пошёл в этот бизнес лет так в 19, причём не по своей воле. Отчим, узнав об ориентации своего пасынка, и имея весьма тяжелый характер, без лишних вопросов отправил Кима в публичный дом, аргументируя свой поступок тем, что ему нужны внуки, и "нормальный" приемник для бизнеса, а не какой-то там "заднеприводный мальчик". На помощь матери Джин даже и не расчитывал, Миссис Ким по своей натуре была очень тихая и кроткая женщина, так что даже когда муж кричал и силком увозил сына из дома, она не дыша сидела на кухне и только и делала что тихонько всхлипывала, уповая на Господа Бога.       Вот только Джину всевышний не помог ни с отцом, ни с его новой "работой" в которой его, разумеется, толком не просвятили, а сразу же отправили на вызов со словами: "Ну ты ведь как то понял что гей, ну вот, в постели все по такому же принципу".       Киму, увы, этот принцип не помог, ему вообще в ту ночь ничего не помогло. Когда тебя вызывает какой-то сорокалетний мужик, при этом заставляя тебя припереться в женских шортах и топе, ты уже тогда начинаешь осознавать, в какую, чёрт побери, задницу ты попал. После той ночи брюнет ещё пару дней не мог нормально ходить, и вообще частенько поглядывал в сторону окна, рассуждая с самим собой, стоит ли ему вообще пытаться смириться со всем этим или же последовать более легкому, и весьма логичному, в его ситуации пути. Однако, помощь к старшему пришла с довольно неожиданной стороны. Когда соседям снизу уже в край осточертело слушать еженочный рёв парня, к нему в квартиру пришел какой-то парень, на вид лет двадцать шесть, и спокойно сказал:       — Такими темпами ты у нас тут долго не протянешь, я пока что с тобой поживу.       — Зачем тебе это?       — Потому что когда то сам был таким.       — Как тебя зовут?       — Зови меня хён, Сумин хён.

***

      — Приехали! — гаркнул водитель, выдернув тем самым Сокджина из воспоминаний, — Чего расселись? Выметайтесь быстрее, мне еще ваших из шестидесятой квартиры довезти нужно. — Бу-бу-бу! В следующий раз обязательно куплю вам успокоительные, Сонбэним! — ехидничает Тэхен, выталкивая Чиму. — Ты сейчас по шее получишь, мелкий паршивец, вышли все живо! Вообще, их водитель, как они уже сами не раз убеждались, был весьма неплохим человеком. Водил он всегда аккуратно, если надо, то быстро, если кого-то укачивает — помедленнее. Порой бывали ситуации, когда кто-то из парней долго не возвращался по истечению оплачиваемого времени, тогда уж приходилось самому идти и совсем разбираться. Ростом примерно метр восемьдесят, подкаченный, вечно угрюмый и неразговорчивый, некоторые из их публичного дома ни разу не обмолвились и словом с ним, а парочка особо умных, вообще считали его немым. Джин и другие обращались к нему исключительно "сонбэним" и никак иначе, даже менеджеры и владелец не знали его имени. Так он и оставался для всех, простым водителем среднего возраста с неизвестной никому историей. Когда парни все же выходят из машины, выслушав в свою сторону массу не лестных слов, то оказываются у входа в уже знакомый им отель класса Люкс, с красивым названием "Romantic". Шестиэтажное здание с своеобразной верандой на крыше для парочек было подсвечено огоньками придавая шарма ночному городу. Люди входящие и выходящие довольно улыбались,сразу повышая статус этого места. Витеиватая лепнина на колонах и панорамные окна на первом этаже показывали дороговизну заведения. Охрана сопроводила "эскорт" до самых дверей, где они были переняты персоналом, неоднозначно на них поглядывающих. Холл с регистрационным столом, у которого совсем не было очереди в силу уже довольно позднего часа, светильники, которые выполняли свою основную задачу в пол силы, из-за чего обстановка складывалась более интимная. Джин не спеша подходит к уже давно знакомой для него стойке ресепшена, где как обычно, в тусклом освещении, стоит девушка-администратор, приветливо улыбаясь парням. — Здравствуйте, нам должны были забронировать номера. — улыбается Джин знакомой ему девушке, помнится они пару раз даже пили кофе вместе, но это было как-то уж слишком давно — года 4 назад, кажется... — Все верно, у вас бронь на номера со 101 по 104 на всю ночь, — от упоминания времени на которое снят номер Хаджун нервно усмехается и что-то недовольно бубнит себе под нос, не каждому охота подставлять свою задницу целую ночь хрен-пойми кому, — Вот ваши ключ-карты, пройдите прямо по лестнице и направо, — словно наизусть блондинка говорит нужный маршрут, а затем кивнув на последок, плавно удаляется. — Она каждый раз должна нам это говорить? — ноет Тэхен топая уже по известному всем маршруту в сторону нужных номеров. — Ой вот только не начинай, — фырчит Джин, — Я девять лет эту фразу каждый раз слышу, и ничего, не жалуюсь. Начальство "эскорта" всегда старалось сохранять свою анонимность, дабы не попасться в лапы правосудия. В Сеуле всего было около трёх сотен отелей, однако лишь в пяти из них парни могли спокойно "работать", имея при этом везде свои связи. В одном отеле их сопровождал партье, в другом им помогала охрана, в этом же, это была милая девушка-регистратор, именно она всегда бронировала нужные номера, договаривалась с начальством и ещё парочку мелких дел. Так что когда Джин и остальные приходили в этот отель и каждый раз им приходилось слышать одну и ту же фразу, невольно начинали вять уши, а настроение ухудшаться. — Несчастный. — заключает Чим, прежде чем они подойдут к дверям с нужными им номерами. — Ну что мальчики? — улыбается Тэхен на последок — Ни пуха, ни пера! — К черту! — отвечают ему хором, прежде чем войти каждый в свою номер. Будучи работником "эскорта" приходится бывать в разных местах, Сокджин многое повидал за свои двадцать восемь лет, и в номерах он дорогих тоже бывал, однако этот не забудет никогда. Большие панорамные окна, паркет и мягкий ворсистый ковер, увы, уже не приводят СокДжина в былой восторг, в таком количестве комнат и с такой роскошью и дороговизной обставленных, можно с легкостью заблудиться кому-угодно, вот только не ему. Кровать ничуть не теряется из поля зрения, хоть вид из панорамных окон и завораживает, но развернувшись, Джин впадает в ступор, увидев вблизи своего заказчика. Большая двуспальная кровать, и сидящий на ней молодой мужчина, выбивают из легких весь воздух. — Я, кажется, проститутку себе заказывал, а не школьника. — глубокий, чуть грубый голос эхом отталкивается от стен, патокой разливаясь по венам, — Мальчик, ты хоть совершеннолетний? И вот тут Джин реально выпадает, кажется эту ночь он запомнит надолго.