Синистра

            В помещении было холодно. Сырой и пропитанный пылью воздух пробирал до костей. Еле тлеющий огонь в старом камине не был в силах согреть эти стены, которые очень долгие годы не видели хозяев. Впрочем, тем нескольким людям, которые здесь находились, тепло и не требовалось. Согревающие чары несомненно одно из тех вещей, за которое магглы отдали бы многое. Напротив камина стояло кресло, старое и потрёпанное. И большое, даже слишком большое для существа, сидящего в нём.       — Хвост, ты снова подвёл меня! — шипение, точно змеиное, тихое, но режущее по слуху. Рука с нечеловечески тонкими и длинными пальцами поднялась в воздух. Взмахнула волшебная палочка: — Круцио!       Невысокий мужчина, стоящий на коленях возле кресла, свалился наземь, молча корчась от дикой боли, пронзившей его тело. Глаза его обезумев уставились в потолок, а рот в немом крике открывался, словно у рыбы, выброшенной на берег. Через минуту мучений, его тело замерло. Очнувшись от оцепенения, он вскочил, и стоя на коленях, содрогался от дрожи и страха.       — М-милорд, простите меня, п-прошу!       — Как ты мог упустить их? — повысив голос, существо чуть приподняло свою голову, позволяя свету языков пламени упасть на мертвенно бледную кожу. — Они слишком много знают. И если им хватило наглости отказаться от метки, они должны умереть.       — Да, милорд! — слуга сложил руки в искренней мольбе. — Я всё исправлю, я найду и убью их!       — Хватит! У тебя уже был шанс заслужить моё доверие. Ты не сможешь справиться даже с их домашним эльфом.       Тот лишь смиренно поклонился, чуть не уткнувшись носом в пол и что-то жалобно пискнув.       — Стоило сразу поручить это дело тебе, — существо, понизив голос, повернуло свою маленькую голову в ту сторону комнаты, куда проникало меньше всего света. — У тебя есть сутки.       В тени стояло ещё одно кресло, и до сих пор неподвижная фигура в нём поднялась, медленно, но уверенно, словно только и ждала, пока закончится это представление и поступит приказ. Фигура вытянулась в высокого и статного мужчину, облачённого в чёрную мантию. Капюшон на его голове скрывал почти половину его лица, открывая вид на нос, губы и трёхдневную щетину. Мужчина так же, как и Хвост, поклонился, но при этом сохраняя ровную осанку.       — Будет сделано, милорд.

***

      Синистра всегда придерживалась мнения, что регулярная практика намного эффективнее выученной наизусть теории. Именно поэтому ей пришлось приложить немало усилий, чтобы прочитать всю ту литературу, которую ей вручил Дамблдор. Единственным, что согревало волшебницу всё это время, были вылазки в Запретный Лес. После целого дня, проведённого в пыльной библиотеке, Браун любила бродить здесь, изучать тропы, запоминать, составляя собственную карту местности. В Хогвартсе единственным, кто кое-как ориентировался в лесу был Хагрид, но даже он не пересекал территорию, находящуюся рядом с замком.       В родных краях Браун этот лес называют Тёмным, от части потому, что деревья в его чаще растут так густо, что там царит полумрак даже в самый яркий солнечный день. Но по большей части тёмным его называют из-за существ, которые там обитают. Откровенно говоря, не каждый мракоборец выбирал лишний раз туда соваться. Опушка Запретного леса достаточно безопасна, там частенько проходят уроки по изучению магических существ. Но чем глубже заходишь в лес, тем шанс встретить что-то по-настоящему ужасное становится больше.       Собственно, именно эту цель и преследовала Браун. В одной из книг она узнала, что когда-то в этой части леса водились оборотни, и возможно водятся до сих пор. Тролли и пауки не были столь интересны, с ними Синистра хорошо познакомилась на вылазках в северном лесу. Хагрид упоминал как-то, что совсем рядом находится целая стая кентавров. Но к этим существам не стоило лезть без особой на то причины. Они достаточно умны, чтобы не подпускать незнакомцев к своей территории.       Ночные вылазки помогали отвлечься и в то же время заряжали. Сейчас Браун размеренно шагала по узкой тропинке в сторону замка. Вокруг — ни души. И тишина, в которой, прислушавшись, можно было уловить, как живёт лес, как осторожно ветер ласкает высокие ели, как хрустят ветки и шуршит трава под шагами его обитателей. Позади осталось Чёрное Озеро, на котором, словно светлячки, плыли лодки с учениками. Сегодня многие из них впервые переступят порог школы, а некоторые впервые познакомятся с миром магии.       Взгляд устремился к замку — в большинстве окон уже зажглись огни. Через несколько часов начнётся торжественный ужин в честь приезда учеников, и конечно же встреча иностранных гостей.

***

      После долгого времени, проведённого наедине с самой собой, Браун предполагала, что соскучилась по обществу. Но в первую же минуту, войдя в большой зал, поняла, что всё с точностью да наоборот. Её сразу же окутал шум, яркий свет, снующие туда-сюда старшекурсники, учителя, с трепетом ожидающие новичков. К этому придётся привыкнуть. Девушка заняла место за учительским столом. Объявили, что первокурсники уже ждут за дверью. А за ними и гости из дальних стран. Синистра не стала дожидаться, пока накроют стол, и наколдовала себе огневиски. Вечер обещает быть долгим.       В тот самый момент, когда Синистра пригубила свой любимый «согревающий» напиток, закамуфлированный в чашке из-под чая, с правой стороны мелькнула тень. Синистра инстинктивно повернула голову, приветственно улыбнувшись.       — Профессор Снейп, — он сел у края стола, и между ними остался пустовать ещё один стул. Видимо, кто-то из учителей опаздывал. Или же профессор предпочитает сохранять дистанцию с представительницами женского пола.       Он конечно выделялся в общем антураже, всеобщей лихорадке праздника. Безучастливое, равнодушное выражение лица, ровная осанка в любом положении, будь то сидя или стоя, гордо приподнятый подбородок. Несмотря на несомненно выдающиеся достижения, он вызывал у девушки двоякое чувство. Слишком уж он похож на тех аристократичных ценителей чистоты крови.       Браун усмехнулась. Вокруг этой личности и вовсе витает много слухов и тайн. Его фамилия часто упоминалась в стенах министерства магии, в разных контекстах, довольно сомнительных историй. Синистра знает много примеров, когда только одного такого упоминания было достаточно, чтобы человек лишился всего и отправился на свидание с дементорами. Но только не он. Снейп один из тех, кто выходит сухим из воды.       — Уже успели заскучать, мисс Браун, — прозвучало не как вопрос, а скорее утверждение, возвращая девушку к реальности.       — Что вы, совсем наоборот, — Браун сделала очередной глоток, чуть скривившись от лёгкого жжения в горле, — заглушаю переизбыток эмоций, — искренняя попытка пошутить была пресечена коротким, но цепким взглядом чуть сощуренных глаз.       На фоне в зале всё выглядело уже более организованно, ученики сидели за столами, смеялись и обсуждали новости, накопившиеся за лето.       — Не перестаю удивляться гостеприимству и… великодушию директора, — в его голосе слишком чётко читалась издёвка.       — Простите?       — Наслышан о вашей службе, мисс Браун. И о ваших методах работы, довольно… самобытных.       — Очень приятно слышать.       — Боюсь, что родители учеников не разделят вашего энтузиазма. Впрочем, не мне судить о компетентности новых кадров.       Где-то на фоне Дамблдор призвал всех к тишине, распахнулись двери, и под громкие овации в зал стали заходить первокурсники. А статическое электричество между двумя учителями только через несколько секунд стало спадать.

***

      Глубокий вдох, и девушка раскрывает глаза. Сердце бешено забилось в груди, и голова, слишком резко поднявшись с подушки, пошла кругом. Видимо, четвёртый бокал огневиски всё же был лишним. Минуту свыкаясь с этим состоянием, Синистра вдруг замерла, а затем резко схватила часы с прикроватной тумбочки.       — Вот чёрт!       Девушка вскочила с кровати, и тут же об этом пожалела. Голова затрещала по швам. Рука на ощупь потянулась к сумке и вытащила из кармашка баночку с зеленоватой жидкостью. Выпив залпом всё содержимое, девушка вздохнула - боль отступала.       Поднявшись и парой заклинаний приведя себя в порядок, стала собирать вещи для уроков. Сидящая на подоконнике и наблюдающая за всем этим представлением букля подала голос.       — Ах, Кроули, птенчик мой, ты почему меня не разбудил? Если я опоздаю на первый урок, который у меня ещё и с Минервой, то я вылечу отсюда быстрее, чем снитч, — собрав всё нужное в сумку, девушка взглянула на своё отражение в зеркале. — Ну а что? Утром никто не пыщет красотой, — усмехнулась самой себе, — ну, кроме этих фей из Шармбатона. Ты видел? Вчера устроили прямо в школе показ мод и шоу гимтастики. Старшекурсники не знали куда глаза девать. Что за молодёжь пошла, — и кинув птице печенья из шкафа, — будь умничкой, до вечера, — Браун выскочила из комнаты, мысленно ругая себя за собственную безалаберность.