Рождественский ужин

      — Всё будет нормально, — снова сказал Перси, стараясь успокоить слишком нервную Чейз.       — Просто... папа после развода выходил разве что мусор выкинуть и то после того, как место в прихожей заканчивалось. Боюсь, его и так не особо развитые коммуникативные навыки пришли в негодность.       Аннабет тяжело выдохнула и отвернулась к окну. Видеть Нью-Йорк из окна их новой квартиры было всё ещё непривычно, но стоило ей взглянуть на красоты Большого Яблока, как нервозность отходила на второй план.       Фредерик Чейз всегда был скрытным человеком, который был верен своей семье и постоянен в своём выборе. Именно поэтому его решение развестись обрушилось на Аннабет, как снег среди жаркого лета. Она даже не знала, что сказать и как себя вести. А бывшая миссис Чейз забрала детей, уехала в родную страну и прекратила всякую связь с мужем.       — Он уже большой мальчик и справится с этим, — заметил Перси.       Он подошёл к Аннабет, обнимая её со спины и утыкаясь носом в её волосы.       — Я всё равно приготовила список тем для разговора, — сказала Чейз.       Шутливо-страдальческий стон Перси оказался приглушён где-то в районе шеи Аннабет. Его дыхание приятно щекотало кожу, и девушка тихо засмеялась, откинув голову назад, а Джексон, воспользовавшись ситуацией, мягко укусил её, веселя ещё больше.       — Этого я тебе точно не прощу, — засмеялся он.       Аннабет аккуратно выбралась из его объятий и сделала над собой усилие, чтобы строго на него посмотреть. В домашней обстановке Перси больше был похож на большого уютного медвежонка, и разговаривать с ним серьёзно, когда он в домашних штанах и тапочках с ушками, было почти невозможно.       — Тебе придётся ознакомиться с этим списком, мистер, — предупредила она.       — Слушай, правда, не стоит так переживать. Это просто семейный ужин.       — Первый семейный ужин с участием обоих наших родителей, — уточнила Аннабет.       — Я бы понял твои переживания, если бы туда явились ещё и Посейдон с Афиной, — заметил юноша. — А так... Всё будет хорошо.       — Список, Персей.       Джексон вдруг нахмурился и приложил палец к губам, когда Аннабет открыла было рот, чтобы спросить, что случилось. Он коснулся своего уха, призывая прислушаться.       — Кажется, чья-то божественная задница снова горит, — прошептал он. — Мне срочно нужно её спасти! Люблю, целую, к ужину буду!       И прежде чем Аннабет успела возразить, Джексон быстро поцеловал её и, схватив первые попавшиеся вещи, выскочил из квартиры в чём был.       План ребят заключался в следующем: Аннабет должна подготовить своего отца, Перси — свою маму. Зная Аннабет, она прогонит отца по всем возможным темам, убедится, что он выучил наизусть, о чём можно говорить и чего стоит избегать категорически, а так же знаком с основной и самой необходимой информацией о Джексонах.       Зная же Перси, он скорее всего просто будет тырить еду из-под носа Салли, пока та готовит на кухне.       Аннабет просила его поговорить с мамой, спросить, что она на самом деле думает об этой затее и не против ли.       Перси из всего этого сделал вот что:       — Мам, всё в порядке? — спросил он, умудрившись стащить картошку.       Салли легко шлёпнула его полотенцем, а потом улыбнулась и сказала:       — Да, а меня должно что-то волновать?       «Предупреди её, что папа... может вести себя странно, но это просто черта его характера. А ещё он совсем не ест сладкое, у него аллергия на сахар», — вспомнил он слова Аннабет.       Перси подумал пару секунд, наблюдая, как мама вытаскивает из печи целый противень с синими печеньями и щедро посыпает их сахарной пудрой, и покачал головой.       — Да нет, — пожал он плечами. — Просто эта прелесть до мистера Чейза дойти не должна.       Юноша было потянулся за вкусной сладостью, но мама на этот раз успела легонько шлёпнуть его по рукам и строго на него посмотрела.       — Не смей, Персей.       — Но у мистера Чейза аллергия на сахар! Он потом будет чихать остаток вечера!       — Ну конечно! — улыбнулась мама, явно ему не поверив. Перси развёл руками с возмущённым «эй!». Но мисс Джексон оказалась непреклонна. Зная страсть сына к еде и на что он ради неё готов, к этому заявлению она отнеслась скептически.       Салли забрала еду прямо из-под носа сына и спрятала от него обратно в духовку, ждать своего звёздного часа.       — Приберись в комнате, — посоветовала она. — В конце концов, твоя девушка и её отец едут к нам в гости.       — Ну, я пытался спасти мистера Чейза.       Перси незаметно прихватил ещё одну вкусняшку и, пока это не увидела мама, выскочил из кухни.       — Добрый вечер, мисс Джексон! — поздоровалась Аннабет, обняв маму Перси. — Это мой папа, Фредерик Чейз.       Салли тепло улыбнулась и пригласила их войти. И пока она обратила своё внимание на отца Аннабет, сама девушка, пользуясь тем, что взрослые заняты, схватила ничего не подозревающего Перси за руку и дёрнула в сторону.       — Ты ознакомил её со списком? — тихо спросила она.       — Мама возьмёт своим очарованием, — постарался убедить её он.       И от праведного гнева дочери Афины его спасло приглашение мамы за стол. Правда, он по серым глазам девушки видел, что ему всё же достанется.       Салли понравилась Фредерику сразу. Она встретила его в своём небесно-голубом платье и фартуке, который забыла снять. Комплимент с губ Фредерика вылетел быстрее, чем он даже успел об этом подумать. Мисс Джексон ответила сдержанной благодарностью и пригласила войти. Мистер Чейз кивнул, опустив голову, а Перси был единственным, кто заметил смущённый румянец на его щеках. Может, здесь ему слишком жарко? В любом случае семья Джексонов и Чейзов, обменявшись последними любезностями, прошла внутрь. Аннабет нервничала. Со стороны могло показаться, что она просто тщательно вытирает руки, но Перси так просто провести было нельзя. У неё было несколько разных способов вытирания рук, и каждый из них рассказывал о её настрое. И сейчас то, как она пытала несчастную ткань, протирая ею свои пальцы, говорило о том, насколько она взвинчена.       — Успокойся, всё будет хорошо, — шепнул он ей на ухо и, вымыв руки, прошёл на кухню.       Фредерик Чейз был весьма замкнутым человеком, и, по опыту Перси, ему было сложно идти на контакт. Поэтому когда все четверо устроились за столом, первым говорить начал именно юноша, поинтересовавшись его работой. Фредерик одарил его быстрой и благодарной улыбкой и принялся рассказывать о работе. Говорил он немного сбивчиво, иногда отвлекался на другие темы, но Перси и Салли оказались терпеливыми слушателями. Только Аннабет переводила нервный взгляд с Джексонов на отца, словно хотела убедиться, что их заинтересованность не прикрывает откровенную скуку.       Фредерик оказался очень приятным человеком. Перси, уже мимолётно с ним знакомый, быстро нашёл с ним общий язык. Было достаточно только начать разговор о «мальчишеских» вещах, вроде вертолётов и прочей техники, и они уже увлечённо обсуждали последние модели аэропланов.       Это его немного расслабило, и он даже стал шутить.       — Кстати, я улучшил модель военных самолётов, — сказал Фредерик, адресуя это Перси.       Салли и Аннабет переглянулись, поняли, что они понятия не имеют, о чём заговорили ребята, и посмотрели на обоих с особым вниманием.       — Это которые я, — тут Перси наткнулся на хмурый взгляд девушки и мамы и тут же исправился, — то есть мы испытывали пару лет назад?       Салли закинула ногу на ногу, сложила руки домиком и с натянутой улыбкой посмотрела на Перси. Аннабет просто выгнула бровь.       — Да. Который ещё рухнул. Ты ещё тогда сказал, что не справился с управлением.       — А погода-то какая ясная сегодня за окном! — нервно выдохнул юноша, жалея, что завёл тему об этом. Фредерик этого не услышал.       — В общем я поработал над автопилотом, и теперь даже в критических ситуациях он не будет отключаться.       — Когда это вы летали на вертолёте, Перси? — вкрадчиво спросила Аннабет.       Фредерик, возможно, сейчас не понимал, но в данный момент змея-Аннабет обвивала кольцами зайчика-Перси. Он открыл было рот, чтобы ответить, что это было несколько лет назад, когда он спасал Аннабет, а потом посмотреть на её отца, молча призывая спасти его жизнь и промолчать, но мистер Чейз успел первым.       — Это было пару месяцев назад. Вы с каникул тогда приехали.       Кажется, настало время ему серьезно поговорить с отцом своей девушки о мужской солидарности.       — Ты не просто летел на вертолёте, ты управлял им? — уточнила Салли. — Тогда ты не подумал, что это... ну, скажем, слишком опасно или... ну, не знаю...       — Безрассудно и глупо, — закончила Аннабет, а Салли кивнула.       — Эй, я прошёл Тартар! Это был всего недолгий полёт на вертолёте!       — Там было безопасно! — встал на защиту юноши мистер Чейз. — И мы на всякий случай положили дополнительный комплект парашютов и сумку со всем необходимым.       Салли и Аннабет почти было выдохнули, но Фредерик, видимо, решил до конца добить жениха своей дочери. Ну так, чтобы наверняка.       — Правда, мы так и не нашли, где вертолёт свалился.       — То есть ты был в вертолёте, который свалился, — уточнила Аннабет.       И опять мистер Чейз опередил Перси:       — Нет, что вы! Он успел выпрыгнуть раньше!       Сын Посейдона просто приложил руку ко лбу.       — Это тогда ты отсутствовал якобы потому, что задержали на учёбе? — припомнила Салли.       — А мне ты сказал, что мама попросила помочь с ремонтом, — Аннабет скрестила руки на груди.       — Ты же сказал, они не будут против, — добил мистер Чейз.       И только в его карих глазах застыло виноватое выражение. Словно щеночка обидели.       — Так, — сказал Перси, стараясь под взглядом двух злых женщин оставаться мужиком. И лучше бы он ещё раз сразился с Кроносом, чем это. Вот честно! — Мистер Чейз мне рассказал про новые вертолёты, и мне захотелось на них полетать. Да, в последний раз это всё закончилось не очень, но я не мог упустить такую возможность!       — Ты забрался на территорию Зевса!       — У тебя же напряжённые с ним отношения, потому что ты — сын Посейдона, — уточнил Фредерик.       — Нет, скорее потому, что он — Перси, и этим всё сказано, — заметила Салли, вдруг мягко улыбнувшись на возмущённое «эй!» сына. Они с Аннабет дали друг другу «пять». — В любом случае, я рада, что ты сидишь здесь, а не шастаешь по Тартару, распугивая монстров.       Аннабет явно было что сказать, но она как-то неопределённо взмахнула руками, а потом, собравшись, сказала:       — Салли, как ваш роман?       Это был отличный ход. Фредерик тут же отвлёкся, принявшись расспрашивать её о деталях. Аннабет странно покосилась на своего отца. Никогда прежде художественная литература не интересовала его, но она решила не придавать этому значения.       Фредерик и Салли разговорились. Мисс Джексон рассказывала о своих героях, о сюжете, а мистер Чейз иногда вставлял свои комментарии, сочувствуя или осуждая персонажей. И всё было хорошо, пока не дошло до части с расставанием. Фредерик тут же замер, немного стушевавшись, а Аннабет напряглась. Надо было срочно снова менять тему. Девушка посмотрела на Перси. Тот, отключившись от беседы за столом полностью, во всю наслаждался куриным бёдрышком. Он так уминал этот кусок мяса, находя и отхватывая то, что может переварить его желудок, словно до этого его не кормили десятилетиями, а то и больше. Он и так вертел эту кость, и сяк, и там что-то откусил, и в кетчуп обмакнул, и прожигающего взгляда Чейз, который так и вопил: «ВНИМАНИЕ! ОПАСНОСТЬ!», так и не заметил.       Тем временем Салли, заметив перемену настроения у Фредерика, осторожно начала расспрашивать его, и мистер Чейз немного взгрустнул, но продолжал говорить.       Аннабет пнула ногой Перси под столом. Тот, за обе щеки уплетая мясо, посмотрел на неё своими невинными зелёными глазами, откровенно не понимая, что она от него хочет в столь важный момент. Чейз многозначительно указала взглядом на своего отца, который начинал говорить о своём разводе. Причём лицо у Фредерика было такое растерянно-несчастное, что Перси едва ли сдержал порыв утешить его и похлопать по плечу.       — Прекрасная сегодня погода, не так ли? — вдруг громко сказал юноша, обратив на себя всеобщее внимание.       Салли посмотрела на сына с лёгким упрёком, мол, не вежливо перебивать гостей, а Аннабет, которая в эту секунду решила больше не удивляться безграничной сказочности своего парня, съязвила:       — Ага. Зима, везде снег и слякоть, в городе чрезвычайное положение из-за надвигающегося циклона. Прекрасная погода, да.       — Ну, зато можно слепить из снега что угодно, — пожал плечами Фредерик. — У нас с коллегами получился отличный снежный вертолёт. Почти в натуральную величину.       — Я был слепил огромный бургер! — мечтательно сказал Перси.       — У тебя даже обычный снежок получается криво! — весело заметила Салли. — Вечно ты кидался кривыми снежками. Они ещё на лету разваливались.       — С тех пор многое изменилось, мам.       — О, Рыбьи Мозги, у тебя вдруг руки встали на место? — елейным голосом спросила Аннабет. — Почему я это не заметила?       Хотелось Перси сказать, что во время демонстрации ловкости его рук, в частности пальцев, она обычно занята выкрикиванием его имени, но поберёг душевное спокойствие взрослых за столом.       — Он с детства всё крушил и ломал, — Салли потрепала сына по голове. — Он был единственным ребёнком во всей округе, кто руками умудрился уничтожить пластиковую бутылку. А когда другие дети спокойно сидели на уроках, мой решал, что есть лишнего в школе, и методично это разрушал. Лишний крытый бассейн в частной школе директор тебе не забудет никогда...       Аннабет засмеялась, а Перси, шутливо обидевшись, пробормотал:       — Зато нам никогда не было скучно!       — Это точно! И у вас есть наверняка в запасе веселые истории, Фредерик!       И это произошло снова. Как только мама обратилась к отцу Аннабет, она каким-то неведомым образом изменилась. Голос стал чуть тише и бархатней. Перси решил, что это мама просто так проявляет своё гостеприимство.       — Конечно! — кивнул мистер Чейз с энтузиазмом. — Аннабет, правда, ничего не крушила. Она скорее любила всё собирать. Как-то даже будучи маленькой, она помогла мне спроектировать вертолёт! А пару лет назад, это, кажется, было в то лето, на Сан-Франциско, — Фредерик посмотрел на Аннабет, стараясь припомнить детали. — Когда ты вернулась после... после очень долгих каникул, — в глазах Чейз на секунду мелькнул страх, и она немного сползла на стуле, словно пыталась улизнуть под стол. Перси заметил это и выпрямился, навострив уши. Тем временем её отец продолжал, уже обращаясь к Салли. — Она тогда попросила подарок. Пазлы, кажется, но на заказ. Никогда прежде моя девочка не сидела на одном месте так долго.       — Пазлы? — переспросил Перси Фредерика. Правда, при этом он неотрывно смотрел на Аннабет, которая теперь покраснела и закрыла лицо руками.       — Да, она сделала на заказ, — кивнул мистер Чейз. — По твоей фотографии. Усердно собирала почти месяц, а потом даже соорудила рамку.       На лице Перси расплылась довольная улыбка. Он выглядел как большой жирный кот, который уже успел везде нагадить, опусошить миску, а теперь разлёгся на спине и только и ждёт того, как его по животу погладят.       — Ух ты! Аннабет, я не знала, что ты увлекаешься пазлами! — восхитилась Салли, одарив смущённую девушку улыбкой.       — В том-то и дело! Она ни минуты не могла усидеть на месте, а тут, чтобы собрать картину, не выходила из комнаты почти месяц!       И хотя история, по меркам Перси, не тянула на описание «весёлые», но в разряд «интересные и компрометирующие» — определённо.       — Не смей, — одними губами прошептала Аннабет, поймав слишком ехидный взгляд зелёных глаз.       В ответ Перси лишь облизнул губы.       — Да, с нашими детьми вряд ли соскучишься, — резюмировала Салли.       — Не то слово! Никогда бы не подумал, что биться с монстрами может быть так весело!       — О, так вы тоже принимали участие в той заварушке на Манхетенне? — мисс Джексон подалась вперёд.       — Аннабет просила меня держаться подальше от этого... — смущённо сказал Фредерик, поправив очки.       — Да, Перси тоже что-то об этом говорил... — махнула рукой Салли.       — Но мы ведь родители? Мы ведь должны подавать пример?       — Да, я вполне с вами согласна. На тот момент всё веселье было там.       Перси и Аннабет обменялись взглядами, полными сарказма, и синхронно покачали головой.       — Любите экстрим?       — Думаю, с нашими детьми сложно его не полюбить.       — Мы бы могли выбраться в Австралию. Там сейчас лыжный сезон.       — Ух ты! Я люблю лыжи! — тут же оживилась Аннабет.       Фредерик снова поправил очки и немного нервно посмотрел на дочь.       — У тебя же вроде как экзамены...       — Да нет, — пожала плечами девушка. — Я всё сдала.       — А Перси? — Салли многозначительно посмотрела на Аннабет.       Та почти было открыла рот, чтобы сказать, что Перси под её чутким вниманием и искусным шантажом тоже всё закрыл. Но потом, встретившись глазами с мисс Джексон, промолчала и закивала, как китайский болванчик.       — С ним надо будет подтянуть пару предметов.       Перси, который вновь жевал очередное мясо, вдруг оживился. Благо, его рот был забит, и слова были неразборчивы, но стоило ему открыть рот, как Аннабет под столом придавила ему ногу, и Джексону пришлось замолчать.       — Может, пройдёте в комнату Перси и просмотрите, что вам надо подготовить? — И в голосе мисс Джексон звучала отнюдь не просьба.       — Да, конечно, — сказала Аннабет. А в голове промелькнула мысль, что она не хочет видеть эту женщину в гневе.       Она встала и поторопила своего парня, а тот посмотрел на неё, так и оставшись с куском мяса во рту. Он пытался сопротивляться, но дочь Афины выгнула бровь, и ему тоже пришлось встать. Правда, он сделал маленький круг по кухне и всё же стащил оставшуюся еду.       — Ты безнадёжен! — заявила она, когда уже в комнате Перси удобно устроился на кровати.       — Я растущий организм! Мне нужна еда.       — Ты охреневший организм, — поправила его Аннабет и уселась рядом с ним.       А потом стащила картошку с его тарелки. А потом ещё одну. Почувствовав волю и игнорируя саркастично-насмехающийся взгляд Перси, девушка стащила целый кусок мяса.       — Эй, не переживай ты так, всё прошло хорошо, — сказал вдруг юноша, заметив нервозность Аннабет.       — Да, но... Я не хочу хорошо. Я хочу идеально. А если папа что-то не так скажет или Салли что-то не так поймёт, я...       Перси отложил тарелку в сторону и обнял Аннабет.       — Они уже взрослые люди. Сами разберутся. И потом, может, мы станем семьями общаться... слишком близко?       — Я даже думать не хочу, что ты имел в виду. Заткнись, пожалуйста, и дай мне отдохнуть, — пробурчала дочь Афины куда-то ему в грудь.       Перси, впрочем, не возражал. Ему, конечно, было не особо удобно лежать в такой позе, но Аннабет, кажется, задремала. А она была как чуткая кошечка: лишь шевельнись — фыркнет и уйдёт. Поэтому он лежал неподвижно, слушая её мерное, спокойное дыхание, и спустя пару минут заснул сам.       Это был лучший предрождественский ужин. И не только для Перси с Аннабет. Но кто бы знал, что следующее Рождество будет ещё лучше...       — Салли, дорогая, они скоро будут!       Фредерик помогал с сервировкой столов, пока сама миссис Чейз хлопотала на кухне.       — Уже несу индейку!       Хозяйка квартиры добавила последние штрихи в своё фирменное блюдо и поспешила отнести его на стол. Фредерик уже разложил все столовые приборы.       — Пахнет замечательно! Печенья уже готовы?       Салли мягко засмеялась и быстро поцеловала мужа в губы.       — Конечно. Без сахара, разных форм, как ты любишь.       — Ты лучшая, — Фредерик галантно поцеловал руку Салли.       Та улыбнулась и снова поспешила на кухню. Там как раз поспели любимые синие сладости для Перси и имбирные печенья для Аннабет.       В квартире раздался дверной звонок, и Фредерик поспешил на встречу гостям.       — Папа!       Аннабет обняла отца прямо с порога, а Перси ограничился простым рукопожатием с мистером Чейзом. Он повзрослел всего на год, а вымахал как взрослый мужчина. Мужчина, который маме в объятиях отказать не мог. Салли потрепала его по волосам, отправила мыть руки и за стол, а потом обняла Аннабет, осыпая её комплиментами. Чейз стала лучшей на курсе и уже получала разные контракты.       — Скорей! Все за стол! — пригласил Фредерик. — А то утка остынет!       — За столом уже Перси, — заметила Аннабет. — Я вообще сомневаюсь, что утка ещё на месте.       Салли и Фредерик засмеялись, а потом все вместе начали семейную трапезу под звонкий смех и музыку Синатры фоном.       Это было волшебное Рождество. А каждое следующее удивительным образом становилось ещё лучше.