Горячее сердце Пакваджи

- Нет, Чанель! - прошипел Бэкхен отползая подальше на кровати от альфы. - Только не в доме твоих родителей! Я же утром в глаза им смотреть не смогу! - Но они и так знают, что мы занимаемся сексом! - возмутился гриффиндорец, делая еще одну попытку. - Ты же хочешь, я чувствую... - Прекратиии, - проныл Бэкхен, - пожалуйста, прекрати!       Чанель удивился, когда услышал шмыганье носа. - Бэкхенни, ну ты чего? - Чанель непонятливо потянулся в темноте ладонью к чужому лицу, за что получил по руке. - Эй, я бы не стал, если бы не чувствовал, что ты тоже хочешь... Не плачь, ладно? - альфа обнял кокон из одеяла, в который от него завернулся омега. - Я понял, хорошо? - Ёль, я не хочу прямо у них под носом, и так запах вечером появился, и они все поняли. - Ты пахнешь мной... - Это смущает. - Не смущает! Меня не смущает, - пробубнил недовольно альфа. - Я сказал своему отцу, что поставил тебе метку и что я не просто так привез тебя к ним на каникулы. Расслабься...       Чанель распутал кокон одеяла, прикасаясь к чужой спине, поглаживая, пытаясь расслабить омегу. - Почему ты так напряжен? Что-то не так? - Нет, я просто, я не знаю... - выдохнул Бэкхен, чувствуя, что он и вправду слишком на нервах. - Я не отказался бы от умиротворяющего бальзама, если честно. - Завтра отправимся в коттедж! - Чанель втянул в себя запах омеги, отмечая слишком сочную ноту яблока в глинтвейне. - Нет! Завтра Рождество! - Ты не в порядке, - обеспокоенно прошептал альфа, - я ни черта не понимаю во всех ваших омежьих делах и проблемах, но я думаю, что ты уже на грани. Потому что я совсем не соображаю. - Пак уткнулся носом в загривок омеги, втягивая его аромат, который наконец-то не нужно было ни от кого скрывать. Но этот же запах заставлял хотеть Бэкхена, отчего у Чанеля уже яйца болели. - Думаю, что хочу ночевать в гостиной на диване. - Ты, блять, серьезно, Пак?! - Вполне, - пробормотал альфа, легко целуя чуть соленые губы. - Тебе нужно отдохнуть, будет лучше, если я посплю не здесь, правда. - Но.. Но... ПАК! - прошипел Бэкхен и как разъяренный жмыр, вцепился ногтями в простынь. - Я очень сильно люблю тебя, но мне правда лучше спать в гостиной! - Чанель чмокнул недовольного омегу в губы, сгребая в охапку теплый плед из шкафа, прикрывая им свое возбуждение и исчезая из комнаты.       Перед тем, как спуститься в гостиную, Пак завернул в ванную комнату, избавляя себя от мучительного чувства неудовлетворенности. - Ну и что ты здесь делаешь? - Гейбл пощекотал как в детстве своего сына за голую пятку, торчащую из-под пледа. - Ммм... - только и донеслось в ответ, а Лия вынырнула из-под руки альфы, вставая на задние лапки, чтобы понять, нет ли у этого человека еды.       Вторая попытка разбудить сына была успешной, поскольку альфа сам притопал на кухню вслед за нюхлером, на запах свежесваренного кофе и горячих панкейков. - Что стряслось? - Пап, все омеги такие странные или только мой? - пробубнил Чанель, сонно жмуря глаза и набивая в рот пухлый блинчик с яблочным джемом. - Я не могу дать тебе ответ, не зная подробностей, - пожал плечами омега, переворачивая тесто на сковороде. - У него гиперактив в ближайшие пару дней точно, если уже не сегодня. Я понял это только вчера перед сном, полез к нему... - Чанель замолчал, а затем продолжил: - знаешь, я не уверен, что это вообще нормально, что я тебе о таком рассказываю. - Отец сказал, что ты поставил ему метку, так что думаю, что мне не о чем особо волноваться, - хмыкнул Гейбл. - Он тебе вчера отказал, а затем выгнал из комнаты? - Я сам вообще-то ушел, - фыркнул Чанель, протягивая руку к кофейнику, с наслаждением наблюдая за темным напитком в своей чашке и опуская фразу про "отказал" . - Отец вчера был в твоем доме, так что там тепло и жить можно, он даже от снега вчера почистил дорожки и принес туда ель. - Готов избавиться от нашего общества уже сегодня? - удивленно поднял бровь Чанель. - Сегодня Рождество! - В отличие от тебя, я понимаю Бэкхена. И ты должен позаботиться о нем! - строго посоветовал сыну папа. - Твоя метка запустила в его теле кучу процессов, о которых он даже сам не догадывается, про альф я вообще молчу. Для вас у омеги только два состояния: течка и нет течки. - Проворчал старший Пак. - А еще он в компании почти незнакомых ему людей, которым он просто обязан понравиться, потому что это семья его альфы. А как понравиться, если ты не можешь справиться с собственными эмоциями, которые ты как ни пытаешься, но не можешь контролировать? - Гейбл прикоснулся указательным пальцем ко лбу сына. - Вот что у него в голове! - Но я же его от этого любить не перестану, - буркнул альфа, когда папа вернулся к готовке.       А затем Чанель встрепенулся, неожиданно чувствуя родной аромат совсем рядом. Тонкие пальчики проскользили по шее, обнимая со спины, Чанель чувствовал, как бьется чужое сердце. Сколько из разговора омега слышал, прежде чем его запах выдал его нахождение? - Прости меня, ладно? - тихий шепот прямо на ушко, от которого как и от запаха бежали мурашки. - Все хорошо, - Чанель поднес вкуснопахнущую ладонь к губам, целуя. - Ты хоть выспался? - Угу, - омега немного потоптался на месте, а затем смущенно спросил: - П... папа, тебе помочь?       Этот вопрос заставил Чанеля замереть и так и не донести чашку с кофе до своих губ, заставляя сердце сжаться от нежности. - Нет, милый, садись завтракать, - старший омега поставил перед Бэкхеном тарелку с горячими панкейками, нежно погладив слизеринца по темным волосам, а затем вернулся к готовке. Бэк подсел за стол, пододвигаясь поближе к альфе, чтобы уткнуться ему в плечо. - Ты горячий, у тебя не температура? - Чанель обеспокоенно проскользил ладонью по щеке пары ко лбу. - Так, дорогой, - Гейбл выключил плиту, подходя к омеге. - Давай-ка покушай, даже если не хочется, я заварю тебе чего-нибудь, а потом ты отдохнешь в комнате? Хорошо?       Бэкхен кивнул головой, прижимаясь к Чанелю, чтобы чувствовать родной запах глинтвейна. - Все пройдет, это всего лишь реакция организма на то, что ты больше не свободен. Первый гиперактив после этого самый сложный. Просто у кого-то проходит легко и незаметно, у кого-то тяжелее. - Я знаю, - смущенно ответил Бэкхен, протягивая руку к тарелке с панкейками. - Просто не думал, что будет так... - Что не сможешь это контролировать? - Я точно вам тут нужен? - Чанеля смущал весь этот разговор, но он принюхивался к запаху омеги, наслаждаясь смесью своего аромата с яблоком Бэкхена, отчего уходить не хотелось. - Сиди давай, умник! - фыркнул Гейбл, наливая в кружку Бэкхену глинтвейн, приготовленный к праздничному ужину вечером. - Всем доброе утро! - на кухне появился ЧжеХан, вдыхая аромат еды и напитков. - Алкогольчиком с самого утра балуемся! - пошутил альфа, взлохмачивая волосы на голове сына. - Наши планы меняются на вечер, - Гейбл чмокнул мужа в губы, выставляя перед ним завтрак, а затем наливая в кружку кофе. - Они отпразднуют Рождество в Песчаном коттедже. - Старший омега кивнул в сторону детей, заставляя Бэкхена покрыться румянцем. - Так будет лучше, это их первое Рождество вместе, - Пак старший посмотрел на сына, а затем и на его омегу, втягивая воздух. - О, да, тут явно намечается Рождество вдвоем.       Альфа хмыкнул и преспокойно начал свой завтрак, в то время как Бэкхен сидел и краснел, желая провалиться в подпол дома, пытаясь не так сильно прижиматься к Чанелю, которому вообще видимо были по барабану двусмысленности, сказанные отцом. - Так странно, у тебя даже руки горячие, а обычно как у лягушки... - протянул Чанель, перебирая чужие пальчики. - Ты поэтому думал, что лягушка твоя истинная пара? - нервно вырвалось у Бэкхена, заставляя альфу надуть губы, а его родителей засмеяться. - Пап! Вот видишь?! Он же об этом не забудет теперь! Такое нельзя было рассказывать! - завозмущался Пак младший, замечая как на лице Бэкхена появляется улыбка, а смущение постепенно уходит.