Паутина .

      Гарри всю ночь не мог сомкнуть глаз. У него под боком сопел тот, о котором он боялся даже мечтать. Малфой спал так спокойно, как будто ничего его не тревожило. Они вчера вечером съели по целой пицце и выпили литра два газированной воды и теперь Гарри надо было в туалет. Но встать, чтобы не потревожить гостя, не было возможности. Спина затекла, он уже часа два лежит не шевелясь. Драко не захотел раздеваться и спал в рубашке и брюках. В комнате было жарко. Встать, открыть окно? Невозможно же так лежать. Гарри чуть пошевелился и отодвинулся от блондина, но тот схватил его за руку: — Ты куда? — В ухо спросил он. — Ты что, не спишь? — Удивился Гарри. — Я уже часа два пошевелиться не могу, а он всё это время притворяется. Ну ты и жук. — Я спал, пока ты не шевелился, а сейчас проснулся, — стал оправдываться Малфой. — Я в туалет. Тебе не надо? — Надо. — Вставай, пошли. Оденешь Мантию. Мало ли кого принесёт в это время. Драко потянулся и из-под рубашки выглянула белая, как мрамор, кожа его живота. Гарри сглотнул появившуюся слюну и тряхнул головой, отгоняя видение. — Дай руку, — попросил блондин. — Зачем? — Встать не могу, спина затекла. Гарри протянул руку Малфою, тот уцепился за неё и потянул вниз. Гарри, не ожидая подвоха, упал на Драко и они опять оказались лицом к лицу. Губы блондина прикоснулись к губам брюнета. Сердце у обоих замерло. — Пошли в туалет, — В губы произнёс Гарри, — может случиться неприятность. — Пошли, — вздохнул Драко и легко поднялся на кровати. — А говоришь спина затекла? Специально сделал? — Пошли в туалет, — Малфой слез с кровати и пошёл к двери, — открывай. — Мантию надень , — Гарри кинул Мантию-невидимку парню. Дождался, когда тот исчезнет и только тогда открыл ключом дверь. — Иди за мной и никуда не сворачивай, а то попадёшь в комнату тётки и напугаешь её. Шума будет… Они дошли до туалета: — Иди первый, я здесь подожду, — шёпотом сказал Гарри. — А что, вместе нельзя? — Нельзя, иди, — и подтолкнул невидимого, но ощущаемого парня к двери. Драко зашёл в туалет, а Гарри закрыл руками уши и зажмурил глаза. Через какое-то время дверь чуть скрипнула: — Я всё, иди ты, — послышался шёпот из-за двери. — Выйди, — сказал Гарри. — Ты чего, стесняешься что ли? Никогда не ходил с другими в туалет? — Ходил. Выйди. — Я боюсь один там стоять, — пошёл на хитрость слизеринец. — Сними капюшон и отвернись, — храбрый гриффиндорец нашёл выход из положения. Драко снял капюшон и в воздухе повисла его взлохмаченная голова. Он отвернулся к двери. — Закрой уши руками. — Ну ты даёшь! — усмехнулся блондин, но послушно закрыл уши. Гарри сделал своё дело и помыл руки. — Пошли назад. Только капюшон накинь. Мои родственники, конечно, ко всему привыкшие, но летающая по воздуху голова, это уже перебор. Они так же тихо прошли в комнату Гарри и он опять запер дверь и наложил заглушающие чары. — Может снимешь одежду? — Предложил он Малфою, глядя, как тот укладывается возле стенки. — Зачем? — Помнёшь, а нам ещё в банк идти. — Во-первых, моя одежда из высококачественного материала и не мнётся. Во-вторых, ты же владеешь беспалочковой, выгладишь. В-третьих, ты значит будешь в пижаме, а я голый? — Почему голый? В трусах. — Я не ношу трусы. Гарри пожал плечами. Он знал, что волшебники не носят нижнее бельё. Интересно, почему? — Как знаешь. — И стал укладываться рядом с блондином. Но уже не на спину, а на бок, к нему лицом. Тот тоже повернулся на бок лицом к брюнету. Они долго смотрели друг другу в глаза. Первым не выдержал Гарри. — Это нормально, когда парни целуются? — Спросил он и отвёл взгляд от Малфоя. — Если они нравятся друг другу, то нормально. — Ответил Драко. — А я тебе нравлюсь? — задал вопрос Гарри, — или ты просто решил ко мне подмазаться? — Чего? — От возмущения Драко поднялся на кровати, — с чего бы мне к тебе подмазываться таким способом? Я не шлюха. — Прости, просто я подумал. Ты же всё время твердил, что вы чистокровные не связывается с кем попало, если вам это не выгодно. Вот я и решил… Ну, тебе же нужно что-то от меня… — Дурак ты, Поттер! — Жёстко сказал Драко и отвернулся к стене. Гарри смотрел в худощавую спину и в белобрысый затылок. Потом протянул руку и дотронулся до волос. — Всегда хотел потрогать твои волосы, — тихо сказал он. — Я тоже твои хотел потрогать. Мне всегда казалось, что они жёсткие, как иглы у ёжика, — упёршись в стену носом буркнул блондин. Гарри погладил его по волосам и прикоснулся губами к затылку парня. — Я не хочу, чтобы это было только потому, что… Ну…ты понял. — Не понял. Чтобы что? — Поворачиваясь назад, спросил Драко. — Я тебе уже сказал, что я не шлюха. — Да, я слышал. Про тебя такие слухи ходят в школе. — Про тебя тоже. Гарри согласно кивнул головой. — Знаю. Но это всё неправда. — Ага, про тебя значит неправда, а про меня правда. — Обиженно насупился Драко. Когда он развернулся лицом к Поттеру, рука того оказалась под его шеей. Гарри притянул голову парня ближе к себе. — Я никогда не верил этим слухам. — Почему? — Ты не такой. Драко коснулся губами его лба. — Я не такой. Я ждал тебя. Гарри посмотрел в серые глаза парня и опустил взгляд на его губы. Сначала был страх, скорее смесь стыда с неуверенностью, но подсознательно он понимал, что это прекрасно, их уста слились и он ничего более нежного и чувственного никогда не испытывал. Ни при первом поцелуе с Чжоу, ни с Джинни. На смену неуверенности пришло желание. Желание, чтобы это никогда не заканчивалось, пусть этот момент останется навсегда. Застынет в пространстве.       Они оба мечтали об этом поцелуе. Он был неумелый, но в тоже время нежный, лёгкий… Внизу живота запорхали бабочки, просясь наружу. Их тела прижались и даже через одежду они чувствовали дрожь и желание… И бабочки нашли выход. Драко, закрыв глаза , задрожал в сильных и надёжных руках гриффиндорца, и его брюки, там где они застёгиваются, стали мокрыми, у Гарри произошло тоже самое с пижамными штанами. Уткнувшись лицом в ключицу Гарри, Драко прошептал: — Гарри, спаси меня. Помоги. Тот, ещё сильнее прижимая к себе хрупкое тело блондина и целуя его в макушку, также шёпотом ответил: — Не отдам. Никому не отдам. — Он рукой поднял голову, прижимающегося к нему парня и стал короткими почти невесомыми поцелуями покрывать его лицо.       Потом уткнулся в его шею и стал исследовать её губами и кончиком языка. Его тёплое дыхание, скользившее по коже поднимало в Драко жгучие волны возбуждения. Гарри растегнул его рубашку и распахнул её на груди. Он пристально посмотрел на блондина, переводя взгляд сверху вниз, не оставляя без внимания ни один изгиб тела. Потом тот же путь проделали его руки. С груди он соскользнул на тонкую талию.       Драко лежал неподвижно, в его сердце рождалась трепетная нежность. Никогда в жизни он не испытывал такого желания, которое охватывало его сейчас — отдать себя. Он хотел его, хотел делать то, что ему нравится, хотел быть таким, каким был ему нужен. В этот момент он понял, что создан именно для него. Настойчивые пальцы Гарри требовательно сжали его бёдра. От влажного прикосновения его языка, кружившего вокруг пупка, у Драко перехватило дыхание. По мышцам его плоского живота пробежал огонь наслаждения.       Гарри расстегнул молнию на его брюках, и стянул их вниз. Действительно, нижнего белья на парне не было. Гарри приник к светлому треугольнику вьющихся волос и тело Драко задрожало. Он почувствовал дыхание брюнета и весь мир перевернулся с ног на голову. И его понесло куда-то далеко, в неотмеченную ни на одной карте страну, в которой правят только чувства. Пальцы Драко забрались в его волосы, а Гарри принялся, с осторожностью, ласкать языком его возбудившейся орган. Из груди блондина вырвался тихий протяжный стон.       Нахлынувшее на него наслаждение было таким острым и неистовым, что его дыхание, его голос и вся эта ночь слились воедино и стали уплывать куда-то. Тело его изогнулось, руки ослабли, по пальцам пробежали иголочки тока. Гарри поднялся к его лицу, в его глазах горел сумасшедший зелёный огонь. Его неистовые губы требовательно приникли к его рту. Жадный язык протолкнуться между его зубов, вернулся назад, снова погрузился в теплую глубину.       Не отрываясь от его рта, Гарри вновь прикоснулся рукой к желанному органу. Его тело с радостью встретило это прикосновение, задрожав от волнения и удовольствия. Его тело звало Гарри, и тот, ощутив призывное биение его сердца, ответил на этот зов. Драко почувствовал, что сходит с ума от этого приступа возбуждённой страсти, сжигающей всё его тело. Разве можно было удержать это буйствование внутри себя и сохранить рассудок? Этому чувству нужен выход, и если Гарри не поймёт этого и не соединиться с ним, он взорвётся.       Нащупав ворот его пижамной рубашки, Драко одним рывком распахнул её и стянул с него. Его руки заскользили по телу парня и отыскали возбуждённую плоть. Дыхание Гарри стало прерывистым, когда Драко ласкал разбухший под его пальцами этот предмет вожделений.       Гарри приподнялся на руки и, стал смотреть, как вытягиваются его соски, окружённые ярким ореолом. Пальцы парня сами потянулись к этим бутонам сладострастия и принялись осторожно массировать их. — Как ты красив, — с тихим изумлением сказал он. — Ты тоже. Его шёпот был почти не слышен, словно лёгкий шелест ночного ветерка. Гарри крепче сжал его соски. Драко сильнее сдавил его плоть. Внезапно руки Гарри оказались у него на талии. Его бёдра оказались зажатыми коленями парня. — Как только ты захочешь. — Прошептал Гарри, подтягивая его бёдра выше. Драко согласно махнул головой. Одним взмахом руки, Гарри подготовил его тело. Он только почувствовал внутри себя лёгкий ветерок, очищающий его организм. Гарри стал осторожно и медленно вводить возбуждённую плоть в желанное тело. Драко сжал зубы и закрыл глаза. — Потерпи, сейчас не будет больно… Гарри застонал от мучительного наслаждения. Отрывистое дыхание и безумные удары сердца — всё говорило о буре, бушевавшей в нём, которую он едва сдерживал. Потребность вернуть парню хотя бы капельку того исступлённого восторга, которым он наполнил всё существо блондина, каждую его клеточку , болезненно отзывалась в судорожно сжимающихся мышцах. Эта потребность становилась всё острее, и его глаза затуманились слезами. Гарри вздрогнул: — Боже! — Проговорил он хриплым от возбуждения голосом. Он рывком приподнял бёдра Драко и одним мощным движением своих бёдер глубоко проник в него, полностью овладев им. Драко вскрикнул от боли и наслаждения. Ухватившись руками за кровать, он принял его в себя, призывая взять его полностью. Он хотел его! Хотел безумно! В момент наивысшего блаженства они слились в едином движении, едином порыве. Их единство стало теснее, чем просто прижавшиеся друг к другу тела, глубже, чем жаркие вздохи, тихие страстные мольбы и гортанные, хрипловатые звуки несказанного наслаждения. Вскрикнув, Гарри излился в него и несколькими резкими и быстрыми движениями рук по его плоти довёл своего любовника до умопомрачающего оргазма. Драко закричал от наслаждения, но Гарри, свалившись на него без сил, закрыл его крик счастья, и втянув его губы в свой рот. Они вытянулись на кровати, приходя в себя от безумного секса. — Гарри, не бросай меня. Не отдавай им, — прошептал хриплым просящим голосом Драко. — Никогда! Никому не отдам! Теперь ты мой, до тех пор, пока сам этого хочешь. — Гарри повернулся к своему парню и обняв его, крепко прижал к себе, — пока сам этого хочешь. — Повторил он. — А теперь может поспим немного? — Поспим, — уже в полудрёме прошептал Драко со всей силы прижимаясь к любимому…