8 глава
7 февраля 2019 г., 21:29
Поездка к океану, как ни странно, оживила лица нашей компании. Для меня это было диким: жить буквально в получасе езды от пляжа, и радоваться поездке как ребенок. Ну, хочется тебе бирюзовых волн и белого песка – шуруй в гараж, выводи машину и свисти к воде на сутки или двое. Хочешь – на обжитый, где можно даже бунгало снять. Хочешь – на наш, дикий, на скалистый пляж и в полное одиночество. Чего из этого праздник делать? Но нет. Радовались как дети.
А я вот домику нашему радовался. Временному пока что. Но думаю, что все же выкуплю его. Он нам всем по душе пришелся. Домик, кстати, подыскал не Борис, хотя я ему и давал такое задание, а один из директоров корпораций, с которыми работала Джэйл. Больше всего он пришелся по вкусу Гэссу тем, что во дворе был сложен крупный очаг. И, если бы кто-нибудь заглянул на наши вечерние посиделки, то очень бы удивился тому, что один из компании спокойно рассиживается в самом пламени в позе лотоса, и оживленно болтает с остальными. Правда, для того, чтобы Гэсс там сидел, пришлось поставить достаточно плотную решётку, а то как-то не совсем удобно на дровах задницу мять. А чтобы никто посторонний не заглянул случайно, пришлось оградить эту часть двора высокими стенами, стальной дверью и ажурным куполом, на который Родион навесил какую-то свою интересную иллюзию, что перекрывала все ненужные спектры излучения как для живого объекта, так и для цифрового. В смысле, ни человек ни камера не увидит, чем мы здесь занимаемся.
Мне же этот дом понравился своей уединенностью, и при этом полным фаршем. Ничего закупать и проводить не требовалось. Конечно, подозрения, что нас прослушивают или просматривают было, но я надеялся на благоразумие Бориса и его команды, и на то, что эти знания никуда дальше нашего куратора с его директорами не уйдут.
Сборы долго не продлились. Да и что собирать, по большому счету? Еду нам упаковали, а захватить с собой полотенца и купальные принадлежности – хватило и пяти минут. Так что вскоре загрузились в машину и поехали на дальний дикий пляж.
– Андрей, а ты в курсе, что нас преследуют? – минут через десять постоянного кидания взгляда в зеркало заднего вида спросил Гэсс, заметив машину, что шла в небольшом отдалении.
– В курсе, – совершенно спокойно согласился я. – И даже знаю, кто именно. Так что не переживай. Пока что за нами никто чужой не гоняется.
– Оу... – Гэсс явно понял, о чем я. – Думаешь, месяца хватило, чтобы образумиться?
– Поверь, я содействовал этому всеми своими силами. Так что у него два выхода. Или самоубиться, или вернуться. Судя по тому, что он живее всех живых, самоубиваться ему явно не захотелось. Но сразу сдаваться и кидаться в объятия со словами: «бери меня, я на все согласная!» не стоит.
– Ты меня, наверное, слишком плохо знаешь, – фыркнул Гэсс. – Виктор переступил черту. Даже не так. Не переступил. Отмахнулся от этой грани, как будто она ничего не означала. Этим он заставил меня задать себе вопрос: а так ли он мне нужен на самом деле... – Гэсс напряженно замолчал.
– И? – не выдержал я.
– Таким, каким стал – нет. Так что ему стоит очень хорошо подумать, прежде чем показываться мне на глаза.
– Ясно, примем к сведению, – согласился я, услышав телефонный звонок. – А, Борис, ты. Чем похвастаешься?
– Выполнил оба твоих задания, – голос куратора звучал глуховато но по-деловому. – Везу тебе ящик с заказанными веществами, и человека, который сможет тебе помочь.
– Что, какого-то фантаста нищего нашел, который согласится продать свои идеи? – изумился я.
– Нет, Андрей, куда лучше, – Борис явно считал, что с заданием справился. Я нашел отдыхавшего поблизости литературного критика специализирующегося на фентези. На русском фентези, если точнее. Ну, и за некоторую сумму мне согласились продать несколько часов своего времени молодому и неопытному писателю.
– Ух ты! – я был удивлен изобретательности Бориса. Если ставить вопрос так, то даже на людях обсуждение возможностей не станет билетом в дурку. – Отлично. Пусть завтра и приходит.
– Прости, но мы уже сошли с самолета, и теперь направляемся к твоему дому.
– Хм... Я с семьей на пляж выбрался. Отменить уже ничего не могу. Точнее не хочу. Если критику хочется получить свой гонорар с молодого и неопытного писаки, пусть подгребает к нам. Скажи, что за неудобства готов повысить гонорар вдвое. Кстати, сколько там?
– Триста тысяч в час. Рублей.
– Согласись на триста тысяч в американских долларах за все потраченное им время.
– Критик согласен подъехать, куда будет предложено.
– Отлично. Меня по навигатору видишь?
– Да. Ехать за тобой?
– Именно. Мы на дикий пляж.
– Благодаря тебе он уже не дикий, а обустроенный. И я знаю, где он. Примерно через час будем.
– Ты что, книгу пишешь? – удивилась Джэйл.
– Нет, – я рассмеялся. – Но, так как нам нужен человек, который бы подтолкнул нашу фантазию, то Борис придумал легенду про книгу. А мы – авторы сюжета. Теперь бы продумать этот сюжет, чтобы не лохануться...
Я задумался, перебирая в голове варианты того, что можно сказать, и решил остановиться на самом простом фентезийном сюжете, который точно смогу удержать в памяти и не сбиться.
Мясо как раз дожаривалось, а салаты дорезались, когда подкатила машина Бориса. Мы все с любопытством уставились на открывающуюся дверь, столкнувшись взглядом с юным созданием женского пола.
– Ты же говорил, что это ОН!!! – прошипел я Борису.
– Да, он, литературный критик. Названия профессий не склоняются.
– Блин, ну и нахрена мне баба?! Я что, буду с ней о боевой магии разговаривать?! – и обернулся к девчушке. – Девушка, простите за беспокойство, но мой секретарь слегка ошибся с выбором человека, нужного мне. Я оплачу вам потраченное время, а еще вы можете отобедать с нами и отдохнуть в свое удовольствие. В любое время, как только пожелаете, мой секретарь отвезет вас в аэропорт и на моем частном самолете доставит вас туда, куда прикажете.
– Вполне ожидаемо, – согласилась девушка, и я с облегчением понял, что она не обиделась. – К счастью, с подобной реакцией мне уже приходилось сталкиваться, и я к ней успела привыкнуть. Давайте заключим соглашение, которое устроит нас обоих. Если посчитаете, что наша с вами беседа принесла вам пользу – оплатите мое время. Если же я ничем вам помочь не смогу, то все, о чем попрошу – вернуть меня в тот город, откуда забрали.
Интересно, такая смелая, или же такая бесшабашная? Понимая, что обычно девушки себя так не ведут, я осторожно внедрился в ее разум, и чуть не прибил Бориса. Но от лекции не удержался.
– А не скажете ли мне, девушка, как вы вообще додумались в чужой стране, в одиночестве согласиться оказаться в другом городе, даже не зная, с кем встречаетесь? – в груди клокотало бешенство напополам с осознанием дурости что этой малолетки, что куратора из меховых. – Будь у меня дочь, и сотвори она что-то подобное, я бы поседел, наверное. А потом запер бы ее под домашний арест! А тому, кто додумался предлагать ей такие путешествия – голову бы свернул! Ну, Боря, ну что за елки-палки, а?
Понятно, что этот баран воспользовался ментальным внушением. Даже сейчас еще ощущаются отголоски подавления личности. Но мне-то нахрена эти танцы с бубнами? Я что, похититель малолетних девственниц?
Кстати, кажется, до девушки тоже дошло, что что-то не так, и в глазах ее плеснул ужас.
– Тихо, моя дорогая, тихо, – начала ворковать Джэйл, ментально успокаивая девушку. – Как тебя зовут, солнышко?
– Валентина, – тихо произнесла та, как-то вяло взяв из рук Джэйл стакан с соком.
– Вот и отлично. А меня - Анжела. Ты не бойся нас. Грэг правильно ругается на Бориса. Он поступил в корне неверно. Во-первых, гипноз, о чем его никто не просил. Во-вторых – он даже не подумал, как ты себя будешь чувствовать, когда воздействие пройдет. И, хвала богам, что ты попалась ему, а не какому-то негодяю. Нам действительно нужна помощь литератора, ну, или критика и ничего более.
– Мне не нужна помощь этой пигалицы! – рявкнул я. – Чем она вообще мне помочь может, если в обморок навернуться пытается, узнав, что ее увезли в другой город! Человек, одаренный фантазией, искал бы выход!
– Человек с хорошей фантазией может и напредставлять себе черте что, – не согласился со мной Гэсс. – Привет, – он протянул руку. – Меня Сергей зовут. А это – Итан. А там, на песке валяется Родион.
– Ага, а в кустах Журов шарится, – буркнул я. – И на шесть мужиков – две бабы.
– Да кто бы говорил!.. – фыркнула Джэйл.
– Я диспозицию рассказываю, а не положение вещей объясняю. Может эта молодая мадам начнет думать головой, и закрываться от таких вот, – я кивнул на Бориса.
«Поставь ей блок, если так нервничаешь» - взглянула мне в глаза Джэйл.
«А что мне еще сделать?! Санта Клаусом для невинных дитачек заделаться?!»
– Ладно, все, забили и забыли, – махнул я рукой. – Отдыхай пока, Валя, а вечером я тебя сам в аэропорт отвезу. А этому барану подобное точно доверять не буду. И да, кстати, Боря, попроси прислать кого-то на замену себе. С тобой мы точно не сработаемся. Свободен. Только ящик выгрузи, что привез.
Отдых был испорчен. Когда я ехал сюда, думал позже провести сцепку и поучить Гэсса слиянию. И в лучшем случае – поплавать полностью слитыми. И попытаться каким-то образом сохранить силу единения без активации. Когда позвонил Борис, я решил, что провести время в беседе с умным и знающим свое дело человеком - тоже неплохой выход.
А вот то, что я имею сейчас, меня ну никак не устраивает! Ни расслабиться, ни проблем не решить... И даже не напиться, потому что кроме легкого вина ничего не брали. Аппетита совсем не было, так что я не стал никому портить настроение, и отошел к воде, где довольным тюленем разлегся Родион.
– Раслабься, Андрей, – посоветовал он. – Изменить ты все равно ничего не сможешь. Разве что спасибо сказать судьбе можно, что так рано стала понятна суть нашего нового куратора. Было бы хуже, если бы мы с этим дураком работать плотно начали, и только бы потом его подставу увидели.
– Да, спасибо ему огромное, – кисло произнес я. – А мне теперь еще эту «барби» хрен знает куда отвозить.
– Дай задание своему пилоту.
– Хрена! – и решил объясниться. – Она там с родителями отдыхала.
– В смысле, Борис вообще непонятно кого привез?!
– Да не, как бы понятно. Девушка окончила институт, причем очень неплохо. И получила в подарок отдых, который решила разделить с родителями. Так что да. Валентина действительно литературный критик. Притом, ее рецензии уже пару лет назад начали пользоваться спросом. Но то, что мне придется отвозить ее родителям – не обсуждается. Там батька такой строгий, что выпотрошит дочурку и узнает все, даже то, что ей не известно. И как кого меня потом ловить будут?
– Ну, хоть не как педофила, и то хорошо.
– Сплюнь! – буркнул я. – И так не знаю, что говорить буду.
Я насторожился, услышав шорох песка, а после и обернулся, увидев, как девчонка робко идет к нам. Пришлось даже ободряюще улыбнуться.
– Простите, – девушка присела немного в отдалении. – Я доставила вам неприятности.
– Ты даже не представляешь, какие, золотая ты моя.
– Да я эту сумму назвала, чтобы этот мужчина от меня отстал! А он согласился и... И вот. Но, если меня уже доставили к вам, да еще с такими сложностями, давайте подумаем, что мы сможем сделать, и как помочь вашему произведению. Кстати, к какому стилю оно относится?
– Фентези, – отозвался я, не сильно и желая помощи от этой девушки.
– Как я понимаю, его автор вы?
– Нет. Мы все, пятеро.
– И у кого же тогда права на текст? – удивилась Валентина.
– Валя, простите, мы просто маемся херней. Всей семьей. Развиваем воображение, так сказать. Это что-то вроде хорошо прописанной ролевки, в которой у всех есть свой собственный герой, за которого они создают сюжет.
– А у вас есть текст? Его можно прочесть?
– Нет. У нас есть пока что не полностью продуманный сюжет, в котором очень много пробелов, и самый большой недостаток - отсутствие понимания, как можно использовать силу главного героя.
– Простите, а сюжет можно услышать?
Родион как-то весело хмыкнул, и даже на бок повернулся, показывая, что он весь во внимании.
– Ну, молодой маг случайно находит артефакт, который умножает его силы. Притом, самое главное, что имеет значение, активация возможна только если с ним рядом его друзья, которые в момент активации прикладывают ладони к артефакту. Так вот, в момент активации они все отдают ему свою силу, и он получает во владение не один, а сразу четыре источника, которые делают этого мага всемогущим. Естественно, после того, как сила получена и энергия идет через него полным потоком, он отдает друзьям и все, что взял, и в состоянии поддерживать их так долго, сколько нужно.
– Долго? А почему не постоянно? Если уже иметь большую силу, то какой смысл ее иметь временно? Или этот маг себя выжигает?
– Нет, никаких побочных эффектов нет. Ну, кроме как потребности поддерживать в себе повышенный магический фон и неукротимость силы.
– Ага, ты ходишь, а за тобой проплешины остаются, потому что магия спадает с тела потоками, – хмыкнул Родион. – То есть, простое неудобство, которое напрягает.
– Ну, и еще, невозможность мага очень долго, без определенного смысла поддерживать свой эмоциональный фон в состоянии приглушенной агрессии. Поэтому, после выброса силы, нужной для чего-то, маг ее в себе гасит до следующей активации.
– Эй, а вот об этом ты не говорил. Об агрессии, – Родион внимательно посмотрел на меня.
– Да пустяки. Это как специально напевать постоянно одну и ту же песенку. Немного мозг устает от этого бормотания, и чего-то нового хочется. Расслабления.
– То есть, ваш маг с помощью друзей активирует артефакт, поглощает силу, работая на заемной, а после возвращает? – подвела итог Валентина. - А какой смысл этим друзьям так издеваться над собой ради того, чтобы могущественным стал только один?
– Нет, они все становятся могущественными, пока сила не гаснет естественным образом. А какой смысл... – я пожал плечами. – Ну, вместе эта четверка становится очень сильной. И может решать такие вопросы, которые не смогли бы решить в одиночестве.
– То есть, этот молодой маг за что-то борется, и с ним не просто друзья, а соратники, так?
– Ну, да, – кивнул я.
– А они могут его предать? Или отказаться от активации, уйти?
– Все конечно возможно, – пожал я плечами. – Мир не вечен, и в нем тоже все смертны. Так что да, кто-то со временем может уйти. В смерть. Но не от этого мага.
– То есть, он их чем-то держит? Это не просто дружба, но еще и порука, так?
– Так, так, – покивал Родион. – Порука любви, преданности, понимания, что без этого мага не выстоять. Ощущение могущества. Независимость. Некоторая материальная заинтересованность. Ну, и, конечно же, страх.
– Страх? – Родион открыл мне глаза. – Чего бояться-то?
– Серости обычной жизни хотя бы, – пожал Родион плечами. – Страх потери всего того, что эти друзья имеют с этим магом. А потеряют они немало.
– То есть, тут еще имеет место и скрытый шантаж.
– Прибью! – пригрозил я Родиону.
– Вот! Это не скрытый, а натуральный шантаж, – расхохотался эннэшше. – Так что маг своих друзей держит в черном теле, требуя активации за активацией, чтобы сжиться с артефактом. И друзьям от него никуда не деться, потому, что без этого мага они никому не нужны. И они это прекрасно понимают.
– Проблема не в этом! - рыкнул я, чувствуя какой-то стыд за то, что так крепко привязал к себе эннэшше, что они уже начали осознавать безысходность без этой привязки. - Проблема в том, как использовать эту силу! Маг силен как бог, и туп как пробка. Он может практически все, на что фантазии хватит. А его фантазии хватает только на управление мышлением, морфизм и швыряние огромными по массе и силе файерболами! А скоро война! Да проще, наверное, продавить сырой силой врага, чем обучить этого дебила владению изысканными видами магического искусства!
– Ты не дебил, ты хороший, – проржался Родион, погладив меня по спине.
– Ну вот, выяснилось еще кое-что. Назревающая война.
К нам уже какое-то время назад присоединились Джэйл и Гэсс, что слушали рассуждение девушки.
– Да, война. И от нее будет зависеть не только жизнь мага или его друзей, но и тех, кто за ним пошел. А это около двух сотен особей.
– Ну, как я понимаю, в книге все должно закончиться хорошо, так? – улыбнулась Валентина. – А значит, этот маг со своими друзьями, а так же соратниками, должен выиграть эту войну в любом случае. Но, чтобы не получилось клише, которых уже изданы тысячи, чтобы вашу книгу, когда вы ее издадите, прочли, нужно принять несколько правил. Первое – недостатки героев. Персонажи не могут быть сплошь положительными. Но если правильно подать текст, то недостатки лишь оттенят саму суть повествования. Второе. Мир, в котором герой только получает и ничего не теряет взамен - это мир супергероев. Мери и Марти Стью. Рояли в кустах, боги из машины... Это все не то. Поэтому действия вашего произведения должны быть завязаны не только на войну, но и с развитием параллельных сюжетов. Создайте злодея, против которого борется маг. Создайте какое-то высшее существо, которое благоволит герою, но требует что-то взамен помощи.
– Это че, мы что, в самой канонной заднице? – почесал макушку Родион.
– Ага, только злодея не хватает, – мрачно добавил я. – Пока что. – Ожидания, так сказать, полностью себя оправдали. Никакой креативной идеи Валентина не подсказала. Так что ждать от нее какой-то помощи в использовании магии тем более не стоило. – Ладно, заканчиваем отдых. Или вам вызвать вторую машину с водителем? – обернулся я к ребятам.
– Вызови, – согласилась Джэйл.
– Я с тобой, – тут же поднялся Родион. – Ополоснусь только, и сразу поедем.
Подсуропил Борис знатно. Честно говоря, если бы мне встретился тот, кто направляет этих горилл снежных следить за нами – я бы ему все высказал. И предъявил бы претензии. Но такого, к сожалению, пока не предоставлялось.
Родион оделся довольно быстро, и вскоре мы уже неслись по трассе. Рэй за рулем, я – рядом, а Валентина на заднем сидении. И сейчас я связывался с одним из пилотов, чтобы тот как можно быстрее приехал в аэропорт и провел предполетную подготовку моего самолета. Все же пару часов в воздухе и хрен его знает, сколько на машине – вещи разные.
– Где твои документы, девочка? – спросил я немного погодя.
– Не знаю. У меня их не было, – пожала плечами Валентина, и счет к Борису повысился.
– А как же ты тогда летела?
– Я не помню!
Хрен с тобой, золотая рыбка, мысленно проворчал я, и влез в память девушки, считывая все, что мог считать. Борис теперь уже точно влетел по полной. Он провез ее по своим документам, как сопровождающий, да к тому же так задурил голову персоналу, что только по камерам можно было вычислить, что и как. А этим, как я понимал, ее отец, отставной военный, занялся едва ли не сразу, как пропала его дочь. Так что «весело живется». И, самое меньшее, что я мог получить, возвращая блудную дочь – это кулак в морду. И дай то боги, чтобы этим все и завершилось. Потому что этот Грэгори и раньше не отличался добропорядочностью, и на него точили зубы все местные копы, а если еще и похищение...
Все это я ментально передал Родиону, и тот, на миг, даже руль не удержал, после чего остановился у обочины.
– Он что, совсем больной?!! – такой рык от эннэшше я слышал только раз, когда вернулся после огненного ритуала и лишился двух зубов. – Это же натуральное похищение! Ничем не оправданное! Да за это ему даже голову свернуть мало! – увидев, как сжалась на заднем сидении Валентина, Родион поумерил свой пыл. – Прости, девочка, это касается только того человека, который тебя привез. Скажем так, он совершил уголовное преступление, за которое сейчас едем отвечать мы.
– Но это же был ваш приказ... так?..
– Нет, Валюша, – вздохнул я. – Был приказ – найти человека с богатой фантазией и дать ему понять, что мы готовы сотрудничать. Всего лишь дать понять. Если бы ты согласилась, он обязан был передать тебе наш емейл, или любые другие координаты связи, а так же карту со счетом, на который капали бы деньги от нашей совместной работы. А привозить, да еще насильно... В общем, это его инициатива, и очень хреновая. Так что я даже не знаю, как буду оправдываться перед твоим отцом.
– А вы не показывайтесь ему на глаза. Просто отправьте меня домой на такси, и все.
– Малышка...
– Грэг, я такая же малышка, как и ты «малыш»! Мне двадцать четыре года, и я самостоятельный человек!
– А мне – пятьдесят четыре! Так что для меня ты в возрасте дочки! Если бы та у меня была. Пластика, – буркнул я, понимая, что не сдержался.
– Так вот почему твое поведение мне казалось странным, – хмыкнула Валентина. – Поведение взрослого человека с молодой внешностью.
– Ну, типа да. Так вот, Валенька, если я после того, что сотворил мой подчиненный, сбегу, или скроюсь за твоей спиной как какой-то трус, это не отменит тех действий, на которые пойдет твой отец. И он разроет все, что касается меня и моего положения. А мне это ой как не хочется. Ни проблем с военными, ни расследования, ни преследования. Моя внешность сейчас напоминает внешность одного не очень хорошего человека. Так надо было, чтобы скрыть меня. Хоть бандитом, хоть наркоманом, только бы не тем, кем я был там, у себя на родине, понимаешь?
– Не совсем, – покачала головой девушка. – Вы там что-то натворили?
– Почти. Перешел дорогу не тем людям. Выкрутиться, конечно, мне не составит труда, и деньги это мелочи... Но меня, можно сказать, подставил мой же собственный подчиненный. И если я все не решу легальным путем, то все завертится не в ту сторону.
– А вы можете что-то сделать, чтобы решилось легально? Мне как-то тоже не очень хочется по допросам бегать.
– Посмотрим на твоего папу, – согласился я. Но, согласиться-то согласился, а сам начал думать, как и что сделать. Через память Валентины перешел по связи в память ее отца. О, да, вот точно мне сейчас этого не надо. – Валя, – позвал я через пару минут. – А ты можешь позвонить отцу, и сказать, что скоро будешь у них?
– У меня телефона нет... – пожаловалась девушка. – Я его в номере оставила. Только в бар спустилась, а тут...
– А помнишь номер отца?
– Нет, местный не успела выучить, а старый не подключен к роумингу...
– А его-то хоть помнишь?
– Да.
– Диктуй, – я вбил цифры в свой телефон, а после переслал запрос на подключение этого номера к роумингу сети Аргентины. Ответ пришел довольно быстро, и я, набрав продиктованный номер – передал телефон Вале. – Говори, как есть.
Менять память девушки, или накладывать ложные воспоминания было не с руки. Не для бывшего ЦРУшника, который вскроет память дочери или с помощью психологов, или же еще каким способом.
– Папа? Да не кричи ты! Нормально все. Домой еду уже. Нор-маль-но! Я же сказала. Никто меня не трогал. Нет, не спрашивали ничего о твоей работе. Просто случайность вышла. Ну да, в другом городе. И что? Да, папа, да! Так все и было. Но сейчас все просто отлично. Господи! Ты еще к гинекологу меня сводить попытайся! Не трогал меня никто! Просто слетала на океан, провела время с хорошими людьми. Шашлыков поела... Папа... Ну, какой алкоголь? Только сок. И вообще, ты понимаешь, как дорого разговаривать по твоему номеру? Так что давай, я говорю пока-пока, и мы встречаемся через...
– В шесть вечера, – посмотрел я на часы. – К тому времени прилетим и доедем.
– К шести подъеду. И даже не смей! – голос Валентины начал сочиться угрозой. – Отменяй все свои дурацкие операции! Боже... – простонала она. – Да никто мне пистолет к голове не приставляет, что ты заладил? Ладно... – Грэг, прости, я мы можем еще поговорить?
– Без проблем. Я поставил отцу безлимит, а у меня он и так давно стоит.
– Спасибо, – шепнула девушка. – В общем, пап, тот человек, что дал мне телефон, говорит, что поставил тебе безлимит, так что бесплатно.
Ага. Бесплатно. Только что я выкинул несколько тысяч долларов только за то, чтобы подключить к этому номеру «вечный» роуминг, бесплатный и безлимитный. Плевать на деньги, главное, чтобы сработало.
– Так вот, пап, я сама не знаю, как это произошло. Я спустилась в бар, купить содовой, и даже выпила стакан, когда ко мне подошел мужчина, спросив, сколько будут стоить мои услуги... Да не как проститутки, папа!!! Как редактора! Ну и я, наобум, чтобы отвязался, назвала цену в триста тысяч рублей. Он согласился... а дальше я не помню. Вот серьезно, не помню ничего до тех пор, как машина остановилась на пляже. А там – милая семья, что пишет свое произведение. Они хотели его улучшить, но когда узнали, как именно я к ним попала – сразу собрались и сказали, что то, что совершил этот человек – похищение, и меня надо вернуть назад. Вот, я сейчас еду к аэропорту, а потом мы сядем на самолет и прилетим... Грэг, папа с тобой поговорить хочет... – протянула она мне телефон.
– Дай я, – Родион забрал телефон у девушки. – Берхет Родион на связи. Бывший капитан спецназа, – коротко и тихо рявкал в трубку он. – Ищем. Накажем. Так точно. Телохранитель Грэга Мартина. Нет, сэр, он не отдавал приказа похищать вашу дочь. Виноват, сэр. Исправлюсь, сэр! Держи, – протянул он мне трубку с короткой улыбкой. Да. Рэй умел сгладить углы, как ни странно.
– Слушаю, – произнес я в трубку.
– Слышь ты, гнида...
– Валентин Валерьевич, – сухо перебил его я. – Вы не имеете никакого права обзывать меня.
– Да мне насрать на твои права! Дочь мне доставил, быстро!
– Как только, так сразу. Быстрее самолета я не добегу, поверьте. И мне очень не нравится ваш тон.
– Да ты понимаешь, на кого глазенки свои поднял?! Да ты хоть знаешь...
– О, поверьте, знаю, и очень хорошо. ГРУ, ФСБ, ЦРУ... Но я не пытался похитить вашу дочь. Моему человеку было приказано найти собеседника, который бы выходил в сеть, помогая мне с некоторыми литературными потребностями. То, что он выбрал вашу дочь – это странное стечение обстоятельств. То, что он ее выкрал – уголовное дело. Согласен, – на мат и угрозы, что лились из трубки, я не обращал внимания. – Я дам его полный портрет и поищу по своим каналам. Он будет наказан.
– Я голову его требую!!!
– В фигуральном смысле, или реальном?
– Реальном, тварь!
– Видите ли, если ее вам доставят от моего имени, то вы меня спокойно можете посадить за убийство, так что эта голова сама придет к вам, на своих собственных ножках. Но, к сожалению, придется подождать пару дней, когда эта «голова» сдаст свои полномочия, и ко мне прибудет заместитель, через которого я и передам вашу нижайшую просьбу.
– Ты вообще кто такой, тело?! Как ты вообще осмелился ставить мне свои условия?!!
– Скажите, вы Авдеева знаете? Командующего ССО?
– Да какое мне дело до твоих шавок?!
– Я еще раз спрашиваю! – ментальный посыл заставил его задуматься. – Авдеева знаете?
– Знаю! Но какое мне дело до тех, кто за тебя, сучий потрох, заступится?!
– Спросите его, кто такой Севретов Андрей Михайлович. Только тайно. Так вот, этот Севретов сейчас с вами и говорит. И я не похищал вашу дочь. И даже мысли не было нанести ей какой-то вред.
– Да мне похуй...
– Вы сейчас ведете разговор со мной по закрытой линии, Валентин Валерьевич. Можете проверить данный факт. А еще, проверить то, при каких обстоятельствах пропал Севретов. Это – государственная тайна. И открываю вам ее я только по той причине, что мой человек сделал смертельную ошибку. До свидания, Валентин Валерьевич. И да, кстати, сейчас у вас установлен безлимитный роуминг, так что созвониться со старым другом вы вполне в состоянии. Думаю, когда мы встретимся, вы будете в более адекватном состоянии.
– Ну и нахрена? – спросил меня Родион, когда я положил трубку.
– Он начал поднимать те связи, которые бы точно привели ко мне. Надо было остановить это. Авдеев сумеет убедить его не вмешиваться. Остудит. А я, когда приеду – добавлю.
По памяти Глобина я перебрался на тех, с кем он говорил и кого поднимал в штыки, успокаивая их одного за другим. Типа, девочка загуляла, нашла себе парня, забылась во времени, и вообще, чего ради гнать волну. И так, одного за другим постепенно снимал с задач, подавляя возникшее цунами. А после уже и в памяти самого Глобина обосновался, мягко и ненавязчиво успокаивая. Дочка скоро приедет, с дочкой все в порядке, все разрешилось... О-па, а вот и разговор с Авдеевым, который просит не лезть в это дело, и намекает, что раз Севретов открылся, то он сделает то, что должен. И нет, он нормальный мужик, и не страдает херней вроде похищения мелких девственниц. А если у него дебилы в подчиненных ходят, так от этого никто не застрахован. А помнишь, Валька...
На этом я перестал слушать разговор Авдеева с Глобиным, понимая, что тот его успокаивает затягивая в старые воспоминания. Ну и правильно. Главное Борису Николаевичу было услышать мою фамилию, а потом сработал блок, установленный ранее. И теперь он вилял как тот заяц по своим воспоминаниям, где и как я им помог, и что на меня свалилось, что пришлось внешность менять.
Плевать! Я не нарушал бы конспирацию, если бы не этот меховой идиот. То, что разговор услышат и подслушают те, кому это надо – был уверен. А значит, и выводы сделают. И вообще, что за нахуй?!! Какого хера этот баран похитил девчонку? Вот это в разуме совсем не укладывалось. Подставить меня, что ли, решили? Или эта идея исходила из этого скудного умишки? И, если подставить, то не пора ли нам драпать?
Панические мысли были перебиты новым звонком от скрытого номера.
– Андрей Михайлович? – голос был спокойным и собранным.
– С кем говорю?
– Ваш новый куратор. Приносим извинения. Был послан стажер, который не справился со своим заданием.
– Слушай, новый куратор, – я тяжело вздохнул. – Ты понимаешь, что этого, старого, придется в расход пустить? Понимаешь, что именно он натворил?
– К сожалению, понимаю. И да, вы правы, мы отдаем его на ваш суд. По приказу, отправленному свыше, он появится в том отеле, где похитил девочку, через три часа. Его жизнь полностью в ваших руках. Его вина неоспорима. Прошу простить за то, что был предоставлен неликвидный кандидат.
– А компенсация?
– В любых разумных пределах, устраивающих лично вас.
– Меня бы устроило, чтобы вы все шли нахуй, уважаемый, со всем вашим кураторством.
– Как пожелаете. Мой телефон у вас теперь есть. Если будут какие-то дополнительные желания – вы всегда можете позвонить и выставить требования.
– Слава яйцам, – буркнул я, отключая телефон. – Одно дело – Олег, а другое – такие как Борис. Прибил бы гада!
