Импринтинг трех миров - 2 (выход на новый уровень)

      Только минут через пятнадцать, когда нам удалось немного отдышаться, до Родиона, наконец дошло, какую свинью я им подложил.       – Твою мать, Андрей!!! – взвыл он, заехав мне по затылку.       – Не надо мою мать, – хохотнул я, после чего невинно взглянул на него. – В чем дело, красавчик? А, понимаю, понимаю, дошло, наконец.       Я расхохотался до икоты, давая ему проникнуться проблемой, которая встала перед ним в полный рост.       – Ребята, у меня как бы отставания в развитии нет, но что-то я, похоже, не понял, – осторожно вмешался Олег.       – Он – урра! – ткнул в меня пальцем Родион. – Баба!       – Золотой мой, а ты не в курсе, что только бабы потомство вынашивают? – подмигнул я своему эннэшше. – Или ты хотел и рыбку съесть, и на хрен сесть?       Но Родиона было страшно смотреть. А вот Олег, как мне кажется, сразу понял, что я подшучиваю. Точнее – издеваюсь. Поэтому, хмыкнув, лизнув меня в нос, оставил нас с Родионом и моей небольшой местью.       – И сколько ты еще будешь... в этом? – потыкал он меня в меховой бок.       – Не знаю, – беспечно пожал я плечами. – У Руары спроси, сколько урры носят.       И, пока Родион не произнес тех слов, которые больно ударят по нам двоим, спокойно перетек в свою первоначальную форму человека, лениво закинув руки за голову.       – Черт, Андрей, так и заикой недолго стать, – осознав, что тело урры, это не навсегда, и возможности, а так же принадлежащие мне части тела никуда не делись, он, наконец, выдохнул.       – А если бы на весь период плодности я остался бы в теле урры? Что бы ты сказал на это? – все же я не выдержал. – Развод и тумбочка между кроватями?       – Андрей...       – Знаешь, а я лучше стал понимать женщин, – задумчиво уставившись в потолок, я усмехнулся. – Потому что некоторые, не будем показывать пальцем, кто, забывают, что за внешней формой остается то, что ты, уже не год назад, кстати, выбрал сам. И вот как с вами, мужиками, жить? – хохотнул я, показывая, что не злюсь. Но когда Родион потянулся ко мне, чтобы обнять, ушел из-под его руки. – Я к Мрису.       – Щелкнул по носу? – встретил меня в коридоре Олег.       – Пришлось, – согласился я.       – Смотри, чтобы он потом на тебе же и не отыгрался.       – Да что он сможет?!       – Лишит тебя трех важнейших релаксантов, – невинно посмотрел на меня Олег. – Алкоголя, сигарет и секса.       – Не дай-то боги тебе его надоумить, – пригрозил я, решив не заморачиваться одеванием, накинув на себя визуальный морок. – Я к Мрису. Ты со мной?       – Да, – сразу же согласился со мной Олег, и тут же поддел. – А то еще подумаешь, что я пошел Родиону рассказывать, как тебя в узде держать можно.       – А вот это уже было не смешно. Рэй хоть и не юный мститель, но настроение мне может испортить. Сам понимаешь, из-под полы я не буду ни курить, ни пить. Но выпрашивать секс у эннэшше...       – Да, это будет жестоко, – согласился со мной Олег. – А ты к Мрису насчет «посоветоваться»?       – Именно. Нет, я не вижу никакой подлянки. Кто же знал, что такой как я появится, что сможет не только тело под себя настроить, но и войти в скрытые области памяти этой урры, чтобы прочесть ее послание? Кстати, надо бы и Шанасс пригласить. Вдруг она видела подобных существ, и знает, что они собой представляют.       – А ее и приглашать не надо. Она у Мриса живет. Временно. Пока здесь все не наладится. Потом обещалась снова на Землю вернуться. Ей там нравится.       – Ну и то хорошо. А еще я бы Стрижей пригласил. И Гнышева с Глобиным.       – И Льва. И Пола. И Давыдова. И Гэсса. Ты заметил, что у тебя как-то постепенно, образовалась твоя команда, с которой ты можешь обговорить все вопросы?       – Заметил, – согласился я. – Как только понял, что на одних приказах не выживешь, то отпустил себя как единственного и неповторимого руководителя, так и начали появляться этакие цветочки. А в ягодки они превратились, когда я ушел на Ваарру. Но это и к лучшему. Когда есть на кого положиться, то жить проще и легче.       – Точно, – согласился Олег, постучав во входную дверь дома Мриса.       – Опять что-то у вас случилось? – встретил меня вопросом в лоб Лёва.       – Та да, есть нечто подобное, – согласился я. – А вы уже все здесь?       – Ну, ты даешь! – Лев уставился на меня как на идиота. – Олег подает «срочное собрание у Мриса», и мы еще думать должны, что и как?!       – Ну, вот и ладушки, – согласился я, пройдя в зал, который Мрис оформил в своей манере. Разве что на углях в этот раз не Гэсс валялся, а паром исходил на узорной решеточке чайник. А сам ярдан сидел на диване, уютно подогнув ноги и положив голову на плечо Седого, поглаживая макушку Итана, примостившегося тут же. И такое тепло от них шло, что никакое пламя с ним не сравнится. Хотя, похоже, это чувствовал только я. – Ну что, друзья, могу вас порадовать двумя новостями. С какой начать?       – Порадовать? – поднял на меня взгляд Стас. – Обычно, у тебя что ни новость, то новый шухер.       – Ну, в общем-то, ничего не меняется, – я рассмеялся. – Но одна новость, в первую очередь, обрадует нашу богиню, – поклонился я Шанасс. – Итак, змеюка водная, я понес.       – Что?.. Как?.. – Шанасс даже из кресла выпрыгнула, стремительно подбежав ко мне, положив руку на живот. – Радужные?.. – глаза ее засветились от счастья.       – Да вот как бы тебе точнее сказать... – я развел руками. – Мои, в общем. Кем захотят, теми и будут. Я собираюсь морфизм вплетать в их структуру сознания едва ли не в утробе еще. Так что все те формы, что у меня есть сейчас, и те, которые получу в дальнейшем – будут им доступны.       – В смысле, ты маленьких носишь? – Сашка первым просек, о чем речь ведется. Сам в свое время бредил о малышах, да вот, с Димкой не срослось, а Стас считал, что их тройка еще слишком незрела, чтобы обзаводиться малышней. Да и Урея не сильно располагала к подобным экспериментам.       – Ношу, – печально вздохнул я. – Заставили, изверги. Изнасиловали и оплодотворили.       – Да ты сам кого хочешь, заставишь, и раком поставишь, – буркнул Стас.       Видимо, все еще обижается, что я его на Урею сдернул, а не дал на Земле погибнуть. Но когда его с двух сторон приобняли Сергей и Сашка – как-то сразу обмяк и расслабился. Заулыбался даже.       – Ладно-ладно! – я хохотнул. – Ты прав. – Сам заставил. Заколебали.       – А вторая новость? – спросил Гэсс.       – Вторая... Вот.       Понимая, что сейчас будет апофигеоз, я медленно убрал с тела одежду, представ нагишом перед всей компанией, а после медленно перетек в тело саанны. Шанасс тут же встала в стойку, как гончая. А после и обошла меня, осмотрев довольно специфически.       – Что, страшшшная? – прошипел я.       – Наоборот, – Шанасс чуть отступила, оглядывая меня чуть ли не как статую. – Поздравляю, Андрюшенька, ты нашел форму последней настоящей, не измененной сайнары.       – Это хорошо, или плохо? – сразу напрягся я.       – В подавляющем большинстве вариантов... все же хорошо, – Шанасс даже хвост мой ощупала. – Просто идеальный вариант... Даже не знаю, что сказать...       – Скажи, что ему везет на уникальные находки, – мягко пошутил Мрис.       – Это, конечно, да... Тут и спорить не о чем... Только Андрей, – Шанасс снова подошла ко мне, ухватив за рог, для чего пришлось подняться на цыпочки, склонив мою голову так, чтобы смотреть глаза в глаза. – Если хочешь жить, то никому и никогда не показывай эту ипостась. А я постараюсь забыть, что видела ее.       – Ну, как всегда, – уже в теле человека, снова вернув на тело одежду, плюхнулся я на диван, под бок к Олегу. – Я уже тут размечтался, что в космос полечу, на помощь этой расе... Меня эта командирша кое о чем попросила... А тут ты: «не показывай»... Делись, давай уже, что ли, своими знаниями, чтобы я знал, с чем дело имею.       – В космос? – раздалось несколько голосов.       – Да. У этой самки где-то припрятан корабль, который в состоянии совершить прокол закрытого пространства. Он немножко поломан, но я уже чинил один корабль, починю и другой. К тому же у меня есть чем его усовершенствовать.       – Корабль ты, конечно, можешь забрать себе, – Шанасс все еще о чем-то думала. – Он тебе еще пригодится. Усовершенствовать мы его тоже усовершенствуем. Тип кораблей сайнаров стандартный. В космос ты тоже отправишься. Со временем. Если пожелаешь. А вот на помощь лететь даже не смей. И все координаты той системы из памяти корабля сотри.       – Да в чем же дело? Ты можешь объяснить?       Шанасс поморщилась.       – Это не очень красивая история. И ее допустили такие как мы.       – Колись уже, – буркнул я. – Эта история не касается ни одного из наших миров, поэтому мы воспримем спокойно.       – Кое-кем из высших был создан эксперимент по внедрению разума в животный мир, уже развитый и функционирующий. Но им показалось этого мало, и был проведен генный эксперимент по облагораживанию внешности этих созданий. У тебя – первозданный вид, с первым генетическим изменением. Самым равновесным и правильным. Я не знаю, как там и что получилось, но Высшие ушли из той части галактики, почему-то оставив все свое оборудование. И сайнары в нем разобрались, начав свои собственные генные эксперименты. Мне тебе, как человеку, трудно объяснить, что замена большинства цепочек ДНК и их переделка – ведет чаще всего не к усовершенствованию генома, а к его распаду.       – Ну, я хоть и человек, но не тупой. И у нас медицина на Земле уже подобным занимается. Так что кое-что знаю, – перебил я богиню.       – Тогда тебе нетрудно будет понять, что генетически дефективные особи начали делать еще более дефективных, а когда кончился материал – начали подвергать экспериментам своих сородичей. Вскоре раса разделилась на две подгруппы. Так называемых, генетически чистых – сааннов, и с дефектом генома – саараннов. Началась война на истребление. А затем сааранны подвергли свои изначальные планеты химической атаке, распылив агрессивный ген, что полностью уничтожил первоначальную расу. Ну, разве что где-то затерянные в космосе, несколько десятков первоначальных остались... А так... – Шанасс неловко пожала плечами. – В общем, всеми получен приказ на полное истребление сайнаров любого вида и любого типа генома. Даже изначального. А та галактика, в которой расплодились эти твари... я не об изначальных, а измененных, – тут же добавила она. – Так вот, та галактика теперь считается закрытой.       – Прямо-таки галактика? – не поверил я.       – Андрей, у этих монстров, довольно умных, как ни странно, но невероятно агрессивных, в руках наше оборудование. Я могу только предположить, но более чем уверена, что это лаборатория на основе межпространственной станции. Самовосстанавливающаяся и самообновляющаяся. Поэтому все, что мы могли сделать, это вывести ту галактику в иное пространство, закрыв ее защитным коконом, чтобы зараза не выбралась.       – А зачистить? – вмешался Валентин. – Не поверю, что с вашими силами это невозможно.       – Нельзя, – Шанасс качнула головой. – Если наши сведения верны, то на этой станции установлен современный комплекс доставки грузов. Портальный, если говорить вашими словами. Любой наш корабль войдет в синхронизацию со станцией и примет с нее любой груз, включая смертоносный.       – Я так понял, вы даже не пытались, – заключил Юрий Евгеньевич.       – Лично я – не пыталась, это уж точно, – взвилась Шанасс. – И вообще эту историю прочла лет так пятьсот назад. И ко мне, уж прошу, никаких претензий не предъявлять. Меня бы на такую зачистку, даже как энсина не взяли!       – Хм... – я задумался. – Тут какая-то неувязочка получилась... – я потер лоб. – Сайнара Наана, получается, прилетела сюда в своем истинном виде, если у нее корабль имеется. Так? Но тело-то урры... Это как понимать?       – По-моему – ничего сложного, – отозвался Гэсс. – Пространство закрытое. Так что... Более чем уверен, что в этом корабле мы найдем труп. Ну, или не найдем. Если эта мадам туда вернулась и похоронила его по своим обычаям. Или сайнары были метаморфами? – обратился он к Шанасс.       – Этого за ними замечено не было. Как и осознанного переноса сознания. Раса из младших, еще не достигших подобного совершенства. Была. Во всяком случае.       – А сообщение? – ядовито хмыкнул я.       – А кто хотел рвануть на корабль, и лететь помогать рогатым? – в ухо шепнул мне Олег.       – Ну я, я хотел! А вот сейчас – задумался.       – А не было бы Шанасс – и не задумался бы, – чуть громче произнес он.       – Ладно, все, забыли! Не пойду я к кораблю сейчас, – буркнул я.       – Надо! – мурена смотрела на меня глазами Янки, но я все равно видел ее, свою богиню. – Надо этот момент решить. А после уже со всем остальным разберемся.       – Кто в экспедицию на корабль смотреть? – с места вскочил Сашка.       – Не ты! – рыкнули на него остальные Стрижи. – Пусть идут те, чья генная структура стабильна. И кто полностью, до клеточки собой руководит.       – Отметаюсь пока, – проворчал я, понимая, что умея преобразовываться, изменений в своем коде не ощущу. А дите, или сколько их там разовьется, тем более не поймет, если вдруг в корабле сайнары окажется мутаген. – Держите координаты, – скинул я Мрису и Льву параметры корабля. Змеюка, ты с ними?       – Притащишь мое тело – пойду с ними. В этом – ни за что!       – Джэйл попрошу смотаться, – согласился я. – Только вы, потом, по приходу, скиньте мне все данные! Я тоже хочу знать, что там!       – Не волнуйся. Без тебя ничего ломать не будем, – хохотнул Лев. – Только посмотрим. * * *       Чтобы ждать отклика от ребят было не так невыносимо, я занялся повседневными делами, обустраивая керры нашего поселения. Помимо этого, наконец, связался со Слиппсом, который начал спуск оборудования, что по снижающейся орбите должно было плюхнуться если не в самой середине оставленного для храма пространства, то где-то неподалеку. Главное, не на деревню какую-нибудь. Купол защиты такой силы я удержать не смогу.       Но больше всего меня загрузили мелкие просьбы женской части населения. Особенно семей нашего черного отряда. Можно сказать, что только ими я почти все время и занимался. И не только я. Родион пахал как проклятый, переделывая керры то так, то эдак. Олег от него не отставал. Я, конечно, понимал, что дамочки дорвались до дармовой силы, но молчал. Все равно, по большому счету, энергию было больше девать некуда. А все их изменения накапливались в минус баллы, которые я в любой момент мог бы спросить.       К счастью, медленно и постепенно, но осознание того, что все не даром, дошло, наконец, до всех и каждого. До девчонок, что выбрали себе путь на Ваарру для ублажения мужчин – быстрее. До семейных дам – чуть позже. Но если первые сразу спрашивали про оплату, то вторые считали, что им должны. Ну, раз должны, второй, третий, но не постоянно же у них тусоваться!.. Так что, я ввел систему оплаты. Выставил на площади, у керра главы деревни ящики с семенами и споровыми, назначив отплату пахотными работами. Ребята Давыдова, под руководством своих глав, почти сразу заступили на дежурства, а женщины в их деревнях ждали, пока начнутся их рабочие дни. Из деревни же «черных» (а сам отряд я забрал на полигон) вышли единицы, хотя Седой с Аресом обошли все дома. Поэтому Гэсс, как переговорщик, пришел ко мне.       – Не хотят работать – не будут есть, – развел я руками. – Ну, или пусть попытаются стребовать со своих работников их дневной паек.       – Нет, Андрей, это не дело, – Гэсс покачал головой. – Думаешь, хоть кто-нибудь согласился бы перебираться сюда, если бы знал, что ты всех загонишь на подобную каторгу?       – Да, точно! – я хлопнул себя по лбу. – Надо сообщить на базу, чтобы распечатали с десяток объявления, и повесили бы их на керрах управления деревни. Что мол, кто хочет, то можем и назад выслать. Со всем багажом и небольшой компенсацией. Меньше народу – больше кислороду.       – Андрей!       – Да я уже более полувека Андрей! – рявкнул я на Гэссера, получив его теплую ладонь в район своего сердца. – И нечего меня ментально проверять! Со мной, как раз, все в порядке. А вот с этими...       – Ты никогда не любил людей. Это факт, – Гэсс устроился рядом со мной за столом. – Но сейчас ты их не любишь куда как активнее. Рассказывай, давай, в чем проблема.       – Проблема, спрашиваешь... – я закинул руки за голову, пытаясь распрямить позвоночник. – Да много их, проблем этих. Накопилось и наслоилось все. Вместо того чтобы открыть широту просторов ребятам Давыдова и нашему Черному отряду – занимаюсь обустройством кучки куриц их сопливых отпрысков, и суетящихся вокруг мужичков. Вот что меня бесит в первую очередь. Нет, я мог бы конечно, дать им полный доступ ко всему, что есть у остальных. Не сложно. Но вот в этом случае придется мониторить каждое жилище.       – А ты не подумал, что и без тебя со всем разберутся? Ну, кому и что есть, кому какие вещи создавать? Пить или нет? Принимать ли наркотики...       – Да все я понимаю, Гэсс. Самому противно, какую диктатуру ввел. Но о нас здесь должны остаться хорошие впечатления. Ну, вот сам посуди, – я оперся о стол. – Мы-то с тобой знаем, что есть боги, или не боги, но куда как более продвинутые расы, которые за нами следят, так? А попробуй, докажи это меркантильному сообществу, помешанному на тряпках, хряпчике, да еще и обделенному IQ. Не хватало мне еще здесь подобия Иеговисток, скандирующих о том, что бог нас любит. Да глаза бы его не видели! В это я куда как быстрее поверю. Слиппс не воет только потому, что рядом с нами такой как Мрис обитается. А Эрран так и вовсе носа не показывает. Типо – искин я, с меня взятки гладки. А вот Шанасс... видел бы ты, какими она иногда глазами на все это кодло и быдло смотрит. Кстати, с проститутками сдружилась почти со всеми, исключая тот, нагловатый контингент. Даже взяла себе на тренировку пару десятков девчонок. Точнее – те сами пошли. А эти что? Уже не вымотанные делами домашними. Уже не надо следить за детьми и домом. Ну, займись ты хоть каким-то делом, чтобы скучно не было. Ан, нет. Закупорились у себя в домах, или ходят, чаевничают друг к другу, и завидуют тем семьям, которые приняли нашу структуру жизни и влились в общество. Вот нахрена мне все это надо было?       – А пробовал с ними работать на психологическом уровне?       – Нет! – я не смог сдержать себя. – Нельзя. Это Черному отряду мы менталитет поменяли. Это Давыдов, своих, натаскал на чудо. Это девки, что ноги с совершеннолетия раздвигать начали, верят во что-то хорошее, что случиться может, за что поблагодарить и принять, и жить дальше. А эти... – я саданул кулаком по столу. – В общем, Мрис мне сделал медвежью услугу, залихватски махнув рукой на всех согласных перебраться сюда. А теперь начинается нытье и маята. А я селил их не в «дом пионеров», с десятком кружков «очумелые ручки»! И развлекать, ты уж прости, я никого не собирался!       – Андрей, ты кофе просил. С коньяком, – заглянул к нам Олег, поставив передо мной чашку со взваром, по запаху, и даже вкусу, напоминающем кофе, и да, с некоторой долей коньяка. Но большей частью в этом пойле были успокоительные травы. – Гормончики шалят, – словно извиняясь, сообщил он Гэссу. – Нервничаем...       – Хорош меня перед друзьями хаять, крокодил! – буркнул я, практически залпом выпив содержимое чашки. – У тебя бы так не сбоили, если бы то же самое пришлось проходить?       – Вполне вероятно. Благо, я от этого отлучен, – Олег прижался к моей спине, одаряя своим покоем. – Гэсс. А вы бы, своим оргсоветом, подумали. Все вместе. А уже потом выдавали бы идею Андрею. Ему сейчас и так не сладко, еще и ты с вопросами: как поступить, и что сделать.       – Не напоминай! – злобно прорычал я. – Короче, Гэсс! Давайте, разбирайтесь сами. Олег действительно дело говорит. А ко мне уже с решениями, а не за советами. Если что – меня можно днем и ночью, без разбора во времени, беспокоить только по двум вещам: или по нашим магам-недорослям, или же новостями о корабле. А вот этими всякими проблемками... вы уж как-то сами. Не я ратовал за переселение семей черного отряда на Ваарру, и не мне этим заниматься. Да и ты не сильно в это вникай. Будь заместителем, а не распорядителем.       Гэсс ухмыльнулся, вроде как осознав, или точнее сделав вид, что проникся пониманием, а после поспешил на выход, оставив меня с Олегом наедине.       – Все еще никак? – этот змий шерстяной, присел напротив.       – Хуже, – буркнул я, потянувшись к пачке сигарет, и, о счастье, не получил по рукам, как обычно получал от Родиона. – Он теперь ко мне подходит, только руки за спину спрятав.       – Ну, в чем-то я его понимаю... – Олег развел руками. – У твоего эннэшше очень уж однобокие представления о взаимном удовольствии.       – Да, а ты представь, каково было мне услышать от него: «у меня на тебя не стоит»? Если бы вовремя не дополнил – я бы его там по стенке и размазал.       – Да и так, почти удалось, – Олег улыбался спокойно и безмятежно. По большому счету, после того, как его вернули боги Уреи, другой улыбки я и не видел. Успокоился. Расслабился. Перестал зажиматься. Раньше только нервно усмехался, или же как-то залихватски.       – А сам виноват! Начал с того, что ему, видите ли, бабское тело не понравилось, а закончил ором о том, что у него на меня не поднимается, – буркнул я. – А мне его хочется до такой степени, что аж штормит временами. А ему...       С Родионом у нас вышел очередной разлад. Осознав, что я ношу приплод, не как яг, а как урра, он перестал со мной спать. А когда я вывел его на откровенный разговор, то услышал то, что никому не пожелаешь. Благо, тогда еще голову не свернул, а только юшкой заставил умыться, услышав бормотание о том, что боится своей жесткостью в сексе навредить малышам. И даже медленно и нежно боится, потому что не дай бог сорвется. Короче, лепет, не имеющий ничего общего с естественными процессами, но Родион в него уверовал настолько, что действительно перестал испытывать возбуждение в моем присутствии. А мне именно его прикосновений, его страсти не хватало. Олег, то да. Как бы и свое, и что-то близко, рядом, но все равно не то. Он, получается, так и остался буфером между нами. А вот ту искристую ярость, ту агрессию, что я получал от Рэя – мне ее сейчас очень не хватало. Так что это не «гормончики» были, а самый что ни на есть недотрах. Но мы решили это списывать на гормональную нестабильность. Для человека, мужчины, пребывающего в теле урры, да еще и носящего приплод, это было наиболее психологически адекватно.       – Поскорее бы Мрис вернулся, или отозвался бы, – вздохнул я, не понимая двухнедельной задержки в каком бы то ни было общении с магом и своим лекарем-некромантом. – А то даже не знаю, что и думать. Хоть «аларм» верещи, и закрывай тот участок пространства куполом, чтобы его вычистили.       – Кто-нибудь из высших уже бы заверещал, будь там что, – не согласился со мной Олег.       – Тогда пусть отпускают меня! – рыкнул я. – А то от этого тоскливого безделья и постоянной жвачки в стиле «му-у» я сам начну убивать не хуже токсина или ДНК-вируса! Из-за того, что Мрис далеко, мне даже не полетать, и не посигать по горам! Потому что он навесить морок не может! А никто иной не способен заменить его в этом действе! У-у-у!!! – я взвыл, после чего сорвался с насиженного места: – Так! Меня не искать! Я за зону. Прогуляться. Там наши магофоны не действуют, а ментальное единение недоступно. Разве что через Слиппса связаться сможете, да и то, когда сам на связь выйду.       – Может, мне с тобой?       – Ты этого, переживательного, чтобы он в обморок не грохнулся, в тонусе держи, – отмахнулся я от Олега. – А уж я, так и быть, сам справлюсь.       – Надолго?       – Да надеюсь, – хохотнул я, открыв портал с коридором прямо из гостиной. И, чтобы Олег не волновался – добавил: – на Урею. К нам. Готовить кораблики к отплытию. Замок наш законсервировать. Да и мало ли что. С материка, клянусь, сбегать не буду!.. И никуда влипать не собираюсь!