Ничего кроме правды.

В это самое время, когда король спешил обрушить всю правду на голову бедного Мерлина, сам Мерлин, ничего не подозревая, убирался в своей комнате. Но Мерлин не был бы Мерлином если бы делал он все без помощи магии. Артур быстро шел по коридорам замка, он должен был сказать Мерлину все. Королю казалось, будто какая-то невидимая сила сама тянула его к комнате своего слуги, сказать всю правду, и любое промедление могло быть опасным.  — Мерлин! — дверь в покои лекаря распахнулась, являя перед собой чуть запыхавшегося от быстрой ходьбы короля Камелота. — Ты где, мне срочно необходимо с тобой поговорить, — произнес Артут, заходя в комнаты Гаюса. После этих слов в за дверью, ведущей в комнату слуги раздался грохот ведер и всплеск воды. — Мерлин, ты в порядке? — обеспокоенно поинтересовался юноша. — Что ты там делаешь? — с этими словами он пересек комнату и открыл дверь, следующее, что он увидел, был его слуга с ног до головы облитый водой. — Да, Артур, я в порядке, просто убирался…тут, — Мерлин махнул рукой, показывая где именно здесь. — Я уж вижу, ты отлично справляешься, — усмехнулся король, проходя в комнату и ступая по мокрому полу, но, когда повернулся к слуге, тут же посерьезнел. — Мерлин, нам надо поговорить. — Что-то случилось? С Гвен беда? Камелоту грозит опасность? — затараторил юный маг. — Нет, нет, все в порядке, просто я давно должен был сказать тебе спасибо, — после этих слов своего короля Мерлин присел на кровать, все происходящее казалось ему нереальным. Чтобы Артур сам сказал ему спасибо? Здесь явно что-то нечисто, но вот что именно чародей не знал. А пока Мерлин размышлял о здоровии Артура, тот продолжил. — Просто ты всегда помогал мне, был рядом в трудную минуту, а я… А я только и делал, что всячески подшучивал над тобой, запирал в тюрьме, оставлял надолго в колодках, вот какой я друг после этого? — слишком ошеломленный Мерлин не знал, что и сказать, да и не успел бы, ибо Артур продолжил. — А ведь ты стал мне другом. Ты ни разу не отвернулся от меня, всегда поддерживал, да ты даже, толком не зная меня, выпил из кубка, который был отравлен. Мерлин, простишь ли ты меня? — с этими словами король взглянул на своего друга. — Артур, что ты такое говоришь? За что мне тебя прощать? — сказать, что подобная речь короля его удивила, значит, ничего не сказать, поэтому юноша чуть заикался. — Правду, Мерлин, правду. — Правду… — прошептал маг. — Правду! Черт, Артур, тебе необходимо вернуться в свои покои и никуда не выходить, по дороге ни с кем не разговаривай, иди! — Мерлин стал подталкивать короля к выходу. — Что ты творишь? Объясни? — Потом, все потом, сейчас тебе нужно уйти к себе.- все также настойчиво повторил юноша. — Хотя… Артур, скажи, если бы ты узнал обо мне что-то очень страшное, что-то, что в Камелоте запрещено, ты бы казнил меня? — Что? Ты о чем, Мерлин? — Ответь, — чуть ли не потребовал слуга. — Это смешно, я знаю тебя уже очень давно… —, но еще один толчок в бок заставил его замолчать. — Ладно, раз ты так настаиваешь, я бы не смог, не смог, даже, если бы ты был магом. — Спасибо, — прошептал юноша, — а теперь иди в свои покои и ни с кем по дороге не говори, ни с кем! Когда король скрылся за поворотом, Мерлин запустил руки в свои все еще мокрые волосы и произнес: — Оказывается, заклинание работает, теперь осталось найти, как его снять, не спорю, говорящий только правду король это забавно, а порой и очень информативно, но это заклинание необходимо снять. — юноша развернулся, взмахнул рукой, устранил весь беспорядок в комнате и принялся искать контр-заклинание. — И все-таки я очень рад, что Артур меня не казнит. А ведь разговоры с собой первый признак сумасшествия, — маг нервно хихикнул… *** Наследующее утро королева Гвиневра разглядывала себя в зеркало, он не могла налюбоваться своим новым платьем. — Артур, скажи, это платье хорошо на мне сидит? Король взглянул на это чудо розового цвета и произнес: — Оно прекрасно, дорогая. Мерлин справился.