Обострение

      — Хосок!                     Парень, стоявший у ворот школы, обернулся на голос, окликнувший его. Весеннее солнце ослепило; он и не сразу заметил, кто именно его окликнул.              Перед ним остановился запыхавшийся парень с розовыми, как цветущие маргаритки, что растут в клумбах у школы, волосами. Хосок кивнул ребятам, что беседовали с ним и обернулся к младшему, оглядывая друга. На протяжении весенних каникул они так и не смогли встретиться, поэтому Чон был очень рад его видеть.              — Чимин, куда ты так летишь? Неужели, наконец, захотел прийти на уроки вовремя? — усмехнулся парень, похлопав по плечу младшего.              Парнишка резко выпрямился, схватил старосту за рукав и с серьезным видом произнес:              — Намджун, у него опять… — он очень тараторил, и Чон смог выхватить лишь обрывки фраз из его бессвязной речи, — он сказал, что все в порядке, но ничего не в порядке!              Осознание и полная картинка происходящего пришла в голову сразу же. Хосок запаниковал, но внешне оставался спокоен. Черт, он надеялся дожить до конца года без подобного рода проблем. Этот баран помимо того, что себя не жалеет, так еще и близких людей не щадит. Страх и волнение начали нарастать в груди.              — Где?! — он перехватил Чимина за плечи, слегка встряхнув, приводя того в чувства.              Пак без слов дернул его за рукав в нужном направлении, и они побежали за территорию школы, не взирая на гневные возгласы охранника, который как раз не должен выпускать учеников во время занятий.                     Джуна они обнаружили за следующим поворотом. Чимин скромно остановился в стороне, пропуская Хосока. Тот присел на корточки, обеспокоенно вглядываясь в его побледневшее лицо.              Намджун сидел у кирпичной стены школьного забора на тротуаре, вытянув ноги вперед. Парень прикрыл глаза и глубоко дышал, стараясь делать это как можно спокойнее. Он услышал шум чьих-то шагов, вымученно открыл глаза и увидел своих друзей. Чимин все-таки его привел…              — Привет, — он попытался улыбнуться.              Хосок выдохнул с облегчением.              — Ты меня напугал, дружище, — он сочувствующе посмотрел на своего одноклассника.              — Спасибо, — Намджун коротко улыбнулся Паку.              Мимо проходили люди, странно поглядывали на троицу. Чимину хотелось с криками разогнать этих зевак, он из последних сил сдерживал порывы гнева. Не на что тут глазеть. Идите куда шли, раз помочь все равно ничем не можете.              — Хорошо, что у меня оказалась вода, — он убрал бутылку, что осушил его друг, в сумку, которую, кстати, оставил рядом с Намджуном, чтобы быстрее бежать.              Хосок подал Джуну руку. Парень кое-как поднялся на ноги и принялся оттряхивать форму. Затем они все направились обратно, Хосок шел близко и невесомо касался спины друга, был готов поддержать в любую минуту.              — Что произошло?              Джун зарделся, он злился сам на себя в такие моменты, и Хосок это понимал. И очень переживал.              — Увидел его в машине на перекрестке. Он вчера вернулся из Франции, насколько я знаю, проводил там каникулы, — парень глубоко вдохнул, наполняя легкие свежим воздухом, которого вновь начало не хватать. — Это просто застало меня врасплох. Ничего страшного…              Чимин молча шел за широкими спинами старших, слушая их и в тоже время думая о чем-то своем.              — Весной всегда хуже, Джун, надо быть осторожнее, ты и сам знаешь. Слава богу, что хоть зима прошла без приступов.              — Их уже давно не было, все в норме. Это просто кашель…              Джун грустно посмотрел на свою руку, которую он все время сжимал в кулаке. Парень разжал пальцы — и с его ладони на землю посыпались матовые лепестки роз насыщенного ярко-розового цвета. Нежные и невесомые они остались лежать на асфальте, пока весенний ветер не унес их. Казалось бы, какой вред могут принести эти невинный лепестки? Но Намджун каждый раз вспоминал об этом, стоило тем самым лепесткам начать нещадно раздирать его горло.              — Как тут будешь осторожным, если от тебя ничего не зависит…              — Может, все же пойдешь домой? Отдохни сегодня, мы замолвим за тебя словечко перед учителями…              — А смысл? — Намджун поправил рюкзак, вдыхая полной грудью воздух, наполненный ароматом сладких весенних цветов. — Угораздило…              …                            — Постарайся сегодня в школе, ты и так пропустил две недели прошлой четверти и не ходил на дополнительные занятия из-за своей поездки, — с серьезным тоном произнес мужчина, сидящий за рулем.              — Мне не нужны дополнительные занятия, все мои оценки намного выше среднего, — парень поправил свои волосы, смотрясь в зеркало, и открыл дверцу, выбираясь из машины.              На него тут же налетел теплый ветер — прическа была разрушена. Солнце светило в глаза, поэтому пришлось надеть темные очки. Но, несмотря на все неудобства, он был рад долгожданному теплу, что пришло и в этот город. Когда он уезжал во Францию, грязный снег еще лежал на дорогах, раздражая одним только своим видом. Теперь же нагретый асфальт был абсолютно чист и сух, трава уже окрасилась в сочный зеленый, а деревья заросли молодыми и мягкими листьями.              — Но они могли быть еще лучше! Если тебе не хватает всех репетиторов, что мы наняли, то придется ходить на дополнительные, сынок. Не расслабляйся и не разочаровывай меня. Уже конец года, подумай об аттестате.              Парень, не попрощавшись, захлопнул дверцу, развернулся и пошел к школьным воротам, сопровождаемый визгом колес.              Как же приятно было идти по ровным дорожкам, встречать лицом ласковый ветерок, слушать звонкие переклички птиц, вдыхать весенние запахи. Сокджин наслаждался, он не мог позволить, чтобы его отец вновь испортил настроение. Хотя и помимо отца в мире хватает раздражителей.              Например, его все еще раздражает эта школа, пусть он и года здесь не проучился, а еще вон та толпа девчонок, что с милыми улыбками оглядывают его и, хихикая, перешептываются. Джин раздраженно хмыкнул, но все же коротко улыбнулся им, вызывая бурю восторга и всплески эмоций. Ребята как обычно кучковались в школьном сквере, болтали кто о чем. Кто о каникулах, кто о свидании или же учебе, о новом фильме.              Сокджин был красавчиком. И неустанно напоминал себе об этом. А еще напоминали восхищенные или же завистливые взгляды людей вокруг, так или иначе признававших его превосходство. А еще Джин умен, начитан, воспитан и имеет довольно богатых родителей, которые практически ни в чем единственному сыну не отказывают. Но это как бонус, по крайней мере, так говорят все его псевдо друзья, которые с ним общаются «не из-за его влияния и только потому, что это Ким Сокджин», а «из-за теплых чувств и самых честных побуждений». Ага, да. Просто Джин их посылать не хочет, после папа бы, конечно, уладил конфликт, но…              Проехали, в общем.              Остановимся на этом:              Весеннее обострение.                            Все девушки сходят с ума по его внешней оболочке, это Джин понимал и, если надо, умело пользовался, но ни одна не была по-настоящему влюблена, это он знал наверняка. Так же он знал, опять же благодаря своим псевдо друзьям, что он нравится и нескольким парням из их школы. Но его это не трогало.       Правда, иногда парень находил в своем шкафчике цветы. Хочешь встречаться? Так подойди и скажи о своем желании.              Джин шел в школу с мыслью, что это один из тех дней, которые нужно просто безболезненно пережить.              Он поднял взгляд. На территорию школы вошли трое. Парень сразу же узнал старосту своего класса, Чон Хосока, этот парень неплохо учится, но тратит весь свой потенциал в школе танцев. Там рядом с ним Чимин, странный, но милый паренек с розовыми волосами. Он покрасился совсем недавно, и Джин слышал, как тот получал нагоняй от директора. Видимо, не помогло. Он мысленно похлопал настойчивости и смелости Чимина. Ведь помимо этого над ним посмеивались некоторые придурки, приписывающие ему нетрадиционную ориентацию. Но только тогда, когда Хосока не было рядом, а он был почти всегда и не позволял обижать друга. Парни вместе ходят в школу танцев. Но Джин не лезет в дела людей. Тем более, исходя из личного опыта в общении с этими двумя, он может сделать вывод, что они неплохие ребята и преданные друзья.              Сокджин отступил в сторону, встав в тень под высоким кленом. Листва мелодично шелестела, лаская слух. Сокджин любил быть один, но как раз одиночество и было для него единственной недосягаемой роскошью. Он продолжил наблюдать, наслаждаться спокойствием, пока его еще не облепили надоедливые мухи, то есть его «друзья».              Хосок озабоченно глядел на парня, которого держал поближе к себе. Тот выглядел не очень, бледный, с синяками под глазами. Словно ему было плохо или бедняга не спал несколько ночей. Из всей этой троицы о Намджуне от других он слышал, пожалуй, меньше всего, это и привлекало и отталкивало, но они в какой-то мере были знакомы. Сокджин хоть в людях и разбирается, все же любит послушать точку зрения других, но не особо им доверяет в этом плане.              Так вот о нем он слышал лишь несколько слов. Клевый (парень так и не добился конкретного объяснения этому слову), спортсмен (баскетбол), немного странноватый (Джин так и не понял почему), загадочный (с этим он согласился), особо не разговорчив (насчет этого не уверен). Лично они разговаривали всего пару раз, встречались в коридоре. В основном сталкивались лбами, в прямом смысле. Намджун был выше Джина, что доставляло некоторые неудобства и немного било по самолюбию. Еще был один случай в конце августа, который Сокджин нередко воспроизводит в своей голове. Это воспоминание он однозначно относит к приятным, тогда-то они впервые и встретились. Но потом кое-что произошло, и почему-то Джун стал его игнорировать и сторониться. Сначала Джин этого не понимал, ему было даже немного обидно, но после просто забил и решил плыть по течению.              Как и всегда.              Компания прошла мимо в семи шагах, не заметив Сокджина. Намджун сильно кашлял, Хосок придерживал его за плечи, а Чимин, кажется, доставал из рюкзака старшего какие-то таблетки.              «Значит, он все еще болеет…», — подумал парень, провожая их задумчивым взглядом.              Звонок.              Сокджин отвлекся, в последний раз вдохнул полной грудью и уверенной походкой направился в школу.              Этот день нужно просто пережить.              …                            Намджун умывал лицо холодной водой, благо в школьном туалете никого не было. Иначе от вопросов не отвертеться. Как же бесят те, кто лезет не в свое дело. Парень высунул язык, снял с него очередной яркий матовый лепесток розы и, смяв его, выбросил в урну к остальным.              Джун иногда проклинал свою жизнь. Влюбиться в того, кого и не знаешь толком. Да еще и в парня. Если честно, сначала он очень боялся того, что начнут ходить слухи и тому подобное. Но прошел почти год, и парню стало просто плевать. Он устал задыхаться, просыпаться от ужасного кашля и нехватки воздуха. Просто устал от всего этого, устал от обеспокоенных лиц родителей, ему было жаль их, но тут ничего не поделаешь. Устал чувствовать себя виноватым из-за того, что Хосоку приходилось заботиться о нем, но был ему благодарен. По сравнению с этими проблемами остальное как-то затиралось.              Родители с самого начала предлагали ему операцию, но Намджун с детства отличался упрямостью. Хоть в этот момент она была и неуместна. На самом деле Джун не мог определить точной причины, из-за которой отказался от операции и предпочел жить с опасной и непредсказуемой болезнью.              Благо хоть с Хосоком и Чимином он мог поделиться своей «проблемой». Но рассказал он им не по собственному желанию. Просто так вышло, что Хосок его сосед (и по совместительству лучший друг), и однажды он просто зашел в гости, обнаружив Намджуна без сознания в куче лепестков, перемазанных в крови. Это был первый приступ. В конце августа.              Намджун помнил их первую встречу. Они познакомились с Сокджином благодаря Хосоку. А после оказалось, что Джин будет учиться с ними в одном классе…                     Внезапно Джун вздрогнул, оторвавшись от воспоминаний. Дверь в мужской туалет открылась, и вошел тот, кого парень хотел бы видеть меньше всего.